— Верующий Маликопс… Знакомое имя, граф Серенье?

— Хм, не уверен.

Король Астросы, отмахнувшись от уклончивого ответа, потряс бумагой передо мной.

— Удивительно, просто невероятно. Слушай, мисс Дейзи. Ты понимаешь, что означает это рекомендательное письмо?

— Рекомендация как рекомендация, что ещё.

— Ох… Какая холодная до костей девушка. Я не об этом. Ты правда преодолела вторую стену?

А, вот оно что.

— Да.

— Преодолела?

— Да.

— Хех… А сколько тебе лет в этом году?

Я спокойно приврала:

— Где-то от двадцати до тридцати.

— Ого! Как леди, которой не больше тридцати, смогла...

Когда король в пятый раз выдохнул от изумления и сделал шаг ко мне, между нами внезапно скользнула тихая тень.

Мгновение и всё тело напряглось от инстинктивной тревоги.

Мои ноги, инстинктивно собиравшиеся отступить, обрели спокойствие, как только раздался голос.

— Не напрягайся. Я не враг. И к слову, всё правда.

Я подняла глаза на мужчину, подошедшего совершенно бесшумно, и нахмурилась.

«Это же…»

Каллепа, который учил короля фехтованию.

— Это действительно женщина.

Что?

— Как тело?

Моё?

— …Нормально вроде.

— Странно. С такой душой «нормально» быть не должно. Нет ли хронических болезней? Сколько осталось жить?

Какой-то неприятный разговор.

Я никогда не предоставляла этому Каллепе никакой информации, а он задавал непростые вопросы, словно видел мою душу насквозь.

— А, простите. Вряд ли это подходящее место для таких разговоров. Как бы то ни было, то, что вы с такой душой преодолели вторую стену, и для меня повод для восхищения. Поздравляю, мисс Дейзи Фагер.

Я в замешательстве пожала протянутую руку.

«Что за человек».

Если не ошибаюсь, этот белобрысый Каллепа ведёт себя со мной странно дружелюбно.

Согласно чувствам, отточенным за десять лет в альянсе, это было точно так.

«Он считает меня подругой Ру?»

Ну да, друг моего друга — мой друг.

— Как долго ты собираешься держать её руку?

Он отпустил мою руку сразу после тихого бормотания.

Посмотрел на графа Серенье немного неловко, потом снова на меня.

— Я — Скульд, Дейзи. Я очень рад видеть вас в таком здоровом виде.

Вот видишь.

Ведёт себя так, будто мы знакомы.

— А когда вы меня видели?

— Поскольку у вас есть рекомендательное письмо йете, и я лично, как Каллепа, подтвердил ваш уровень, у вас достаточно оснований для прохождения испытания на звание йете. К счастью, завтра утром как раз пройдёт вступительный экзамен. Удачно вышло.

Этот мужчина, как и Ру, ведёт себя по-своему.

Он игнорирует всё, что я говорю, и говорит только о своём. Все ли Каллепы такие?

Или же мой вопрос застал его врасплох.

— Ваше величество, было бы неправильно отпустить эту талантливую леди просто так.

Когда белобрысый Каллепа начал мягко давить, король Астросы выдал растерянный смешок:

— Впервые вижу, чтобы учитель так кого-то хвалил. Ну что ж, мне тоже любопытно, насколько она сильна, причин отказывать нет. Дейзи? Оставайся во дворце на день вместе со своими спутниками.

Услышав это, я на мгновение вспомнила Джин и Андерта.

«Экзамен, значит, проверка силы. Буду скрещивать мечи с мастером Роке?»

Хм-м.

— В Союзе, говорят, много мечников, использующих техники, совсем не похожие на имперские. Я хочу увидеть их своими глазами, расширить опыт, следуя за вами.

Хм-м-м.

— …В замке Серенье остались другие друзья, можно их тоже привести?

Король охотно согласился:

— Без проблем. В этом дворце пустых спален полно. Если завтра вы пройдёте испытание, я сразу отправлю вас в Роке. Дорога займёт всего день, так что подготовьтесь основательно

— Спасибо, ваше величество.

Вот так, поживи-ка да поспи в иностранном королевском дворце.

«Почему-то кажется, что за последнее время я пережила больше редких событий, чем за всю жизнь Андерта Фагера».

Мы, получив королевское разрешение, покинули внутренний сад.

Граф Серенье похлопал меня по плечу и нежно произнёс:

— Жаль. Завтра уже придётся отпустить мисс Дейзи. Хорошие связи редко бывают долгими.

Что за чушь несёт этот наглец?

Он только и думает, как бы первым добраться до Роке и подразнить меня!

Пока Дешеро задавал Моэну разные вопросы, я не упустила момент и наехала на графа Серенье:

— А что насчёт свадьбы? Вы ведь даже словом короля заручились. Неужели нам придётся сыграть настоящую свадьбу?

Граф Серенье медленно застегнул расстёгнутые пуговицы на рубашке и ответил:

— Ой, это же была временная мера. Как я мог совершить такую ошибку — выдать мисс Дейзи замуж за женатого мужчину с ребёнком.

Услышав это, я почувствовала облегчение.

— Я скоро снова уеду из Астросы. Буду спокойно странствовать, пока старый маркиз не умрёт. Кто будет проверять правду, если участники исчезнут?

Это была ложь, очень похожая на него.

Я почувствовала тонкое недовольство, несмотря на облегчение от того, что незапланированная свадьба отменилась.

И это двойственное чувство было чертовски неприятным даже для моего собственного сознания.

Почему нужно было разыгрывать такую... ложь о браке?

— Что? Ты расстроена?

Я вздрогнула, подумав, что это мой внутренний голос.

К счастью, автором вопроса была не я, а граф Серенье. Хотя... это к счастью? Почему это должно быть к счастью?

Он долго смотрел в мои растерянные глаза и вдруг спросил:

— Тогда хочешь выйти за меня замуж по-настоящему?

От этой душащей чепухи я вскрикнула:

— Ты с ума сошёл?!

На губах графа Серенье появилась подозрительно хитрая улыбка.

— Да, даже ты, Дейзи, понимаешь, что дяденька с ребёнком — не вариант. Будь осторожна. На такие лица, как у меня, легко повестись. Все красивые мужчины — лисы.

— Среди всех мужчин, которых я знаю, нет лиса хитрее тебя.

Он широко улыбнулся и игриво шепнул:

— И это тоже по-своему хорошо.

Я промолчала.

Мы использовали золотой ключ, доступный только охотничьей собаке Каллепы, и вернулись в замок Серенье.

Моэн пошёл вперёд собрать вещи и привести Джин с Андертом.

Дешеро, который собирался идти за ним, вдруг медленно остановился.

Он указал на перламутровый купол восточнее конюшни, за кустами, и спросил графа Серенье:

— Что это за здание?

Граф Серенье, будто прекрасно знал, на что тот смотрит, даже не повернув головы, переспросил:

— Интересно? Это отдельная галерея, где я храню свои любимые сокровища.

— Форма колокола под крышей кажется знакомой.

Я тоже посмотрела на крышу.

Дешеро был прав.

Прямо под куполом висел огромный чёрный колокол.

— Знакомый? А, точно, виконт Дешеро четыре года назад был в союзной армии. Даже учитывая это, ваша проницательность впечатляет.

— То есть это действительно колокол из храма Мефисто?

Храм Мефисто.

Так мы обычно называли храмы, построенные армией Мефисто.

«Он повесил колокол из того храма у себя дома?»

У Каллеп, что ли, у всех мозги по-особенному устроены? Вешать у себя дома вещь, что равноценна статуе отступника.

— Один из моих трофеев. Смущает?

Дешеро честно кивнул:

— Если честно — да.

— Хм. Понимаю. Но это не в знак почёта… Ладно, раз пришёл герой той эпохи — надо оказать должное гостеприимство. Пойдём, посмотрим мои сокровища. Там вещи, которые редко где увидишь.

Граф Серенье направился к павильону.

Дешеро, будто изучая его, долго смотрел ему в спину, потом медленно пошёл следом.

Павильон был тих.

Если там хранятся сокровища, должны быть стража или смотрители, но не было ни звука.

«Что же за сокровища у графа Серенье?»

Драгоценности? Магические артефакты?

Или, раз он сказал «галерея», — картины, скульптуры, что-то художественное.

Один человек играет и Каллепу, и всю семью Серенье, так что немудрено запутаться.

Но Ру вроде глубоко вживается в роль, так что сокровища здесь, скорее всего, принадлежат именно графу Серенье, а не Каллепе.

Бу-у-ум.

Мы прошли три тяжёлые двери и оказались в огромном выставочном зале.

Потолок был очень высоким.

Внутреннее пространство зала, открывшееся взгляду, было весьма аскетичным.

Рамки.

Рамки.

Рамки.

Единственное, что бросалось в глаза, — это рамки.

«Ру любит картины».

Что ж, вроде бы ему подходит.

Я подошла к ближайшей. Но это оказалась не картина, а фотография.

«И не только эта».

Во всех рамках по всему залу — фотографии.

И человек в центре каждой из них…

«…»

Это я.

Я из времён Андерта Фагера.