— Но это не имеет отношения к виконтессе...

— Ты действительно думаешь, что это не имеет к ней отношения?

— ...

— Конечно, клятву «доложить, как только найдёшь постоянное пристанище» нельзя назвать великим обетом.

Значит, такова была их клятва. Как и сказал Святой Меч, ничего особенного в ней не было...

— Хорошая работа, Джин. Твоя наивность привела виконтессу Вэзервуд прямо ко мне.

Виконтессу Вэзервуд?

Неужели его целью было выманить меня?

Холодная насмешка застыла на губах Святого Меча.

— Эту женщину, о которой неясно, то ли она Грей Вэзервуд, то ли горничная, то ли сестра Андерта Фагера.

Джин, сглотнув сухую слюну, впилась взглядом в Святого Меча.

— ...Что вы намерены сделать с виконтессой?

— Тебе незачем это знать. Клятва исполнена, на этом твоя полезность исчерпана. Мы с виконтессой поговорим наедине, так что возвращайся.

— Я не могу этого сделать.

— Джин, — низкий голос прозвучал как предупреждение. — Не заставляй меня своими руками лишать жизни бывшую ученицу.

Джин крепко сжала свой меч. Закусив губы до крови, она ещё решительнее преградила мне путь и прошептала:

— ...Виконтесса, бегите.

- Иди! Если подойдёшь, я прикончу тебя. Я не проиграю!

Вслед за этим в ушах зазвенел чёткий резонанс, исходящий от меча Джин.

— Похоже, он метит в вас, госпожа. А герцог Зихарк никогда не упускает противника, которого решил устранить.

Это я знаю лучше всех. Святой Меч хочет меня убить. Жажда крови, которую он сейчас проявляет — прямое тому доказательство.

«Почему…» — задавать такой вопрос уже поздно, ведь наша связь тянется дольше, чем кажется.

Он ищет наследие Диана Кехта. Он крайне настойчив: постоянно подсылает убийц к дому Вэзервуд и лично проникает в императорские архивы ради кражи отчётов.

К тому же...

Беркли-Грейтон — это семья, которую называют «мечом императора». Неужели Святой Меч мог не знать об экспериментах по воскрешению, проводимых императорской семьёй, и об истоках организации «Бэрид Лэт»?

Напротив, высока вероятность, что его действия связаны с императорским домом.

Он наверняка связан с Наташей.

Святой Меч в каком-то смысле, нет, почти во всех смыслах, был более неудобным противником, чем Рафаэль. Но и я больше не могла просто отступать. Значит, придётся столкнуться лицом к лицу.

— Джин. О сегодняшнем я спрошу позже, а пока встань за мою...

Однако прежде чем я успела отодвинуть Джин назад, её тело, сорвавшись с места, уже летело вперёд.

— Стой, Джин!

Вот же воинственная девчонка!

Острая аура меча окутала белый клинок Джин. Святой Меч не стал уклоняться от её дерзкого вызова. Он умело парировал удары, то и дело задевая её уязвимые места, — это было похоже на тренировочный спарринг.

— Глупо, Джин. Неужели ты забыла, что я твой учитель и благодетель?

В отличие от Святого Меча, который наступал медленно, но верно, сохраняя непринуждённость движений, Джин казалась непривычно суетливой.

Глупая девчонка. Какой прок учиться владеть мечом днями и ночами? Из-за спешки и волнения она не может толком применить даже ту технику, которую оттачивала всё это время.

— Это вы использовали меня, чтобы попытаться навредить невиновному человеку!

— Смешно. Какая попытка переложить ответственность. Не забывай, что именно ты, а не я, отправилась к дому Вэзервуд, даже оставив на себе след клятвы.

— Вы!..

— Я переоценил тебя. Не стоило выпускать тебя из Беркли-Грейтон. Вопреки твоей самоуверенности, ты стала никудышной.

Самообладание Джин заметно пошатнулось.

- Иду! Я подойду и закончу это. Я повергну тебя...

Всё более шумный резонанс подтверждал этот факт.

Он идеально считал не только её физические, но и психологические уязвимые точки.

Однако манера речи Святого Меча была лишь средством. Я сосредоточилась на его истинной цели. Не знаю, по какой причине он хотел выманить меня... но, если оставить мотивы в стороне, это была уловка, в высшей степени достойная Святого Меча. Ведь ради достижения своей цели он готов использовать любые средства.

Но не всё в его поведении соответствовало его обычному образу.

«По крайней мере, сейчас это так».

Он провоцировал Джин сверх необходимости. Святой Меч по своей природе уважает врагов. Такая потребительская, бессмысленная провокация…

— Смотри внимательно, Джин.

В этот момент движения Святого Меча, неустанно теснившего Джин, стали туманно-расплывчатыми.

— Твоё тщетное желание обладать силой приведёт к смерти того, кого ты пытаешься защитить.

Элегантный удар.

Это была первая мысль, возникшая при виде меча, опускающегося по диагонали. Среди всех знакомых мне мечников нет никого, кто владел бы столь чистой, живописной техникой. А значит, и удар, нацеленный в меня, должен быть безупречно чистым, вызывающим восхищение.

— Нет! Мисс Дейзи, уклоняйтесь!

Однако возник один вопрос. Меч Святого Меча летел по траектории, которая совсем немного отклонялась от моего солнечного сплетения. Ошибка?

Быть не может.

Это было сделано намеренно.

Благодаря этому разросшееся сомнение вернулось к началу. Почему он продолжал провоцировать Джин? Почему наносит удар, которому не хватает самой малости до цели?

Неужели то, чего он хочет — это...

Внезапная гипотеза вспыхнула в голове, как молния. Окажусь ли я права? Это было сродни азартной игре, но в итоге я выбрала путь не уклоняться от меча.

Клинок, упавший подобно гильотине, вонзился в левое плечо.

— Кх...

Не в моё, а в плечо Джин.

Джин, отступив на пару шагов, схватилась за раненое плечо.

— ...Святой Меч, — в хриплом голосе слышались разочарование и горечь. — А я-то считала вас человеком, знающим долг чести!..

Это был сугубо эмоциональный выкрик, но почему-то от него веяло жутью, пробирающей до мозга костей. Эта энергия, раздражающая нервы... Я поспешно заглянула Джин в лицо. Из её зрачков, потерявших чёткую фокусировку, изливалась раскалённая жажда крови. Это была полная ассимиляция с мечом.

Это из-за недостатка опыта? Слияние происходит слишком быстро!

Не колеблясь, я ударила Джин ногой в бок.

— Приди в себя, Джин!

Повалив её на землю, я навалилась сверху и нанесла резаную рану ей на правую ногу, чтобы остановить её брыкания.

— Хм!

— Успокойся. Выровняй дыхание и сосредоточься на этой боли. Чувствуешь рану на правом бедре?

Резонанс меча больше не был слышен. Это естественно. Резонанс уже слился с Джин, проявляясь в форме потерявшей рассудок мечницы-демона.

— Кх, а-а-ах...

— Я не говорю тебе бросить меч. Просто прими его, Джин. Тебе не нужно ни отбрасывать его, ни пытаться подчинить.

— ...

— Ты и есть мечница-демон. Не забывай об этом. Я прикрою твою спину, так что сосредоточься только на себе.

Контроль — это в конечном счёте вопрос личной выдержки. Даже если я прижму её своей силой так, что она не сможет пошевелиться, это будет бесполезно, если сама Джин не выйдет из состояния слияния с мечом. Говоря крайностями, она могла бы так и продолжать биться, пока не умерла бы от истощения.

И тут...

— ...Джин?

Движения Джин резко прекратились, как у куклы с перерезанными нитями. Она лежала как мёртвая, с закрытыми глазами и без малейшего движения. Я поспешно поднесла палец к её носу. К счастью, она дышала.

— Оставь её, — это был голос Святого Меча. — Сможет ли Джин преодолеть барьер или нет — зависит целиком от неё самой. Всё, что мы можем сделать, — это оберегать покой её тела. Если в состоянии анатман [1] на неё напасть, это может привести к смерти мозга.

Состояние «анатман». Другими словами — процесс преодоления барьера. Да, судя по словам Святого Меча, сейчас Джин преодолевала свой первый барьер.

«...Так и есть».

Святой Меч специально довёл её до предела. Чтобы она смогла столкнуться с первым барьером в экстремальной ситуации.

«Неужели это и было изначальной целью?»

В этой мысли было нечто подозрительное. А именно — сам факт того, что это исходило от Святого Меча.

— Тебе не впервые сталкиваться с подобным, а ведёшь себя как новичок.

Упрёк Святого Меча был справедлив. Мне не впервые приходилось видеть мечника в состоянии анатман. В прошлом у меня был подобный опыт. Во время войны, в день, когда Святой Меч преодолел свой третий барьер.

«Его манера речи... как будто он знает, кто я на самом деле».

Это вызывало дискомфорт. И тем сильнее, что собеседником был именно Святой Меч. Разорвав дырявый кардиган, я принялась перевязывать плечо Джин, чтобы остановить кровь, и ответила:

— А что мне оставалось, когда вы стоите прямо передо мной?

— Ты думала, я причиню Джин вред? Скудное суждение, не в твоём стиле.

Несмотря на то, что он только что покушался на мою жизнь, Святой Меч совершенно естественно присел напротив Джин.

— Тем не менее, стоит похвалить тебя за то, что ты быстро раскусила мой замысел. Такие мечники, как ты — редкость.

«Такие мечники, как ты». Снова это выражение. Хотя Дейзи Вэзервуд, в отличие от Грея Вэзервуда, ещё ни разу не бралась за меч перед ним.

— Какова ваша цель?

На этот вопрос взгляд Святого Меча затуманился, словно он копался в далёком прошлом.

— Цель... их всегда много. Человек не может прожить всю жизнь, имея лишь одну цель. Если ты спрашиваешь об одной из них...

Однако затуманенность тут же исчезла. Непроницаемые, острые зелёные глаза впились в мои, пронзая насквозь.

— Вновь встретиться с тобой было моей первой целью, сэр Андерт.

Примечание:

1. Анатман (муга) — буддийский термин, означающий отсутствие «я», состояние глубокого транса или отрешённости. В контексте боевых искусств — это высшая точка концентрации, где мечник и меч становятся единым целым, выходя за пределы человеческих возможностей.