— Подожди-ка. — Голос звучит резче, чем хотелось. — Если здесь хранится что-то настолько важное, почему просто не обрушить это место? Так никто не доберётся до сосудов.

«В таких местах рождаются некоторые… растения? — неуверенно отвечает Лин, — Они питаются силой Леса, очищая его от скверны».

— Скверна — что-то вроде болезни?

«… Да, наверно…»

Лес может болеть. Значит, он живой — в самом буквальном смысле. Если у него есть сосуды, должны быть и органы, должно быть что-то, что он перерабатывает, чем питается.

— Если ты можешь протискиваться в эти сосуды, значит, ты можешь по ним и перемещаться?

«Да. Но только прячусь. В маленьких. И лишь в тех, что ближе к поверхности».

— Допустим. — Взгляд скользит по водной глади, отражающей тусклый свет. — Если кто-то попадёт в сосуд… сможет добраться до самого сердца Леса?

«Да, — серьёзно отвечает Лин. — Поэтому их охраняют».

— Что, если тот нарушитель пробрался к сердцу по сосудам?

«Не знаю».

— Лес выживет, если перерезать большую часть сосудов?

«Нет. Умрёт».

— Понятно… — Поворачиваюсь к Анаэль. — Что ж, давайте, наконец, начинать мыться.

— …Вместе? — Ламия медленно моргает, чешуйчатый хвост слегка подрагивает.

— Ну, да. До гола, разумеется, раздеваться не станем, только до трусов.

Честно, и сам бы предпочёл помыться один. Всё же тело у меня далеко не рельефное.

В голове сразу же всплывает то, как мне приходилось переодеваться на физкультуру в школьные годы… и как из-за этого я якобы забывал свою форму… Неприятные воспоминания…

Уверен, большинство парней моего возраста никак не стесняются своего тела, будь оно даже полным. Но я вот такой.

— Ладно, Анаэль, давай я спущу тебя.

Но вместо этого Лин уже подхватывает ламию, опускает на землю и поднимает большой палец.

— Спасибо, — говорю я и начинаю раздеваться.

Начинаю расстёгивать пуговицы на своей когда-то белой рубашке. Первая пуговица оказалась довольно упрямой, и пришлось поработать пальцами некоторое время, чтобы её отцепить. Затем продолжил отстёгивать поочерёдно остальные пуговицы.

На секунду замечаю, как Анаэль глядит на меня, но не придаю этому особого значения.

Сняв рубашку, отворачиваюсь, аккуратно кладя её на ближайшую скалу.

— Знаешь, Анвил, у тебя такое необычное тело. — неожиданно говорит Анаэль.

— Ты о чём? — разворачиваюсь к воде, наклоняюсь, чтобы развязать шнурки на своих грязных штанах-шортах. Штаны начали скользить вниз по ногам, медленно открывая бёдра.

— У мальчиков на животе ведь есть такие... «кубики». А у тебя нет.

Замираю. Штаны падают на камни. Поворачиваюсь и спрашиваю:

— ... А ты часто видела голых парней?

— Нет. Но как-то раз я и Лин видели купающихся в реке путешественников. Там все были мальчиками и у них было так. А у тебя живот прям такой... немножко кругленький.

— ... Лин, разверни-ка её.

Дух тут же прижимает ламию к себе и поворачивается спиной. Раздаётся растерянное:

— Ээээээээ?!

Сняв ботинки и штаны, захожу в воду. Переливаясь голубыми оттенками, она расходится волнами от движений.

— Можете поворачиваться, — вздохнул я и погрузился по шею в воду. Пришлось уйти подальше от каменного берега, где находились девочки, чтобы вода доставала до нужного уровня. За моей спиной находился такой же бережок, только на нём максимум можно разве что присесть — стена пещеры помешает встать.

Как бы мне помыться… вряд ли смогу без средств гигиены себя хорошо отмыть, но это хоть что-то.

Как в тех книжках? … Вроде бы песком натираются? Почему именно песком? Может, просто ногтей хватит? Сейчас они достаточно длинные.

Пока сижу, Анаэль начинает подплывать, двигаясь изгибами, совсем как змея в воде. Доплывает, взбирается на сушу за спиной, потупив глазки:

— Прости…

— А за что? Ты ничего такого не сказала.

— Ну... Ты ведь на что-то обиделся?

— Нет... Просто это было немного неловко.

Вздох (Кажется, это уже входит в привычку). Подношу руку к поверхности воды. После улыбаюсь Анаэль.

— … Что? — Змейка недоумённо хлопает ресницами.

Следом веером окатываю её водой с ног до головы.

— Нья?! — Звучит удивлённый возглас. Анаэль отползает на целый метр.

Глаза сужаются в щёлочки. Рот недоумённо открывается.

— З-за что?!

Удивлённая змейка часто моргает — выглядит очень забавно.

— Пфф, — сдерживаю смех.

Анаэль вытирает лицо, окунает хвост в воду и резким взмахом отправляет влагу чётко в центр лба!

— Хе-хе… — Довольная улыбка расплывается по лицу змейки.

Рассмеялся бы, не будь так шокирован её меткостью.

— Анаэль, — вытираю растёкшуюся по лицу влагу, — Тебе в снайперы идти надо!

— А что это?

— … Скажем так: солдат, который устраняет врагов на большом расстоянии.

— «Устраняет», в смысле убивает?

— … Да.

— Это маг? Маги тоже могут на большом расстоянии всех «устранять».

— Нет, в моём мире магии нет.

— Как?! — Зрачки Анаэль расширяются от изумления. Кончик хвоста стучит о землю от любопытства.

— Просто нет. Обходились без неё.

Хотя, на сколько я понял, когда наблюдал за аргилэ, в этом мире не все владеют магией. Лишь некоторые везунчики. Так что быт их не должен сильно отличаться от нашего.

— Плохо, наверно, — заключает Анаэль, — Как вы туалеты чистите?

— … А это единственное предназначение магов?

— Нет, — мотает головой, — Но это очень удобно! Маг сделает фиу-фиу и всё! Туалет чистый! Без магов это делать опасно. Другие расы говорят, что из-за запаха могут появиться болезни и даже эпидемии. А потому маги помогают чистить туалеты.

— Лин! — обращаюсь к духу, — Это правда?!

Позабытая девочка уже залезла в воду, не снимая платья, и теперь плавает на спине.

— Уму, — подтверждает дух.

Это… какое-то не правильное применение магии!

— Кхм-кхм, — прочищаю горло. — А… Как маги делают это?

— Ну… — Анаэль задумывается, смотрит наверх, подпирает подбородок хвостом, — К примеру, они водой всё смывают. Или создают пузырики.

— Какие пузырики?

— Эмм…

Анаэль руками начинает обводить область вокруг лица:

— На лице появляется пузырик, не пропускающий воздух. Правда, если вовремя не проткнуть его, то можно задохнуться.

— А с помощью него можно под водой дышать?

— Вроде как да, — кивает.

За всё время в этом мире почти не видно магии. Лишь на болоте, когда Лин дралась с тёмными духами.

— Ладно, Анаэль, пожалуйста, отползи отсюда. Хочу один искупаться.

— П-ползи?! — Зрачки Анаэль резко сужаются. Взгляд становится колючим.

— Что-то не так?

Я сказал что-то не то?

Анаэль смотрит так несколько мгновений, затем произносит:

— Ммм… Ладно, — немного смягчается, и продолжает поучительным тоном: — Ты из другого мира, так что не знаешь об этом. Про ламий нельзя говорить, что они «ползают». Это унизительно! Ползают жучки и червячки, а ламии, как и все остальные расы, ходят.

— ... Прости, не знал. Больше так говорить не буду.

— Ага, — кивает ламия и ныряет в воду, направляясь к Лин.

Если в этом мире есть похожие на ламий расы, правило касается и их. Хорошо, что узнал это сейчас от Анаэль. В другой ситуации мне могло бы из-за такого сильно достаться.