Этот знакомый мужчина находился слишком близко, и использовал столь нежный, соблазнительный, и страстный голос, произнося ей эти слова.

Глаза Чэнь Жун покраснели.

Сдержав слезы, она поджала губы и порывисто воскликнула:

— Конечно, я не желаю, твоей женитьбы на мне!

— Правда?

Его теплое дыхание нежно обдувало ее кожу и проникало в тело.

Чэнь Жун искренне хотелось на него закричать, упрекнув за дерзкое поддразнивание порядочной нюй-ши. Тем не менее, одного взгляда в его глаза оказалось достаточно, чтобы ее слезы неудержимо покатились по щекам.

Она тут же опустила глаза, обеими руками колотя его по груди и отталкивая. Поскольку она прилагала немалые усилия, все ее лицо покраснело.

Жань Минь слегка склонил голову набок, уголок его рта изогнулся, и весело посмотрев на девушку, изо всех сил отказывающая ему. Наконец он не смог удержаться от громкого смеха.

Внезапно он сел.

Это было слишком неожиданно, так что Чэнь Жун, изо всех сил пытавшаяся оттолкнуть его, не ожидала этого. Как только он удалился, она упала ничком и выпала из экипажа.

В тот самый момент, пара стальных рук обняла ее, подхватив, и таким образом, Жань Мин взял ее на руки, устроив на своего коня. Он прижал ее к себе, прижался лицом к ее лицу и мягко сказал:

— Почему ты так беспечна? Видишь, ты бы упала, если бы я не оказался проворен. Разве не было бы неприглядно для такой красивой девушки, вроде тебя, запачкать лицо?

Выражение его лица было настолько мягким и внимательным, насколько это вообще возможно.

Бессознательно более двухсот солдат расхохоталось.

Когда ее усадили на лошадь, Чэнь Жун так возмутилась, что все ее существо задохнулось от негодования. Она дрогнула, и мгновенно обрела свой голос, поспешив сказать:

— Отпусти меня, отпусти меня сейчас же…

— Ты действительно хочешь, чтоб я отпустил?

— Разве это не очевидно?!

— Хорошо, я сделаю, как ты говоришь. — Жань Мин усмехнулся и отпустил руки.

В тот же миг он отпустил коня, и его правая нога тихонько пнула подпругу.

Рыжий жеребец протяжно заржал и встал на дыбы.

Чэнь Жун только что освободилась и все еще пыталась спрыгнуть на землю. Потеряв равновесие из-за того, что лошадь вдруг встала на дыбы, она упала на землю, как качающаяся дворняжка.

Когда Чэнь Жун отправилась в путь, она, несомненно, была аккуратно одета и накрашена, но теперь, после того, как ее тело скатилось по песчаной земле, оно оказалось покрыто грязью, как у обезьяны.

Застигнутая врасплох и уткнувшись лицом в землю, Чэнь Жун села и посмотрела в более чем двести пар дразнящих глаз. Она тут же встретилась с озорным взглядом Жань Мина, сидевшего верхом на лошади.

Стыд и гнев нахлынули в ее сердце. Она сжала губы в тонкую линию, ее влажные глаза свирепо смотрели на него. Ее глаза все больше и больше краснели, и, наконец, когда она больше не могла этого выносить, она разрыдалась. После первого вопля, она закрыла лицо руками и зарыдала.

На ее подавляемую обиду было довольно трудно смотреть.

Жань Мин вздохнул и спешился.

Он поднял ее и заключил в объятия. Освободив ее лицо от ее рукавов, он помог ей стереть грязь, вздохнув:

— Разве ты не смеешься убивая? Тогда почему ты так плачешь от падения? Я думаю, ты все-таки маленькая девочка.

Он дал ей пару носовых платочков, поднял ее правой рукой и снова посадил на лошадь.

Чэнь Жун поспешила вывернуться из его хватки. Распахнув свои покрасневшие глаза, она плакала и настаивала:

— Я хочу сесть в свою повозку.— А потом она повернулась и спрыгнула вниз.

Оказавшись на земле, Чэнь Жун бросилась в свою коляску и задернула занавеску. Жань Мин наблюдавший за ее кроличьим бегством с беспомощной улыбкой, покачал головой. В этот момент занавес со свистом поднялся. Чэнь Жун подняла хлыст и приставила рукоятку к его горлу, яростно рыча:

— Осторожнее со своими нечестными приемами, господин Жань, или не обвиняй меня, когда я сделаю тебя инвалидом!

Ее рычание было одновременно громким и энергичным – довольно громкая угроза.

И все же на ее лице все еще имелись следы грязи и слез, а все ее тело напоминало пятнистого котенка.

Когда они увидели ее силуэт совместно с ее угрожающим действием, и при мысли, что она указывала не на кого иного, как на их непобедимого Небесного Принца, все солдаты расхохотались.

Обернувшись, Чэнь Жун остановилась.

Увидев ее, двести солдат расхохотались еще громче. И лицо Чэнь Жун после короткого молчания покрылось безграничным стыдом и волнением вместо прежнего гнева. Она быстро вжалась в экипаж и тут же снова задернула занавеску своей нежной белой рукой.

Жань Мин тоже разразился смехом.

Он вскочил на своего огненного скакуна, махнул правой рукой и закричал:

— Пойдем.

Песчаное облако вновь поднялось.

Среди упорядоченного и мощного марша Жань Мин ехал рядом с экипажем Чэнь Жун и тихо посмеивался над ней:

— Маленькая нюй-ши, ты позволила мне обнять и поцеловать себя. Просто выходи за меня, ладно?

— Мечтай, — приглушенный голос Чэнь Жун прозвучал как низкий скрежет.

Услышав ее слова, солдаты снова рассмеялись.

Жань Минь тоже засмеялся, сказав:

— Хорошо, я больше не буду дразнить тебя.

Он подошел к началу колонны, восстановив свою улыбку и потребовал:

— Никаких сообщников?

Грозного вида Ли Вэй вышел, сложил руки и ответил:

— Их двое, господин. Все они дали одни и те же ответы, при допросе.

— Убить их всех. — кивнул Жань Минь.

— Генерал, почему бы нам не связать их и не передать знати Нань'ян? Тогда они перестанут тыкать в тебя пальцами. — проявил нерешительность Ли Вэй.

— Я мужчина, — ответил Жань Минь с жестким выражением лица. — Почему меня должны волновать слова негодяев? Кроме того, они найдут оправдания, даже если мы их отдадим.

Ли Вэй обдумал его слова, кивнул и больше ничего не говорил.

После получаса пути Нань’ян уже находился в поле зрения.

В это время из кареты раздался ледяной голос Чэнь Жун:

— Генерал Жань, мы прибыли в Нань’ян. Пожалуйста, позвольте мне уйти.

Жань Мин помолчал. Повернувшись он уставился на трепещущую занавеску и неясный силуэт за ней.

— Даже если ты сердишься на меня, тебе не обязательно говорить со мной таким тоном.

В ответ Чэнь Жун многозначительно хмыкнула.

Развеселившись, Жань Мин засмеялся и махнул рукой.

— Тогда иди.

Чэнь Жун не поблагодарила его, а вместо этого крикнула своему вознице:

— Едь побыстрее.

— Да.

Ошеломленный интимностью отношений между его госпожой и Жань Мином, бедный мальчик только сейчас очнулся. В трансе он подчинился и повел экипаж вперед.

Глядя в след удаляющегося экипажа Чэнь Жун, Жань Мин снова громко рассмеялся.

Экипаж Чэнь Жун пронесся мимо, рассеивая в воздухе дым и пыль. К тому времени они добрались расстояния двух миль до городских ворот, она приказала вознице остановился на берегу озера. Они выехали снова только после того, как смыли все пятна крови с кареты и лошадей.

Вскоре после того, как они продолжили путь, с юга показались клубы облаков. Тысячи всадников галопом неслись вперед. Среди этих облаков Чэнь Жун увидела два развевающихся флага: на одном было написано “Минь”, на другом - “Сунь”. Сунь Ян привел свой отряд, чтобы приветствовать возвращение Жань Мина.

Чэнь Жун знала, что согласно правилам, группа Сунь Яна из тысячи человек не последует за Жань Мином в город. Он лишь поприветствует того у ворот, доложит о ситуации, а затем приведет свою команду обратно в лагерь за пределами Нань’яна.

Чэнь Жун посмотрела на знамя с надписью "Сунь" и в нерешительности закусила губы. В конце концов, она не приказала своему вознице остановиться... Она была слишком смущена, чтобы снова увидеть этого мерзавца Жань Мина в присутствии Сунь Яня.

Вскоре ее экипаж достиг городских стен.

В это время по обе стороны от входа стояло много знати. Они разговаривали друг с другом, играли на цитре или просили куртизанок спеть и потанцевать. Глава дома Чэнь, в частности, Чэнь Гунжан, стоял в центре ворот, наклонив голову в разговоре с Господином Ю.

Чэнь Жун наблюдала за Чэнь Гунжаном в длинном ханьфу чжицюй, с длинной бородой и доброжелательным выражением, и про себя подумала: На этот раз его не зарежут, верно?

Чэнь Гунжан погиб в этом инциденте в ее предыдущей жизни. После некоторых раздоров Чэнь Юань получил контроль над всеми делами дома Чэнь в Нань’яне. Без Чэнь Гунжана, ограничивающего его, тот действовал очень эгоистично и тиранически. Чэнь Жун не могла представить, что случится с ней на этот раз, если Чэнь Юань снова возьмет под контроль весь дом Чэнь в Нань’яне.

Чэнь Жун подняла занавес и под удивленным взглядом Чэнь Гунжана проследовала в город.

Ее повозка въехала прямо в поместье Чэнь и остановилась во дворе.

Внутри ее приветствовали Матушка Пин и Старый Шан, а также Чэнь Цянь, Чэнь Ци и банда Чэнь Вэй. Все они были потрясены, увидев грязное лицо Чэнь Жун и ее грязную одежду. Чэнь Вэй и другие девушки округлили глаза и начали хихикать.

Чэнь Жун не обратила на них внимания. Она небрежно отдала поклон и, не говоря ни слова, пошла на задний двор, где начала умываться.

Чэнь Цянь наблюдала, как Чэнь Жун убегает, прежде чем повернулась к вознице и спросила:

— Эй, что случилось с твоей хозяйкой?

— Я плохо управлял, и из-за меня госпожа упала. — ответил возница с поклоном.

— Ей не повезло, — хихикнула Чэнь Цянь. — Хорошо, что ее не видели дворяне. Иначе она стала бы посмешищем для всех.

Не отвечая, возница вывел экипаж на задний двор.

Чэнь Жун потратила почти час на отмывание. Когда она вышла, Чэнь Вэй и другие девушки уже ушли.

С облегчением она вздохнула и, опустив голову, вышла в холл.

Тем не менее Матушка Пин и Старый Шан окружили ее.

Чэнь Жун подняла голову, когда увидела восторженные лица своих слуг. Матушка Пин подошла к ней, взяла ее за руки и радостно сказала:

— Госпожа, я слышала от молодого помощника, что Генерал Жань сделал Вам предложение?

Стоявший рядом, Старый Шан добавил с сияющей улыбкой:

— Госпожа, Генерал Жань — человек чести. Вы всегда хвалили его, когда слышали его имя в Пин. Как здорово, что Вы можете выйти за него замуж. Что я говорил? Наша госпожа благословлена.

На лице Чэнь Жун появилось страдание.

Она не ответила, Когда Матушка Пин вдруг снова посмотрела на нее с той же болью:

— Но что нам делать с Ван Циланом?