Шел третий день, склонив голову, чтобы настроить цитру, Чэнь Жун сидела в недавно отремонтированном дворе.

— Госпожа, — прошептала нянюшка Пин.

— Хмм?

— У нас заканчиваются деньги и ткань, — сказала она, добавив, — Кое-какую мебель нужно будет заменить. Вам также придется приобрести новую одежду, так как у вас ее сейчас очень мало. Госпожа, мы должны сказать об этом мастеру?

Глаза Чэнь Жун не отрывались от струн, когда она ответила:

— Нет.

— Но госпожа...

Здесь Матушка Пин вспомнила о необычном поведении ее госпожи во время путешествия, и успокоилась, ожидая указаний Чэнь Жун.

Отодвинув цитру в сторону Чэнь Жун посмотрела на Матушку Пин и сказала:

— Скажи Старому Шану, пусть послушает и посмотрит, вернулся ли мой дядя, Чэнь Гунжан.

— Да.

Увидев, что Чэнь Жун вновь начала перебирать струны, выглядя при этом немного рассеянно, кормилица с любопытством спросила:

— Госпожа, о чем Вы раздумываете в последние несколько дней?

О чем она задумалась? О чем еще, кроме событий, произошедших в ее прошлой жизни? По какой-то причине ее память становилась все более расплывчатой. Она совершенно не могла вспомнить некоторые фрагменты прошлого; даже некоторые из наиболее важных событий не приходили ей на ум до самой последней минуты.

Из-за этого Чэнь Жун становилось не по себе.

В это время из соседнего двора донесся смех.

Дворик Чэнь Вэй.

Матушка Пин вздохнула и не смогла удержаться, чтобы не сказать:

— Последние три дня дворы навещали друг друга. Но когда я пыталась назначить встречу от Вашего имени, люди из дома Чэнь из Нань’яна давали только холодные ответы и выглядели довольно несчастно.

— Я знаю, — внезапно Нань’ян переполнился такими же людьми, как она и другими мигрантами. Даже если дом Чэнь в Нань’яне процветал, она не была популярным гостем. Поскольку хозяева не хотели, чтобы эти люди приезжали, они выдвигали всевозможные условия, как только их просили о визите.

Конечно, ее в основном избегали из-за ее второсортной линии.

Соседствующая Чэнь Вэй давно общалась с другими девушками клана, в то время как ее двор оставался пуст в течение последних трех дней, и ни одна душа не заглядывала.

В прошлом она не понимала этих вещей и каждый день следовала за группой Чэнь Вэй во двор Чэнь в Нань’яне. В результате все решили, что она ищет милосердия. Они смотрели на нее, как на нищенку, не скрывая сарказма в своих словах, пока унижали ее. Конечно, именно из-за отсутствия еды и денег ей пришлось просить помощи у семьи.

— Скажи старому Шану, чтобы он никогда не беспокоил ши-фу, чего бы нам ни хватало. — велела в этот момент Чэнь Жун.

— Но, госпожа, мы же семья.

— Делай, как я говорю, — нахмурившись, приказала она.

— … Да.

— Верно, госпожа, ши-фу приказал всем сяо-дзе присутствовать на завтрашнем банкете. Что Вы наденете?

— Завтра вечером? — спросила Чэнь Жун, поднимаясь со своего места. Завтра вечером? Да, это случится завтра вечером! В честь Принца Нань’яна, стоявшего одной ногой  в могиле, в доме Чэнь должен был состояться ночной банкет. Тогда Советник Сюй, помощник принца Нань’яна, обратил внимание на ее внешность и потребовал, чтобы она стала его наложницей. В то время она была так влюблена в Жань Миня, что даже ее сны были наполнены его тенью. Она была потрясена, услышав эту новость. Поскольку отказ оказался бесполезным, она даже подумывала о самоубийстве.

Этот кошмар был слишком темным и глубоким. Даже сейчас ее голос невольно задрожал при упоминании об этом.

Матушка Пин удивленно посмотрела на нее, и кивнув, сказала:

— Да. Я слышала, что Принц Нань’яна, Цилан дома Ван, и Герцог Цзянцзо все будут участвовать.

— Госпожа, госпожа, с Вами все в порядке? Вы больны? — обеспокоенно спросила кормилица Чэнь Жун, увидев ее задрожавшие губы.

"Да, да, я ведь могу притвориться больной!"

Пепельное лицо Чэнь Жун слегка расслабилось. Она повернулась к кормилице и поспешно произнесла:

— Нянюшка, немедленно доложи мастеру, что я плохо выгляжу с тех пор, как мы прибыли в Нань’ян, что у меня нет аппетита и я прикована к постели. Попроси его найти мне врача.

— По какой причине, госпожа? Я слышала, что все сяо-дзе и сяо-хо-дзы придут на завтрашний банкет. Если Вы произведете хорошее впечатление, Вы даже сможете найти выгодный брак.

— Просто делай, как я сказала! — нетерпеливо рявкнула Чэнь Жун не желала объяснять.

— … Да. — наблюдая за Чэнь Жун, сиделка не могла не подумать: "Моя госпожа ведет себя все более и более странно в эти дни".

Даже к тому времени, как Матушка Пин ушла, лицо Чэнь Жун все еще было бледным.

Она знала, оттого что она являлась всего лишь дочерью наложницы второстепенной ветви, на банкете в прошлой жизни ее дядя Чэнь Юань согласился отдать ее советнику, которому было уже за пятьдесят. Это стало началом всего. Ей пришлось израсходовать все средства, и она едва не превратила свою репутацию в нечто непонятное, прежде чем смогла вырваться из этого кошмара. В то время она слышала, как ее дядя говорил, что она понравилась не только советнику Сюй, но и Принцу Нань’яна.

Тогда дядя был наполнен сожалениями. По его мнению, если бы Чэнь Жун не вела себя неподобающе, Принц Нань’яна мог бы попросить советника Сюй передать ее к нему.

Другими словами, даже если она не пойдет завтра вечером, даже если она всю свою жизнь старательно пыталась поднять свой статус, даже если на этот раз она не будет обещана Советнику Сюй, она все равно не сможет избежать когтей Принца Нань’яна. У этого похотливого монстра во внутренних покоях находилось почти сто наложниц, представляющих все характеры и лица, какие только существовали на Земле. Его внимание привлекли ее ошеломляющая внешность и вспыльчивый характер.

Сердце Чэнь Жун при этой мысли заболело. Она потирала руки, расхаживая взад и вперед по двору. Что ей делать, что ей делать?

И все же смех с другой стороны стены продолжал доноситься.

Он становился все более и более слышимым.

Воспринимая смеющиеся голоса доносившиеся до ее двора,  Чэнь Жун  бросила  взгляд на Старого Шана, прежде чем развернуться и броситься в спальню.

— О, Вашей госпожи нет дома? Завтра вечером будет банкет, и мы все примеряем нашу новую одежду. Скажи своей госпоже, чтобы она пошла с нами. — услышала она вскоре вежливые речи Чэнь Вэй снаружи.

— Наша госпожа спит, — послышался почтительный голос Старого Шана.

— Неужели это так? — Чэнь Вэй казалась немного разочарованной. — Платье для А Жун очень красивое. Я хотела посмотреть, как оно будет на ней смотреться.

Когда Чэнь Жун услышала эти слова, в голове у нее зазвенело. "Теперь я вспомнила, теперь я вспомнила! Все в точности, как раньше." Клан приготовил для нее самое красивое платье и подарил великолепные аксессуары. Когда советник Сюй попросил Чэнь Юаня отдать ее ему, лицо Чэнь Юаня выглядело немного разочарованным. Да, верно, в то время внимание принца  Нань’яна  привлекла не менее очаровательная куртизанка. Видя, что принц не проявляет интереса к Чэнь Жун, Чэнь Юань согласился отдать ее Советнику Сюй.

Дом Чэнь давно собирался отдать ее Принцу Нань’яна! И все же, учитывая его статус, даже если бы она оказалась прямым потомком, она могла стать только его наложницей.