Глава 151: Встреча с Чэнь Вэй

Чэнь Жун вернулась в свою комнату и целый час просидела на диване.

Со временем ее сердце успокаивалось, становясь все тише.

Заметив восходящую луну и затихающие за дверью голоса, про себя она подумала: "Должно быть, Жань Минь ушел."

Она вышла на улицу, спустилась по каменным ступеням, прошла по обсаженной деревьями дорожке и свернула на узкую тропинку справа. Эта тропинка проходила довольно далеко от того места, где она встретила Жань Миня.

Время от времени раздавались голоса. Чэнь Жун знала, что ее управляющие в течение последних нескольких дней отвергали толпы посетителей... Поскольку она желала покоя, Ван Хун дал ей покой.

В это время череда легких и проворных шагов ускорила свои шаги, словно сообщая ей, что кто-то идет.

Чэнь Жун знала, что это люди Ван Хуна.

— Что такое? — спросила она остановившись.

— Только что мы слышали за горой мужской смех, жрица, — прозвучал голос Ин'гу, когда шаги остановились. Затем последовала пауза и она вновь заговорила, — Вы знаете, кто это был?

Судя по ее голосу, она намеренно спрашивала, хотя явно видела Чэнь Жун с Жань Минем.

— Он мой старый знакомый, — тихо ответила Чэнь Жун.

— Кто может пойти, если я хочу послать письмо твоему хозяину? — спросила она у Ин'гу, посмотрев на нее с искорками в глазах.

— Не дразните меня, жрица, — немного помолчав, вымолвила с улыбкой Ин'гу. — Поскольку его светлость послал нас сюда,то теперь мы в Вашем распоряжении. Мы не будем передавать новости другим.

Она подумала, что Чэнь Жун испытывает ее.

— Раз так, то не обращай внимания, — легкомысленно отозвалась она, отворачиваясь. Ей больше ничего не хотелось ей говорить.

Она пошла дальше.

— Разве я Вас разозлила? — поспешила за ней Ин'гу и запнулась.

— Я хочу побыть одна, — покачала головой Чэнь Жун.

Ин'гу восприняла это как приказ уйти и перестала за ней следовать.

Спустя пятьсот-шестьсот шагов, когда голоса становились все более отдаленными, Чэнь Жун остановилась и обернулась.

Она увидела женщину, вышедшую из беседки на левом склоне горы .

Она продолжила путь, не обращая на женщину никакого внимания.

Затем пройдя три шага, она обернулась посмотреть на эту женщину.

Она была нежна, подобно цветку груши. Ее алебастровая кожа казалась холодной в лунном свете... Неужели это Чэнь Вэй?

Это действительно Чэнь Вэй?

Чэнь Жун прищурилась и молча осмотрела окрестности, пока шла.

Вокруг нее все было тихо. Нет, в сотне от нее шагов, в лесу, стоял человек. Видимо он сопровождающий Чэнь Вэй.

Жань Минь действительно любил Чэнь Вэй, не так ли? Независимо от того, где она находилась, он всегда посылал ей охранников, чтобы следить за ней. В прошлом рядом с ней всегда был охранник и две верные служанки. Вот почему Чэнь Жун никогда не могла найти шанса что-нибудь с ней сделать. Она даже не надеялась, что на этот раз все будет иначе.

Чэнь Вэй рассеянно смотрел вниз. Словно почувствовав на себе взгляд Чэнь Жун, она подняла взгляд.

Некоторое время она тупо смотрела на Чэнь Жун, а затем с удивлением спросила:

— Почему ты здесь? А где же Жань Минь? Я думала он отправился на твои поиски.

Пока спрашивала, она оглядывалась по сторонам в поисках Жань Миня.

Чэнь Жун же просто на нее смотрела.

Ночной ветер холодил ее и проникал в самое сердце. Она спокойно изучала Чэнь Вэй, чье лицо виднелось перед ней в лунном свете.

Чэнь Вэй выглядела не очень хорошо. Она имела болезненную бледность, с обострившимся подбородком и глазами, которые, казалось, всегда были полны слез.

Но эта худоба делала ее еще более хрупкой, изящной и жалкой, как цветок груши, который опадает при первом же порыве ветра.

Пока Чэнь Жун оценивала Чэнь Вэй, другая девушка тоже оценивала ее.

Она оглядела Чэнь Жун с ног до головы, и, спрятав улыбку, тихо сказала:

— А Жун, прошло всего несколько месяцев, но как же ты стала даосской монахиней? Хе-хе, но в даосском одеянии ты выглядишь еще лучше и соблазнительнее.

Она с радостью отправилась к Чэнь Жун.

Вскоре она уже оказалась в пяти шагах от своей кузины.

Она остановилась, чтобы еще раз взглянуть на Чэнь Жун. Она притворно вздохнула и улыбка ее растянулась по всему лицу:

— Я была очень рада услышать, что ты уехала с Ван Циланом. Даже А Ци и девочки завидовали тебе. Мы все думали, что когда ты попадешь в Цзянькан, то будешь жить сказочной жизнью в доме Ван Лан'я. Мы никогда не думали, что ты станешь монахиней.

— Бедная А Жун, — Посетовала она и с сочувствием посмотрела на нее.

Чэнь Жун молча наблюдала за ней, ожидая, когда же она закончит.

— Ты закончила? — спросила она, когда Чэнь Вэй остановилась перевести дыхание.

Чэнь Вэй замерла, глядя на Чэнь Жун.

Слегка улыбнувшись, Чэнь Жун посмотрела на Чэнь Вэй и медленно произнесла:

— Только что, твой муж Генерал Жань, был здесь, чтобы увидеться со мной и молил, чтобы я пошла с ним.

Чэнь Вэй побледнела.

Чэнь Жун улыбнулась. Сложила руки за спиной, снисходительно осмотрела Чэнь Вэй сверху вниз, а затем, скопировав ее вид, легкомысленно сказала:

— Теперь А Вэй, тебе следует обращаться ко мне, как к Хозяйке Дома.

— Хозяйка Дома.

— Хозяйка Дома.

Ее слова казались легкомысленными, но их значение было весомым. Чэнь Вэй побледнела, как снег. Она больше не могла улыбаться. Она бросилась вперед, схватила Чэнь Жун за рукав и закричала:

— Ты лжешь! Мой муж сказал, что ты переспала с Ван Ци, и он больше не хочет тебя видеть!

Ее тревожный крик оказался достаточно громок, чтобы привлечь внимание людей, идущих с правой стороны горы.

Когда Чэнь Вэй поспешно схватил ее за рукава, Чэнь Жун нахмурилась и взмахнула этим рукавом, чтобы отшвырнуть Чэнь Вэя прочь. Она с удовольствием искоса наблюдала на истерически вопящую Чэнь Вэй.

Когда Чэнь Вэй увидела улыбающееся лицо Чэнь Жун, она не знала куда деть свой гнев. Стиснув зубы, она вцепилась в лицо Чэнь Жун и закричала:

— Бесстыжая проститутка! Да, как ты смеешь насмехаться надо мной. Я... Я разорву тебе лицо!

Она отчаянно набросилась на Чэнь Жун, но Чэнь Жун все-таки училась боевым искусствам и не подпустила ее близко.

Как только Чэнь Вэй бросилась на нее, Чэнь Жун проворно отскочила назад и уклонилась от ее атаки.

Едва не упав на землю, Чэнь Вэй сделала несколько неуверенных шагов. Затем восстановила равновесие и с трудом перевела дыхание.

Взглянув на Чэнь Жун и снова заметив на ее лице улыбку, Чэнь Вэй заставила себя успокоиться.

Согнув колени, она вздохнула и прокричала:

— Ты лжешь! Моего муж не с тобой. Если бы он хотел тебя, то был бы здесь прямо сейчас. Ты лжешь.

— О, так значит, А Вэй вовсе не глупа. Сразу же заметно, что я лгу, — похвалила ее Чэнь Жун, хлопая в ладоши.

Чэнь Вэй застыла, услышав эти ее слова.

В изумлении, она посмотрела на нее и проглотила проклятия готовые слететь с ее губ, торопливо спросив:

— Что ты сказала? Ты же сказала, что лжешь, верно? Разве не так?!

В ее паническом голосе слышалась радость.

Чэнь Жун напротив нее, тоже изумилась. Она долго рассеянно смотрела на Чэнь Вэй, а потом пробормотала:

— Какая жалость... Зачем же жить такой жизнью? — почти прошептала она. Это была скорее не насмешка над Чэнь Вэй, а скорее предупреждение себе самой.

Чэнь Вэй не слышала и не заботилась о том, насмехается та над ней или нет. Она только поспешила вперед и спросила:

— Что ты имеешь в виду? Ты ведь лгала, не так ли? Мой муж никогда не хотел тебя, правда?

Каждый ее вопрос был непреклонен и настойчив.

Во время допроса Чэнь Жун с жалостью посмотрела на Чэнь Вэй. Со слабой улыбкой на лице, с руками сложенными за спиной в той же манере, что и у Ван Хуна. Она кивнула.

— Да, я солгала. Твой муж не хочет жениться на мне.

— А Вэй, — произнесла она мрачно, наблюдая за радостным выражением на лице Чэнь Вэй.

Та посмотрела на нее вопросительно.

— А ты разве не умеешь притворяться, А Вэй? Твои слезы всегда могут пролиться по желанию, — когда Чэнь Вэй начала возмущаться, Чэнь Жун улыбнулась и медленно произнесла, — А Вэй, используй свои слезы, используй свою униженность и покорность, чтобы выманить своего мужа из Цзянькана.

И снова Чэнь Вэй осталась сбитой с толку. Прежде чем она успела возразить, Чэнь Жун погладила ее кончиками пальцев и мягко добавила:

— Твой муж сказал, что все еще хочет меня, несмотря на мое прошлое.

Чэнь Вэй побелела, как лист пергамента и попятилась назад.

— А еще он сказал, что хочет жениться на мне, — продолжала она неторопливо, даже не глядя на нее.

На этот раз Чэнь Вэй издала нечто похожее на рыдание, но в то же время и на возмущенное ворчание. Она кусала нижнюю губу, ее широко раскрытые слезящиеся глаза упрямо смотрели на Чэнь Жун, ожидая продолжения от нее.

— Но я монахиня, посвященная Его Величеством, — небрежно продолжала Чэнь Жун с улыбкой. — Кроме того, твой муж вечно находится в своих военных кампаниях, как может армейское питание и жилье сравниться с Цзяньканем? — глядя на Чэнь Вэй произнесла она. — А Вэй, твой муж – единственный человек в империи, которому все равно, монахиня я или нет. Так что тебе лучше как можно скорее увезти его из Цзянькана. Уходи, пока я не передумала.

Она слегка приподняла губы. Ее бездонные глаза ярко блестели в лунном свете. Чэнь Вэй не могла понять, о чем она думает, и даже не знала, говорит ли она правду или нет.

— З-зачем тебе это? — зорко на нее глядя спросила Чэнь Вэй, а затем приблизилась к кузине, продолжила расспросы, — А Жун из дома Чэнь, какие фокусы у тебя припрятаны в рукавах?

Чэнь Жун отвернулась.

Выражение ее лица стало одновременно отчужденным и надменным.

— Если ты не хочешь уходить, то забудь сказанное мною, — хлопнув рукавами, она ушла вперед.

— Остановись.

— А Жун, это правда? Мой муж все еще хочет тебя? — неоднократно спрашивала она, преследуя ее по пятам.

Чэнь Жун даже не оглянулась, и холодно ответила:

— Разве ты не знаешь своего собственного мужа? Никогда не поверю, что ты ничего не знаешь о его чувствах ко мне.

От этих слов Чэнь Вэй остановилась. Через два шага Чэнь Жун услышала позади себя рыдания.

Она обернулась.

В лунном свете Чэнь Вэй лежала на земле и плакала, прикрывшись ладонями. Ее плечи так сильно дрожали, что было трудно не обращать на нее внимания.

Чэнь Жун приблизилась к ней.

Она с жалостью посмотрела на Чэнь Вэй и медленно произнесла:

— Не стоит так расстраиваться. А Вэй, ты не любишь его так сильно, как думаешь.

Она имела в виду именно то, что сказала. Чэнь Вэй, естественно, не обратила на это внимания.

— Ты, наверное, счастлива видеть мои страдания. А Жун, не будь слишком довольна. Ты больше никому не нужна! Ты же теперь монахиня!

— Ты права, я просто в восторге, — с улыбкой ответила она Чэнь Вэй. — Ты проиграла а Вэй! Отныне, даже если ты изо всех сил будешь стараться угодить ему, сердце твоего мужа уже тебе не принадлежит. Из-за тебя он не может заполучить меня. Он на тебя за это обижен. Ай Вэй, все кончено!

Ее презрение кололо, как иголки.

Чэнь Вэй очень хотелось опровергнуть это, возразить с самой жестокой насмешкой, но по какой-то причине из ее горла вырвались только рыдания. Женская интуиция подсказывала ей, что сказанное Чэнь Жун – правда.

Внезапно ее упрямство, горькая ненависть, печаль, утрата и боль превратились в рыдания.

Чэнь Жун неподвижно стояла на ночном ветру и равнодушно наблюдала за рыдающей кузиной.

Наконец она вздохнула и повернулась, чтобы уйти.

Всего через несколько шагов она вдруг услышала вздох из леса позади них.

Она повернулась, чтобы осмотреть окрестности.

В поле ее зрения появился рослый мужчина, выглядевший несколько знакомо. Чэнь Жун окинула его быстрым взглядом и наконец вспомнила, это тот самый капитан, который время от времени выполнял роль возницы для Жань Миня, забавный и интересный человек.

Итак, он защищал Чэнь Вэй; ей действительно благоприятствовали. Но так даже лучше – люди разбиваются только тогда, когда падают с облаков.

Он подошел к Чэнь Жун, поднял сложенные руки и сказал:

— Как поживаете?

Чэнь Жун рассеянно посмотрела на него.

Он взглянул на Чэнь Вэй, а затем снова повернулся к Чэнь Жун, все время вздыхая.

— Пожалуйста, оставьте Цзянькан с вашим генералом, — Чэнь Жун опустила взгляд и торжественно произнесла. — Этот город может казаться процветающим, но опасность подстерегает его на каждом углу. Генерал Жань – мужчина с амбициями; не дайте ему умереть глупой смертью.

Хлопнув рукавами, она повернулась уходить.

Ее слова прозвучали как предупреждение. Мужчина вздрогнул и задумчиво нахмурил густые брови.