Глава 133: Прямо к порогу

Ночь прошла спокойно.

Чэнь Жун проснулась от сияния золотого солнечного света. Она повернула голову в сторону и посмотрела на свет снаружи, слыша щебетание птиц, человеческие голоса и даже тихие приветствия. Она улыбнулась и подумала про себя:

— Я добралась до Цзянькана.

Цзянькан был таким красивым и далеким названием – там деньги считались навозом, а мясо и вино скармливались животным; там никогда не прекращался смех и никогда не заканчивалась еда.

Его существование подобно райской стране в памяти обеих ее жизней. Он был далек от пламени войны и споров, и единственное, что у него было – это роскошь, процветание и мир.

Чэнь Жун медленно села и подошла к своему бронзовому зеркалу. Теперь у нее имелось достаточно золота и серебра, чтобы вести неплохую жизнь в Цзянькане... Ей только нужно не стать наложницей или игрушкой для мужчин, чтобы ее посылали туда и обратно для их развлечений и борьбы с другими женщинами. Вот почему она должна сделать все возможное, чтобы увидеть Его Величество и получить его разрешение остаться незамужней до конца своей жизни.

При этой мысли Чэнь Жун тихонько замурлыкала.

Матушка Пин уже ждала ее за дверью. Она не могла удержаться от смеха, когда услышала ее напевания.

— Вы уже встали, Госпожа? Почему Вы так счастливы сегодня?

Она выставила все требуемое для умывания и причесывания.

Чэнь Жун рассмеялась.

— Не только сегодня, но и впредь я всегда буду счастлива. — она игриво подмигнула своему прекрасному лицу и длинным спутанным волосам в зеркале.

Матушка Пин рассмеялась. Расчесывая ее волосы, она спросила:

— Тогда Вы приобретете какую-нибудь землю и собственность в Цзянькане?

— Конечно, придется сделать это, но в Цзянькане полно влиятельных семей. Сначала я должна встретиться с Императором, прежде чем смогу что-то сделать. — Только так она могла защитить свою собственность. Следует знать, что вся собственность в Цзянькане принадлежала влиятельным кланам. Даже если это не так сейчас, в будущем ее могут захватить силой.

Тем не менее, магазины и лавки можно было бы рассмотреть к приобретению.

Чэнь Жун встала, протянула руки, чтобы надеть зеленое платье, и снова замурлыкала.

Она вышла во двор.

За ее маленьким двориком начиналась оживленная улочка, где ежедневно курсировали простолюдины.

Чэнь Жун приказала слуге передвинуть диван и лениво прилегла на него, загорая и прислушиваясь к суете снаружи.

Через некоторое время она сказала с закрытыми глазами:

— Старый Шан, приготовь открытку и отправь ее в дом Чэнь Цзянькана, чтобы попросить о визите.

Тот поклонился и вышел.

Вскоре после этого Чэнь Жун снова приказал:

— Нянюшка, скажите двум мужчинам, чтобы они тайно занялись делами моего брата. Я должна знать о нем все.

— Да.

Через некоторое время она открыла глаза и сказала единственной оставшейся рядом служанке:

— Принеси мне бронзовое зеркало.

— Да.

Вскоре перед ее глазами появилось зеркало.

Чэнь Жун подняла его и наклонила голову. Глядя на прекрасное и завораживающее отражение в нем, она поскребла ногтем по щеке и вдруг спросила:

— Скажи, а что, если я сделаю здесь надрез?

— Об этом не может быть и речи, госпожа, — испуганно воскликнула служанка. — Вы никогда не должны этого делать!

Чэнь Жун взглянула на нее и рявкнула:

— Чего ты паникуешь? Я просто так спросила.

Она все еще смотрела на себя в зеркало, и ее ноготь все еще рисовал линии на своем лице. Через некоторое время она отложила зеркало и пробормотала:

— Не то, чтобы у меня хватило смелости или желания сделать такое.

После этих слов она снова прилегла и закрыла глаза.

Служанка перепугалась до полусмерти. Увидев, что та закрыла глаза, она быстро подошла и убрала зеркало.

Некоторое время спустя раздался шепот Матушки Пин:

— Госпожа, Ваш брат ищет вас.

— Веди его сюда.

— Да.

Матушка Пин ушла, а Чэнь Жун пробормотала себе под нос:

— Немного скучно просто лежать здесь. Думаю, нужно распорядиться Старому Шану, чтобы тот просверлил дыру в стене, тогда я смогу выглядывать наружу.

После ее слов кто-то засмеялся.

— А Жун, зачем ты вообще это делаешь?

От этого голоса Чэнь Жун вздрогнула. Она резко обернулась, свирепо глядя на мужчину, и воскликнула:

— Ты? Как ты сюда попал?

Не обращая внимания на ее сердитый взгляд, при помощи своей служанки к ней медленно подошел хрупкий молодой человек. Как только он остановился, как само собой разумеется, внутрь вошло еще две другие служанки и принесли ему столик.

Они зажгли благовония, подогрели вино и, когда он сел, поставили перед ним тарелку с пирожными.

Он съел закуски, принесенные ему служанкой, взглянул на Чэнь Жун и спросил:

— Почему ты так испугалась? А Жун из дома Чэнь, только не говори мне, что ты считаешь себя затворницей, и пока ты не выйдешь, никто не узнает, где ты живешь. — этот резкий саркастический голос действительно принадлежал Хуан Цзюланю.

Чэнь Жун медленно села. Она внимательно посмотрела на бледного юношу и наконец спросила:

— Мой добрый господин, у тебя имеются для меня инструкции на этот визит?

— Инструкции? Нет.

Хуан Цзюлан хлопнул в ладоши, неторопливо поднялся и повернулся, чтобы уйти.

Служанки унесли все принесенное собой и убрали стол, вернув его на прежнее место, приведя двор в прежнее состояние. Затем они сели в экипаж, как будто ничего не случилось.

Не успел экипаж Хуан Цзюланя выехать за ворота, как Матушка Пин ввела молодого Господина Чэнь внутрь. Он посмотрел на эмблему экипажа и хрупкое лицо мужчины за занавеской.

Только когда он отъехал на достаточное расстояние, он удивленно выпалил:

— Это прямой потомок дома Хуан?!

— Да.

— Понятно... — он повторил это слово несколько раз и не мог придумать, что еще на это сказать.

Когда они подходили к Чэнь Жун, он услышал, как служанка спросила ее:

— Госпожа, это было действительно странно. Зачем Цзюланю из дома Хуан приходить сюда, если он просто собирался вот так уйти? Что он имеет этим в виду?

Чэнь Жун опустила глаза и ухмыльнулась.

— Что он имеет этим в виду? Он хочет сказать мне, что они хорошо осведомлены о моем местонахождении, поэтому я не должна делать ничего бессмысленного.

Она напомнила себе, что впредь должна быть более сдержанной. Она не должна никому рассказывать о своем намерении просить Его Величество разрешить ей остаться незамужней до конца жизни.

В этот момент она услышала позади себя радостный крик брата:

— А Жун, А Жун.

Чэнь Жун обернулась, приветствуя Далана из дома Чэнь (1).

[Примечание 1: Далан – старший сын.]

Увидев снова друг друга брат с сестрой всплакнули. Служанки быстро накрыли стол для своих господ.

Он сел и озабоченно посмотрел на Чэнь Жун. Он взял ее за руки и торопливо спросил:

— А Жун, вчера ты сказала, что у тебя есть план. Что же это за план такой?

Чэнь Жун лукаво улыбнулась ему и покачала головой.

— Я пока не могу тебе сказать.

Далан из дома Чэнь расплылся в улыбке, увидев ее игривый взгляд. Но затем он печально пробормотал:

— Мне было так трудно снова увидеть тебя. Как ты могла разорвать наши узы?

Он хлопнул себя по лбу и хрипло добавил:

— Это моя вина, что я такой бесполезный, а эта мерзкая женщина оскорбила тебя.

Чэнь Жун поспешно покачала головой. Она взяла брата за руку и успокоила его:

— Не волнуйся, брат. Я сейчас довольно впечатляющая личность. Эта твоя мерзкая женщина не может меня запугать.

Ее слова заставили брата возразить:

— Ты всего лишь маленькая девочка, как ты можешь быть впечатляющей? — на этом местн он пристально посмотрел на Чэнь Жун и пожал плечами, — Почему сын дома Хуань выходил от тебя? Что происходит?

Он выглядел так, словно хотел расспросить ее подробно, но в конце концов прикусил язык. Он пристально посмотрел на Чэнь Жун и серьезно сказал:

— А Жун, это прекрасно быть любовницей богатого человека, но ты должна знать, что все дамы в Цзянькане высокомерны. Даже бывшему премьер-министру, Господину Ван Дао, жена не позволяла иметь наложниц. Что ты будешь делать, если в конце концов встретишься с недоброй хозяйкой дома?

Он думал, что Чэнь Жун была любовницей, которую тайно содержал Хуан Цзюлань.

Она не могла винить его за это. Она только вчера нашла место для ночлега, но Хуан Цзюлань уже прибыл сюда сегодня. Самое главное, когда мужчина свободно приходит сам к женщине без сопровождения, то все его мысли устремляются в одном направлении.

Пока Чэнь Жун криво улыбалась, Матушка Пин с несчастным видом опровергла его слова:

— Господин, будьте осторожны со своими словами. Хуан Цзюлань и моя госпожа не состоят в отношениях. Они просто друзья.

— Друзья?

Далан сразу же поверил ей. Он рассмеялся, и меланхолия исчезла с его изможденного лица.

— Да-да, знаменитые ученые в Цзянькане все такие. Они не обращают внимания на тривиальные правила. Даже если они хотят подружиться с женщиной, они просто делают это. Тогда все прекрасно и хорошо, все прекрасно и хорошо.

Чэнь Жун не ожидала, что он поверит ей так быстро. Но она не могла знать, что литераторы в Цзянькане были довольно праздными бездельниками. Был некто, который даже приходил в чужой дом и несколько раз спал рядом с хозяйкой того дома, но ни муж этой женщины, ни люди в городе не удивлялись и не думали, что они прелюбодействуют... Литераторы, они такие. Если они скажут "нет", мир поверит, что ничего не произошло.

Далан из дома Чэнь все еще смеялся. Он был так счастлив, что встал из-за стола и начал ходить по комнате кругами. Он потер руки и улыбнулся Чэнь Жун, которая подозрительно уставилась на него.

— Ты здесь не так давно, чтобы знать, что этот город в корне отличается от Нань'яна и Пина. Люди здесь в некотором смысле раскованны... Я не могу толком объяснить это, со временем ты поймешь.

С гордостью на лице и заложенными за спину руками он свернул во двор, кивая и оглядываясь по сторонам.

— Моя А Жун весьма впечатляет. Молодая девушка, путешествующая на юг самостоятельно, но не только не встретила никаких опасностей, она даже подружилась с такими известными учеными, как Хуан Цзюлань, и купила подобный двор. Как прекрасно! — только что, когда Матушка Пин сказала ему, что Чэнь Жун выкупила это место, он подумал, что это ложь во спасение и что на самом деле Хуань Цзюлань купил его для его сестры. Теперь, зная, что это не так, он не жалел слов похвалы.

— А Жун, ты, наверное, справляешься гораздо лучше меня, — вздохнул он.

В это время Чэнь Жун махнула рукой. По ее сигналу служанки удалились из комнаты.

В тихом дворе она склонила голову набок и шутливо спросила брата:

— Если моя невестка такая ужасная, то почему бы тебе не развестись с ней?