Глядя на конных, чьи лица были скрыты шлемами, Ли Чэн вышел, поднял сцепленные руки и начал говорить.

Однако прежде чем тот успел поздороваться, один из конных заговорил с ним на языке Цзинь:

— Вы принадлежите к дому Чэнь в Нань’яне?

"Они распознали, кто мы такие".

Ли Чэн и его охранники разразились радостными возгласами. Только люди Хань смогут узнать их многочисленные сложные семейные гербы.

— Да, — быстро ответил Ли Чэн. Он сложил руки вместе и почтительно спросил, — А вы...?

— Мы служим под командованием Генерала Жань, — ответил закованный в броню воин, жестом приказав своим подчиненным снять шлемы и открыть лица.

Ли Чэн и его люди смеялись как сумасшедшие, когда услышали их ответ и увидели их лица. Некоторые из них даже заставляли своих лошадей бегать кругами, пока они смеялись.

Ли Чэн тоже сиял от уха до уха.

— Прошу прощения, наши ребята вне себя от восторга, услышав, что Вы люди Генерала Жань.

Дюжина или около того конных не потрудились поднять глаза среди хохота охранников. Только до тех пор, пока Ли Чэн не заговорил, снова раздался голос говоривший на Цзинь:

— Уже поздно, попроси свою госпожу пойти к Генералу Жань.

Ли Чэн не спрашивал, откуда они узнали, что с ними молодая нюй-ши. Он радостно ответил:

— Да, да, да. — Он махнул правой рукой и крикнул: —Хватит валять дурака и готовьтесь. Сегодня вечером мы встретимся с Генералом Жань.

— Да, — ответили охранники и принялись за работу.

Вскоре после этого они привели себя в порядок и последовали за воинами вперед.

Чэнь Жун тихонько приподняла занавеску, чтобы оглядеться, и жестом подозвала Ли Чэна поближе.

Он подъехал и рассмеялся приятным смехом:

—Госпожа, чем могу быть полезен?

Его гулкий голос заставил воинов обернуться.

Чэнь Жун застенчиво склонила голову и подождала, пока воины нетерпеливо отвернутся, прежде чем снова подозвать Ли Чэна.

— Ли Чэн, эти люди действительно подчиненные Генерала Жань?—прошептала она.

Ли Чэн усмехнулся, но, увидев невозмутимое лицо Чэнь Жун, быстро понизил голос и ответил:

— Будьте уверены, Госпожа. Это личная охрана Генерала Жань. Мы уже встречались с ними раньше.

Только тогда Чэнь Жун расслабилась.

Ли Чэн снова рассмеялся и догнал воинов.

Почти через час освещенная факелами кавалькада достигла горной расселины, вдоль которой стояли палатки.

Чэнь Жун выглянула наружу и увидела на расстоянии множество развевающихся знамен с символом “Минь” на них.

Лагерь был забит палатками. Кроме развевающихся знамен, все было тихо.

Прибыв в такое торжественное место, Ли Чэн и его люди прекратили шуметь и последовали за воинами в доспехах к самой центральной палатке.

Повозка Чэнь Жун остановилась снаружи, в то время как Ли Чэн и несколько охранников последовали за воинами внутрь.

Матушка Пин посмотрела на них и прошептала Чэнь Жун:

— Уже так поздно, Генерал Жань не вызовет Вас, не так ли?— в ее голосе слышалось беспокойство.

Наконец послышались шаги.

Чэнь Жун подняла глаза и обнаружила, что ее взгляд завис в воздухе.

У входа появился красивый, но суровый мужчина в черном наряде. Он, очевидно, только что принял ванну, вода капала с его темных волос. Несколько капель скатились по его точеному лицу на крепкую грудь, скрытую черной нижней одеждой.

Жань Минь

Его появление заставило охранников и воинов склонить головы, не смея дышать слишком громко.

Чэнь Жун не была исключением. Она опустила голову, как только его чернильные глаза остановились на ней.

Жань Минь подошел к ее экипажу и остановился.

Он уставился на нее и, вдруг, хрипло рассмеялся.

—Маленькая Нюй-ши, мы снова встретились.

Находясь в повозке, Чэнь Жун поклонилась ему и почтительно ответила:

— Да, приветствую, генерал.

Ее голос был холоден и спокоен.

— Подними голову, — резко приказал он.

Чэнь Жун напряглась, но все же послушно подняла взгляд.

Они смотрели друг на друга в лунном свете.

Пока он внимательно изучал ее, брови Жань Миня слегка нахмурились.

Через секунду он шевельнул тонкими губами, махнул рукой и рявкнул:

— Не забудьте позаботиться о сяо-дзе Чень!

— Да.— несколько солдат вышли, окружили экипаж Чэнь Жун и направили его в другую сторону.

В этот момент Матушка Пин выдохнула и сказала с надеждой в голосе:

— Госпожа, мужчина его положения действительно вышел повидать Вас? Кажется, Генерал Жань очень Вас уважает.

Чэнь Жун тихо в ответ буркнула. Она знала, что Жань Минь ненавидит бюрократические правила аристократов и, очевидно, вышел только для того, чтобы увидеть ее. Он принял во внимание, что уже слишком поздно звать ее в свою палатку. Он действительно редко делал что-то подобное.

Солдаты освободили палатку на западе, чтобы Чэнь Жун и Матушка Пин могли расположится.

Когда Чэнь Жун вошла внутрь при помощи комилицы, то внезапно остановилась и спросила одного из солдат:

— А как же охрана семьи Чэнь?

Солдат поклонился ей и громко ответил:

— Я не знаю, госпожа.

Чэнь Жун поджала губы, а затем наклонилась, чтобы войти в палатку.

На другой стороне, Ли Чэн и охранники также были уведены солдатами.

Наблюдая, как Ли Чэн и его группа уходят, к Жань Миню сзади подошел пожилой ученый и с улыбкой произнес:

— Этот негодяй Чэнь Юань не не имеет никакой чести. Он все еще посылает сюда людей.

Жань Минь слабо улыбнулся. Его улыбка была одновременно беззаботной и саркастической.

— Но я должен отметить, — добавил ученый средних лет, — Что там находилось огромное количество пищи. Даже Чэнь Гонжан не смог бы вынести потери такого количества еды, не говоря уже о Чэнь Юане.

Жань Минь ухмыльнулся и беспечно сказал:

— Эти продовольственные грузы были доверены для транспортировки Чэнь Юаню Принцем Нань’яна.

Другой ученый, высокий и худой, подошел к ним сзади и фыркнул Жань Миню:

— Вы выдали себя за варваров, чтобы ограбить его еду. Как забавно, что Чэнь Юань все еще возлагает надежду на получение Вашей помощи. Он даже послал сюда двух молодых сяо-дзе, одну за другой.

Пять-шесть человек громко расхохотались.

Жань Минь к ним не присоединился. Он посмотрел в ту сторону, куда ушла Чэнь Жун, и неторопливо произнес:

—Но я хотел, чтобы именно эта молодая нюй-ши пришла.

Он улыбнулся и направился обратно к своей палатке, оставив остальных советников переглядывающимися.

Военный лагерь был окружен ржанием, тяжелым дыханием и стрекотом насекомых. Даже ветер казался мрачным и унылым. Всю ночь Матушка Пин ворочалась с боку на бок. Она несколько раз бросала взгляды на кровать Чэнь Жун, желая поговорить с ней. Но сколько бы она ни всматривалась, замечала только глубоко спящую Чэнь Жун.

Рано утром следующего дня, с темными кругами под глазами, позевывающая Матушка Пин расчесывала волосы Чэнь Жун и говорила:

— Вы так хорошо спали прошлой ночью. Я так тряслась, но Вы даже ни разу не повернулись.

Рот Чэнь Жун дернулся, но она не ответила.

В этот момент раздался громкий голос:

—Юная нюй-ши готова? Генерал хочет ее видеть.

Матушка Пин от его голоса испугалась. Ее рука дернулась и сбила почти все расчески на пол. Быстро подняв их, пару раз передернулась и выкрикнула в ответ:

—Почти закончила, одну секунду.

Вскоре она закончила одевать Чэнь Жун, после чего наклонила голову, чтобы рассмотреть, удовлетворенно кивнула и позвала свою госпожу:

—Идемте, Госпожа.

Чэнь Жун что-то прогудела в ответ и вышла из палатки.

Матушка Пин следовала позади. Через несколько шагов она забеспокоилась и, наклонившись, сказала:

— Госпожа, когда Вы с Генералом Жань, постарайтесь произвести хорошее впечатление. Если он изъявит желание жениться на Вас, Вы не должны отвергать его.—Посмотрев на Чэнь Жун, она искренне добавила: —Пожалуйста, согласитесь. Не меняйте своего решения!

Чэнь Жун почти не обращала на нее внимания. Она просто опустила голову, сложила руки перед животом и медленно шествовала вперед.

Все солдаты уже оставили свои палатки. Через несколько шагов с другой стороны расселины они услышали топор ног, грохот копыт и клубы дыма.

К тому времени, когда Чэнь Жун добралась до самой центральной палатки, там уже выстроилась шеренга солдат, держащих в руках шесты и бесстрастно глядящих на нее.

При виде этих людей у Матушки Пин подкосились ноги.

Чэнь Жун поспешно ее обняла. Она опустила голову и вскоре прошла сквозь хорошо охраняемую территорию в палатку.

Внутри Жань Минь сидел на диване и протирал копье красной тряпкой. Услышав приближающиеся шаги, он медленно поднял голову.

Его чернильные глаза терпеливо уставились на Чэнь Жун, прежде чем они глянуть на Матушку Пин. Когда он снова вернулся к Чэнь Жун, его тонкие губы улыбались.

— Присаживайся, — предложил он.

— Благодарю.

Чэнь Жун отпустила Матушку Пин и поспешила к месту указанное им.

— Выпей, — указал он пальцем, налив ей чашу вина.

Чэнь Жун взяла ту и откинув голову назад, сделала глоток.

— Как прямолинейно, — рассмеялся Жань Минь.

Он поставил кувшин на стол и повернулся к ней.

— На этот раз ты кажешься спокойнее, — его тонкие губы изогнулись в улыбка.

— Ты же не собираешься меня есть, — скромно улыбнулась в ответ она.

Жань Минь медленно нахмурился.

Он наклонился к Чэнь Жун, заставив ту напрячься, когда его дыхание коснулось ее лица.

Затем он протянул руку и приподнял ее за подбородок.

Внимательно наблюдая за ней, Жань Минь поднял бровь и насмешливо спросил:

— Почему ты больше не оскорбляешь меня?

Чэнь Жун также подняла бровь, услышав его вопрос.

—Ты хочешь, чтобы я тебя боялась?

Жань Минь не ответил.

Он просто держал ее за подбородок и продолжал смотреть на нее. В этих, обычно огненных глазах, появилось чувство потери ... это было чрезвычайно трудно обнаружить, и исчезло в мгновение ока. Если бы Чэнь Жун не знала его лучше, она бы этого не заметила.

В этот момент снаружи послышались шаги.

Они быстро добрались до палатки, но Жань Минь все еще не отпускала подбородок Чэнь Жун.

Чэнь Жун не паниковала, когда тот не отпустил ее. Она просто смотрела на него невозмутимым взглядом.

Конечно же, он медленно отпустил ее, когда шаги достигли палатки.

Вошли несколько советников. Они глянули на Чэнь Жун, прежде чем безразлично повернуться к Жань Миню.

Она не стала ждать напоминания. Она встала с дивана, тихонько отошла в угол позади Жань Миня и села на скамейку.

Жань Минь взглянул на ее действия и хотел рассмеяться, но несмотря на мысли, он остановил себя прежде, чем его улыбка просочилась.

Несколько советников стояли перед Жань Минем. Один из них шагнул вперед, сложил руки вместе и сказал:

—Генерал, разведчики Сянбэй появляются в районе Мо’яна.

После того, как он закончил, другой советник выступил вперед, сложил руки в приветствии и сообщил:

—Генерал, месяц назад Его Величество сварил семью канцлера. Затем дал каждому служителю кусок мяса и заставил их съесть его.

Закончив с докладом, они начали выходить из палатки.

Чэнь Жун тихо вышла и вновь села на тот же диван.

Жань Минь медленно повернулся к ней.

Восхищение, которое она увидела в его глазах, на мгновение сбило ее с толку. Она смутно помнила чувство потери, которое испытывала каждый раз, когда видела, как он смотрит на других подобным взглядом, и как ей хотелось обменять свою жизнь на такой взгляд. В течение этих лет она собирала все, что имело к нему отношение, всегда желая узнать его получше. Ей очень хотелось остаться с ним наедине хотя бы на секунду, чтобы он посмотрел на нее с таким уважением... но даже столь простое желание было роскошью, которую она не могла себе позволить.

Самое смешное — она наконец-то получила желаемое, но ничего не почувствовала.

— Вы мне льстите, генерал, — мягко произнесла Чэнь Жун.

Жань Минь нахмурился и снова посмотрел на нее, внезапно спросив:

—Маленькая нюй-ши, для чего такая незамужняя девушка, как ты, проделала такой путь, чтобы увидеться со мной?

В его голосе звучала легкая насмешка, как будто он не в курсе.

Чэнь Жун посмотрела на него, ее глаза вспыхнули столь необычным светом, что заставили Жань Миня откинуться назад в ожидании.

Конечно же, она медленно опустила взгляд и, обдумав свою формулировку, тихо сказала:

— Я пришла по просьбе Чэнь Юаня, чтобы попросить твоей помощи забрать наши запасы еды у Ху.

Не дожидаясь ответа Жань Миня, она собрала все свое мужество, и посмотрев на него, сказала:

—Однако, как только я получила его приказ, я поняла, что Чэнь Юань глуп.

— О? Тогда расскажи мне, — поднял он бровь, наклоняясь поближе.

— Думаю, что местные бандиты тобой слишком напуганы, чтобы грабить еду и разминать свои мышцы с подобными фанфарами. — небрежно произнесла Чэнь Жун, посмотрев на него, — Я почти уверена, что зерно было реквизировано тобой. — насколько изящное ученое слово она употребила — "реквизировано".

Жань Минь расхохотался.

Он затрясся от смеха и хлопнул ладонью по столу, заставив несколько человек обернуться.

Он помахал рукой пожилому ученому и со смехом сказал:

—Господин Чжан, Вы знаете, что только что сказала эта молодая нюй-ши? Она сказала, что когда я здесь, бандиты слишком напуганы, чтобы подойти близко. А потом она сказала, что я реквизировал запасы еды.

Услышав его слова, несколько советников широко раскрыли глаза, удивленно поглядев на Чэнь Жун. В комнату вошел ученый средних лет и несколько раз воскликнул:

—Впечатляет, юная нюй-ши. Я думал, что я умный, но оказалось, что я даже не умнее маленькой девочки.

Жань Минь все еще громко хохотал.

Он остановился, чтобы отдышаться, а затем махнул рукой спрятавшимся людям.

—Идите, я все еще хочу поболтать с маленькой нюй-ши.

Его советники усмехнулись и удалились.

Жань Минь перевел взгляд на Чэнь Жун. Он приподнял бровь и рассмеялся:

—Поскольку ты знаешь, что Чэнь Юань глуп, почему ты пришла по его приказу?— Он наклонился, его глубокий магнетический голос дохнул ей в ухо: —Или ты так скучала по мне, А Жун, что решила воспользоваться этой возможностью, чтобы увидеться со мной?

Чэнь Жун оглянулась на него и торжественно покачала головой.

При солнечном свете его красивые черты казались точеными. Впервые в жизни ее голос был спокоен и холоден, когда она смотрела на него:

—Нет, я пришла попросить тебя об одолжении.

Интерес Жань Миня оказался задет. Он сложил руки на груди и рассмеялся.

—Одолжение? Давай послушаем.

Чэнь Жун сжала губы и опустила глаза. Через некоторое время она решительно посмотрела на него и сказала:

— Генерал, я знаю, что ты находишься на поле боя круглый год и поэтому провизия для тебя спасательный круг.

Ее руки переплелись под широкими рукавами. Когда она смотрела на Жань Миня, ее глаза безжалостно спокойные.

— Как назло, я знаю секретный маршрут, который Дама Жуань и Чэнь Юань используют для торговли едой и транспортировки денег.

Чэнь Жун последовала за Жань Минем из Нань’яна после того, как в своей прошлой жизни стала его наложницей. Не зная, что она нелюбима, Дама Жуань послала людей искать ее после того, как они были ограблены Ху, и попросила ее найти Жань Миня, чтобы он мог послать войска для охраны маршрута. Вот откуда у Чэнь Жун имелась подобная информация.

Услышав ее слова, улыбка на лице Жань Миня исчезла.

Его глаза впились в нее.

Любой задрожал бы и вспотел под взглядом его глаз – таких же темных, как ночное небо, и таких же яростных, как огонь.

Но не Чэнь Жун. В своей прошлой жизни она слишком часто видела его таким. Кроме того, когда она приготовилась произнести эти слова, то подумала обо всех возможных последствиях, которые могут произойти.

Глаза Чэнь Жун остались спокойными.

— Поскольку это секретный маршрут, — сказал Жань Минь, — в то время как Ху могут напасть в любой момент, Дама Жуань и Чэнь Юань, безусловно, увеличат количество транспорта. Маленькая нюй-ши, ты знаешь вес своих слов?

Чэнь Жун на него посмотрела.

Ее глаза все еще были ясными и спокойными, в них не имелось ни следа стыда или волнения.

Она кивнула, холодно улыбаясь натянутой улыбкой:

—Я хочу, чтобы он понес самые большие потери!

Жань Минь откинулся назад, спокойно гляда на Чэнь Жун и спросил:

—Разве ты не боишься, что твой клан уничтожат из-за нехватки продовольствия, когда Ху станут осаждать город?

— Нет, — решительно ответила Чэнь Жун.

— Чэнь Юань очень эгоистичный человек. То, чем он владеет, скорее всего, будет отдано в помощь семье Жуань или выслуживаясь перед Принцем Нань’яна. Но он никогда не отдаст их нашему клану, что бы ни случилось.

Она знала, что Жань Минь, должно быть, поражен. Криво улыбнувшись, она опустила глаза, сморгнула слезы и прошептала:

—Если бы меня не загнали в угол, с чего бы женщине благородного происхождения думать о заговоре против своих старших?

Ее губы дрожали.

—В глазах Чэнь юаня и его жен, я та, кого они могут свободно топтать и оскорблять.

Вспомнив о той ночи, когда ее заперли в маленькой комнатке, и о разговорах охранников, ее лицо побледнело... она не могла сдержать дрожь. Из-за боли, ненависти и беспомощности ее красивое лицо заметно исказилось.

В этот момент раздался глубокий и мощный голос Жань Миня:

—Договорились!

Чэнь Жун вскинула голову, глядя на него.

Жань Минь все еще смотрел на нее. В его глазах не имелось ни отвращения, ни даже чуть заметной нежности и одобрения. Он кивнул головой, рассмеялся и сказал:

—Ты права, А Жун. Я очень нуждаюсь в провизии.

Чэнь Жун радостно встала и склонилась перед ним в поклоне.

— Благодарю, генерала.

Она знала, что Жань Минь слишком много поставил на карту, чтобы отвергнуть это предложение. Несмотря на это, она сохранила свой вид побитого дождем цветка и благодаря его использовала жалкий голос.

Чэнь Жун поклонилась, опустила глаза и спустя какое-то время сказала:

—У меня есть еще одна просьба.

— Давай.

— Принц Нань’яна имеет долю в продовольственных запасах, которые вы украдете у Чэнь Юаня, — тихо произнесла она.

Ее слова заставили небрежно сидящего Жань Миня наклонился к ней, спрашивая:

—Откуда ты знаешь?

На бледном лице Чэнь Жун появилась улыбка.

— Конечно я подслушала.

Видя, что Жань Минь, похоже, поверил ей, она продолжила:

— Я хотела бы попросить дать знать, что маршрут поставок был раскрыт помощником по имени Ли Му и помощником по имени Сюй Цянь из поместья Принца Нань’ян.—Сделав паузу, она затем нетерпеливо объяснила ему: —Ли Му — старший брат младшей госпожи Чэнь Юаня, госпожи Ли. она зависит от него больше всего. Что касается Сюй Цяня, он заслуживает смерти за свою отвратительную внешность и мерзость!

Закончив, она склонила голову, заняв церемониальную позу. Она не поднималась и не осмелилась взглянуть на Жань Миня.

Некоторое время Жань Минь не отвечал, держа паузу.

Пока она ждала, изящная поза Чэнь Жун не могла устоять без дрожи. Пара капель слез медленно повисли на ее длинных ресницах.

Прошло довольно много времени, но Чэнь Жун не получала ответа Жань Миня, и у нее не хватало смелости посмотреть на него. Она побледнела и горько улыбнулась. Слова ее были безжалостны и мрачны:

— Умоляю, генерал. Поскольку они недобры, они не могут обвинять меня в неправедности! Я признаю, что я просто мелочная, мстительная женщина. Всем, кто хочет растоптать меня, лучше позаботиться о своих собственных ногах!

Хотя она дрожала, ее голос оставался так же спокоен, как и ее глаза.

Чэнь Жун сохраняла свою церемониальную позу и почтительный взгляд. В тяжелой атмосфере ее сердце тихо ожесточилось: если он не согласится, я напомню ему о том времени, когда я рисковала своей жизнью, чтобы покинуть город и помочь ему избавиться от кротов и возместить ему большие потери. Правильно, я также пожертвовала ему десять повозок зерна.

Как бы долго это ни продолжалось, так долго, что Чэнь Жун начала терять уверенность, так долго, что ее рот не решался заговорить. Когда она собиралась забрать свой долг благодарности, внезапно раздался взрыв безумного смеха.