День рождения Майи приближался, и подготовка шла своим чередом. Реджинальд и Молох шагали по коридору восточного крыла, как обычно, споря.

— Молох, это не выход.

— Почему сразу не выход? Свалим всё на озорство койотов.

У Реджи дёрнулась бровь, и он отчеканил:

— Если вдруг золотая шахта на границе Либерти неожиданно переместится на нашу территорию, особенно после недавнего скандала, они сразу на нас подумают.

Молох выдохнул и уточнил:

— Так а кто же устроил этот скандал?

Принц вдруг махнул рукой и возбуждённо воскликнул:

— Ну а что за ром у них был! Как моча! Ещё и сделку разорвали, обиженки!

Он нервно почесал затылок и пробормотал:

— Теперь нужно думать, как с ними помириться и заключить сделку.

Принц опустил взгляд, пощипывая подбородок, а вторую руку опустил вдоль тела. Он глубоко задумался над своей проблемой.

Завернув за угол, Реджинальд посмотрел в окно. За ним раскинулся сад восточного крыла. Возле кустов рододендрона он заметил знакомый силуэт.

— О, Майя!

Воскликнул принц, увидев девушку, которая сидела на корточках и собирала цветы. Молох тоже обратил внимание и повернул голову к окну. Реджи уже собирался подойти к ней, но Майя внезапно встала, держа в руках несколько цветов рододендрона, и открыла портал. Она исчезла в нём.

Принц замер, глядя на пустое место, где только что была девушка. Брови его опустились, а взгляд стал озадаченным. Он резко повернулся к Молоху и, указывая большим пальцем на сад за спиной, возмутился:

— Что с ней не так?!

Молох лишь пожал плечами. Они двинулись дальше, и Реджи продолжил:

— В последнее время мы совсем не видимся. А если и встречаемся, она разговаривает как-то сухо. Это ты что-то сделал?!

Закончив с упрёком, Реджинальд буравил мага взглядом, словно пытаясь прожечь в нём дыру. Молох косо взглянул на него и ответил приглушённым голосом:

— Она со мной видится вдвое меньше, чем с тобой.

Он посмотрел вперёд и добавил:

— Из-за амулета я не знаю, где она постоянно пропадает. А когда я её всё-таки ловлю, она жалуется на усталость и прогоняет меня.

Наступило молчание, нарушаемое лишь их шагами. Молох смотрел вперёд, явно погрузившись в свои мысли. Реджинальд наклонил голову и устремил взгляд в пустоту. Его всерьёз беспокоило состояние Майи, и он решился предложить Молоху нечто необычное. Принц неторопливо произнёс:

— Молох, мне всё это не нравится. Майи вечно нет, и никто не знает, чем она занимается. Я даже не уверен, питается ли она…

— К чему клонишь?

Резко бросил Молох, не желая выслушивать длинную поэму. Реджинальд слегка замялся, но всё же сказал:

— Поправь немного амулет Майи. Ну… чтобы ты хотя бы мог знать, где она находится.

Молох поднял взгляд к потолку и предположил:

— Скорее всего, переделать камень так, чтобы только я знал её местоположение, не получится.

Реджи недовольно сморщил нос и нахмурился. Молох же продолжил:

— Но у меня уже есть идея. Только мне придётся отлучиться на некоторое время.

Реджинальд повернул голову и спросил:

— До дня рождения Майи неделя. Ты успеешь?

Молох кивнул, и принц тихо произнёс:

— Ну и хорошо. Надеюсь, твоя идея сработает.

Вдруг его словно током пронзило.

— Я ЖЕ СЕЙЧАС НА СОВЕТЕ ДОЛЖЕН БЫТЬ!!!

Он рванул вперёд с такой скоростью, что пятки засверкали.

Молох остановился и подумал: «Он серьёзно собирается бежать до другого королевства?»

Маг удручённо выдохнул и направился за принцем. С одной стороны, он понимал чувства Реджинальда - беспокойство, растерянность, печаль. В его голове всплыл образ Майи, и похожие чувства настигли и его, но вместе с ними пришло неприятное предчувствие.

***

На следующий день Молох взял всё необходимое и отправился в путь. Напоследок он предупредил Реджинальда, чтобы тот не лез с расспросами к Майе. Принц заверил, что ничего необдуманного не предпримет. Однако, как только Молох ушёл, Реджинальд тут же направился к Майе, готовый засыпать её вопросами. Что ж, пусть действий и не было необдуманных, зато запланированные имелись!

Майя измельчала цветы рододендрона в своей лаборатории, когда в комнату внезапно ворвался Реджинальд. Он с грохотом распахнул дверь и воскликнул:

— Наконец‑то я тебя поймал!

Майя вздрогнула от неожиданности и с испугом посмотрела на принца. Узнав Реджи, она с облегчением выдохнула. Принц вошёл и направился к девушке.

Она продолжала работать, а Реджинальд настойчиво произнёс:

— Признавайся, что с тобой происходит?

— О чём ты?

Холодно спросила Майя. Принц встал рядом, скрестив руки на груди, и подозрительно посмотрел на неё, слегка наклонившись вперёд.

— Ты прекрасно знаешь, о чём я.

Сказал он, подняв указательный палец.

— Ты что‑то скрываешь от всех!

Майя скосила взгляд к потолку. А Реджи продолжил:

— Это на тебя не похоже. Ты ведёшь себя странно.

Он убрал руки за спину и зашагал по комнате, нервно перебирая пальцами.

— Я понимаю, что у тебя есть личная жизнь, но даже Молоху ты ничего не говоришь, а мне тем более.

Пока Реджи читал нотации, Майя закончила с цветами и начала собирать со стола нужные принадлежности. Принц, не замечая этого, повернулся к ней спиной и добавил:

— И я надеюсь на честный ответ. И не смей снова избегать разговора!..

Только вот за этот момент Майя успела собраться, открыть под собой портал и исчезнуть в нём. Когда Реджинальд обернулся, девушки уже не было на месте. У него задёргался глаз. Сжав кулаки, он сквозь зубы процедил:

— Ах ты…

Майя переместилась в свою комнату и подошла к шкафам. Положив пару приборов и склянок с мешочками на полку, она взяла со стеллажа книгу в красной обложке и принялась её листать. Остановившись на нужной странице, углубилась в чтение.

Вскоре дверь её комнаты снова распахнулась, и в помещение ворвался разъярённый Реджинальд.

— Ты серьёзно? Я же от тебя не отстану!

Крикнул он, приближаясь. Майя с досадой вздохнула и начала прятать вещества в портал, убирая их в дополнительную комнату.

— Я хочу с тобой поговорить! Хей! Ты меня вообще слушаешь?!

Когда принц оказался совсем близко, Майя вновь открыла под собой портал и исчезла. Лицо Реджи исказилось от гнева.

Весь день Майя ускользала от принца, а тот настойчиво следовал за ней. Она пряталась в разных местах, но Реджи всегда её находил.

Сначала Майя укрылась в кладовке с сухими растениями. Реджинальд ворвался туда так резко, что она от испуга опрокинула на себя всю зелень. Потом спряталась под кроватью с книгой, но и там принц её обнаружил! Затем Майя сидела в саду под деревом и дробила золотой камень. Реджинальд и там сумел её найти! Не стоило и говорить о том, что Реджи настиг её даже на рынке у границы Синкеи!

Наконец, Майя шла по тропинке у замка, нахмурившись и глядя себе под ноги. Впереди двигалась горничная с тележкой, полной вещей. Когда они поравнялись, служанка поклонилась:

— Добрый вечер, принцесса Майя.

Майя кивнула в ответ:

— Добрый.

Они разошлись, но в следующий миг из тележки выпрыгнул Реджинальд, попутно раскидав все вещи. Горничная, отпрянув, вскричала:

— Ваше величество?!

Майя тоже испуганно отшатнулась. Рефлекторно открыв портал, она упала в него. Однако Реджинальд успел схватить её за плечо, но не удержался и полетел следом. Портал закрылся, оставив горничную в шоке среди разбросанных вещей.

На другом конце портала ребята оказались в незнакомом лесу. От испуга Майя не сразу поняла, куда занесло порта. Приземлившись на траву, она потёрла бок, которым сильно ушиблась при падении. Принцу, казалось, было всё равно, болит ли у него что‑нибудь. Он тут же, лёжа на траве перед ней, заговорил:

— Майя, прекрати бегать. Давай спокойно всё обсудим.

Майя, всё ещё морщась от боли, начала подниматься.

— У меня всё прекрасно! Сколько раз тебе это говорить?!

Ответила она, резко вставая. Девушка попыталась уйти, но Реджинальд схватил её за лодыжку и, поднимаясь, произнёс:

— Не‑не‑не! Пока мы не поговорим, ты никуда не пойдёшь!

Майя тут же одёрнула ногу.

— Не в этот раз!

И бросилась прочь. Но Реджинальд не собирался сдаваться. Он быстро вскочил и бросился за ней. Майя, зажав уши ладонями, бежала всё дальше.

— Оставь меня в покое! У меня всё отлично! Мне просто нужно время!

Принц настигал её, и между ними завязался диалог на бегу:

— Я знаю, когда тебе нужно время, а когда нет!

— Нет!

— Майя!

— Оставь меня!

— Тебе не сбежать, Майя!

— Я попытаюсь!

— Рано или поздно ты устанешь, Майя!

— Я не хочу!

Она закрыла глаза и выкрикнула:

— Почему ты просто не можешь оставить меня в покое?!

В этот момент земля под её ногами резко оборвалась, и она покатилась вниз по склону. Реджинальд успел схватить её за руку, но сам оступился, и теперь они вместе скатывались вниз. Плюхнувшись в грязь, они разлетелись в стороны: Майя откатилась чуть дальше принца.

Поднявшись на четвереньки, она с отвращением оглядела грязные руки и одежду - полностью покрыта грязью! Возмущённая, села по-лягушачьи и шумно вздохнула, отряхивая грязь. Реджинальд, не менее перепачканный, встал и, словно ничего не случилось, продолжил:

— Почему я не оставлю тебя? Так ответь на вопросы, и я уйду!

Майя начала подниматься, но принц вдруг наклонился, зачерпнул комок грязи и выпрямился.

— Ты не задумывалась, что я беспокоюсь?!

Выкрикнул он и швырнул грязь прямо в Майю. Она вовремя повернулась - комок угодил ей прямо в лицо. Майя провела ладонями по лицу, стряхивая грязь. Под слоем земли виднелось её каменное выражение. Она всё ещё слушала принца.

— Ты ни с кем не разговариваешь! Ни к кому не подходишь! Никто даже не видит, ешь ли ты!

Прокричал Реджинальд, слепив ещё один комок.

— Я же хочу тебе помочь!

Прорычал он и бросил снова. Майя уклонилась, и комок шлёпнулся о дерево рядом. Её лицо побагровело от раздражения, кулаки сжались. Она явно подумывала открыть портал и скрыться в другом мире.

Принц шагнул ближе и заговорил:

— Мне больно смотреть, как ты замыкаешься в себе и даже не пытаешься поговорить с кем‑нибудь!

Он приблизился, схватил её за перевязанную руку и поднял вверх.

— Вот это что такое?! Может, у тебя уже загноение началось, а ты всё ещё ходишь с этими бинтами!

Майя словно сорвалась с цепи. Выхватив руку, она закричала:

— Да какая разница, что с моей рукой и что со мной?!

И шагнула вперёд, ткнув пальцем ему в грудь.

— Ты‑то сам чем лучше?! Прилип ко мне, как пиявка, и не отлипаешь! Может, я сюрприз готовлю, а твоё любопытство только мешает!

Она раскинула руки, жестикулируя и надвигаясь на Реджинальда. Тот лишь отпрянул в шоке. Он даже представить не мог, что девушка способна и такой быть.

— Каждый раз одно и то же! Если я хочу побыть одна, появляется благородный Реджинальд и тянет меня наружу! Вы все только и делаете, что… что!..

Неожиданно она замолкла. Стиснув челюсть, Майя точно хотела продолжить, но что‑то её сдерживало. Тело напряглось, будто внутри шла борьба. И вот-вот она снова взорвётся…

Но принц заметил, как её глаза заблестели от непролитых слёз. Не сказав ни единого слова, она резко отвернулась и зашагала прочь. Майя тяжело опустилась на поваленный ствол, сгорбившись и уронив руки на колени. Реджинальд смотрел ей вслед, лихорадочно перебирая в уме их разговор.

«Что это было?..» — подумал он, сжимая губы в тонкую линию.

Напряжение постепенно спадало. Принц неуверенно шагнул к Майе. Глядя на поникшую девушку, он уже не хотел засыпать её вопросами. Когда он присел рядом, она чуть отвернулась. Реджи ощутил, как неловкость давит на них, словно тяжёлая гора.

Почёсывая скулу, Реджинальд нерешительно начал:

— М‑м… Майя, я не хочу с тобой ссориться.

Он пододвинулся ближе и положил руку ей на плечо.

— Если тебя что‑то беспокоит, лучше расскажи мне. Или хотя бы Молоху. Можешь не сейчас. Когда будешь готова, мы обязательно выслушаем.

Его голос стал твёрже:

— И не отнекивайся, что всё хорошо. Я знаю тебя и вижу, что какая‑то проблема есть!

Смягчившись, он добавил:

— Хотя бы иногда появляйся и не убегай. Общайся с нами. И приходи пить чай по утрам со мной. Хорошо?

Он ждал ответа, но Майя долго молчала. Наконец принц услышал её вздох, и девушка развернулась с яркой улыбкой.

— Ну хорошо. Убедил.

Реджинальд улыбнулся в ответ и протянул мизинец.

— Тогда мир?

Она повторила жест и пожала палец.

— Конечно, мир!

Принц обрадовался, что она наконец заговорила с ним. Но что‑то в этой улыбке его насторожило.

***

Неделя пролетела незаметно. Молох до сих пор не вернулся с новым амулетом.

Пятое мая. С самого утра горничные начали приводить Майю в порядок. Они устроили ей розовые ванны с аромасвечами, сделали несколько видов массажа с маслами и нанесли на лицо разные маски. Ей разрешили съесть совсем немного, как птичке.

Это было не в новинку: каждый раз во время торжества происходило то же самое. Но ощущение всегда как в первый раз. И изматывало так же сильно, хотя на часах едва наступило утро.

После четырёх часов мучений Майю привели в её комнату, чтобы нарядить в платье. Их уже ждала Нора. Она стояла у трюмо и перебирала украшения для причёски.

— Ой, сейчас мы нарядим Майечку так, что она будет самой яркой на банкете!

Воскликнула одна из горничных - белокурая девушка с милым лицом.

Все три горничные и Майя, закутанная в белый халат, собрались в центре комнаты.

Та, что с чёрными волосами, выглядела старше и строже остальных. Она решила осадить энтузиазм напарницы:

— Только не переусердствуй. Её Величество уже выбрала несколько платьев. Нужно выбрать из них.

— Ну да ладно тебе, Забвена.

Наконец подала голос третья горничная, русоволосая.

— Нечасто же устраивают торжественные приёмы. Дай повеселиться!

В разговор вмешалась Майя, произнеся монотонно:

— Вы что, видите во мне куклу, которую можно наряжать?

Горничные хором ответили:

— Именно!

— Именно!

— Именно!

Они весело рассмеялись, а русоволосая добавила:

— Ну всё, пора наряжаться!

Девушки уже собирались направиться в гардеробную, но их остановила Нора:

— А вот и нет.

Она подошла ближе, положила руки Майе на плечи и твёрдо объявила:

— Вы свободны. Дальше я сама.

Горничные тут же возмутились:

— Так нечестно!

— Но мы так хотели поучаствовать!

— Опять всё на себя берёте?

— Ну позвольте нам остаться!

Но Нора была непреклонна. Она повела Майю к столику и, обращаясь к девушкам, повторила:

— Нет, нет и ещё раз нет. Тут я справлюсь сама, а вы идите проверьте, готов ли зал.

Те скорчили жалобные гримасы, но Нора даже не обернулась - её было не разжалобить. В конце концов горничным пришлось уйти, оставив Майю и Нору наедине.

— Наконец-то хоть тихо стало.

С удовлетворением произнесла Нора. Она усадила Майю перед трюмо и взяла расчёску, чтобы начать распутывать волосы.

— А мне они показались забавными.

Заметила Майя. Но Нора тут же отозвалась:

— Предпочитаю называть их шумными.

Волосы Майи постепенно принимали естественный вид.

— К тому же они бы кое в чём помешали.

Добавила Нора и отошла к гардеробу. Майя проводила её взглядом через зеркало. Когда горничная скрылась из виду, девушка посмотрела на своё отражение. Рука невольно потянулась к бинтам, всё ещё покрывавшим её левую руку.

Вскоре Нора вернулась, держа в руках нежно‑розовую ткань. Встав за спиной Майи, она расправила её.

— Та‑да!

Торжественно произнесла Нора, демонстрируя платье. Это был нежно‑розовый наряд с золотистыми акцентами, мерцающими при движении. Прозрачная ткань и рукава‑крылья придавали ему лёгкость и воздушность. Приталенный силуэт и длинный шлейф делали образ торжественным, а золотистая вышивка добавляла изысканности.

Майя, приоткрыв рот от изумления, развернулась и неловко произнесла:

— Нора…

— Не «Нора», а с днём рождения.

Перебила её горничная.

— Скорее всего, Её Величество потом меня на куски порвёт, но даже жалко не будет.

На её лице расцвела искренняя улыбка.

— Давай наденем это платье, а потом разберёмся с твоей головой.

Так они и поступили. Майя встала, и они направились в гардероб, где Нора помогла ей надеть наряд. Теперь девушка разглядывала своё отражение в зеркале в полный рост. Платье действительно преображало её, придавая изысканность и элегантность.

Нора поправила лёгкую ткань и одобрительно кивнула:

— Всё же я не ошиблась с выбором. Тебе очень идёт.

Внезапно она взяла левую руку Майи и подняла её:

— Но это будет мешать.

Майя мягко высвободила руку и прижала её к груди. Нора обеспокоенно спросила:

— Всё ещё не зажило? Может, к лекарю сходить?

— Не нужно.

Отказалась Майя и предложила:

— Лучше найти перчатки.

Нора недовольно фыркнула, но согласилась, поставив условие:

— Хорошо, но только на этот вечер. Завтра пойдём выяснять, почему рука так долго не заживает.

Она отправилась на поиски подходящих перчаток, а Майя, по‑прежнему прижимая руку к груди, продолжала разглядывать своё отражение. На лице мелькнуло сожаление, сменившееся лёгкой нервозностью. Брови едва заметно подрагивали.

Вскоре Нора вернулась с перчатками, идеально сочетавшимися с розово‑золотой тканью платья. Она протянула их Майе и сказала:

— А теперь давай разберёмся с твоими волосами.

Горничная направилась к выходу, а Майя осталась стоять на месте, задумчиво глядя ей вслед.

Уже в комнате у трюмо Нора продолжала искать что‑нибудь подходящее. Её смутило, что Майя до сих пор не вышла из гардероба. Обернувшись, она взглянула на дверь, и в этот момент оттуда появилась Майя, уже с перчатками в руках. Девушка подошла к Норе и села за стол.

Нора принялась вертеть и крутить волосы Майи, придумывая варианты причёски. Пока они искали идеальный образ, неожиданно раздался стук в дверь. Та открылась, и на пороге возник Реджинальд в элегантном торжественном костюме синих оттенков с серебряными элементами.

— Развлекаетесь?

Спросил он, приближаясь.

Ни Нора, ни Майя поначалу не обратили на него внимания. Лишь спустя мгновение Майя, заметив принца в отражении, поинтересовалась:

— Что ты так рано пришёл?

Реджинальд переступил с ноги на ногу, скрестил руки на груди и ответил вопросом на вопрос:

— Мне теперь нельзя поздравить именинницу?

Он внезапно сунул руку под пиджак и достал украшение. Встав сбоку, протянул Майе ладонь:

— С днём рождения!

На ладони лежал тонкий браслет на золотой цепочке и с розовыми цветами, изящно свисающими дугой.

Майя взглянула на браслет, и её глаз слегка дёрнулся. Криво улыбнувшись, она сказала:

— Сколько раз я просила не дарить мне платья и украшения, особенно дорогие?

— Раз семь?

Сконфуженно уточнил Реджинальд. А Нора тут же вставила чётко:

— Каждый год. Потому что мы каждый год умудряемся обойти все её просьбы.

Майя фыркнула, не сдержав улыбки, а Реджинальд неловко рассмеялся.

Пока Нора продолжала колдовать над причёской, принц надел браслет на левую руку Майи. Та принялась любоваться украшением, поворачивая запястье в разные стороны.Нервы у Норы были на пределе, и она сквозь зубы рыкнула:

— Да какую же причёску сделать? Заколки, ободки, гребни - всё не то!

— М-м…

Промычал Реджинальд. Он потянулся к шкафчику и достал шпильку.

— А если с ней попробовать?

Это была шпилька с розовым пионом - подарок Молоха на день рождения Майи. Нора взяла её в руки, внимательно оглядела и, бросив взгляд на Майю через зеркало, задумалась.

Пока горничная размышляла, а Реджи наблюдал за её действиями, Майя уставилась на шпильку, словно вспомнив что‑то, о чём предпочла бы забыть. Прикусив нижнюю губу, она опустила взгляд на колени.

Неожиданно по затылку Майи прилетела лёгкая, но ощутимая оплеуха.

— Не кусай губы! Тебе сегодня весь день быть на виду. Как ты будешь с искусанными губами?

Ойкнув, Майя надула губы и нахмурилась, глядя на Нору в зеркале. Реджинальд прикрыл рот, сдерживая смех.

Принц выглядел по-настоящему счастливым. Ему определённо не хватало вот таких моментов. Глядя, как Нора отчитывает Майю, он вспомнил времена, когда они вместе получали подзатыльники за шалости. Хотя Майя и выполняла его пожелание, иногда приходила по утрам на чай и общалась с ним, но это случалось куда реже, чем раньше. За такое короткое время принц успел соскучиться по её привычным «Пошли чай пить!» ни свет ни заря.

Нора начала заплетать Майе косы по бокам, а затем собрала их в аккуратный пучок. В это время Реджинальд и Майя разговорились.

— Ну‑ка, признавайся, чем ты занималась всё это время?

Сразу перешёл к расспросам принц. Майя покосилась в сторону, словно боясь получить нагоняй. Впрочем, она его уже получила от Норы, которая за волосы вернула её на место.

— Да так, кое‑что новое создавала.

Ответила она уклончиво. Реджинальд тут же оживился. Опёршись рукой о стол, он посмотрел на Майю с неподдельным любопытством:

— Новое? И тебе столько времени потребовалось ради него?

Майя склонила голову, задумчиво схватилась за подбородок и начала объяснять:

— Ну да. Для начала мне был нужен яд некоторых змей. Их нужно найти, поймать - и не одну. Рододендрон нужно правильно сварить, чтобы получить нужный эффект. А потом…

Она принялась перечислять множество элементов, соединений и этапов работы. Нора и Реджинальд слушали её с одинаковым недоумением, словно это были не слова алхимика о новом веществе, а бредни сумасшедшего.

Нора уставилась в пустоту, пытаясь всё переварить, а Реджи честно признался:

— Ничегошеньки не понял, но очень интересно.

Горничная мотнула головой и продолжила плести причёску. Майя нахмурилась и пробормотала:

— И что тут непонятного? Всё предельно ясно!

— Ну тогда скажи мне, что такое метиловый эфир уксусной кислоты с водой?

Майя моргнула и ответила:

— Гидролиз сложного эфира в кислой среде.

Реджи развёл руками, пожал плечами и воскликнул:

— Но мне же ниху…

Он замолк, поймав свирепый взгляд горничной, и тут же поправился:

— …ничего не даёт!

Нора закончила причёску и закрепила пучок шпилькой. Хлопнув Майю по плечам, она объявила:

— Готово!

Майя поднялась со столика и, глядя на своё отражение в зеркале, продолжила разговор с Реджинальдом:

— Я же предлагала тебе изучать со мной алхимию. А ты всё твердил: «Нет, нет, я не хочу заниматься ещё и этой ерундой».

Реджи стоял на своём:

— И я был прав!

— Ты просто переоцениваешь себя.

Внезапно раздался голос, не принадлежавший никому из присутствующих. Все обернулись. Рядом с ними уже стоял Молох. Первым его поприветствовал Реджи:

— Так ты всё же вернулся вовремя.

Маг шагнул ближе к Майе, которая невольно отступила, заметно сжавшись. Молох коротко ответил:

— А ты во мне сомневался?

Затем он наклонился к Майе и тихо попросил:

— Развернись.

Она отвела взгляд, но после короткой паузы повернулась к нему спиной. Руки мага осторожно обхватили её шею, и через мгновение на ней уже красовалось колье: золотая цепочка с розовым камнем посередине. Камень гармонировал с браслетом, который подарил Майе Реджинальд, но требовал небольшой доработки. Молох едва коснулся его, и камень принял форму цветка.

— Так-то лучше. Но вот это я заберу.

Произнёс маг и приложил ладонь к амулету на правом запястье Майи. Когда он убрал руку, амулета на запястье уже не было. Майя опустила взгляд на руку, затем посмотрела в зеркало. Её взгляд задержался на новом кулоне. Сквозь лёгкую улыбку шёпотом сорвались слова:

— Ещё один украшение принёс…

Она коснулась пальцами камня в форме цветка и задумалась. Но мысли её явно были невесёлыми: она сжала цветок в кулаке, а губы вытянулись в тонкую линию.

Развернувшись к остальным, Майя с тёплой улыбкой поблагодарила:

— Спасибо вам!

Она обняла Нору, а Реджинальд, не удержавшись, заключил в объятия обеих. Девушки издали болезненный возглас. Когда принц отпустил их, Нора тут же принялась его отчитывать: мол, он чуть не задушил их и едва не испортил Майе причёску.

Молох наблюдал за этой суетой и с недоумением смотрел на Майю. Её сдержанная благодарность казалась ему подозрительной. Он знал, какой она бывает обычно: открытой, эмоциональной, готовой обнять каждого, кто рядом. Нынешнее поведение никак не вязалось с привычным образом.

Отсмеявшись, Реджинальд бросил взгляд на настенные часы. Ему хотелось остаться, но времени не было. Он неохотно направился к двери и произнёс:

— Ну что ж, придётся вас оставить. Гости сами себя не встретят, а мама, почувствовав свободу действий, устроит показ мод из присутствующих.

За ним поспешила Нора:

— Мне тоже пора заняться делами. Вынуждена откланяться.

Она склонила голову и вышла вслед за принцем, аккуратно закрыв за собой дверь.

Молох и Майя остались одни. В воздухе повисло напряжение. Майя отвернулась, нервно сжимая ткань платья. Молох заметил её состояние ещё в момент появления. Он неспешно обошёл девушку, чтобы заглянуть ей в лицо, спросил:

— Странно. А где твоё традиционное «Где ты был всю неделю»?

На лбу Майи выступили капельки пота. Ей было неловко находиться наедине с магом после нескольких дней разлуки.

— Ну… Ты же скажешь, что работал или что-то в этом роде.

Не успела она договорить, как Молох резко встал перед ней и наклонился, пристально глядя в глаза. Майя вздрогнула и отшатнулась, упёршись спиной в стол.

— Раньше тебя это не волновало.

Произнёс он. Было неясно, поняла ли Майя скрытый смысл его слов. Они могли означать и то, что прежде она, зная ответ, всё равно задавала вопрос, и то, что сейчас она выглядела очень встревоженной, когда он приблизился.

По спине Майи пробежал холодок. Она убрала руку за шею и, отведя взгляд, тихо спросила:

— Ой-ой! Кстати, а зачем ты забрал мой браслет? Разве не лучше держать моё местоположение в тайне?

Молох не изменил позы - всё так же наклонялся, не отрывая взгляда.

— Он не сочетался с нарядом. Да и незачем он тебе: на этот день я сам скрою твоё присутствие от любопытных.

Конечно, маг умолчал, что камень в кулоне уже выполнял эту функцию, и не только её. Он сделал это намеренно, желая проверить реакцию Майи. И, судя по всему, его слова её насторожили.

Молох выпрямился и теперь смотрел на девушку сверху вниз, не скрывая подозрения. Нежно коснувшись кончиками пальцев её щеки, он плавно провёл ладонью к шее. Второй рукой убрал пару выбившихся прядей. Он наклонился к обнажившемуся участку шеи.Майя замерла, ощутив лёгкий укус. Она вцепилась в одежду Молоха и, залившись румянцем, воскликнула:

— Молох, стой! След же останется!

Но тот лишь крепче сжал зубы. Майя приглушённо застонала и начала стучать кулаком по его спине. Лишь спустя минуту маг отстранился. Майя прищурилась, глядя на него с явным негодованием, явно обозлившись и желая ему мучительной смерти.

Молох взглянул на след, оставшийся на шее. Он прикоснулся к красным отметинам от зубов и тихо произнёс:

— Зато никто к тебе лезть не будет.

Брови Майи дёрнулись, и она пояснила, словно объясняя очевидное:

— Из-за клейма никто не станет разбегаться в стороны!

Молох отпрянул, выпрямился и, приподняв уголок рта, растянул слова:

— Ну ты же всё равно моя.

Слово «моя» эхом отозвалось в сознании Майи. Она машинально убрала прядь волос за ухо и, глядя вниз, прошептала с горечью:

— Да, твоя.

Молох вгляделся в её глаза и уловил в них не просто гнев, а что-то странное, гнетущее. Но тут же списал это на усталость: с самого утра девушку таскали туда-сюда, не давая передышки.

Майя резко расправила плечи и заговорила спокойно:

— Что-то мы тут засиделись. Меня же в зале ждут.

Она развернулась, намереваясь уйти, но Молох мгновенно положил ладонь на её правое плечо. Снова наклонившись, он прошептал на ухо, едва касаясь кожи:

— А может, они ещё немного подождут?

По спине Майи побежали мурашки. В его интонации она уловила заметный намёк, и вскоре он подтвердился. Молох провёл тыльной стороной ладони по ключице, затем нежно коснулся её щеки. Мягко повернув лицо девушки к себе, он предложил, сверкнув глазами:

— После всего я помогу тебе одеться. Как тебе такая идея?

Майя заметалась взглядом, лихорадочно ища выхода. Заикаясь, она вырвалась из его хватки и бросилась к двери:

— Я-я… я… Мне… У-уже всё! Пора, пока!

И в мгновение ока исчезла из виду.

Молох остался стоять в задумчивости. «Ц, думал, портал попробует использовать», — мелькнуло у него в голове.

***

В зале собралось множество гостей. Помещение было просторным, без лишних украшений: по бокам стояли столы с закусками и напитками, а в углу расположился оркестр, исполнявший тихую музыку. В конце зала возвышался пьедестал из пяти ступеней, на котором разместились четыре трона: два больших, предназначенных для Мизерии и Эльбруса, и два средних по бокам - для Майи и Реджинальда. Все троны украшали эмблемы Синкейской империи.

Гости уже собрались, и зал наполнился приглушёнными разговорами. Музыка создавала особую атмосферу. Вскоре оркестр заиграл вальс, и пары начали выходить на танцпол. Майя стояла в стороне, держа бокал вина и погрузившись в свои мысли. Она нервно постукивала пальцем по краю бокала, когда вдруг услышала приятный голос:

— Можно пригласить вас на танец?

Обернувшись, Майя увидела Молоха в чёрном торжественном костюме. Он протягивал ей руку с лёгкой улыбкой. Девушка слегка улыбнулась в ответ, но её рука дрогнула, прежде чем легла на ладонь Молоха. Он повёл её к центру зала, и они закружились в танце.

Спустя некоторое время Майя почувствовала усталость. Молох предложил присесть и освежиться.

— Я схожу за выпивкой.

Сказал он, направляясь к столу. Но Майя остановила его:

— Нет, позволь мне принести.

Она одарила его тёплой улыбкой, и он, вздохнув, согласился:

— Ну хорошо, раз хочешь, то иди.

Майя махнула ему рукой и направилась к столу с напитками. Молох остался у края зала, наблюдая за гостями.

Многие танцевали: кто-то изящно, кто-то неловко наступал на ноги партнёрам. Неподалёку оживлённо беседовали группы людей. В дальнем углу резвились дети - они бегали по всему залу. Вдруг один мальчик догнал сверстника и толкнул его. Тот полетел прямо на выступающий угол стены у двери.

Молох, не вынимая рук из-за спины, лишь слегка пошевелил пальцем, и мальчик замер в воздухе. Оба ребёнка оцепенели от удивления. Когда первый мальчик плавно опустился на ноги благодаря магии, они испуганно переглянулись, что-то быстро пробормотали друг другу и бросились прочь.

Наблюдая за их бегством, Молох мысленно усмехнулся: «Вот же спиногрызы. Не хватало ещё в день рождения устраивать похороны».

Вскоре Майя вернулась с двумя бокалами вина. Протянув один Молоху, она спросила, глядя ему в глаза:

— Куда смотришь?

Он взял бокал и ответил:

— Да так, наблюдал, как дети играли в чёрный ящик.

Отпив из бокала, Молох внезапно сморщил нос и с явным отвращением произнёс:

— Откуда это вино и кто его сюда притащил?

Майя отвела взгляд и, сделав глоток из своего бокала, предположила:

— Кажется, Реджи.

— С таким выбором лучше бы из моих запасов что-то взяли.

Фыркнул Молох. Он посмотрел на Майю, но тут же мысленно поправился: «Нет, не лучше…»

Неожиданно музыка смолкла, и в зале повисла тишина. Все взгляды устремились к пьедесталу, где стоял Эльбрус с бокалом в руке.

— Прошу внимания!

Громко произнёс он. Гости, включая Майю и Молоха, замерли и повернулись к императору.

Эльбрус начал свою речь:

— Для начала хотел бы поблагодарить всех вас за то, что приехали на банкет.

Майя внимательно слушала, пытаясь предугадать, к чему ведёт речь Эльбрус. Пока Молох допивал вино, она тихо спросила, не отрывая взгляда от императора:

— Он что, собрался меня поздравлять?

— Похоже на то.

Коротко ответил Молох. Он поставил опустевший бокал на поднос проходящей мимо горничной. Тем временем Эльбрус продолжал:

— Ради этого дня вы приехали со всех уголков света. Не передать словами, как я благодарен вам. Сегодня особенный день - день рождения моей дочери Майи. Пусть он запомнится ей как один из самых счастливых.

У Майи что-то сжалось в груди, и она крепче сжала ножку бокала. Эльбрус поднял бокал:

— Я хочу поднять этот бокал за Майю и пожелать ей только самого лучшего!

Гости уже готовились аплодировать и поздравлять Майю, но, к всеобщему удивлению, Эльбрус продолжил:

— Однако есть ещё одна важная тема, которую я долго откладывал. Сегодня я с гордостью объявляю о помолвке Майи и Молоха. С радостью вручаю ему руку моей дочери и надеюсь, что их союз будет крепким и счастливым.

Зал взорвался шёпотом и аплодисментами. Молох лишь слегка приподнял бровь:

— Ого, так он действительно это сделал!

Он взглянул на Майю. Её лицо выражало нечто большее, чем просто смятение - она явно не знала, как реагировать и что теперь делать. Молох хотел спросить, в чём дело, но заметил, что Эльбрус машет им, призывая подойти.

Делать было нечего - нужно идти! Крепко взяв Майю за правую руку, Молох телепортировал их к Эльбрусу на пьедестал. Его губы нежно коснулись тыльной стороны её ладони. Майя, залившись лёгким румянцем, смущённо сжала губы. Молох с загадочной улыбкой встал рядом с ней. Их руки поднялись на уровень груди, и он повернулся к гостям.

Эльбрус, подняв бокал, закончил тост:

— За Майю и Молоха! Пусть их любовь будет вечной, а их союз - примером для всех нас.

Гости разразились аплодисментами. Одни искренне радовались, другие не скрывали недовольства. Но веселье продолжалось, и праздничная атмосфера вновь наполнила зал.

Майя, смущённо улыбаясь, помахала толпе. В эту самую секунду ей показалось, что наконец наступило то самое счастливое время, когда всё идёт своим чередом, когда нет никаких проблем. Только она и Молох, только счастье, спокойствие и любовь.

Вдруг Эльбрус обратился прямо к молодожёнам:

— Теперь вы не отвертитесь.

Майя фыркнула, сдерживая смех:

— Будто подготавливались!

Молох улыбнулся от её слов. Но не смог сдержать смешок, услышав реплику Эльбруса:

— Почему «будто»?

Майя метнула на него хмурый взгляд, но Эльбрус уже отошёл - отправился искать свою жену.

Стоя на пьедестале рядом с Молохом, Майя до побеления костяшек сжала бокал. Резко осушив его до дна, она повернулась к Молоху:

— Я схожу, отнесу бокал.

Молох кивнул, и она поспешно спустилась вниз. Он знал: если попытается убрать бокал магией, Майя только разозлится.

Молох неторопливо спустился по ступеням. Итак, Эльбрус официально объявил об их помолвке. Улыбка невольно растягивала губы. Ожидание, казавшееся бесконечным, наконец завершилось. Он ощутил, что впервые за много лет по-настоящему счастлив.Верно говорят, любовь преображает человека. Молох едва узнавал себя! Прежде он сторонился подобных эмоций, а теперь мысли о Майе не покидали его ни на миг. Как давно он мечтал обнять её и никогда больше не отпускать… Именно в этот момент он твёрдо решил: когда Майя вернётся, он признается ей в любви. Однако вместе с радостью в сердце зашевелилось тревожное предчувствие.

До ужаса громкий взрыв разорвал голоса присутствующих, оглушив всех. Молох мгновенно вскинул взгляд вверх, и в тот же миг потолок рухнул вниз!

Молох рефлекторно вскинул руку, и его демоническая сущность вспыхнула во всей своей мощи: рога прорезались, глаза засверкали, подобно звёздам в безлунную ночь. Но в ту же секунду жгучая, разрывающая боль пронзила всё тело. Не успев осознать происходящее, он оказался погребён под грудой обломков вместе с теми, кто стоял рядом.

Паника охватила зал. Люди в ужасе метались, толкаясь и запинаясь о камни, бросая тех, с кем ещё минуту назад вели светские беседы. Инстинкт самосохранения затмил всякое приличие.

Алая кровь растекалась по каменным обломкам. Кто‑то с раздирающим душу воем пытался высвободить придавленную ногу, кто‑то, едва дыша, тянул руку к выходу, но даже сил кричать уже не осталось. Воздух пропитался запахом крови и пыли, а крики раненых эхом отдавались в ушах, будто сама реальность стонала от боли.

Молох, превозмогая невыносимую агонию, с трудом приподнял голову. Зрение плыло, веки тяжелели, грозя сомкнуться навсегда. Огромный камень придавил его тело, а по лицу струилась тёплая кровь. Сквозь пелену боли он попытался использовать магию, но та не откликалась. Сила, всегда бывшая его верным оружием, теперь молчала. Боль всё сильнее пронизывала его тело, но именно это подстегнуло Молоха к тому, чтобы преодолеть страдания и вырваться на свободу.

Он боролся. Снова и снова пытался, но тщетно. Словно кто‑то намертво запечатал его силу, оставив беспомощным под завалом.

Сквозь стоны умирающих и грохот обвалов Молох уловил приближающиеся шаги. Превозмогая слабость, он с трудом поднял взгляд. В размытом силуэте он узнал Майю. Она стояла над ним с пугающим безразличием, не делая ни единого движения, чтобы помочь.

В голове вспыхнули осколки воспоминаний - далёких, болезненных, запретных.

«Нет, этого не может быть…» — пронеслось в его сознании.

Она присела, аккуратно положив ладони на колени, и произнесла с ледяной невозмутимостью:

— Неожиданно. Я думала, яд не подействует.

Внутри Молоха что‑то надломилось - не от яда, нет. От её слов. От этого спокойного, почти скучающего тона.

Его лицо исказилось то ли от боли, то ли от ярости, рвущейся наружу. В голове билась одна мысль: «Я не поверю. Это не могло повториться! Не снова…»

Майя продолжала, не дрогнув ни единым мускулом:

— Я думала, будет сложнее играть роль той Майи, к которой вы все привыкли.

Горло Молоха сдавило так, что он не мог издать ни звука, лишь кровь стекала на губах.

Мысли вихрем кружились в голове: «Нет-нет-нет! Это не она! Не Майя! Марита… Это Марита подменила её! Но как? Почему никто не заметил? Как она проникла в замок? Где настоящая химера?!»

Девушка медленно коснулась его подбородка, приподнимая голову. Молох стиснул зубы от боли, но не издал ни звука, только взгляд его горел яростью и отчаянием. И тогда она произнесла тихо, но отчётливо, будто вбивая гвозди в крышку гроба:

— При следующей нашей встрече… Убей меня. Как ты хотел раньше. Просто убей, без раздумий… Убей.

Мир вокруг Молоха на миг замер. Он и так едва держался на краю сознания, но эти слова лишили его последних остатков самообладания. Сердце сжалось так, что боль от ран показалась ничтожной.

Майя отпустила его и, бросив последний холодный взгляд, направилась к выходу. Боль отступила, вытесненная чем‑то более тёмным, более всепоглощающим. Молох сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, оставляя кровавые полумесяцы. Он не мог поверить, что это действительно Майя!

Но вдруг в дымной пелене появился ещё один силуэт.

Марита.

Именно её он сразу заподозрил - ту, кто мог притвориться Майей. На лице Молоха появилась кривая, болезненная ухмылка, будто он наконец осознал всю чудовищную правду, но всё ещё отказывался её принять. Кровь потекла по подбородку, когда он издал хриплый, надломленный смешок.

— Хах… Убить?

Прошептал он едва слышно. А затем голос его взметнулся, наполняясь яростью:

— Убить тебя?!

Раздирающий крик, полный чистой, необузданной ненависти, разнёсся по залу, заглушая стоны раненых.

— Я УБЬЮ ТЕБЯ!

Прогремел он, и стены, казалось, дрогнули от его гнева.

— СОЖРУ ТВОЮ ДУШУ БЕЗ СОЖАЛЕНИЯ, А ЗА НЕЙ ПОЙДЁТ И ТВОЯ УБЛЮДСКАЯ СЕСТРА!!!

Молох, скребя ногтями по камням, продолжал выкрикивать угрозы вслед уходящим фигурам:

— УБЬЮ!!!

— ТЫ УМРЕШЬ ОТ МОЕЙ РУКИ!!

— Убью!

— Слышишь?! Я убью тебя!

— Убью…

— …убью…

— …

Зал окутала тишина - плотная и давящая, будто погребальный покров. Лишь где‑то вдали ещё звучали крики и стоны беспомощных людей.