Ночь. По тёмному лесу мчалась женщина. Она скрыла себя под старой, потрёпанной мантией, а хромая нога то и дело замедляла бег. Обходя деревья, она крепко прижимала что-то к груди, завёрнутое в ветхую ткань. Каждый шаг давался с трудом, но она упрямо шла вперёд.

Лес оказался коварным: то тропа была ровной и гладкой, то путь преграждали массивные корни, что занимали всё пространство вокруг. Перебираясь через них, женщина порвала одежду в нескольких местах, чуть не сломала ногу, но до последнего не сдавалась! Даже когда силы почти оставили её, когда дыхание стало прерывистым и тяжёлым, она, запыхавшись, бежала всё глубже в чащу. Пот струился по лицу, мышцы горели, но цель была важнее усталости.

Наконец она достигла места, к которому так стремилась. Остановившись на краю леса, женщина с высоты склона посмотрела вниз, на мрачный храм, вырисовывавшийся в темноте, будто забытая всеми крепость. Дыхание сбилось, грудь тяжело вздымалась, но на губах заиграла облегчённая улыбка. Вся боль, сковывавшая тело, вдруг отступила, растворилась в воздухе.

Она быстро спустилась вниз, мысли вихрем крутились в голове. Вот оно! Добралась! Скоро все мучения закончатся! Всё вокруг потеряло значение, теперь только храм и алтарь существовали для неё. Они манили, звали, обещали избавление от бед и счастливое будущее.

Споткнувшись у самого подножья склона, она еле удержала равновесие и, не теряя ни секунды, бросилась дальше. Каменная тропа встретила её тишиной и холодом. Через капюшон женщина бросила косой взгляд на каменные блоки разных форм и размеров. И тут же поняла: это могилы умерших. У некоторых плит ещё виднелась свежая земля, будто кто-то совсем недавно простился с ушедшими.

Тучи сгущались над храмом. Лишь изредка луна выглядывала из-за них, бросая бледный свет на окрестности. Женщина подбежала к гигантскому пьедесталу в виде мужских рук, застывших в образе чаши, и остановилась на миг. Она оглядела его: блики мерцали в ночи, каждая линия алтаря была проработана с поразительной точностью, будто мастер вложил в него душу.

Поднявшись на пьедестал, женщина заглянула вовнутрь алтаря. В глубине рук лежала сажа и остатки чего-то сгоревшего. Она наклонилась вперёд и осторожно положила на середину клубок ткани.

Вдруг свёрток зашевелился. Из ткани показалась маленькая серая ручка, отчаянно пытавшаяся ухватиться за что-нибудь родное. Не найдя опоры, младенец начал похныкивать, извиваться сильнее, его плач становился всё громче, наполняя ночь болью.

Женщине, казалось, было всё равно. Как только она положила дитя, сразу упала на колени и начала что-то шептать.

Младенческий плач разрастался, заполнял пространство, рвал тишину на части. Он не умолкал ни на мгновение, но женщина не дрогнула. Это была больше не её ноша. Договорив всё, что хотела, она встала и отправилась прочь тем же путём, хромая, сгорбившись, совершенно без сожалений.

Женщина ушла, но ребёнок остался. Беззащитный, слабый, одинокий, нет тех, кто мог бы взять его на руки, утешить, накормить. Вокруг царила лишь тьма, пронизанная эхом его крика.

И вот тучи окончательно скрыли луну, и с небес хлынул дождь. Плач не умолкал, а глубина алтаря постепенно наполнялась водой. Всё больше и больше, пока плач не начал тонуть в бульканье. Лихорадочно тянущаяся ручка искала спасение, цеплялась за воздух, но в этом месте лишь души умерших могли услышать его мольбу.

Но вдруг - искра надежды! Белоснежные руки, словно фарфоровые, потянулись к малышу. Они обхватили его бережно, почти трепетно, и подняли из воды.

Младенческий голос прорвался из воды и заново наполнил пространство.

— Не плачь. Всё будет хорошо.

Прозвучал нежный голос, ласкающий слух, словно пение птиц на заре.

— Я здесь…

Тихо добавила она.

Девушка в тёмно-зелёной мантии прижала ребёнка к себе и начала укачивать, тихо напевая успокаивающую мелодию. Её движения были плавными, а взгляд - полным сострадания.

Ребёнок постепенно начал успокаиваться. Ручка легла на мокрую ткань, и теперь лишь тихое хныканье нарушало тишину.

— И за что с тобой так, бедняжка…

С жалостью в голосе произнесла девушка. Она раскрыла ткань и на миг замерла, поражённая увиденным.

Перед ней был ребёнок с серой кожей. Его большие заострённые уши выступали сквозь чёрные волосы, едва скрывавшие глаза. Но сами глаза… Они горели ярким небесным светом, чистым и невинным. По всему его телу виднелись дыры, не причинявшие ему боли, но тоже мерцавшие голубыми огненными всполохами.

Девушка развернулась и осторожно спустилась по лестнице, слегка щекоча младенца, чтобы успокоить его. Но вдруг резкий, властный мужской голос заставил её вздрогнуть, будто ледяной ветер пробрался под мантию:

— Что ты делаешь?

Она застыла, словно превратившись в каменную статую. Сердце бешено заколотилось, а дыхание перехватило. Собрав всю волю в кулак, девушка заставила себя обернуться и посмотреть на обладателя голоса.

Подняв взгляд, она увидела мужчину, что сидел с согнутой ногой на алтаре, - на одном из пальцев. В тени под дождём почти ничего нельзя было разглядеть, но она отчётливо увидела рога - демонические, острые, которые сразу бросались в глаза.

Девушка продолжала молчать, лишь сильнее прижимая ребёнка к груди. Её пальцы невольно сжались, защищая малыша. Мужчина, не дождавшись ответа, согнулся ещё сильнее, наклонил голову и произнёс с пугающим спокойствием:

— И что же такие, как ты, вообще тут делают?

От этого тона по спине пробежал холодок. Девушка замерла в нерешительности. Перед ней - демон! Существо, известное своей хитростью и коварством. Инстинкт самосохранения вопил: «Беги!»

Не раздумывая больше ни секунды, она развернулась и бросилась к лесу. Ветер свистел в ушах, а сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди.

Демон выпрямился, слегка наклонил голову и мысленно усмехнулся: «И на кой мне нужны эти догонялки?»

Но его размышления прервало неожиданное зрелище: девушка мгновенно открыла сияющий портал и исчезла в нём, словно растворилась в воздухе. Демон отпрянул, на мгновение поражённый.

«Стало интереснее…» — мелькнуло у него в голове.

В следующее мгновение девушка вышла из портала посреди леса. Вокруг неё шелестели деревья, их ветви покачивались в такт ночному ветру и дождю. Она чуть наклонила младенца к себе и облегчённо выдохнула:

— Вот мы и ушли. Теперь можно…

Но договорить она не успела. В долю секунды демон возник сбоку и молниеносно выхватил кокон с ребёнком из её рук. С небрежной лёгкостью он нацепил ткань на палец и начал лениво её крутить, словно забавляясь.

Паника сковала грудь, но девушка стиснула зубы, сжала кулаки, что побелели костяшки, а на шее вздулась вена. Дрожащий голос сорвался на крик:

— Отдай! Он не твоя собственность!!

В ответ прозвучал безразличный, почти скучающий голос:

— Почему это? Его отдали в жертву, чтобы получить вечное благополучие и…

Девушка, собрав остатки смелости, решительно шагнула вперёд и перебила его:

— Сделки с людьми нельзя совершать уже как…

Но и мужчина не промах! Он в ответ перебил с растянутой, равнодушной интонацией:

— Дохохоту лет. Но поскольку они сами приходят отдать что-то даром или за желание живого существа, то это и сделкой сложно назвать.

Он поднял ребёнка на уровень глаз. К удивлению девушки, младенец смотрел на демона не без страха, а с любопытством, почти с вовлечённым интересом, словно изучал новое существо.

Не теряя ни секунды, девушка ринулась вперёд, вытянув руки, чтобы забрать младенца. Демон легко шагнул в сторону, избежав её попытки. Она бросилась снова, но он ловко уклонялся, будто играл с ней, как кот с мышью.

— Отвали от него! Он же совсем малыш!

Выкрикнула девушка, пытаясь хотя бы схватить край ткани, в которую был укутан младенец.

Демон продолжал отступать, сохраняя дистанцию и насмешливо наблюдая за её попытками. Он равнодушно бросил:

— Малыш, не малыш - какая разница? Сделка совершена, и с этим уже ничего не поделаешь.

Гнев вспыхнул в груди девушки с новой силой. Она стала действовать быстрее, отчаяннее: пыталась схватить демона, пыталась создать новый портал, чтобы обмануть его, - но всё безуспешно.

В отчаянии она бросилась вперёд, намереваясь сбить его с ног. Но эффект произошёл обратный! Её нога скользнула, пытаясь лишить его равновесия. Но демон легко подпрыгнул. Девушка, не ожидавшая такого, поскользнулась на сырой траве и опрокинулась назад. А демон, словно играючи, схватил её за воротник прямо в воздухе. Мгновение спустя он приземлился на ступни, теперь удерживая её одной рукой в считанных сантиметрах над землёй.

Девушка оцепенела от внезапных и быстрых движений врага. Рефлекторно она схватилась за его руку, чтобы окончательно не упасть на землю. Как вдруг капюшон соскользнул с головы, открыв её лицо - бледное, испуганное, с широко раскрытыми глазами. Она ошарашенно смотрела на демона, а тот, продолжая держать младенца в одной руке, в ответ уставился на неё.

Перед ним открылась поистине ангельская внешность. Милое, почти детское лицо, на которое упали капли - последние капли затихающего дождя, и задержались на щеках. Длинные чёрные волосы, которые выбились из-под мантии и теперь развевались на ветру, обнажая кончики алого цвета, пылали, словно языки пламени. Но больше всего его привлекли её глаза: золотистого оттенка, но в такой кромешной тьме мало что увидишь.

И судьба словно сама решила им помочь! Лунный свет коснулся лица девушки, и её золотые глаза вспыхнули радужными переливами - едва заметными во тьме, но живыми, как отблески далёкого света.

А вот мужчина теперь перестал быть тёмным силуэтом. Его чёрные рога с металлическим блеском изящно изгибались вверх, местами обнажая острые грани, - они идеально гармонировали с чёрным костюмом. Волнистые тёмно-фиолетовые волосы в лунных лучах мягко переливались, приобретая едва уловимый нежный отблеск. Но главное - глаза! Они напоминали ночное небо, усыпанное звёздами: затягивали взгляд, не отпускали, а если присмотреться внимательнее, в них можно было разглядеть мерцающие созвездия этого мира.

Они замерли, уставившись друг на друга, не в силах отвести взгляд. Казалось, даже младенец, уловив напряжение момента, на мгновение затих.

Минута тянулась бесконечно. Единственным звуком был тихий шум дождя, ритмично падающего с небес и нарушающего эту странную тишину. Наконец, невозмутимый, протяжный голос мужчины разорвал затишье:

— Ну… Теперь я убедился, что ты, в частности, пернатая. Но теперь меня больше интересует: почему ты убегаешь, а не нападаешь, как все?

Девушка, не двинув головы, нервно огляделась по сторонам. Голос прозвучал тихо, но твёрдо:

— Я не хочу драться…

Демон удивлённо приподнял брови:

— Значит, ты спокойно отдашь крысёныша?

— Нет.

Мгновенно ответила она. Демон слегка опешил от такого заявления. Отшатнувшись, Молох издал короткое мычание. Он ещё раз внимательно оглядел ангела и неожиданно произнёс:

— Ну и ладно, забирай.

Девушка замерла, не веря своим ушам:

— А… Э… Что?!

Демон плавно опустил её на землю и разжал хватку. Она отпустила его руку, а он, выпрямившись, небрежно бросил младенца в её сторону. Девушка благополучно поймала его, всё ещё пребывая в шоке.

— Мне повторять надо?

Резко бросил демон. Ангел начала подниматься, прижимая к себе ребёнка. Демон, глядя на неё с оттенком раздражения, добавил:

— Ой, иди уже! Мозолишь глаза только!

Развернувшись, он направился обратно к храму. Ангел застыла, переводя взгляд с младенца на удаляющегося мужчину и обратно - несколько раз, словно пытаясь осознать происходящее.

Наконец, она произнесла с явным подозрением в голосе:

— Ты даже пытаться забрать ребёнка не будешь?

Демон остановился на мгновение, затем бросил через плечо:

— А зачем? Что хотел, я узнал. А душа крысёныша уже принадлежит мне.

Он пожал плечами и уверенно добавил:

— Да и не долго он проживёт.

Она продолжала смотреть ему вслед, пока он удалялся всё дальше. Но долго оставаться на месте не стала. Собравшись с мыслями, девушка открыла сияющий портал и шагнула в него, прижимая младенца к груди.

Демон шёл дальше, погрузившись в размышления: «Ну и странная же! Как вообще можно спасать полуживое существо ценой собственной жизни?.. Хотя… Именно над ней интересно поэкспериментировать».

***

Прошло несколько недель. Глубокой ночью демон шёл по знакомой тропе в лесу, которая выводила его прямо к храму. Молох провёл рукой по лбу, задержавшись на затылке. Мысли были заняты недавними срочными делами.

Он остановился у начала склона и в следующий миг уже оказался внизу - телепортировался к подножию. Молох сделал шаг вперёд, взглядом окидывая очертания храма вдали. Но прежде чем он успел расслабиться, что-то резко схватило его за ногу. Демон нервно вздохнул, опустил взгляд и замер в полном недоумении.

Тот самый ребёнок, которого когда-то защищала девушка-ангел, вцепился в его лодыжку мёртвой хваткой. Его маленькие пальцы крепко обхватили низ брюк, а огромные щенячьи глаза смотрели на Молоха снизу вверх.

За то время, что они не виделись, малыш сильно изменился: он уже уверенно стоял на ногах и даже мог самостоятельно передвигаться. К удивлению демона, у ребёнка обнаружился тонкий длинный хвост с чёрной кисточкой на конце, слегка подрагивающий от волнения. Одет он был скромно - в простую коричневую хламиду.

У Молоха задёргался глаз. Мысленно он пробурчал: «Опять они…»

Но тут его лицо исказилось от внезапного удивления. Он наклонил голову вбок, пристально вглядываясь в серое существо, и задумался: «Хотя… Почему я его сразу не заметил?»

Демон поднял голову и приложил ладонь ко лбу, хмурясь: «Заболел что ли?»

Внезапно на губах появилась кривая улыбка.

«Спустя тысячи лет? Да, конечно!»

Молох вновь посмотрел на малыша, который продолжал смотреть на него с невинно-заинтересованным выражением, и размышлял: «Тогда почему я не ощутил его присутствия? Хотя даже не припомню, чтобы в тот день от него хоть какая-то энергия исходила…»

Постояв так несколько секунд, он шумно выдохнул, отгоняя мысли: «Ну ладно, это подождёт».

Резко выпрямившись, Молох поднял голову и громко произнёс:

— Я знаю, что ты тут. Выходи.

Из-за дерева неуверенно показалась девушка. Она всё так же пряталась в тёмной мантии, боясь выйти на открытое пространство. Она мялась, будто боролась с собой - показаться или остаться в укрытии.

Демон не собирался ждать. Его терпение было на исходе.

— Мне его прикончить прямо перед тобой?

Холодно бросил он, и ангел мгновенно выскользнула из укрытия. Сжав кулаки, она быстро спустилась по склону и подбежала к демону, едва не спотыкаясь на неровной земле.

Молох резким движением оторвал ребёнка от своей ноги и развернулся к девушке. Показательно протянув существо перед ней, он произнёс с насмешкой:

— Ты что, хочешь, чтобы я его сейчас прибил?

Девушка заметила на протянутой руке демона капли крови, которые впитались в манжет. Сердце сжалось, но она не решилась спросить - слишком рискованно. Вместо этого она сложила ладони и подняла их к лицу, зажмурившись, и жалобно, почти по-детски пролепетала:

— Извини-и-и-и! Я не думала, что он сможет открыть облачный поток.

Демон лишь скосил взгляд, демонстрируя полное равнодушие.

— Ну, меня это не касается. Просто скройся, пока я не отрезал тебе и твоему крысёнышу головы.

Он резко бросил серого ребёнка в сторону ангела и тут же отправился к своему храму. Девушка удачно подхватила малыша на лету и крепко прижала к груди.

Но что-то внутри неё дрогнуло. Будто тихий голос шептал, что нужно идти за ним, что с ним будет безопаснее. Она нахмурилась, пытаясь отогнать это странное ощущение. Разве можно довериться лишь интуиции? Особенно когда речь идёт о нём?

Поэтому, заикаясь и с трудом подбирая слова, она выкрикнула первое, что пришло в голову:

— А… Н-неужели ты серьёзно можешь убить такое милое создание?

Молох на мгновение остановился. Он медленно обернулся, окинул ангела и ребёнка долгим, упрекающим взглядом и ледяным голосом ответил:

— А какая разница? На одну жизнь больше, на одну меньше.

Развернувшись, он пожал плечами и добавил:

— Ты слишком доверчивый пернатый, если задаёшь такие вопросы. У меня нет на тебя времени.

Девушка сузила глаза и фыркнула. Развернувшись с ребёнком на руках, она с пафосом бросила ему в спину:

— …А для демона ты не выглядишь тем, кто убьёт не задумываясь.

— А знаешь, я передумал.

Внезапно прозвучал голос Молоха. Он молниеносно развернулся и, телепортировавшись вплотную к девушке, резко выбросил руку вперёд, пытаясь схватить её за шею. Но ангел вовремя отклонилась назад и, не раздумывая, открыла портал. В последний момент она с малышом нырнула в мерцающую воронку.

Демон хмыкнул, провожая их взглядом.

— Вот же прилипалы!

Пробормотал он, а после подумал: «Видать, совсем страх потеряли, если спокойно могут подходить к демону».

Он продолжил путь к храму. И как бы он ни пытался сосредоточиться на следующих делах, перед глазами снова и снова возникал образ ангела с золотыми глазами. Это раздражало, бесило, выводило из себя, но он, стиснув зубы, упрямо шёл вперёд по знакомой тропе.

***

Как обычно ночью, закончив пару дел, Молох не мог уснуть. Он расхаживал по первому этажу своего храма, уставившись в пол, погружённый в раздумья: «И кем тот ангел может быть? По сути, это не имеет значения. Можно просто забрать душу и уже на деле узнать всё».

Демон вышел из коридора и направился по галерее, откуда вниз уходило ещё два этажа. С самого нижнего доносились какие-то голоса и шум, но Молоха это ничуть не волновало. Он шёл, не обращая внимания на суету внизу.

«Хотя это тоже рискованно. Никто не знает, что может произойти. Вдруг те способности, что у неё, даже не подойдут мне и я не смогу ими пользоваться?»

Он подошёл к лестнице и уже собирался спуститься на второй этаж, как вдруг замер перед первой ступенью. Не поворачиваясь, Молох бросил взгляд назад на лестничный проход, ведущий на поверхность. Сузив глаза, он задумался. Внезапно его охватило странное желание выйти наружу.

«Может, свежим воздухом подышать? Вдруг легче будет думаться?»

Развернувшись, он начал подниматься по лестнице, по-прежнему глядя себе под ноги.

«Кстати, если так подумать, я же не в первый раз вижу такую способность. У кого-то сверху ведь была похожая… Только у кого?»

Молох поднял голову, приложил ладонь к подбородку и задумчиво посмотрел вверх: «Мышь уже давно не появляется. Может, сдох наконец? Половая тряпка только туфли полировать умеет…»

Поднявшись, он оказался в просторном зале с массивными колоннами. Пройдя через него, демон приблизился к огромным дверям. За окнами раздавался мерный стук дождевых капель, бьющихся о стекло.

Двери перед ним распахнулись, пока он был погружён в мысли. Остановившись на веранде, он посмотрел на дождь, который лился как из ведра. В воздухе витал запах мокрой земли и сырости.

Демон глубоко вдохнул, и в эту же секунду в голове всплыла мысль: «Хм… А если четвёрка крысят? Там, у шкафа, порталы были».

Вдруг его взгляд зацепился за что-то вдали. К нему, ловко передвигаясь на четвереньках, бежал тот самый серый ребёнок. Он прыгал, словно белка, и стремительно приближался.

Молох тяжело выдохнул, мысленно пробурчав: «Опять сбежал от неё, что ли?»

Ребёнок подскочил к нему, взволнованно подпрыгивая на месте. Демон наклонил голову, разглядывая его с лёгким раздражением, и спросил:

— И что за представление устраиваешь?

Малыш схватил его за штанину и начал настойчиво тянуть в сторону леса. Он указывал направление, жалобно переводя взгляд с Молоха на тёмную чащу и обратно.

Демон попытался отстраниться, мысленно оправдывая своё равнодушие. Ну случилось что-то с тем ангелом, и какая разница? Да пусть хоть сгинет в этом лесу. Придёт и просто заберёт остатки души. Но что-то внутри не давало ему покоя. Странное, почти необъяснимое чувство подсказывало, что нужно пойти туда.

Молох раздражённо провёл рукой по волосам, почесал затылок и сдался:

— Ну давай, показывай, куда идти.

Ребёнок тут же бросился в лес, а демон размеренно шагая последовал за ним.

Они углублялись в чащу. Малыш, словно настоящая белка, прыгал с ветки на ветку, ловко перебираясь через лес. Молох же спокойно шагал по толстым корням, заполнявшим всё пространство.

Вскоре ребёнок остановился у старого, искривлённого дерева и спустился на землю. Молох остановился рядом и сразу подумал, что изначально оказался прав: «Реально представление. Она серьёзно застряла в мёртвом лесу?»

Он обошёл дерево и увидел ангела. Она сразу подняла на него взгляд. Девушка неожиданно была без привычной мантии. На ней был белый хитон с золотистым поясом, его асимметричный подол причудливо ложился вокруг ног. Её левая нога застряла между корнями, а правая была на поверхности, юбка при этом задралась, обнажая бедро.

— И снова ты на моей территории.

Монотонно произнёс демон. Девушка тут же опустила голову, не осмеливаясь встретиться с ним взглядом. Её голос прозвучал так тихо, что его почти заглушал шум дождя:

— Я… Это… Немного тут посижу и уйду.

Молох окинул её внимательным взглядом. Несмотря на пелену дождя, он заметил покрасневшие глаза - явно плакала.

«Плакса…»

Ну не померла и ладно. Демон, развернувшись, пошёл обратно, и через плечо бросил:

— Лучше домой иди, чем здесь сидеть.

Он не ожидал ответа, просто шагал вперёд, но вдруг тонкий голосок, в котором прозвучала едва уловимая нотка ненависти, прошептал:

— Не хочу.

Молох резко обернулся.

«И какой это пернатый не хочет к себе наверх?»

Девушка, чуть повысив голос, повторила твёрже:

— Не хочу я домой…

Брови Молоха дёрнулись, сходясь к переносице. «Она издевается?» — пронеслось в голове.

Он снова собрался уйти. В конце концов, это его не касалось. Не имеет значения, что у неё в жизни творится…

Но внезапно он остановился, поймав себя на мысли: «Хотя… Так я смогу узнать, что она такое».

Молох замер, взвешивая варианты: стоит ли прямо тут спросить, что на неё нашло, или лучше привести в храм и там всё разузнать - там даже будет удобнее.

Но тут сквозь шум грозы он услышал тихое хныканье - девушка шмыгала носом, стараясь сдержать слёзы. И вдруг в груди демона возникло странное, неприятное давление, будто кто-то сжал сердце. Опустив голову, он раздражённо выдохнул и цыкнул:

— Ц… Вставай!

Девушка не поверила своим ушам:

— Чего?

Вот только Молох не собирался с ней сюсюкаться:

— Плохо слышишь? Вставай и пошли!

— Не могу…

Неожиданно призналась девушка.

— Почему это?

— Я застряла.

Раздражение демона вспыхнуло с новой силой. Он резко обернулся и тяжёлым шагом подошёл к ней.

«А портал использовать не учили?» — мысленно буркнул он.

Молох попросту схватил её за подмышки, сильно ошарашив, и одним движением выдернул из корней. Затем, не дожидаясь, пока она опомнится, направился к храму, легко перепрыгивая через выступающие корни. А серенький ребёнок уже бежал по веткам следом за ним.

Ангел помедлила. Доверять демонам было не просто опасно - это было категорически запрещено! Но разве у неё был выбор? Сжав челюсти так, что заныли скулы, она отправилась следом.

Осторожно переступая по корням, девушка хваталась за стволы деревьев, стараясь не оступиться.

Молох же продолжал негодовать про себя: «Ну и за что мне это наказание? Как в детском саду нянькой работаю…»

Вдруг прямо перед ним с ветки дерева ловко свесился малыш и, крепко ухватившись хвостом, уставился на демона, склонив голову набок.

Молох сузил глаза и мысленно добавил: «Ну да, почему „как“…»

Они продолжили путь. Дождь даже не собирался заканчиваться, а будто становился только сильнее. Демон шагал в своём темпе, размышляя, что в первую очередь сделать в храме, чтобы проверить ангела.

Внезапно он осознал, что девушка слишком отстала. Ожидая увидеть её снова застрявшей в корнях, Молох обернулся и застыл как камень. Ангел шла крайне осторожно, буквально на ощупь выбирая путь, чтобы наверняка не застрять в очередной ловушке.

Разочарованно вздохнув, демон развернулся и дождался, пока она подойдёт ближе. Когда девушка оказалась рядом, он не глядя протянул назад руку и бросил:

— Ты слишком медленная.

Она замялась, неуверенно глядя на его ладонь. Сомнения терзали её. Можно ли доверять демону? Но решила, что лучше так, чем копошиться и бояться не так вступить на корень.

Девушка на мгновение дёрнула пальцем, чуть колеблясь, но всё же положила свою ладонь на его. Молох сразу обхватил её руку, и в тот же миг она ощутила, как тело стало легче, будто сбросило невидимый груз. Теперь они шли вдвоём, и девушка без труда перепрыгивала через все корни.

Ей невероятно нравилось это чувство, словно парит над землёй, невесомая, как пушинка. На губах невольно расцвела улыбка, и ей ужасно захотелось расспросить демона о том, что он сделал. Но она сдержалась: вдруг его терпение лопнет от её любопытства, и он прогонит её, оставив одну в тёмном лесу?

На мгновение она отвлеклась от удивительной лёгкости и посмотрела на руку мужчины, что крепко держала её. Она была мягкой на ощупь, но в ней чувствовалась сила. Появилась мысль, что он не отпустит её даже при землетрясении. Вот только ангел не совсем на это обратила внимание.

С ещё более нежной улыбкой она подумала: «Какая тёплая…»

Так они шли до самого конца леса. Даже спускаясь по склону, они не разомкнули рук. Маленькое серое существо радостно кружило вокруг них, то забегая вперёд, то отставая, словно наслаждаясь тем, что находится рядом с ними обоими.

Обойдя алтарь, они направились к храму. Девушка с живым любопытством оглядывалась по сторонам. Резкие, угловатые формы здания смягчались сложными орнаментами на куполе, многогранные конструкции с острым шпилем устремлялись в небо. Колонны и загадочные узоры придавали сооружению величественный и одновременно пугающий вид. Храм, выполненный в тёмно-зелёных и чёрных тонах, завораживал своей мрачной красотой.

Они поднялись по широкой лестнице. Оказавшись на крыльце, Молох одним движением высушил свою одежду. Перед ними открылись величественные малахитовые двери. Они вошли внутрь, и глаза ангела тут же загорелись восторгом. Она с трудом сдержалась, чтобы не броситься изучать каждый уголок этого удивительного места.

Внутри всё было выдержано в тёмно-зелёных тонах с вкраплениями чёрного и золота. Несколько мощных колонн поддерживали сводчатый потолок, отбрасывая длинные тени. Но больше всего девушку привлекла ниша в дальнем конце зала, где располагался небольшой алтарь.

Демон и ангел, по-прежнему держась за руки, подошли ближе. Девушка внимательно рассмотрела содержимое алтаря: пара сосудов с мутной жидкостью, чаша, несколько оплывших свечей. Над ним висела картина в чёрной раме, почти полностью покрытая ржавой кляксой.

В этом просторном, пустом зале ангел вдруг ощутила странное спокойствие. На миг она даже забыла, что находится рядом с демоном, настолько её поглотила атмосфера места.

Остановившись у картины, Молох замер, устремив на неё взгляд. Казалось, он почтит память тех, кто скрыт за тёмным пятном, но точно сказать было невозможно - девушка не знала, почему они остановились именно здесь.

Она всмотрелась в картину. Кое-где ещё можно было разглядеть остатки прежнего искусства, но большая клякса посреди полотна выглядела совсем не к месту, будто кто-то специально её испортил.

Наклонив голову, девушка негромко произнесла:

— Какая скучная картина.

Молох без единой эмоции коротко ответил:

— Есть такое.

Демон продолжил смотреть на картину. А когда уже хотел открыть проход, он не ожидал, что девушка вдруг отпустит его руку, шагнёт ближе к нише и, недолго думая, нацарапает в углу картины простое личико - две точки-глазки и изогнутую линию-улыбку.

Повернувшись к нему, она с довольной улыбкой сказала:

— А теперь нет.

Но тут же заметила его косой, осуждающий взгляд. В тот же миг она осознала, что слишком расслабилась. Убрав руки за спину, девушка сжалась и тихо пробормотала:

— Извини…

Молох ничего не сказал, лишь мысленно отметил: «Легкомысленная».

Он открыл потайной проход и начал спускаться по лестнице вниз. Ангел последовала за ним, не переставая восхищённо оглядываться. Факелы загорались один за другим, отбрасывая пляшущие тени. Чёрная лестница блестела, словно полированная, а нефритовые стены завораживали каждой линией, каждым изгибом узора.

В конце пути ангел начала слышать глухой гул, доносившийся из зала впереди. Но она быстро забыла о нём, когда они прошли под золотой аркой и оказались в огромной парадной с тремя этажами, украшенными галереей и массивными колоннами. Это как будто огромный город, спрятанный под землёй!

Девушка заворожённо оглядывала всё вокруг. Как безупречно всё продумано! Гранит гармонично сочетался с нефритом. Камни выглядели так, будто их вырезали из единого монолита. Казалось, такое даже не может существовать! Настолько это место было идеально, словно сошедшее с картины.

Из состояния восхищения её вырвало неожиданное появление ещё одного демона, точнее, чёрта. Та ловко запрыгнула с нижнего этажа на верхний, присела на корточки на перилах галереи и пристально уставилась на неожиданную гостью.

Это была совсем юная девушка, едва достававшая ангелу до груди. У неё была чёрная кожа, красные глаза с чёрным вместо белка и очень длинные чёрные волосы до самого пола, заплетённые в косу. Заострённые маленькие уши придавали её облику что-то неземное. Одета она была в свободное платье, полностью скрывающее фигуру.

Как только девушка увидела её, тут же испуганно спряталась за спину Молоха. Демон лишь бросил на ангела периферийный взгляд, но ничего не сказал. Кто знает, может, впервые чёрта видит.

А чёрт отреагировала вовсе не спокойно. Едва заметив глаза девушки, она сразу поняла, что перед ней ангел. Встревоженно взглянув на Молоха, она обратилась к нему:

— Господин…

Но Молох не дал ей договорить:

— Приведите её в порядок.

Чёрт буквально расцвела от этих слов. Ловко спрыгнув с перил, она начала обходить ангела со всех сторон. Та по-прежнему напряжённо пряталась за спиной демона, а чёртова служанка разглядывала её так внимательно, будто прикидывала что-то в уме.

Вскоре, сомкнув ладони и прижав их к щеке, она с милой улыбкой пролепетала:

— О! Да-да, мой господин, сделаем всё в высшем качестве!

Однако Молох резко обернулся и строго произнёс:

— И под «привести в порядок» я имею в виду именно «привести в порядок», а не как у вас - «освежевать».

Ангел нервно сглотнула - земля будто ушла из-под ног. А чёрт, напротив, мгновенно расстроилась: улыбка сползла с лица, плечи огорчённо опустились.

Не дожидаясь вопросов с обеих сторон, Молох направился вправо, к коридору. Серенькое существо, однако, не собиралось так просто его отпускать. Он радостно бросился следом за демоном.

Молох напоследок бросил через плечо:

— Считай её гостьей.

От этих слов брови чёрта взметнулись вверх, и она гневно рыкнула:

— В таком случае могли бы и магией всё сделать!

Девушка в панике не знала, что делать: пойти за демоном или стоять и мёрзнуть. Впервые она оказалась в самом логове демона, и от одной мысли о том, что здесь может произойти, по спине пробежал холодок.

Но из оцепенения её вывела служанка. Та сомкнула руки, которые полностью скрылись в широких рукавах, и направилась к лестнице. Даже не посмотрев на ангела, она выплюнула:

— Следуйте за мной.

Ангел занервничала ещё сильнее. Хотя то, что ждало внизу, её ужасно интриговало. Оттуда доносились какие-то шорохи, голоса, неясные звуки жизни. В борьбе между чувством самосохранения и любопытством победило последнее.

Она поспешила за чёртом, стараясь не отставать. Оглядываясь по сторонам, девушка не могла поверить, что под землёй существует такое великолепное место. Ей отчаянно хотелось побежать и рассмотреть всё: каждую балку галереи этого парадного зала, заглянуть в каждую комнату, прокатиться по перилам этой змееподобной лестницы - так манило её всё неизведанное.

Они спустились на первый этаж и направились в один из коридоров. С каждым шагом гул становился всё отчётливее, наполняя пространство таинственными отголосками. Пройдя до конца, они оказались в круглом зале с множеством проходов.

Но не это поразило ангела больше всего. Её взгляд замер на маленьких чертах, которые суетились вокруг, занятые своими делами. Кто-то торопливо бежал в другое крыло, кто-то вёз тележки с посудой или стопками документов. Но не все были столь усердны: одни убегали от разъярённого сородича, а другие использовали тележки совсем не по назначению - в одной из них, к примеру, с хохотом ехали сразу шесть чертей, раскачиваясь и толкаясь.

Чёрт с длинной косой начала вслух рассуждать о дальнейших действиях, которые нужно совершить по отношению к гостье:

— Итак, для начала нужно…

Но не успела она договорить, как услышала звонкий возглас ангела. Та залюбовалась причудливой резьбой на стене и чуть отстала от провожатой. И за этот короткий миг её успели утащить пятеро шаловливых чертей.

Пораженная, чёрт отшатнулась и с ужасом наблюдала, как ангел в считанные секунды исчезает вместе с озорниками в стене.

— Вот же крысы!!

Выкрикнула она и ринулась за ними. Прыгнув на стену, чёрт мгновенно в ней исчезла, а вскоре очутилась в совершенно другом коридоре - длинном, с множеством одинаковых дверей.

— Отпустите меня на землю!! А-а-а!!!

Кричала ангел, которую с задорным хохотом перекидывали между собой черти.

Она несколько раз пыталась сбежать через портал, но её тут же на лету ловил один из проказников, и игра в догонялки продолжалась.

Постепенно это начало выводить служанку из себя. Бегать по коридорам, словно маленькие дети, уже не смешно. Она громко предупредила, повысив голос:

— Если вы сию же секунду не остановитесь, то вам…

Но она не успела договорить. Черти ловко прыгнули на стену и провалились в неё. В последний миг она увидела, как ангел, в надежде на спасение, лихорадочно протягивает к ней руки.

Терпение было на исходе. Чёрт сжала кулаки так, что побелели костяшки, и сквозь зубы процедила:

— Вот же!..

Тем временем ангел, оказавшись в очередном коридоре, растерянно оглядывалась по сторонам. Все проходы были одинаковыми: нефритовые стены, гранитные полы, двери из чёрного дерева, словно копии друг друга. Она уже не понимала, были ли они здесь раньше или это новый лабиринт.

Девушку держали за руки и за ноги, раскачивая из стороны в сторону. Она смотрела на чертей, которые весело прыгали, явно куда-то направляясь.

— Извините, а не могли бы подсказать, куда вы меня тащите?

Спросила она, уже не зная, удивляться или гневаться.

Внезапно её подкинули вверх. На мгновение она словно окаменела от неожиданности. Но в следующий миг её поймали за ноги, и теперь она стояла на руках у одного из чертей, который невозмутимо бежал вперёд.

Один чёрт с короткой стрижкой, бежавший сзади, обогнал их и весело ответил:

— На кухню!

Они ворвались в огромное круглое помещение. Там вдоль всей стены возвышалась винтовая лестница без ступеней. Она спиралью уходила вверх, примерно на пять этажей. Через каждые несколько метров по периметру пути отходили новые проходы.

Ангел замерла в изумлении: «Это место намного больше, чем можно было подумать!»

Черти с ангелом помчались дальше. Пара озорников уже запрыгнула на перила лестницы и поджидала остальных. Они определённо не любят пользоваться лестницей так, как задумывали создатели.

Но никто не ожидал, что вдруг из пола выпрыгнет та самая чёрт с длинной косой. Она двигалась с такой лёгкостью и точностью, что казалось, будто сама превратилась в воздух. Резким движением она пнула одного из проказников в стену, что тот сразу выбыл из игры.

Ангел обернулась и посмотрела на девушку, пылающую гневом. Она хотела было прыгнуть к ней навстречу, но в этот момент её снова подбросили вверх и поймали за руки. Теперь черти тащили её наверх, словно тряпичную куклу, и им явно было всё равно, что за ними гонится разъярённая провожатая. Это только сильнее их веселило!

Дрыгая ногами и пытаясь вырваться, ангел выкрикнула:

— Помоги! Они зачем-то меня на кухню тащат!!

Та, не сбавляя скорости, ринулась следом и выдала:

— А сами думаете зачем? Чтоб сожрать вас!

— ЧЕГО?!

С оглушительным писком взвыла девушка. Она побледнела ещё сильнее, чем было до этого, а глаза расширились от ужаса.

Три чёрта с ангелом на руках перелезли через ограду и ринулись в очередной коридор. За ними следовал последний, но не успел перебраться. Что-то невидимое, но плотное пронзило его насквозь. Вместе с прозрачной стрелой чёрт взмыл вверх до самого потолка. Главная, махнув косой, перепрыгнула ограду и помчалась за остальными.

Коридор оказался необычным: волнообразно изгибаясь, он уходил вдаль. Стены были буквально утыканы одинаковыми дверями, которые тянулись бесконечными рядами, повторяя изгиб коридора. Ангел то оглядывалась назад на гневную девушку с косой, то смотрела вперёд, на бесконечный путь, который, казалось, никогда не закончится. Её насторожило то, что та с лёгкостью навредила тем чертям позади, а оставшихся трёх может ждать ещё более тяжёлая участь.

Она посмотрела на чертей, державших её, и неловко начала:

— А может, остановимся?

Ангел бросила взгляд на девушку позади и продолжила дрожащим голосом:

— Мы и так хорошо повеселились… Всё же хвати-и-и-ИТ?!

Её голос сорвался на пронзительный крик, ведь внезапно все четверо полетели вниз. Она обернулась и увидела, что они скатываются по крутому склону, словно с горки. Сзади невозмутимо катилась главная. Она сохраняла равновесие, будто это было для неё привычным делом.

Вскоре они остановились на ровной поверхности, где проходили другие черти, занятые своими делами. Озорники тут же вскочили и побежали дальше, но ненадолго. Девушка сзади резко остановилась, вытянула ногу в стойке и, не отрывая взгляда от целей, выставила руки по кругу. В воздухе задрожали еле заметные сгустки энергии, а через мгновение сложились в три острые, мерцающие стрелы. Чёрт выпрямилась, вытянула правую руку, и стрелы молниеносно настигли свои цели. Озорные черти вместе с ними врезались в стену с глухим стуком. Все присутствующие замерли и уставились на эту сцену.

Ангел упала на пол, тяжело дыша. Она сидела, ошарашенная, и смотрела вниз, пытаясь осознать, что только что произошло. Главная подошла к троим чертям, прилипшим к стене, и гневно воскликнула:

— Вы что удумали?!

Трое ребят прекратили попытки выбраться и ответили:

— Приготовить изысканное блюдо!

— Украсить пару залов!

— Развлечься… хе-хе…

Девушка с косой провела ладонью по лицу и тихо зарычала. Она развернулась и направилась к ангелу, которая всё ещё сидела и пялилась в пол.

— Этот ангел - гостья, и она должна остаться целой, а не в разобранном состоянии!

Строго пояснила чёрт. Подойдя ближе, она схватила девушку за руку и рывком поставила на ноги. Та, еле перебирая ногами, поспешила за ней.

Трое «повешенных» начали перешёптываться, а проходившие мимо черти бросали на ангела странные, настороженные взгляды. Ей стало не по себе. Она опустила глаза и подумала: «Да… Только пришла, а уже устроила хаос».

Шагая вперёд с ангелом, чёрт с дёргающимся глазом размышляла: «Из-за этих крыс я потратила столько времени! Бесит!! Я сама-то с радостью бы её поджарила, а они…»

Внезапно она замерла - в голове вспыхнула идея! Она так стремительно повернулась, что ангел отпрянула, боясь попасть под её гнев. Главная указала на троицу пальцем, что те мгновенно замерли, вытянувшись в струну, словно по команде.

— Вы мне поможете!

Приказала она грозно.

Как только прозвучали эти слова, все остальные черти поспешно разбежались, чтобы не попасть под горячую руку. А те, на кого указала девушка с косой, надули губы. Полупрозрачные стрелы исчезли, и черти упали на пол, встав на ноги, и сгорбились. Им совсем не хотелось помогать, зная, что в конце им не подадут жареное ангельское мясо. Но разве после всего, что они натворили, у них был выбор?

Бурча и ворча, они послушно подошли, волоча ноги по полу. Главная, убрав руки за спину, отдала первое распоряжение:

— Тащите её в ванную. Нужно смыть всю эту грязь!

Трое чертей снова схватили ангела. Они начали спускаться под землю, а та в панике закричала:

— Нет, нет, нет! Можно я своим путём? Я не хочу под землю!!

Её жалобный крик затих, поглощённый плитами. Главная же, сохраняя невозмутимый вид, шагнула следом и исчезла тем же путём.

Уже в ванной комнате глаза ангела вновь загорелись восхищением. Место поражало своим масштабом. С каждой новой комнатой она всё больше убеждалась, что этот храм куда грандиознее, чем казалось сначала.

Стены и полы оставались однотипными - всё тот же нефрит с гранитом. Однако здесь царила особая атмосфера умиротворения! Приглушённый свет мягко рассеивался по залу, успокаивая нервы, а сладковатый, древесно-пряный аромат с лёгкими нотками мускуса наполнял лёгкие.

Впереди раскинулся огромный водоём, от поверхности которого поднимался лёгкий пар. Из-за приглушённого освещения и особенностей интерьера вода казалась почти чёрной. Водоём был разделён на два яруса: первый - просторный, куда можно было спокойно зайти, он занимал большую часть пространства. Второй ярус располагался выше, у стены, и из него плавно стекала вода, создавая тихий, успокаивающий шум. Было непонятно, как туда забираться - никакой лестницы или ступеней не наблюдалось.

Но это было ещё не всё. Рядом находилась купель из чёрного дерева. И как раз в неё лёгким движением, словно мячик, швырнули ангела. Она даже не успела осознать, что произошло, как уже очутилась в воде. Вынырнув, она испуганно огляделась, а вокруг уже стояли черти, которые без лишних слов начали снимать с неё одежду.

— А-а… П-постойте! Я сама смогу помыться! Хей!!

Запротестовала она, но уже ничего не могла поделать. Смущённо прикрывая грудь, девушка решила, что лучше просто перетерпеть это, чтобы всё поскорее закончилось.

Трое чертей встали с каждой стороны и принялись энергично драить её мочалками, намыливать волосы.

Ангел, пытаясь отвлечься, разглядывала всех четверых низших демонов и вдруг задумалась: «Я, конечно, знала, что демоны используют чертей как прислугу, но не подозревала, что у них есть какая-то иерархия».

Она подметила, что женщина, которую она встретила в самом начале, была с длинными волосами и полностью закрытым телом. Трое ребят, которые её мыли, были одеты проще - в обтягивающие чёрные майки и шорты, удобные для работы. По пути она видела и других: тех, кто носил чёрные комбинезоны, но не такие свободные, как у главной.

Её поразило, насколько черти были одновременно похожи и разными. Все имели чёрную кожу и красные глаза, но каждый старался выделиться: кто-то носил кудрявые короткие волосы, кто-то - длинные прямые, кто-то заплетал косы, а кто-то выбривал ровные полосы на висках. То же касалось и одежды: некоторые специально рвали свои наряды в определённых местах, создавая выраженный образ. Однако её больше всего поразило другое: она ещё никогда не видела чёрта, который мог бы использовать магию. Это и объясняло, почему её тут все боятся, хотя и есть исключения среди озорников.

Вскоре ангела сполоснули из большого ведра, быстро вытащили из купели и поставили обсыхать. Она продолжала смущённо прикрывать грудь, сжавшись от неловкости.

Главная чёрт, потирая пальцами край рукава, наблюдала, как капли воды медленно скатываются по телу ангела. Затем, нахмурившись, произнесла:

— Слишком медленно.

Она направила на девушку руки, и из них вырвался мощный поток воздуха. Ангел прищурила глаза, пытаясь удержаться на месте, но её начало сносить назад. Она сопротивлялась, но поток усиливался, и в итоге девушка с визгом отлетела к стене. Когда её наконец высушили, ангел свалилась лохматая на пол, подогнув ноги. На неё тут же набросили тёмно-фиолетовый атласный халат и рывком подняли на ноги.

— Всё. Вы свободны, дальше я сама.

Строго произнесла главная.

Трое чертей мгновенно разбежались: один прыгнул в стену, словно кошка, другой провалился под пол столбом, третий убежал в сторону и тоже исчез под плитами.

Девушка с косой подошла к ангелу. Та торопливо заправляла халат, стараясь прикрыть открытые участки тела, и вдруг заметила, что на халате нет ремня. В следующий миг чёрт схватила ангела за руку и повела к выходу. Девушке пришлось на ходу придерживать халат, чтобы он не распахнулся.

Они быстро шли по пустому коридору, и ангел, чувствуя себя крайне неловко, наконец решилась спросить:

— А нельзя было мне другую одежду дать? Или хотя бы пояс к этому халату?

Служанка внезапно остановилась, повернулась к стене и постучала костяшками пальцев - сначала сверху, потом снизу. Затем она толкнула поверхность в том месте, где только что ударила, и перед ними открылся потайной проход.

Ангел в недоумении уставилась вперёд, брови невольно опустились, образуя глубокую складку на лбу. В голове промелькнула мысль: «Теперь в этом храме я видела всё…»

Они вышли к галерее двор-колодца. Он был почти таким же, как в самом начале, но на два этажа. Девушки же оказались на втором.

Глаза ангела тут же забегали, разглядывая детали. Множество неизвестных проходов, тишина и пустота - никакого кипиша, что доносился со всех сторон с первого этажа, где суетились черти.

Чёрт же ей ответила:

— И так сойдёт.

Затем отпустила руку ангела и добавила:

— Стойте тут, я спрошу господина, куда вас дальше отвести.

Она прыгнула на поручни, оттолкнулась и помчалась, перепрыгивая с ограждения на ограждение. Уже через несколько секунд она скрылась в одном из коридоров.

Ангел осталась одна. Осторожными шагами она начала осматриваться: подошла к поручням галереи, с восхищением разглядывая идеальные резные узоры. Прошла вдоль этажа, всматриваясь в каждую мельчайшую деталь: в изгибы каменных орнаментов, в игру теней на нефритовых стенах, в едва заметные трещины, которые лишь подчёркивали древность этого места.

Тем временем девушка-чёрт, убрав руки за спину, обратилась к Молоху:

— Зачем вы её сюда притащили?

Демон стоял спиной к стене в проходе и из-за угла наблюдал за ангелом. Та спустилась на первый этаж и с любопытством осматривала всё вокруг.

— У неё необычная душа.

Ответил он.

— Она словно смесь пернатых и ещё кого-то.

Вокруг них кружил серенькое существо, виляя хвостом. Чёрт, проследив взглядом за ребёнком, не уловила подвоха:

— И что с этого? Если вам она так нужна, просто отберите и всё.

— И какой мне толк от души, даже не зная, что она из себя представляет?

Рыкнул Молох и скрестил руки на груди. Ребёнок вдруг начал тереться об ногу демона, но тот даже не обратил внимания. Аркона вдруг заметила что-то необычное, резко развернулась и направилась обратно на второй этаж, продолжая идти вдоль галереи. Молох отступил назад, чтобы девушка его не заметила. От такого неожиданного движения малыш потерял равновесие и плюхнулся лицом на пол.

— Хорошо, тогда какой план действий?

Спросила служанка. Молох сузил глаза, продолжая следить за гостьей, будто подозревал что-то неладное.

— Пусть расслабится. Может, так она сможет раскрыть все свои способности.

Он заметил, как девушка свернула в коридор, ведущий к комнате с алхимией. Чёрт вдруг спросила:

— А не легче просто допросить её?

Демон бросил на неё косой взгляд:

— Фера, она сюда не особо хотела идти, а ты предлагаешь устроить допрос?

Ребёнок, не получив внимания, ловко, как ящерица, забрался по стене, пытаясь поймать взгляд демона. Но Молох снова посмотрел в ту сторону, куда убежала девушка, и продолжил:

— Пусть пока развлекается. Если её способности действительно похожи на те, что у шкафа пернатого, если не лучше, то это ожидание будет стоить того.

Внезапно демона охватило знакомое чувство - жгучее, почти невыносимое желание подчинить, присвоить, сделать частью себя. Его глаза на миг загорелись возбуждением только от мысли, что скоро она будет его.

«Мне нужна она», — промелькнула до отвращения странная мысль.

Он на миг поморщился, пытаясь осознать это непонятное влечение. Но переварить ощущения ему не дал малыш: тот, отчаявшись, начал тереться мордочкой о его щёку. Молох бросил на него осуждающий взгляд и рукой отодвинул от себя.

— Отстань.

В это время ангел подошла к огромным дверям из чёрного дерева, украшенным золотыми узорами. Она осторожно потянула за ручку и приоткрыла одну из створок. На мгновение она потеряла дар речи, а губы сами собой прошептали:

— Ладно… Ещё не всё видела…

В центре помещения стоял круглый стол, а вокруг него - стеллажи с колбами, веществами и всевозможными приборами. Они уходили под самый потолок, возвышавшийся на пять метров. Хотя всё здесь было отделано в тех же материалах: нефрит, гранит и чёрное дерево, - великолепие лаборатории не переставало поражать.

«Как же тут классно!!!» — восторженно подумала ангел, и её глаза заблестели.

Она начала бегать вдоль стеллажей, с любопытством читая названия:

— «Мифрил», «джамбоний», «астат», «теллур»…

Девушка широко раскрыла глаза, поражаясь количеству редких веществ в одной комнате.

«Ничего себе, тут столько всего!.. А это… почему тут?..»

Её мысли вдруг оборвались. Взгляд упал на небольшую шкатулку с надписью «Сердце хумы». Придерживая левой рукой халат, она осторожно протянула правую и взяла шкатулку. Попытка открыть её одной рукой не увенчалась успехом. Оказалось, нужно было нажать на две маленькие кнопки одновременно.

Ангел замерла на мгновение, убедилась, что халат держится, и аккуратно подняла левую руку. Пальцы нащупали кнопки, она нажала. Раздался тихий щелчок, и шкатулка поддалась. Сердце на миг замерло, когда она взялась за крышку, готовая её приподнять…

Но в этот момент чья-то рука резко схватила её за запястье. Молох отдёрнул её, не давая открыть шкатулку.

— Не трогай мои вещи.

Халат на мгновение распахнулся, обнажив часть тела. Ангел вспыхнула от страха и смущения, щёки залились краской. В панике она уронила шкатулку и инстинктивно, левой рукой, дала пощёчину Молоху.

Отшатнувшись назад, она поспешно запахнула халат. Демон остался стоять на месте. Его рука всё ещё была вытянута, а на щеке начало проявляться красное пятно.

Осознав, что только что сделала, ангел мысленно закричала от ужаса. Она начала судорожно кланяться и извиняться:

— А-а-а! Извини, извини, извини! Я… я испугалась! Прости меня, пожалуйста!!!

Пока она бормотала извинения, нервно жестикулировала и метала взгляд из стороны в сторону, Молох окинул её сверху вниз холодным взглядом и подумал: «Как муха ударила…»

Покрасневшая щека, конечно, не была похожа на «удар мухи», но в его долгой жизни бывали удары и посильнее.

Поднятой рукой он провёл пальцем по щеке и магией стёр красное пятно. Затем, направив ладонь в сторону шкатулки, слегка притянул руку к себе. Шкатулка поднялась в воздух, щёлкнула замком, закрываясь, и плавно подлетела к демону.

— Переживу.

Отчеканил он. Шкатулка опустилась ему на руку, и он поставил её на место.

Ангел, чуть шаркнув ногой по полу, неуверенно спросила:

— М-м… А откуда у тебя сердце райской птицы?

Молох едва сдержал рвотный рефлекс при слове «райской», но ответил равнодушно:

— А какая разница? Если скажу, что мимо пролетала, а как раз был сезон охоты, ты поверишь?

Девушка надула губы, её лицо стало ещё краснее, только уже не от смущения, а от злости. В этот момент к ней подбежал серенький ребёнок и прыгнул на руки.

Она монотонно произнесла:

— Не надо убивать ангельских животных.

Молох снова скривился, прислонил руку к стеллажу, второй прикрыл рот, сдерживая приступ отвращения. После он махнул рукой и выдал:

— Ой! На одного меньше, на одного больше - какая разница? Они всё равно плодятся очень даже хорошо. И хватит уже произносить эти мерзкие слова в моём храме!

Ангел нахмурилась, в горле возникло еле слышное рычание - явно хотелось высказать ему всё, что она думает. Вместо этого она отвернулась, шумно выдохнула и, цокнув языком, сухо бросила:

— Ну и ладно, думай как хочешь.

Затем девушка подняла взгляд на Молоха и, показав на свой халат, сменила тему:

— А… Можешь хотя бы мне другую одежду дать? Или хотя бы пояс. Но лучше, конечно, верни мою одежду.

Демон выпрямился, убрал руки в карманы и окинул её оценивающим взглядом.

— Зачем? И так нормально.

Пожал он плечами. Девушка залилась лёгким румянцем, сжала края халата у груди и смущённо, чуть заикаясь, возразила:

— Но… Н-но у меня под ним ничего нет!

Молох чуть склонил голову вбок и хмыкнул. Внезапно он наклонился вперёд, опустившись до уровня её роста, и посмотрел прямо в глаза. Ангел дёрнулась от неожиданности, но осталась на месте, затаив дыхание.

Они пару секунд стояли так, глядя друг на друга. Воздух между ними будто сгустился. Наконец Молох усмехнулся и произнёс:

— Да там и смотреть не на что. Чего тебе переживать?

Ангел только сильнее надула губы, чем была до этого. Фыркнув, она крепче прижала малыша к себе и резко развернулась. С тяжёлым, громким шагом она направилась прочь из лаборатории.

Молох выпрямился, сомкнув губы в тонкую напряжённую линию. В голове пронеслось: «И куда она направилась в моём храме, в котором впервые находится?»

Но вдруг из-за плеча ангела выглянул малыш и начал таращиться на демона своими огромными щенячьими глазами так проникновенно, что у Молоха по спине пробежал холодок.

Появилась еле заметная испарина, и он мысленно добавил: «Нет уж… пусть идёт, а то опять этот крысёныш ко мне прилипнет».

Когда девушка вышла за дверь, рядом с демоном из пола бесшумно появилась Фера. Она встала с четверенек, отряхнула ладони и почтительно спросила:

— Что прикажете делать?

Демон задумчиво прикоснулся к подбородку, взгляд его всё ещё был устремлён туда, где только что скрылась ангел.

— Попробуй дать ей поесть. Вдруг она полусдохшая.

Чёрт поклонилась:

— Слушаюсь.

Она сразу же опустилась на пол и уже собиралась уйти тем же путём, как вдруг Молох рыкнул:

— И не смей отравлять еду.

Фера обернулась, и в её глазах вспыхнула неприкрытая ненависть. Но демон даже не взглянул на неё. Он всё ещё смотрел на дверь, за которой исчезла ангел.

Не отводя глаз, он добавил:

— Я повторять не буду.

С большим желанием пойти против воли хозяина, она всё же отвернулась и ушла под пол.

***

В это время ангел шла с ребёнком по второму этажу галереи. Она хмурилась, быстро шагала и смотрела в пол, а в голове крутились мысли: «Дурак, дурак и ещё раз дурак! Ну да, чего я ожидала от демона?»

Она продолжала перебирать в памяти все слова, что ей говорили в раю о том, что демонам нельзя доверять. Но тут малыш на её руках слегка отодвинул голову, будто пытаясь поймать её взгляд.

Это сработало: ангел невольно посмотрела на него. Ребёнок встревоженно и одновременно заинтересованно повернул голову.

«Хотя он меня впустил к себе без попытки убить… Да и позволил помыться. Конечно, против моей воли, но позволил же…»

Она остановилась посреди дороги. Напряжение, сковывавшее тело, вдруг ослабло, плечи опустились. Ангел вновь посмотрела в пол и неожиданно осознала: «Да и как-то… спокойнее, что ли, тут?»

Её мысли прервал голос чёрта:

— Извините, что прерываю ваши размышления, но пройдите за мной.

Ангел вздрогнула, когда та неожиданно подала голос и прошла сбоку от неё дальше по галерее. Чуть помедлив, она всё же пошла за Ферой.

Они спустились на первый этаж и двинулись по коридору. Вскоре они вышли к комнате с большим овальным столом и несколькими стульями. Как и везде, здесь интерьер ничем не отличался от остального. Впрочем, имелось небольшое отличие: в некоторых зонах помещения на стенах висели тяжёлые сатиновые шторы холодного серого оттенка, отбрасывающие тусклые блики.

Оглядевшись, ангел невольно подумала: «Украсить бы тут всё…»

— Прошу, садитесь за стол.

Произнесла Фера, протянув руку в сторону стола, а вторую убрав за спину. Её голос звучал почти вежливо, но в глазах читалась настороженность.

Ангел послушно подошла к столу и взялась за спинку стула. Но садиться не торопилась. Её внимание привлекла замысловатая текстура, словно их кто-то специально создал, а не природа.

Наконец она села вместе с серым малышом на стул и спросила:

— А зачем мы здесь?

— Господин велел вас накормить.

Ответила Фера и хлопнула в ладоши. Шторы тут же раздвинулись, и из прохода вышли несколько чертей с подносами в руках. Они принялись раскладывать тарелки с едой, и взгляд невольно задерживался на каждом блюде, ведь ни одно не повторяло другого. Здесь были и яркие овощные нарезки, и золотистые пироги, и сочные куски мяса в соусе, и яркие фрукты.

— Мы не знали ваших предпочтений, поэтому сделали всё, что пришло в голову.

Пояснила Фера. Ангел растерянно забегала глазами и прижалась к спинке стула, чувствуя себя неловко. Малыш же на её руках тут же спрыгнул и уселся рядом на свободный стул, с аппетитом разглядывая угощения.

Девушка уже подняла руки и открыла рот, чтобы отказаться, но вдруг замерла. Один из чертей как раз положил прямо перед ней нечто невероятно соблазнительное.

«Тортик!!!» — радостно завизжала она мысленно, и глаза её расширились от восторга.

Она едва сдержалась, чтобы не сорваться с места и не схватить этот восхитительный кусочек: пышный розовый крем, шоколадный бисквит, малиновая начинка, украшенная свежими ягодами. Кусочек выглядел так аппетитно, что желудок предательски заурчал.

Ребёнок тут же накинулся на еду, уплетая всё за обе щёки. Ангел же застыла в нерешительности.

В голове пронеслось: «Стоп, а вдруг он отравлен?..»

Но тортик предательски соблазнял! Другие блюда на столе перестали существовать: всё затмил манящий малиновый аромат, который постепенно заполнял лёгкие. Представляя, каким восхитительным может быть этот кусочек, она не могла отвести взгляда от десерта.

И в итоге сдалась.

«Да пофиг, зато умру счастливой!» — решительно подумала она.

Моментально она схватила тарелку и поставила перед собой. Взяв десертную вилку, аккуратно отрезала первый кусочек и положила в рот. Вкус раскрылся, словно фейерверк: сладкий, с лёгкой кислинкой, нежный, идеально сбалансированный! От удовольствия она чуть не замурлыкала и тут же пропищала:

— Спасибо вам огромное!

Не дожидаясь ответа, она положила ещё один кусочек и, с набитым ртом, блаженно произнесла:

— Нисего себе, какая фкуснатища!

Чёрт, стоявшая рядом, сконфуженно опустила взгляд. Она посмотрела то налево, то направо, потом тихо ответила:

— А… Да не за что. Благодарите нашего господина.

Даже слуги, наблюдавшие за этой сценой, удивлённо переглянулись, не веря в услышанное. Впервые кто-то искренне поблагодарил их за еду.

Фера быстро поклонилась и добавила:

— Прошу прощения, мне нужно отойти.

Она развернулась и ушла, а за ней и остальные черти скрылись за шторами, оставив ангела и серого малыша одних в комнате.

Девушка, словно маленький ребёнок, затрясла ногами от восторга и подумала: «Ну как же вкусна-а-а-а-а!!! Жаль только, меня братишки за это убьют, но я теперь ни о чём не жалею!»

В итоге они вдвоём съели почти половину того, что было на столе. Ребёнок, объевшись до состояния звезды, валялся на полу и блаженно отдыхал, раскинув лапки. Ангел же, положив руки на стол, опустила на них голову и мечтательно подумала: «О да-а, я наелась на год вперёд. А ведь в раю столько есть не разрешают… Ехех, как бы к такому не привыкнуть!»

На улице уже стояла глубокая ночь. Постепенно веки ангела стали тяжелеть, она начала клевать носом, пока наконец полностью не погрузилась в сон прямо за столом. Её милое сопение мягко разносилось по залу.

Вдруг рядом с ней бесшумно появился Молох. Он наклонился, внимательно вглядываясь в её лицо, и мысленно удивился: «Пернатые спят? С каких пор?»

Он выпрямился и скрестил руки на груди, погружаясь в размышления: «И что же я выяснил? Она умеет открывать порталы. Она как-то странно отреагировала на сердце хумы. Она не хочет домой. Она и ангел, и ещё что-то, но пока не понятно что. Скудно, конечно. Нужно понять намного больше…»

Девушка вдруг зашевелилась, потёрла лицо руками, и пряди волос тут же упали, частично закрыв его. Молох замер на мгновение, а затем осторожно наклонился и убрал волосы, мягко коснувшись её щеки.

Его взгляд замер на её чертах. Всё ещё держа прядь её волос, он вглядывался в белоснежное лицо. Она казалась не живой, а словно созданной как воплощение совершенства вселенной. Пушистые ресницы, алые губы, румяные щёчки - она выглядела нарисованной, но при этом дышала. Молох невольно ощутил, насколько мягкие её волосы, словно хлопок, невесомые и нежные.

Но не сама внешность его так привлекала: в глубине души он снова захотел заглянуть в её глаза, ведь всё это время ему приходилось наблюдать издалека. Вот только ощущения на самом деле не сулят ничего хорошего.

«Может, сейчас просто забрать душу?»

И в ту же секунду что-то резко вцепилось в его ногу. Молох опустил взгляд и увидел малыша. Тот смотрел на него огромными выпученными глазами, словно умолял не делать этого, останавливая от худшего сценария.

На мгновение у демона дёрнулась бровь. Ему совершенно не нравилось, что этот малыш всё ещё здесь. Он выпрямился и монотонно, с явным раздражением, пожаловался:

— Ещё и ты на мою голову свалился…

Он наклонился и вырвал малыша от своей ноги. Тот, оказавшись в воздухе, широко раскрыл глаза и таращился на Молоха. Демон переводил взгляд с ангела на крысёныша, тяжело выдохнул и мысленно добавил: «И не выпнешь в таком состоянии на улицу…»

Молох взмахнул рукой и мгновенно перенёс всех в комнату для гостей. Она была среднего размера и содержала всё необходимое: кровать с балдахином, столик у окна и вешалку. Всё выполнено в тёмных тонах.

Демон махнул свободной рукой, и ангел плавно переместилась на кровать, а сверху её бережно укрыл мягкий чёрный плед. Малыш начал барахтаться в руке мужчины, и Молох его отпустил. Приземлившись на все четыре конечности, он тут же побежал к кровати, ловко запрыгнул и устроился рядом с девушкой, укутавшись в край пледа, словно в кокон.

Молох замер, как статуя, и какое-то время просто смотрел на эту картину. В груди что-то странно защемило. Он сам не мог понять, что это было. Затем, встряхнув головой, он сдвинулся с места и подошёл к столику. Одним движением он наколдовал её прежнюю одежду и аккуратно сложил на столешнице.

Снова приблизившись к кровати, он слегка наклонился. Взгляд задержался на лице ангела - она выглядела такой беззащитной во сне. Мужчина совершенно ни о чём не думал, будто ему хотелось просто полюбоваться ею. Хотя сам себе утверждал, что больше хотел рассмотреть её душу, которая горела в груди так же ярко, как её глаза.

Вдруг она зашевелилась. Молох мгновенно выпрямился. Девушка слегка пошевелила руками и откинула одеяло до пояса. Халат немного сполз, обнажив плавные очертания груди и часть живота с пупком.

Но демон даже не повёл глазом. Он лишь молча развернулся и бесшумно телепортировался из комнаты, оставив их спать в тишине и покое.

***

Уже утром ангел медленно открыла глаза, не сразу осознавая, где находится. Она резко села, растерянно озираясь.

«Чего? Я прямо тут уснула?! Что-то это совсем на меня не похоже…»

Она прислонила ладонь к щеке, оглядывая комнату. Взгляд упал на кровать, на себя, на плед…

«Ещё и перенесли на кровать…»

Постепенно её лицо начало заливаться краской от неловкости.

«Ужас, я веду себя как у себя дома… Как же стыдно…»

Халат распахнулся чуть шире, когда она провела рукой по волосам, от лба к затылку. Повернув голову, она увидела, что серенький малыш мирно спит рядом. Затем её взгляд скользнул к круглому столику. На нём лежало её платье, аккуратно сложенное.

Оглядев себя, она поняла, что дальше ходить в халате будет чересчур. Встала и направилась к столику, чтобы переодеться.

«Сейчас, наверное, уже утро… Без окон, конечно, не определишь. Пока малыш спит, хоть сходить поблагодарить его за всё…»

Внезапно она застыла и схватилась за голову:

«Стоп! Я же даже не знаю его имени!! И сама даже не представилась!!! Как же стыдно-о-о…»

И тут же она заметила, что ребёнок, который минуту назад мирно спал, вдруг резко вскочил и ринулся к выходу.

— Чего?! Хей, куда ты?!

Она быстро накинула платье и, на ходу завязывая пояс, побежала за ним.

Девушка выбежала из комнаты и очутилась в длинном коридоре. Оглядевшись по сторонам, она увидела только слева проход и поспешила туда. Вскоре она вышла к краю второго этажа двора-колодца. Мигом перегнувшись через перила, девушка вглядывалась вниз. На первом этаже малыш, не сбавляя темпа, юркнул в один из проёмов.

«Да чего он так спешит?!» — подумала ангел и ринулась к лестнице.

Спустившись, она помчалась к коридору и, вылетев из него, оказалась в самом начале пути - там, где возвышались три этажа с величественными колоннами и замысловатой лестницей. Оглядевшись, она заметила малыша: он на четвереньках бежал вверх по ступеням. Она тут же бросилась следом, быстро поднимаясь.

«Вот же проказник! Вечно куда-то убегает!»

Пройдя через арку, она начала подниматься по ещё одной лестнице, которая вывела её обратно к началу пути. Вдохнув поглубже, она уже бежала через просторный зал к выходу.

«Куда его так несёт? Я уже устала!»

Ангел выскочила из храма и сразу увидела, как малыш ловко забрался по склону и помчался в лес. Не раздумывая, она бросилась за ним.

Теперь она бежала следом, стараясь не потерять его из виду. Лес вокруг был необычным: не слишком густой, с привычными корнями, уходящими вглубь земли, но с обилием кустов. В этом лесу, казалось, смешались все лесные чудеса: и тёмные чащи, и солнечные поляны, и густые заросли, будто кто-то нарочно собрал их вместе. Ветви переплетались над головой, солнечные лучи пробивались сквозь листву, создавая причудливые узоры на земле.

«Ну уж нет, я тебя не упущу!» — мысленно пообещала она, ускоряя шаг.

Ангелу приходилось пробираться через густые заросли, раздвигая колючие ветки и пригибаясь под низко нависающими сучьями. Она то и дело поглядывала вперёд, стараясь не упустить из виду серенькое создание, пока тот ловко перепрыгивал через корни, проскальзывал между кустами и, казалось, вообще не замечал препятствий.

Вскоре девушка заметила, что малыш остановился и теперь оглядывался по сторонам, будто что-то искал. Она пригнулась, стараясь ступать бесшумно, и начала медленно подкрадываться ближе. Аккуратно раздвинув ветви куста, она выглянула и увидела малыша: он стоял на свободном участке, ничего не подозревая, и её пока не замечал.

И тут - резкий рывок! Она выпрыгнула из укрытия и мгновенно схватила его обеими руками.

— Поймала!

Радостно воскликнула она. Они поднялись с земли, и малыш, свернувшись клубочком, уютно устроился у неё на руках.

— Вот вечно ты убегаешь.

Мягко произнесла девушка, глядя на него с улыбкой. Она развернулась, собираясь идти обратно.

— Пошли хоть поблаго…

— Аркона!!!

Грозный голос мужчины заставил её замереть на месте. Этот голос она знала слишком хорошо - от одного его тона у неё невольно начинала дёргаться бровь.

Аркона удручённо вздохнула и медленно обернулась. К ней стремительно подлетал ангел с золотисто-бронзовой кожей и светло-голубыми волосами, которые переливались в лучах солнца. Его аквамариновые глаза сверкали гневом, а тёмно-синие брови были опущены и слегка подрагивали от раздражения.

Он был одет в белоснежный хитон с голубыми каймами по подолу, а поверх - длинный лорум, синий с золотыми узорами по бокам. Шарф ниспадал с плеч, крестообразно соединялся на груди и опускался ниже пояса, а на концах поблёскивали маленькие золотые диски. На шее красовалось массивное ожерелье: толстая цепочка с круглыми синими камнями в золотой оправе.

Его мощные крылья взмахнули, заставив воздух дрогнуть, а листву вокруг - зашелестеть по всему лесу. Он приземлился, сложил крылья за спиной и грозно шагнул к девушке.

— Ты где была?! Тебя везде ищут!!!

Прогремел он. Аркона нервно провела рукой по лбу, убрала прядь волос за ухо и, опустив взгляд, ответила, спрятав руку за затылок:

— Ну… Я это…

Не дав ей договорить, Уриил взвыл, резко указав пальцем на малыша в её руках:

— Опять ты за этим существом бегала?!

Она выдавила из себя неловкую улыбку, чувствуя, как внутри всё сжимается:

— М-м… Да? Ехех…

Над ним словно сгустилась грозовая туча. Он нахмурился ещё сильнее и с едкой иронией произнёс:

— Обхохочешься.

Ангел схватил её за руку и резко развернулся:

— Всё! Пошли домой!

Но он не ожидал, что девушка окажет сопротивление. Аркона попыталась отдёрнуть руку, упираясь ногами в землю, хотя силы были явно неравными. Она твёрдо сказала:

— Не хочу.

Это только сильнее разъярило Уриила. Он отпустил её руку, обернулся и впился в неё взглядом:

— В смысле «не хочу»?!

Прорычал он сквозь зубы. Девушка невольно сжалась и опустила голову, прижимая к себе дрожащего малыша. Тот спрятал мордочку у неё в плече, и она инстинктивно прижала его крепче, защищая.

Уриил взвыл с новой силой, что у Арконы зазвенело в ушах:

— Ты ангел и должна жить на небесах, а не тут, как отшельник! Выключи своё любопытство уже!!

Существо в её руках затряслось ещё сильнее, и Аркона почувствовала, как её сердце сжимается от жалости. Она хорошо понимала страх этого беззащитного малыша.

Да, она всегда жила рядом с Уриилом и остальными. И знала, на что каждый из них способен. Но Уриил был из тех, кто не столько пугал своим могуществом, сколько выматывал бесконечными запретами: «Это нельзя, то нельзя. Слишком любопытна, слишком эмоциональна. Эту книгу читать нельзя. Съела на одну ложку больше - получи подзатыльник».

Во всяком случае, он иногда проявлял доброту - помогал, поддерживал, говорил тёплые слова. Всё же он олицетворение просветления и наставления. Но чаще всего только ругал. Даже больше, чем старший брат.

Вдруг Уриил резко протянул руку вперёд.

— И этого тут оставь.

Он почти схватил малыша, уже собирался отшвырнуть его в сторону, как вдруг Аркона развернулась и, тут же прикрыв ребёнка собой, выкрикнула:

— Нет!

Уриил чуть отодвинул руку, удивлённо вскинув бровь.

— Ему нет места в раю. Он должен остаться здесь!

Твёрдо повторил он. Девушка повернула голову, посмотрела ему прямо в глаза и воскликнула:

— Он ещё маленький, чтобы тут оставаться в одиночестве!

Уриил зарычал - на виске вздулась вена, лицо покраснело от гнева.

— Аркона!..

Но она стояла на своём, выпрямившись и глядя ему в глаза:

— Я без него не пойду!

Его глаза расширились от ярости, ноздри раздулись, он стиснул зубы и выдавил:

— Ты!..

Резко развернувшись, он начал нервно расхаживать взад-вперёд. Было видно, что ему отчаянно хочется схватить её за плечи и хорошенько встряхнуть. Пальцы сжимались и разжимались, он провёл рукой по волосам, чуть ли не дёргая их. Но потом, глубоко вздохнув, всё же сдался и низким голосом произнёс:

— Ладно! Бери с собой!

Однако тут же предупредил, строго подняв палец:

— Но если братья спалят, я тут ни при чём!

Аркона кивнула, чуть расслабившись:

— Хорошо.

Она с досадой опустила голову и, собравшись с силами, открыла портал в рай.

Шагнув вперёд, она мысленно вздохнула: «М-да… Так и не сказала спасибо…»

Они вошли в сияющий проход и исчезли в нём. Лес тут же погрузился в знакомую тишину, словно ничего и не происходило.

«Грустненько… А если бы не этот крысеныш, я бы уже начал украшать свою комнату парой белых крыльев», — подумал демон, который всё это время лежал на ветке дерева, прислонившись спиной к стволу и скрестив вытянутые ноги.

Он поднялся и сел, подогнув одну ногу под себя, опёрся локтём о колено.

Молох задумчиво смотрел в пустоту и размышлял: «Значит, догадка верна - она родственница этих ненормальных. Если, конечно, их вообще можно назвать родственниками…»

В памяти всплывали детали: как Уриил обращался к ней, как она реагировала на его слова, как твёрдо сказала «не хочу». Это показалось ему странным, но он не стал придавать этому особого значения.

Лёгким движением Молох поднялся на ветке, выпрямился и пошёл по ней, широко переступая.

«Ну и ладно, пусть валят. Думаю, у меня ещё будет возможность забрать её душу».

***

Тем временем Уриил и Аркона оказались в раю почти у самых врат, посреди залитого светом поля. Яркое сияние чуть не ослепило девушку: после тусклого освещения в храме демона и сумрака леса яркий небесный свет казался почти болезненным.

Уриил обошёл Аркону и, скрестив руки на груди, начал отчитывать:

— Я даже понять не могу, чем ты думала, прежде чем исчезнуть на всю ночь! Больше так не делай! Хоро… шо?

Он обернулся, чтобы хоть увидеть её одобрительный кивок, но девушки уже не было на месте.

Аркона незаметно переместилась в сад белой розы. Она шла по серебристой тропе, держа на руках малыша. Плечи были опущены, ноги еле передвигались. Но стоило ей оказаться в этом месте, как на душе стало спокойнее.

Сад был практически полностью белым - её любимым цветом. Пышные деревья колыхались, даже если не было ветра. Их стволы отливали серебром, а листва была абсолютно белой, лишь тонкие прожилки выдавали едва заметный серый перелив. Трава и кусты с цветами тоже слегка покачивались, словно в такт беззвучной музыке.

Но чудеса сада на этом не заканчивались. В траве, в самых неожиданных местах, проглядывали крошечные, не больше пальца, белые цветочки. У каждого было по три лепестка, они излучали тусклый белый свет, а вверх уходила лёгкая дымка.

Эти цветы нравились Арконе больше всего. Они почти сливались с окружающей травой, но своим светом и дымкой словно пытались заявить о себе - показать, что они особенные. Девушка полюбила их за эту незаметную, но завораживающую красоту - за то, что они не кричали о своей прелести, но при этом притягивали взгляд.

Заметив один такой цветок по пути, она невольно залюбовалась им, задержала взгляд на мгновение, а затем продолжила идти.

Вскоре они вышли на маленькую полянку, усыпанную крошечными белыми цветами. Аркона осторожно посадила малыша на мягкую траву и присела на корточки рядом с ним.

— Пожалуйста, прекрати убегать.

Мягко произнесла она.

— Приводить тебя с каждым разом становится всё труднее…

Малыш лишь на мгновение задержал на ней свой взгляд, а затем сорвался с места и помчался резвиться по поляне. Он прыгал, бегал, пробовал травинки на вкус и восторженно хихикал.

Аркона наблюдала за ним, но мысли её унеслись далеко. Божественное сияние вокруг уже не казалось таким родным, как раньше. Да, она по-прежнему предпочитала это место обществу остальных ангелов, но что-то было не так.

Она опустила взгляд на траву и вдруг осознала: ей не хватает спокойствия. Того самого спокойствия и свободы, которые она ощутила в людском мире - в храме демона.

Перед глазами всплыло лицо Молоха: равнодушное, строгое, словно ему нет дела до всего, что творится вокруг. Но именно там Аркона хотела бы остаться хотя бы ещё на чуть-чуть, чтобы поблагодарить его по-настоящему и наконец узнать его имя.

Внезапно она резко подняла голову, осознав, что к ней кто-то идёт.

Мгновенно вскочив на ноги, девушка бросилась к малышу, подхватила его на руки и подбежала к ближайшему кусту с пышными листьями.

— Посиди тут тихо, хорошо?

Шёпотом сказала она, осторожно укрывая его листвой. Затем поспешно выпрямилась, убрала руки за спину и обернулась.

Сквозь деревья мелькнул Рафаил. Отведя в сторону нависшую листву, он обошёл дерево и одарил её мягкой, тёплой улыбкой. Она удивительно гармонировала с его точёными чертами, смягчая выражение лица и придавая ему умиротворённый вид.

Лёгкий ветерок всколыхнул его серые, словно утренний туман, волосы. Яркая синяя туника и красный тканевый ремень на фоне белоснежного сада сразу бросались в глаза.

— Рафаил? Не думала, что ты придёшь.

Произнесла Аркона, стараясь не выдать волнения. Рафаил подошёл ближе и мягко ответил:

— А я не думал, что ты исчезнешь…

Аркона на мгновение замерла, ожидая, что он обнимет её и скажет, как беспокоился. Но вместо этого ангел обошёл её и, раздвинув кусты, закончил фразу:

— …и принесёшь с собой невесть что.

Аркона ошарашенно подскочила к нему:

— Эй! Это как так? У тебя радар стоит на живых существ?

Рафаил с милой улыбкой указал на своё плечо. Из-за шеи выглянула мордочка серого, как сам хозяин, кролика.

— Нет. Мне Рувин сказал.

Аркона скрестила руки на груди, перенесла вес на одну ногу и посмотрела на ангела снизу вверх:

— Не отменяет того факта, что он именно «сказал». Тебя уже можно считать радаром.

Рафаил лишь усмехнулся и перевёл взгляд на малыша в кустах:

— Не важно. Может, скажешь, кто это?

Аркона наклонила голову вбок, тоже посмотрев на малыша:

— Так вышло, что я гуляла и нашла его. Он ещё маленький, но смышлёный.

Рафаил аккуратно взял малыша на руки, подхватив под мышки:

— А ты по доброте душевной не смогла его оставить.

Закончил он за неё. Аркона неловко опустила взгляд и, водя носком туфли по земле, тихо ответила:

— Да…

Рафаил поставил малыша себе на руки вдоль туловища и обернулся к ней со смешком:

— На тебя это похоже.

В этот момент Рувин ловко соскользнул вниз и оказался рядом с удивительным существом. Они замерли, с любопытством разглядывая друг друга.

Ангелы продолжили разговор.

— А кто ещё о нём знает?

Спросил Рафаил, и и девушка ответила:

— Уриил ещё знает.

Зверьки всё ещё изучали друг друга, когда Рувин вдруг из ниоткуда достал морковку и начал её аппетитно грызть прямо перед малышом. Тот широко раскрыл глаза, приоткрыв рот от изумления.

Мужчина только приоткрыл рот, чтобы задать вопрос, как вдруг в его руках началось настоящее представление: кролик и малыш неожиданно начали бороться за морковку. Рувин, всё ещё с аппетитным кусочком в пасти, ловко спрыгнул с рук ангела, а за ним, на четвереньках, ринулся серый малыш.

Аркона и Рафаил застыли, уставившись вслед убегающим детям. Девушка шокированно выдохнула:

— Ого! Что это на них нашло…

Рафаил, будто наблюдая подобное каждый день, спокойно ответил:

— Видать, оба проголодались.

Он приблизился к Арконе и шёпотом предложил:

— Может, отправим их тогда перекусить? У меня как раз для Рувина кое-что подготовлено. И туда Михаил с Гавриилом точно не зайдут.

Аркона одобрительно кивнула. Действительно, лучше, чтобы о существовании этого необычного малыша не знали другие ангелы, особенно на территории рая.

Девушка открыла портал, и тут же Рувин, всё ещё с погрызенной морковкой в зубах, радостно ринулся внутрь. За ним, не отставая, помчался серый малыш. Ангелы заглянули в портал и увидели, как оба обжоры с восторгом носятся по огромному полю, усыпанному самыми разными овощами и фруктами.

Рафаил слегка сконфуженно обратился к ним, хотя и сомневался, что зверьки его услышат:

— Кушайте вдоволь, только не деритесь, ладно?

Ангелы вышли из портала, и Аркона закрыла его. Воспользовавшись моментом, Рафаил повернулся к ней и предложил:

— А теперь я предлагаю чуток прогуляться. Пошли?

Он мотнул головой в сторону извилистой тропы, петляющей между деревьями. Аркона согласилась, убирая руки за спину, но в глубине души понимала, что этот разговор может привести к чему угодно.

Они неспешно двинулись по саду. Рафаил не стал ходить вокруг да около:

— Теперь рассказывай.

— Что?

Удивлённо спросила Аркона, и ангел терпеливо пояснил:

— Ты ушла посреди вечера, не сообщив даже куда.

Именно этого она и боялась. Аркона отвела взгляд в сторону, разглядывая колышущуюся на ветру листву.

— Ну… что случилось, уже не изменить.

Уклончиво ответила она. Рафаил прищурился, внимательно изучая её.

— Может, хоть скажешь, где ты была?

Аркона замялась. Правда ему точно не понравится. Она постаралась ответить как можно быстрее, не вдаваясь в подробности:

— Да так, гуляла по лесу. Бродила то там, то тут. Ничего особенного.

Рафаил впился в неё взглядом, словно пытаясь прочесть мысли. Его взгляд стал пронзительным, будто проникающим в самую душу.

— Хм… Ты мне врёшь. Я знаю, что в тот вечер ты была у Гавриила.

Аркона едва заметно вздрогнула. Воздух вокруг будто сгустился, стал тяжёлым и давящим. Она молчала, отчаянно не желая поднимать эту тему.

Но Рафаил мягко, но настойчиво спросил:

— Что он на этот раз тебе сказал?

Молчание повисло между ними. Казалось, оно давило сильнее, чем любая произнесённая правда. Но Рафаил, похоже, уже догадался. Он попытался её успокоить:

— Аркона… Он опять тебе что-то запрещал, да? Пойми, он делает это для твоего же блага, чтобы не повторилось событие из…

— Он сказал, что я не имею права даже дышать без его согласия.

Резко перебила его девушка. И лучше бы молчание продолжалось… Она закусила губу и нахмурилась. Внутри всё закипало от обиды и гнева, стоило только вспомнить эти слова.

Рафаил на мгновение потерял дар речи. Он словно увидел своего «брата» в совершенно новом свете. И увиденное ему не понравилось. Отведя взгляд, он потёр шею сзади и сконфуженно произнёс:

— Это… жёстко. Видимо, случилось какое-то недопонимание.

Ему было невыносимо видеть, как Аркона грустит из-за этого. Он посмотрел ей в глаза и добавил:

— Вдруг он не это имел в виду? Ну, не расстраивайся ты так.

Но Аркона уже не могла остановиться. В её голосе зазвучала скрытая, долго сдерживаемая ненависть:

— Нет, я всё правильно поняла. Он хочет ограничить меня в свободе. Полностью.

Разговор не приносил облегчения - наоборот, боль и обида только нарастали. Рафаил, видя это, предложил:

— Давай я с ним поговорю? Выясню всё, что он вообще имел в виду…

Только вот мужчина резко остановился, не закончив фразы. В его глазах мелькнуло что-то вроде недовольства. Он произнёс с ноткой ожидания:

— Хотя идти уже и не надо…

Он развернулся, а Аркона тут же прыгнула ему за спину, вся сжавшись. Рафаил, выдавив лёгкую улыбку, произнёс:

— Братья, какая встреча.

Однако Михаилу было не до любезных бесед. От каждого его шага земля словно содрогалась, а воздух разорвал оглушительный рёв:

— Рафаил, отойди! Дай я этому бесстыжему ангелу крылья оторву!!

Его суровое лицо исказилось ненавистью. Тёмно‑синие глаза пронзали острым взглядом, как клинок. Короткие тёмно-каштановые волосы были растрёпаны. Казалось, даже они встали дыбом от его ярости.

На нём был короткий хитон с металлическим панцирем и наручами, украшенными сложным рельефом. В руке он сжимал зерцало - гладкую, отражающую поверхность, от которой веяло древней силой. Пальцы так сильно впились в него, что ещё немного, и оно могло треснуть.

Аркона сжалась ещё сильнее, вцепившись в Рафаила. Она даже не могла поднять взгляд, только смотрела в его спину.

Рафаил опустил подбородок, но улыбка не исчезла с его лица.

— Поэтому и не отойду.

Михаил замер на полпути. Рафаил всегда защищал Аркону, что бы ни случилось, и это сильно раздражало князя войны. Ему не хотелось идти против брата, но и терпеть выходки Арконы он больше не мог.

Резко махнув рукой, он ткнул пальцем в их сторону:

— Да что ты вечно её покрываешь? Она поэтому и сбегает вечно, что ты ей это разрешаешь!

Улыбка сползла с лица. Рафаил поднял голову и твёрдо произнёс:

— Но не в заточении же держать.

Михаилу, напротив, такая мысль пришлась по душе. Он взвыл:

— А лучше в заточении! Каждый раз одно и то же. До двадцати одного года дожить не может - вечно что-то случается! Вот же повесили мне сестру на шею, хуже изгнания!!

Рафаил шагнул вперёд и махнул рукой в сторону:

— Не говори о ней так! Её любопытство ты всё равно не изменишь.

Они продолжали спорить: Рафаил пытался защитить Аркону и успокоить гнев брата, а Михаил всё больше распалялся, его голос становился всё громче, а лицо - всё мрачнее.

Аркона старалась не вмешиваться. Просто стояла, как мышка, и ждала, когда буря утихнет. Но её не оставлял в покое Гавриил, который пришёл вместе с Михаилом и держался в стороне.

Блондин с безупречными чертами лица и аккуратно уложенными белоснежными волосами, слегка волнистыми у кончиков. Он был облачён в длинную рубаху-хитон, украшенную золотыми нитями на воротнике и запястьях. Белый цвет одеяния подчёркивал его изящество, а плащ оттенка весенней травы добавлял образу свежести и лёгкости. В руке он держал тонкую длинную трость, небрежно опираясь на неё. Он казался эталоном красоты, а его мягкая улыбка покоряла сердца всех вокруг.

Большие бархатные глаза бледно-синего цвета пристально смотрели на Аркону. Ему, казалось, было всё равно, что тут происходит - главное, чтобы она была рядом. Его взгляд словно поглощал её целиком, проникал под кожу, лишал воли.

Девушка, хоть и не смотрела на Гавриила, остро ощущала его взгляд. И уже знала, как он выглядит сейчас: милая улыбка, полуприкрытые глаза, которые будто раздевали её, выхватывали каждую мысль, каждую эмоцию и сжирали до косточек. От этого взгляда внутри всё сжималось, дыхание перехватывало, а желание исчезнуть прямо сейчас усиливалось в тысячу раз.

Наконец, Гавриил медленно подошёл ближе и вмешался в ссору. Его голос, ласковый и неторопливый, словно звук скрипки, прозвучал:

— Ну что вы, ребята, ссоритесь? Аркона вернулась, и это самое главное.

Он встал между Михаилом и Рафаилом, переводя взгляд с одного на другого. Те ещё хотели что-то добавить, но Михаил, не желая оставаться здесь дольше, фыркнул:

— Ну и разбирайтесь сами. Я ухожу!

Он открыл портал и резко развернулся. А перед тем, как уйти, выкрикнул, обращаясь к девушке:

— А с тобой я ещё отдельно поговорю!!

Аркона отступила ещё дальше за спину Рафаила, стараясь укрыться от сверлящего взгляда Михаила. А он, сказав то, что хотел, быстро скрылся в портале, оставив после себя лишь лёгкое мерцание.

Михаил ушёл, но напряжение в воздухе осталось. Если с ним атмосфера накалялась от его гнева, то с Гавриилом всё было иначе… Чем ближе он подходил, тем сильнее становилось ощущение ледяного холода. Казалось, он одним взглядом замораживал всё вокруг, превращая тепло в иней.

Блондин шагнул к ним и, чуть наклонившись, заглянул за спину Рафаила. Его голос прозвучал нежно, почти ласково:

— Аркона, с тобой всё хорошо?

Он протянул руку, приглашая её выйти к нему. Но девушка, вместо того чтобы принять помощь, отвернулась в сторону, инстинктивно прижавшись ближе к Рафаилу.

Однако даже если бы Аркона решилась принять руку Гавриила, Рафаил не позволил бы этому случиться. Он шагнул в сторону, полностью закрывая девушку собой, и понизил голос:

— Гавриил, сначала поговори со мной.

Это явно не понравилось блондину. Его протянутая рука застыла в воздухе, затем сжалась в кулак и медленно опустилась. Рафаил продолжил, не отводя взгляда:

— Скажи, что ты имел в виду, когда говорил Арконе, что она не имеет права дышать без твоего согласия?

Гавриил на мгновение бросил взгляд, словно сквозь брата, на Аркону. Но тут же снова обратил добродушные глаза к ангелу и поспешно ответил:

— Ничего плохого. И я не это имел в виду! В тот момент она держала цветы, которые только недавно появились в этом мире.

Он шагнул вперёд и развёл руками. В его глазах мелькнул испуг.

— Рафаил, ты же знаешь, что она необычный ангел. Я испугался, что вдруг у неё на них будет аллергия, а она ещё и полной грудью вдохнёт их пыльцу!

Рафаил опустил голову, обдумывая слова.

— Хорошо, я тебя услышал.

Произнёс он наконец, затем развернулся к Арконе:

— Видишь? Всё хорошо, он просто проявлял заботу.

Но девушка вцепилась в его одежду, словно пытаясь удержать от поспешных выводов. Она не хотела, чтобы он так легко верил словам Гавриила. Ей хотелось сказать всё, что думает, но слова не лезли в горло.

Рафаил посмотрел на обеспокоенную Аркону. Он знал этот жест: она часто сжимала его одежду и опускала голову, когда начинались ссоры, в которых ей не хотелось участвовать. Он вздохнул и осторожно взял её за кисти, заставляя посмотреть на себя. Аркона подняла тяжёлый взгляд, и в нём читалась готовность расплакаться в любую секунду.

Рафаил мягко произнёс:

— Я думаю, вам есть что обсудить наедине.

Он отпустил её руки и отступил на шаг.

— Поговорите и обсудите всё. Не оставляйте эту ситуацию в тени.

Аркона собиралась остановить его, схватить за рукав, умолять остаться. Но не успела она даже окликнуть Рафаила, как он расправил крылья и, взмахнув ими, взмыл в небо, оставив её одну с Гавриилом.

Теперь они остались вдвоём. Больше не было никого, за кем можно спрятаться. Не было возможности сбежать или хотя бы отвернуться.

Гавриил подошёл ближе. Аркона отпрянула назад и отвела голову в сторону. Сжав подол своего наряда так сильно, что пальцы побелели, она прикусила щёку изнутри, пытаясь сдержать дрожь.

— Какая же ты у меня всё-таки глупышка.

Приглушённо произнёс он. Гавриил положил свою холодную ладонь на её щёку и мягко поднял её голову, заставляя встретиться с ним взглядом.

— Вот и зачем ты всё время убегаешь? Здесь же твой дом.

Она пыталась отвести глаза, но его взгляд, глубокий и бездонный, словно озеро, топил её. Даже вздохнуть спокойно не получалось.

Они молчали. Гавриил смотрел на девушку так, будто любовался редким экспонатом в музее: внимательно, изучающе, с лёгким оттенком восхищения. Аркона лихорадочно пыталась сосредоточиться на чём-то другом, но никак не получалось.

Вдруг Гавриил задорно заговорил, с ноткой ласковости в голосе:

— Ну ничего. Мы поговорим вечером.

Аркона дёрнулась, словно от удара. Она широко раскрыла глаза, уставившись на ангела перед собой. Его слова испугали её сильнее, чем если бы к её горлу приставили нож. Внутри всё сжалось от дурного предчувствия, а сердце забилось так часто, что стало трудно дышать.