Недавно Майе исполнилось пятнадцать лет. Уже десять лет она живёт в этом мире, с тех пор как появилась здесь неожиданно, словно снег летом, и буквально упала на головы Молоха и Реджинальда.

Реджинальд давно стал для Майи братом, а с Молохом она всё же сумела подружиться, и его отношение к ней стало заметно менее враждебным. Эльбрус и Мизерия полюбили её как родную дочь, и их забота стала неотъемлемой частью её жизни. Хотя для самой Майи эта забота порой напоминала пытку: бесконечные наряды, церемонии и необходимость жертвовать жизнью ради очередного камушка.

Из последних новостей: узнав о страстной любви Майи к алхимии, Эльбрус приказал обустроить для неё личную лабораторию. Теперь она могла заниматься исследованиями в любое время. Однако чаще всего по просьбе императора. Зато Молоху стало легче: больше не нужно было отвлекаться на её бесконечные вопросы о реактивах и заклинаниях. Правда, у него и без того хватало забот. На него возложили обязанности по обучению новых магов и расследование странных происшествий. Например, таинственных исчезновений людей в Пещере душ в Аргонте. Почему именно он? Потому что предыдущий исследователь, который изучал это место, погиб там же. Когда Молох встретил его душу, та лишь развела призрачными руками, мол: «Прости, брат, что мог, то сделал». Сказать, что Молох был в ярости, - ничего не сказать. Он хотел покарать того мужчину, но тот уже был мёртв. Куда хуже‑то?

Новость о том, что Майю провозгласили принцессой, разлетелась по всей империи и даже дальше. Посыпались письма с расспросами о её происхождении, домыслами о заговорах с демонами и ангелами. Были и те, кто искренне восхищался ею. Майю начали приглашать на балы и чаепития. Вероятно, в надежде выведать какие-нибудь секреты. По её просьбе Реджинальд приказал отвечать на все приглашения отказом.

Майя старалась жить тихо, не думая о плохом. Но однажды всё изменилось - появился неожиданный гость.

Девушка стояла в библиотеке, уныло перебирая корешки книг. Каждое название вызывало лишь разочарование, ведь всё уже прочитано. Пальцы нервно теребили обложку очередного тома, пока она не решила перейти к соседнему стеллажу. После нескольких попыток ей наконец попалась книга, которую она ещё не видела. Майя радостно прижала её к груди, словно драгоценный трофей.

Она уже открыла портал, собираясь уйти, как вдруг из-за стеллажей вынырнула запыхавшаяся и растрёпанная Нора.

Майя замерла. Портал мгновенно растаял в воздухе. Вид горничной заставил её сердце сжаться от тревоги. Она хотела спросить, что случилось, но Нора опередила её:

— Майя, тебе срочно нужно в тронный зал!

Эти слова будто ударили её током. Майя мгновенно поняла: дело серьёзное. Не тратя времени на расспросы, она вновь создала портал, и вместе с Норой они шагнули сквозь него.

Оказавшись в коридоре у двери в зал для встреч, они сразу услышали яростный голос Молоха:

— Ей он не нужен! Я и сам прекрасно справляюсь со своей задачей!

Тон был резким, непреклонным. И что самое удивительное, Реджинальд поддержал Молоха:

— Отец, он прав. Никто не справится с этим лучше, чем Молох.

Майя застыла, не веря своим ушам. Реджи на стороне Молоха? Это было настолько невероятно, что в голове зазвучал тревожный звоночек.

«Да чтобы Реджи встал на сторону Молоха?! Что там вообще происходит?»

Её размышления прервала Нора. Горничная мягко взяла Майю за плечи и заговорила успокаивающе:

— Ты только не переживай, наша впечатлительная. Ничего страшного там нет.

Она легонько погладила девушку по плечам.

— Сейчас зайдёшь, тебе всё объяснят, скажешь своё мнение, и готово.

Нора развернула её к двери и подтолкнула вперёд.

— Ну же, иди, пока они там не начали драться всерьёз.

Майя неуверенно оглянулась на горничную, которая подняла большой палец вверх, желая ей удачи. Девушка развернулась к двери, сделала глубокий вдох и мысленно произнесла: «Ладно, всё будет хорошо».

Она толкнула дверь и вошла. В зале царила напряжённая атмосфера. Реджинальд яростно спорил с отцом. Молох стоял со скрещёнными руками, его лицо выражало откровенную неприязнь. Напротив них серьёзный Эльбрус и какой-то юноша в рыцарском костюме с гербом тигра на груди и мечом на поясе.

«Это же…» — пронеслось у Майи в голове.

Майя застыла на месте, не в силах отвести взгляд от юноши. Его наряд был не боевыми стальными доспехами, а костюмом придворных рыцарей - удобным для передвижения по замку. Отполированные стальные наплечники, наручи и нагрудник с гербом тигра ослепительно сверкали в лучах солнца. Асимметричный чёрный кардиган на молнии, белоснежные порты и высокие сапоги до колена дополняли образ. На поясе висели ножны с мечом, рукоять которого украшала гравировка в виде тигриных когтей.

Но больше всего Майю поразило другое: юноша был как две капли воды похож на мальчишку, которого она встретила в семь лет.

«Это же мальчик из деревни на севере?»

Те же белые короткие волосы с каштановыми прядями, те же удивительные глаза - один голубой, как море, другой карий, сливаясь со зрачком, словно темнота.

Все в зале заметили появление Майи. Она сделала несколько шагов вперёд, и в этот момент Эльбрус заговорил:

— Ты как раз вовремя. Раз уж ты теперь принцесса, тебе нужен личный телохранитель.

Майя остановилась, не сводя взгляда с императора. Но тут резко вмешался Молох, от его голоса девушка вздрогнула и обернулась:

— Не нужен ей какой-то там рыцарь! Я и так справляюсь!

Эльбрус ответил с нарастающим гневом:

— Ты телохранитель Реджинальда, а Майе нужен свой личный рыцарь!

Реджинальд неожиданно встал на сторону Молоха:

— Лучше, чем он, никто не сможет защитить Майю!

Маг добавил, скрестив руки на груди:

— Как какой-то простой человек может охранять Майю лучше меня?

Эльбрус уже не скрывал раздражения, его спокойствие трещало по швам:

— Да хоть будь он самым могущественным магом в мире, он не сможет защищать всех и выполнять свои обязанности одновременно!

Майя растерянно переводила взгляд с одного спорщика на другого, чувствуя, как в воздухе густеет напряжение. Но посреди этого хаоса её охватило странное ощущение, когда она встретилась взглядом с юношей. Он не отрывал от неё глаз, словно не слышал криков вокруг. Весь его мир, казалось, сосредоточился только на ней.

— ДОВОЛЬНО!

Выкрикнул император, обрывая спор.

— Раз уж такие дела, пусть Майя сама решит.

Все взгляды устремились на девушку. Она сглотнула, обдумывая ответ: «Может… стоит согласиться? Посмотрю, что из этого выйдет».

Молох уже открыл рот, уверенный в её отказе:

— Ну конечно, она скажет…

— Да, почему бы и нет.

Перебила его Майя. Реджинальд и Молох замерли в изумлении. Лицо мага исказилось то ли яростью, то ли глубокой грустью. Майя продолжила, стараясь говорить спокойно:

— Не вижу смысла отказываться. В любом случае ничего плохого не случится.

— Вот и славно!

Эльбрус хлопнул в ладоши.

— Значит, рыцарь Гэвин с этого дня будет твоим телохранителем.

Молох резко развернулся и, пробормотав что-то себе под нос, телепортировался из зала в облаке фиолетового дыма. Реджинальд, всё ещё ошарашенный, почесал затылок:

— Ну… Последую примеру Молоха и тоже скроюсь. У меня дел завались.

Он направился к выходу.

— Реджи…

Окликнула Майя, но принц даже не обернулся, просто вышел за дверь.

«Да что это с ними… Обиделись, что ли?» — подумала она, глядя в пустой дверной проём.

Эльбрус подошёл к Майе и положил руку ей на плечо:

— Давай я вас познакомлю.

Император подвёл её ближе к Гэвину.

— Как ты уже слышала, его зовут Гэвин, но можешь обращаться к нему как угодно.

Их взгляды встретились, и Майя почувствовала, как внутри всё сжалось от странного волнения.

— Он всего на четыре года старше тебя, так что вы легко найдёте общий язык.

Гэвин приложил руку к сердцу и резко опустился на одно колено, склонив голову:

— Принцесса Майя, я готов служить вам до конца своих дней. Ради вас я пойду и в огонь, и в воду.

Он поднял глаза и улыбнулся нежно, пленяя своими необыкновенными глазами.

— Это честь для меня - служить вам!

Майя замешкалась, не зная, как ответить. Нервно теребя прядь волос, она выдавила:

— Д-да… Мне тоже приятно познакомиться.

Эльбрус убрал руку с её плеча:

— Я лично выбирал для тебя рыцаря. Уверяю, он один из лучших рыцарей Синкейской империи. О его заслугах говорят во многих королевствах, так что с ним ты можешь чувствовать себя в полной безопасности.

«Ага, где только опасность найти на свою голову, чтобы он пригодился…» — усмехнулась Майя про себя.

Император завершил разговор:

— Поскольку с этого дня он твой рыцарь…

Эльбрус вытянул руку в сторону Гэвина.

— Проводи мою дочь в её покои.

Рыцарь поднялся с колена:

— Слушаюсь и повинуюсь, о наш свет Синкейской империи!

— Тогда ступайте.

Произнёс Эльбрус, заложив руки за спину.

После этих слов рыцарь поклонился императору, а Майя вместе с ним направилась к выходу. В коридоре они остановились, словно застыли во времени. Тишина вокруг казалась осязаемой.

Майя бросила на него робкий взгляд, но, увидев, что он неотрывно смотрит на неё пристально, внимательно, будто пытается прочесть каждую мысль, поспешно отвернулась и ускорила шаг в сторону своей комнаты. Он, конечно же, последовал за ней, его шаги звучали ровно и уверенно.

«Ужас, почему мне так неловко рядом с ним?!» — пронеслось у неё в голове.

Она шла, сжавшись, пытаясь не замечать присутствие своей новой «второй тени». Ладони вспотели, а сердце колотилось где‑то в горле. Это неловкое молчание нарушил Гэвин, неожиданно обратившись к ней:

— Принцесса, можно задать вопрос?

Вздрогнув, Майя остановилась так резко, что чуть не споткнулась. Она неуверенно повернулась к нему, чувствуя, как смущение и неловкость одолевают её, словно тяжёлый плащ. Но Майя, стиснув пальцы за спиной и стараясь не выдать своего волнения, ответила как можно более спокойно:

— Д‑да, конечно, разрешаю.

Гэвин сделал шаг ближе. Его лицо было серьёзным, но в глазах мелькнула искра то ли надежды, то ли затаённой радости.

— Вы… Меня помните?

Спросил он, словно боялся услышать ответ.

Майя на мгновение задумалась, вспоминая их первую встречу. Тогда он был всего лишь робким мальчишкой, а теперь храбрейший рыцарь. На её лице заиграла нежная улыбка, и она ответила уже более расслабленным голосом, сама удивляясь своей смелости:

— Помню. Как тебя забыть с такой неповторимой внешностью?

Одарив его неожиданным для себя самой комплиментом, она резко развернулась и направилась дальше, при этом продолжая говорить, чтобы скрыть румянец:

— Я сначала подумала, что ты меня не помнишь.

— Нет.

«Что?»

Услышав отрицательный ответ, Майя развернулась к Гэвину обратно. Тот смотрел на неё, как будто пленённый её взглядом, но в то же время серьёзно, без тени насмешки.

— Я сразу вас узнал.

Сказал он, подходя ещё ближе. Теперь их разделяло всего два шага, и Майя могла разглядеть мельчайшие детали его лица: лёгкую тень на подбородке, едва заметную морщинку между бровей.

— Эти чёрные длинные волосы, что так блестят лишь от маленького лучика света.

Продолжил он тихо, но отчётливо.

— Даже не прикасаясь к ним, можно понять, насколько они мягкие.

Гэвин поднял руку, будто хотел коснуться пряди, но остановился, заложил руку за спину и наклонился чуть вперёд. Его голос стал тише, но в нём звучала такая искренняя нежность, что у Майи перехватило дыхание:

— И эти глаза, сверкающие, как золотой топаз… Что так притягивают меня к вам.

Он нежно взял её руку и поднёс к себе. Его пальцы были холодными и уверенными, и от этого прикосновения по спине Майи пробежали мурашки.

Гэвин мягко коснулся губами тыльной стороны её ладони. Этот неожиданный жест заставил Майю замереть, широко распахнув глаза. Кровь прилила к щекам, и, не выдержав, она резко отдёрнула руку, чувствуя, как жар разливается по лицу, шее, даже кончикам пальцев.

— Я… Я-я лучше своим ходом дойду!

Выпалила она, запинаясь.

— Надеюсь, ты не заблудишься…

Рыцарь всё так же смотрел на неё. В его взгляде читалось явное удовольствие от того, как она смущается. Майя, не дожидаясь ответа, быстро открыла портал в свою комнату и шагнула внутрь, оставив его позади. Напоследок она всё же оглянулась, но тот даже не был шокирован тем, что она использовала магию. Напротив, на его губах играла едва заметная улыбка.

Оказавшись в безопасности, она прислонилась к стене, пытаясь успокоить своё бешено бьющееся сердце. Её лицо было красным, как спелый помидор, а дыхание вырывалось короткими, рваными толчками.

Опустившись на пол, Майя села в позе лягушки. Минутой позже она подумала с досадой: «Лучше бы отказалась…»