В императорской библиотеке Майя методично перебирала книги на полках. Молох стоял за её спиной, прислонившись к стеллажу. В руках он держал том, погружённый в чтение

— Что ты вообще ищешь?

Спросил маг, не отрывая взгляда от страниц.

— Книги о демонах и ангелах.

Ответила Майя, продолжая рыться на полках.

Мимо прошёл рыцарь, не заметив их, ведь Молох наложил невидимость.

— Пф! И на фиг они тебе?

Фыркнул он, переворачивая страницу.

— Я поразмыслила и поняла, что сам ты ничего не расскажешь - ни о себе, ни о чём-либо ещё. А мне жутко интересно. Вот и хочу найти книгу, чтобы самой всё разузнать.

Пояснила Майя. Молох, услышав это, отложил книгу и предупредил её, разрушив все планы:

— Ну что же, должен тебя огорчить: таких книг здесь нет.

Майя резко обернулась, прищурившись:

— Чего? Это ещё почему?

Маг вновь уткнулся в страницы:

— Потому что всё, связанное с ангелами и демонами, запрещено.

Девушка вздохнула, опустив плечи. Поиски завершились, едва начавшись. Но любопытство не угасло. Опёршись спиной о шкаф и скрестив руки, она спросила:

— Почему запрещено?

Молох глубоко вздохнул, голос стал размереннее:

— В людском мире запрещено контактировать с ними. И те, и другие заключают сделки лишь в свою пользу. Демоны забирают душу в обмен на исполнение желания. Ангелы - несколько лет жизни, чтобы защитить человека от демона, который придёт за его душой после исполнения желания или окончания сделки. Из-за таких вот дуралеев и появились магические существа. Ну и маги, разумеется, тоже.

Майя откинула голову назад:

— И для чего нужны эти сделки?

Молох закрыл глаза, приподняв подбородок:

— Демоны увеличивают силу за счёт души.

Он переложил книгу в другую руку.

— Ангелы забирают годы, чтобы продлить собственную жизнь.

Маг вновь склонился к томику, листая страницы:

— Хотя не всем ангелам это нужно. Некоторые живут долго и перерождаются после смерти. Но и там есть свои нюансы.

С безразличным пожатием плеч он вернулся к чтению.

Майя, разгораясь всё сильнее, выпалила:

— А ты сможешь принести мне книги из подземного мира?

Молох вскинул на неё суровый взгляд:

— Я ни вверх, ни вниз не пойду. Даже если на кону будет чья-то жизнь.

Девушка недовольно цокнула, закатив глаза. Заметив, что маг по-прежнему поглощён чтением, она кивнула в его сторону:

— Ты-то сам что читаешь?

Он взглянул на обложку:

— Да не знаю. У тебя в комнате взял. А! Называется «Злая любовь гарема».

Майя вспыхнула до кончиков ушей, заикнулась:

— Ч-что? Я-я не понимаю, о чём ты говоришь! И что ты вообще копаешься в моих вещах?!

Она рванулась к нему, пытаясь вырвать книгу, но Молох ловко увернулся, подняв том над головой.

— Что? Не можешь достать, коротышка?

Усмехнулся он, отступая на несколько шагов.

— Отдай!

Крикнула Майя, прыгая к нему. А он парировал:

— Ну так отбери!

В мгновение ока Молох исчез. Майя, не мешкая, шагнула в портал вслед за ним.

Оказавшись в восточном крыле замка, она помчалась по длинному коридору. Маг помахал книгой, насмешливо спросив:

— Как же сильно тебе нужна эта книга, да?

Его издевательская ухмылка заставила щёки Майи пылать. В голове пронеслось: «Да что это на него нашло?!»

Внезапно Молох телепортировался на перистиль. Он бежал вперёд, когда Майя выскочила сбоку и попыталась схватить его. Но тот, будто заранее зная её замысел, взмыл вверх с помощью магии, уворачиваясь от захвата. Потеряв равновесие, Майя упала в заросли кустов, а Молох, не теряя ни секунды, исчез в новой телепортации.

Вскочив, девушка прошипела:

— Вот же чёрт скользкий!

Открыв новый портал прямо рядом с Молохом, Майя шагнула вперёд и оказалась в тесной кладовке на кухне восточного крыла. Не успев сориентироваться, она врезалась в шкаф. С полки сорвалась открытая банка мёда, и липкая масса обрушилась на неё с головы до ног.

— Вкусный мёд, который добыли, да?

Раздался сверху голос Молоха. Он ухмылялся, сидя на шкафу.

Майя удивлённо оглядела себя. Липкие капли мёда и перья облепили одежду. Подняла взгляд: с высоты шкафа, продолжая ухмыляться, сидел Молох, держа в руке её книгу.

— Молох…

Начала она. Но не успела договорить, как маг уже телепортировался. Майя, до предела раздражённая, громко выругалась:

— Я его прибью!!!

Она открыла портал и бросилась следом. На этот раз решила не рисковать и нацелила переход чуть дальше предполагаемого местоположения Молоха. Но едва шагнула на обратную сторону - плюхнулась в бассейн купальни, до краёв наполненный перьями.

Вынырнув, Майя отряхнулась и обернулась. За спиной, сидя на корточках, на неё сверху вниз смотрел Молох всё с той же книгой в руках.

— Ты где целый бассейн перьев взял?!

Грозно выкрикнула она. И маг невозмутимо ответил:

— Как где?

Он поднял руку, и из воздуха материализовался облезлый петух, которого Молох тут же схватил за горло.

— У петуха Гоши.

Спокойно пояснил он. А петух испуганно вскрикнул:

— Ко-о!!

В следующий миг Молох снова телепортировался. Раздражённая Майя выбралась из ванны, сплошь усыпанной перьями.

— Да что это на него нашло?! Он что, решил надо мной поиздеваться?!

Она принялась искать мага, но поблизости его не было.

— Ну где же ты?..

Пробормотала Майя, потирая виски.

Долго она не могла уловить присутствие Молоха. Но наконец ощутила его за пределами замка. Сомневаясь, ведь это было не в восточном крыле, Майя всё же решительно открыла портал и шагнула в него.

Оказавшись на тропинке, окружённой густыми кустами роз, она замерла. Красота и спокойствие этого места мгновенно поглотили её внимание, даже мысль о погоне отступила.

Аккуратно выложенная камнями тропинка вилась через небольшой сад. Вдоль неё росли пышные кусты белых роз. За ними возвышались деревья жакаранды с фиолетовыми цветами. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, окрашивая всё вокруг в мягкий, едва уловимый фиалковый оттенок. Сад дышал таинственностью и романтикой.

«Молох специально меня сюда затащил, чтобы я успокоилась?» — подумала Майя, наблюдая, как ветер мягко колышет лепестки, заставляя их плавно опускаться на землю.

— Кто ты?

Раздался за спиной грозный голос. Майя вздрогнула и обернулась.

Перед ней стоял мужчина в королевском костюме - сочетание белого, жёлтого и красного создавало ослепительный контраст. Короткие блондинистые волосы были аккуратно уложены назад, а светло‑карие глаза переливались янтарным оттенком у зрачков. Лицо его было спокойным, почти безэмоциональным, но от него исходила такая злорадная аура, что каждое слово звучало подобно удару меча.

«Это отец Реджи?..» — мелькнуло в голове Майи. Собравшись с духом, она уже открыла рот для ответа.

— На колени!

Резко приказал мужчина. Вся решимость мгновенно улетучилась. Охваченная страхом, Майя быстро опустилась на колени, понурив голову, боясь встретиться с ним взглядом.

— Что за чучело?

Произнёс он с явным отвращением. Голос стал ещё более суровым и низким.

— Ты откуда здесь взялась?!

Майя сжалась, не в силах вымолвить ни слова. Вся в мёде и перьях, она чувствовала, как его пронзительный взгляд буквально прожигает её насквозь.

«Д-да как я вообще могла так облажаться?!» — покусывая губу, пронеслось в её голове.

Мужчина начал приближаться, и паника достигла немыслимых высот.

«А-а-а-а!!! Мне конец! Мне конец!! МНЕ КОНЕЦ!!!»

Ей казалось, будто мир рушится вокруг. Но мужчина остановился, не дойдя до неё, и произнёс с лёгким удивлением:

— Хм… Странно. Тебя не разорвало.

«СМЫСЛЕ НЕ РАЗОРВАЛО?!» — ошарашенно спросила себя Майя.

Повисла напряжённая тишина - неловкая и раскалённая. Майя стояла на коленях, ожидая неминуемой кары. Спустя мгновение его заинтересованный тон сменился грубостью:

— У тебя пять минут объясниться.

Майя беззвучно затряслась, словно лист на ветру.

Две минуты спустя.

«БЛИ-И-ИН! КАКАЯ ЖЕ Я ДУРА!!! От испуга выдала вообще всё с потрохами! Мне коне-е-е-ец! И Реджи с Молохом тоже! Каких же славных я прожила четырнадцать лет… ЕЩЁ СТОЛЬКО БЫ И ПРОЖИЛА, ЕСЛИ БЫ НЕ МОЯ ТУПОСТЬ!!! Молох, это во всём ты виноват! Хнык!!!»

Она слегка подняла голову, лицо было бледным. Император продолжал смотреть на неё спокойно, но молчал, словно переосмысливал всё услышанное. Задумчиво подпёр подбородок рукой.

— Ну что же…

«Что? В темницу? Повесить? Обезглавить? Четвертовать? СЖЕЧЬ НА КОСТРЕ?!»

— Я ничего не понял.

Майя, уже без страха, вскинула голову и уставилась на императора с недоумением: «Чего, блин? В чём подвох?»

В этот момент между Майей и Эльбрусом возник Молох. Он поклонился, прижав руку к сердцу:

— Прошу прощения, Ваше Величество, я сейчас всё объясню…

Но император лишь махнул рукой, обрывая мага на полуслове, и развернулся. По его лицу было невозможно понять, то ли он в ярости, то ли ему безразлично всё происходящее. Напоследок Эльбрус бросил через плечо:

— Завтра в полдень жду вас троих в тронном зале, где проводятся встречи.

Тон звучал угрожающе. Майю пробрал холодок, когда ледяной, прищуренный взгляд императора скользнул по ней.

В голове роились вопросы. Почему отец Реджинальда так поступил? Из-за того, что Майя упомянула его сына в своём сбивчивом рассказе? Или были иные причины? Почему он вообще решил выслушать, а не сразу вызвал стражу?

Как только Эльбрус скрылся из виду, Майя без сил рухнула на тропинку лицом вниз. Тело обмякло, словно из неё разом ушла вся энергия - она растеклась по земле, как лужица. Её измождённый вид красноречиво говорил: душа покинула тело и возвращаться не намерена!

Молох склонился над ней, пытаясь пробудить остатки сил:

— Ты как сюда забрела-то, грязнуля?

Майя резко приподнялась, упираясь руками в землю, и метнула в него яростный взгляд:

— Это у тебя нужно спросить, что на тебя вообще нашло! Куда ты так пропал? Я перепутала его с тобой из-за того, что ты внезапно исчез!

Молох приподнял брови:

— Как ты вообще могла перепутать духовную энергетику с магической?

Майя вспыхнула от гнева:

— Я не знаю!

Выкрикнула она. Майя снова повалилась на землю и начала бить по ней ногами, выплескивая всю накопившуюся злость. Затем повторила вопрос:

— Куда ты пропал? Почему я не могла тебя найти?

Молох вздохнул и присел на корточки рядом. Лицо его было серьёзным, но в глазах мелькнула искра веселья.

— Не могла найти, потому что я заблокировал свою ману. А был я в комнате принцесски. Пил с ним и Гошей чай с печеньем. Потом решил тебя отыскать… и вот, «ЁП ТВОЮ МАТЬ» и я уже здесь.

Майя медленно подняла голову. На лице её читались одновременно опустошение и презрение.

— Кто… из вас… придумал… надо мной так подшутить?

Молох моргнул пару раз и совершенно серьёзно ответил:

— Гоша.

После этого Майя ещё какое-то время извергала поток отборных ругательств, выплескивая весь свой богатый словарный запас на мага.

Постепенно успокоившись, они телепортировались в спальню Реджинальда. За столом принц попивал чай в компании облезлого петуха. Завидев Майю, Реджинальд разразился громким, почти конским хохотом:

— Ха-ха-ха! Это того стоило!

Петух, напротив, сохранял невозмутимость, лишь скромно наклоняя клюв к чашке с чаем.

Майя всплеснула руками, переводя взгляд с этой странной картины на Молоха. Весь её вид кричал: «Что это вообще такое?»

Молох, переглянувшись с ней, затем с Реджи и петухом, пожал плечами:

— Обойдусь без комментариев.

Он прошёл вглубь комнаты и щёлкнул пальцами. Грязь мгновенно исчезла с одежды Майи. Она последовала за магом.

Подойдя ближе, Молох строго произнёс:

— Так, чаепитие закончено. У нас ЧП.

— Тогда я вынужден вас оставить.

Раздался неожиданно глубокий, мощный голос, словно принадлежащий могучему воину с рельефной мускулатурой.

— Было приятно иметь с вами дело!

Это оказался петух. Откуда-то он извлёк шляпу и лихо нахлобучил её на голову.

Пух! И его перья мгновенно преобразились, став пышными и блестящими. Петух спрыгнул со стола и неторопливо направился к двери. Майя провожала его взглядом до самого выхода.

У порога птица приостановилась, изящно поклонилась, приподняв шляпу, и бесшумно закрыла за собой дверь.

В комнате повисло неловкое молчание. Майя закрыла лицо ладонями и тихо пробормотала:

— Блязд-е-ец…

***

Молох и Майя объяснили ситуацию Реджинальду. Принц, сложив руки на груди, пристально уставился на Майю.

— Значит, ты созналась моему отцу по всем фронтам, а он при этом ничего не понял?

С явным сарказмом уточнил Реджи, будто всё ещё надеялся, что это какая‑то нелепая шутка. Поникшая Майя сидела на софе напротив и молча кивала, не в силах поднять взгляд. Реджинальд нахмурил брови, обдумывая услышанное, и продолжил:

— И поэтому нас троих вызывают в тронный зал завтра днём?

Молох, сидевший рядом с принцем, не удержался от ухмылки. С едва заметной иронией он протянул:

— А знаете, что там произойдёт?

Реджи и Майя, мгновенно ощутив недоброе, воскликнули в унисон:

— Линчевание!

— Линчевание!

Их голоса эхом отразились от стен, усиливая и без того гнетущую атмосферу. Принц откинулся на спинку софы, с горечью в голосе произнёс:

— Что ж… Теперь остаётся только ждать завтрашнего дня.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Каждый из них мысленно перебирал возможные последствия, гадая, чего же ждать от императора. Тревога сковывала движения, а в воздухе словно висело предчувствие надвигающейся бури.

***

Наступил следующий день, и ребята направились в тронный зал. Молох шёл впереди Реджинальда и Майи, сохраняя невозмутимость. Майя, напротив, нервно шагала, не поднимая глаз от пола. Реджи заметил её тревогу и легонько толкнул локтем, вырывая из тягостных мыслей.

— Переживаешь, да?

Она кивнула. Принц наклонился к ней и шёпотом добавил:

— Если запахнет керосином, открывай портал и сваливай. Со мной и Молохом ничего не случится.

Майя не ответила, лишь ещё сильнее сжала кулаки, тревога только усилилась.

Они подошли к залу. Когда ребята вошли, их уже ждали император и императрица, восседающие на тронах.

Зал не блистал чрезмерной роскошью. Белый глянцевый пол украшал узорчатый квадрат в центре - сложный каменный орнамент. Стены были выкрашены в насыщенный красный, а у основания тянулись белые плиты, обрамлённые золотыми линиями. Двери и окна белоснежные, с изящной золотой отделкой.

Зал был пуст. Лишь два трона из красного дерева с золочёными фигурами тигров на подлокотниках стояли на подиуме, а за ними ниспадали тяжёлые тёмно‑бордовые занавеси.

Император Эльбрус, облачённый в синий атласный костюм с золотым жаккардовым узором, сидел, облокотившись подбородком на ладонь. Его скучающий взгляд был устремлён в окно - он даже не удостоил вошедших взглядом.

Императрица Мизерия, напротив, с явным любопытством наблюдала за Майей. На ней было роскошное оранжевое шёлковое платье с прямой длинной юбкой, расшитой бусами и пайетками.

Майя впервые видела Её Величество. Перед ней была красивая женщина с длинными кудрявыми ярко‑рыжими волосами и голубыми глазами - такими же, как у Реджинальда.

Напряжение в зале было почти осязаемым, оно сдавливало грудь Майи, мешая дышать. Ребята почтительно поклонились, и на мгновение Майя уловила странный, пронизывающий взгляд Мизерии, будто та пыталась разглядеть её насквозь.

Эльбрус сложил руки на подлокотниках кресла и заговорил спокойно, но с явным превосходством, глядя на них сверху вниз:

— Добрый день. Вы ведь знаете, зачем я вас сюда пригласил?

Реджи тут же шагнул вперёд:

— Отец, я хотел бы объясниться…

Но его слова оборвал резкий окрик императора:

— Реджинальд, сейчас я не желаю ничего слышать от тебя. Пусть говорит девчонка.

Принц сглотнул, лицо его побледнело. Он опустил голову с кривой улыбкой - видимо, ожидал этого, но всё же надеялся взять разговор в свои руки.

От волнения холодный пот выступил на висках Майи. Ноги подкашивались, земля будто ускользала вниз, и в эту секунду ей захотелось самой провалиться вслед и больше не высовываться.

Эльбрус продолжил уже более мягким, но всё ещё властным тоном:

— Теперь жду более подробных и понятных объяснений.

Он опёрся локтём о подлокотник, подпёр голову рукой и, не отрывая пристального взгляда от Майи, приготовился слушать.

Глубоко вдохнув, девушка начала рассказывать.

Прошло десять минут.

Трое ребят замерли в ожидании реакции императора. Но тот по‑прежнему сохранял каменную невозмутимость. В отличие от жены: Мизерия не скрывала восхищения. Она сложила руки в замок и смотрела на Майю с таким восторгом, что девушке становилось ещё неуютнее.

Внезапно раздался раздражённый голос Эльбруса:

— Как же это бесит…

Император закрыл глаза, сжал пальцами переносицу и тяжело вздохнул. Никто не понял, что именно вызвало у него такую реакцию. Реджинальд уже хотел заговорить, но в этот момент Мизерия поднялась со своего места и подошла к мужу.

Она что‑то тихо прошептала ему на ухо. Эльбрус нахмурился и бросил на неё косой взгляд.

Майя, чувствуя, что происходит что‑то странное, потянула Реджи за рукав. Тот наклонился к ней, и она шёпотом спросила:

— Что здесь происходит?

Принц лишь пожал плечами и выпрямился. Майя продолжала наблюдать за родителями принца, пытаясь разгадать их диалог без слов.

Мизерия закончила шептать, сложила руки и умоляюще посмотрела на мужа. Тот, закатив глаза, махнул рукой и равнодушно бросил:

— Как хочешь.

Лицо императрицы озарила яркая улыбка. Она подошла к Майе, схватила её за щёки и слегка притянула к себе.

— Какая же ты красивая! Будешь у меня куколкой ходячей!

«Ч‑чего, простите?!» — пронеслось в голове Майи.

Реджи застыл с выражением полнейшего недоумения, а Молох удивлённо приподнял брови, слегка скривив губы в усмешке.

Мизерия продолжала восторгаться:

— Ну, божечки‑кошечки, как можно было с таким лицом родиться?

Майя почувствовала, как пот выступил на лбу. Ей отчаянно захотелось сбежать, пока всё не зашло слишком далеко.

— Нужно срочно нарядить тебя! Пошли!

Не дав девушке опомниться, императрица схватила её за руку и потянула к выходу. Майя в панике оглянулась на Реджинальда и Молоха, отчаянно жестикулируя. Те лишь молча проводили её взглядами.

Эльбрус, не утруждая себя объяснениями, махнул рукой, отпуская парней.

Спустя два часа.

Парни сидели в комнате Реджинальда в напряжённом молчании, ожидая возвращения Майи. Они уже перебрали все возможные темы для разговора и теперь лишь терпеливо ждали, бросая взгляды на дверь.

Внезапно тишину разорвал громкий хлопок открывающейся двери, и на пороге появилась Майя.

На ней было пышное бордовое платье, украшенное белыми лентами и золотыми нитями из бусин. Ткань переливалась в свете ламп, а на голове девушки возвышалась грандиозная причёска в стиле XVIII века не меньше метра в высоту.

Лицо Майи было бледным, а взгляд пустым, словно она только что очнулась от кошмарного сна.

Реджи, едва увидев её, не сдержал хохота. Молох же, не теряя ни секунды, достал из воздуха фотоаппарат и щёлкнул снимок. Фото мгновенно проявилось. Маг небрежно отбросил фотоаппарат, который растворился в воздухе, и принялся энергично обмахивать снимок, ускоряя проявление. Когда изображение окончательно проступило, Молох хмыкнул, едва сдерживая смех, и отправил фотографию вслед за камерой.

Майя, не обращая внимания на их реакцию, решительно направилась к принцу. Каждый её шаг был тяжёлым и полным сдерживаемой ярости. Она схватила Реджинальда за воротник рубашки и резко встряхнула. Смех принца мгновенно стих.

— У твоей мамы что за фетиши такие?!

Выкрикнула она, сверля его ледяным взглядом. Голос её звенел от негодования. Реджи, стараясь сохранить невозмутимость, развёл руками:

— А что не так?

Майя вспыхнула ещё сильнее:

— Что не так?! Может, то, что она меня наряжала во всё, что только взбредёт в голову? Древний мир, Средневековье, Новое время… Я, конечно, знала, что ваш мир и мой не так уж сильно отличаются…

Она прищурилась и прошипела:

— Но когда она приказала достать наряд «секси-динозавра» из натуральной кожи того же животного, тут я не выдержала и сбежала!

Молох не выдержал и тихо хихикнул, тут же прикрыв рот ладонью.

— Да, это была ужасная эпоха.

Пробормотал он, безуспешно пытаясь скрыть улыбку. Майя метнула на него презрительный взгляд:

— Ты вообще молчи, первобытный!

Она вновь повернулась к Реджинальду, не собираясь уступать:

— И пока меня переодевали горничные, она меня взглядом облапала вдоль и поперёк! Это как понимать?!

Реджи расплылся в улыбке и указал на себя:

— Я вообще-то её порождение, понимаешь?

Майя замерла, будто её ударило током. Она хотела опуститься на софу, но жёсткий каркас юбки не позволил. Это только добавило ей злости. Девушка топнула ногой:

— Да линчевание теперь кажется цветочками по сравнению с ролью манекена в секс-шопе!

Развернувшись, она направилась к выходу.

— Ну, так-то тебя могли кокнуть, но благодаря маме отец этого не сделал.

Бросил ей вслед Реджи.

Майя проигнорировала его слова, распахнула дверь и с такой силой хлопнула ею, что с потолка осыпалась штукатурка.

Принц обернулся к Молоху:

— Мне кажется, или она с годами становится менее сдержанной?

Молох пожал плечами, слегка наклонив голову и прикрыв глаза:

— Так ты в её возрасте был таким же.

Реджи отвернулся, разведя руки в стороны:

— Подростки… Что с них взять!

***

Майя и Реджинальд сидели на белоснежной кованой скамье в перистиле, где мягкий ветерок колыхал листву кустов с розовыми цветами.

Поскольку о существовании Майи уже все знали, ей больше не нужно было скрываться в комнате. Реджинальд больше не запрещал прислуге находиться в восточном крыле замка, и Майя могла свободно передвигаться по нему. Возможно, не все приняли её с распростёртыми объятиями, но многие растаяли уже при одном её виде.

Майя держала в руке нежный цветок рододендрона и задумчиво любовалась его красотой, пока Реджинальд сосредоточенно копался в смартфоне. Их уединение нарушила Нора: она подошла сбоку от принца и решительно забрала у него телефон.

— Ваше Высочество, лучше бы вы почитали книгу, чем сидеть в телефоне.

Сказала она, пряча гаджет в карман фартука.

Реджинальд положил руку на спинку скамьи и приложил ладонь к виску.

— Нора, ты же знаешь, что я уже взрослый?

Горничная наклонила голову и прижала руку к сердцу.

— Для меня вы всегда останетесь тем же озорным мальчишкой.

Майя с улыбкой посмотрела на Нору, в её глазах блестело умиротворение.

«Нора похожа на заботливую мамочку», — подумала девушка.

Нора выпрямилась и продолжила:

— Однако с возрастом у вас прибавляется обязанностей. Сегодня вам предстоит посетить открытие торжества, проверить строительство детской школы в Паленском районе и встретить гостей из Арстроны. И это только на сегодня.

Улыбка Майи дрогнула, став неловкой: «Хоть и редко это показывает… Ехех!»

Реджинальд, услышав список дел, явно не пришёл в восторг. Он вздохнул и скрестил руки на груди.

— И как я всё это успею за один день?

Нора лишь пожала плечами, сохраняя невозмутимость.

— Не знаю, но вас ещё вызывает Его Величество прямо сейчас. Он будет ждать вас в центральной части замка. На этом всё, вынуждена вас покинуть.

Она слегка поклонилась и направилась прочь, спеша вернуться к своим обязанностям.

— М-да уж, ничего не поделаешь.

Пробормотал Реджинальд и уже собирался уходить, как вдруг его окликнула Майя. Её голос звучал уверенно, хотя в нём угадывалось лёгкое волнение:

— Хей! А может, я тебе помогу?

Он обернулся, явно заинтригованный предложением.

— Походим туда-сюда, и быстро, главное!

Реджинальд нахмурился, обдумывая идею. Он провёл ладонью по подбородку, взвешивая все «за» и «против».

— Хм…

Протянул он, мысленно прикидывая, сколько времени сэкономит использование портала.

— А давай. И тебе интересно будет, и мне польза.

Майя не стала терять ни секунды. Она радостно вскочила и схватила Реджи за руку.

— Тогда пошли!

Со счастливой улыбкой Майя открыла портал и потянула принца за собой. В мгновение ока они оказались в просторной комнате, где спиной к ним стоял Эльбрус. Император был погружён в изучение каких‑то бумаг, его сосредоточенный взгляд скользил по строкам. Он даже не заметил появления гостей в своём кабинете.

Кабинет Его Величества оказался полукруглым помещением с изумрудно‑зелёными стенами, испещрёнными едва заметными крапинками. Вдоль стен выстроились массивные стеллажи из красного дерева. Полки разной высоты были уставлены странными предметами: старинными статуэтками, гладкими камнями, чёрными бюстами, кистями рук с украшениями… А ещё какими‑то непонятными артефактами в прозрачных сосудах, от вида которых по спине бежали мурашки.

Напротив двери располагался массивный стол и кресло в стиле кантри, тоже из красного дерева. За мебелью тянулись во всю высоту стеклянные окна и двери, ведущие на террасу. За ними открывался вид на императорский сад - тот самый, где Майя не так давно встретилась с Эльбрусом.

Помещение не походило на основной кабинет, скорее на тайное убежище, куда можно было скрыться от назойливых аристократов.

Император, видимо, собирался уходить, но задержался, чтобы перепроверить документы. Поэтому он стоял перед столом, а не за ним.

Реджи отпустил руку Майи и направился к отцу, окликая его:

— Отец, ты меня звал?

Услышав голос сына, Эльбрус обернулся. Его лицо выражало смесь хмурого удивления и недоумения. Реджи продолжил:

— Мне сказали, что ты будешь в другом кабинете, а не здесь.

— Как вы сюда попали?

Строго перебил Эльбрус, игнорируя слова сына.

— А…

Реджинальд обернулся и бросил быстрый взгляд на Майю, которая мысленно уже совершила харакири. Принц снова посмотрел на отца и спокойно пояснил:

— Помнишь, Майя говорила, что переместилась сюда? Вот так мы и пришли.

Эльбрус нахмурился ещё сильнее, его взгляд устремился к Майе, и та невольно вздрогнула.

— Подойди сюда.

Приказал он низким, властным голосом. Майя неуверенно сделала шаг вперёд.

— Быстрее!

Она молнией метнулась к императору и застыла напротив него, чувствуя, как воздух вокруг сгущается и становится тяжёлым. Реджи невольно сглотнул, осознавая, что напряжение в комнате нарастает с каждой секундой. Майя смотрела прямо в холодные, надменные глаза Эльбруса, ощущая, как внутри всё сжимается от страха.

«Дайте мне цианистый калий, я и сама справлюсь…» — пронеслось у неё в голове. Но через пару секунд Майя услышала:

— Покажи.

Майя слегка отступила, не понимая, чего от неё хотят.

— Показать портал?

Уточнила она.

Реджинальд начал догадываться, что именно нужно отцу, но благоразумно решил не вмешиваться.

Эльбрус резко махнул рукой в сторону свободного пространства:

— Да. И расскажи, как ты это делаешь.

Майя нервно сглотнула и повернулась туда, куда указывал император.

— Н-ну… Я просто представляю место, куда хочу попасть. И фокусируюсь на нём.

Перед ними вспыхнули два портала - белые, с переливами разноцветных волн, плавно перетекающих друг в друга. Один возник прямо перед Майей, а второй в нескольких шагах позади.

— Без разницы, куда и как.

Добавила она и шагнула в первый портал, мгновенно выйдя из второго.

— Я могу перемещаться не только в пределах одного мира, но и между мирами. Конечно, при условии, что у меня есть хоть какая-то информация о месте назначения.

Порталы растаяли в воздухе. Эльбрус устремил на Майю пронзительный взгляд, будто взвешивал в уме какое-то важное решение. Девушка почувствовала, как по спине пробежал холодок, и невольно опустила глаза.

«Он сейчас просверлит мне дырку в затылке… Уы!»

Реджинальд, не выдержав нарастающего напряжения, переглянулся сначала с Майей, потом с отцом и решился нарушить тишину:

— Отец, что-то не так?

Эльбрус лишь хмыкнул, не удостоив сына ответом. Но этого оказалось достаточно, чтобы сдвинуть ситуацию с мёртвой точки. Император обошёл стол, достал из шкафчика потёртый листок и, приблизившись к Майе, протянул его ей.

— Достанешь это?

Майя взяла листок, быстро пробежала глазами по строчкам и кивнула:

— Попытаюсь.

Она открыла портал, держа листок перед собой как ориентир, и шагнула внутрь. Спустя несколько мгновений вернулась, сжимая в руках сияющий красный камень.

— Это оказалось легче, чем я думала.

Сказала она, передавая находку императору. Эльбрус осторожно взял камень двумя руками так, словно держал хрупкое живое существо. Его лицо, обычно суровое и непроницаемое, озарилось каким-то внутренним светом, будто сбылась давняя заветная мечта.

Реджинальд подошёл ближе, склонил голову набок и спросил:

— И что это за камень? Очередной бесполезный артефакт?

На его вопрос решила ответить Майя:

— Философский камень. Повезло, что он всё ещё был в семьсот тринадцатом сейфе. Иначе пришлось бы повозиться.

Эльбрус продолжал молча разглядывать камень. В воздухе повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь едва слышным дыханием Майи и Реджинальда. Они переглядывались, ожидая хоть какой-то реакции.

— ...

— ...

Император медленно поднял глаза на Майю, и та едва не отшатнулась от неожиданности.

— ?..

— ?..

Внезапно по щеке Эльбруса скатилась скупая мужская слеза. Это зрелище настолько ошеломило обоих молодых людей, что они замерли в немом изумлении.

Не говоря ни слова, император направился к свободным полкам стеллажа. Аккуратно уложил камень на мягкую бархатную подушку, затем резко развернулся и подошёл к Майе. Несколько секунд он просто смотрел на неё, а потом неожиданно широко развёл руки и крепко обнял девушку.

— Дочь моя…

Тихо произнёс он, и голос его дрогнул. Руки императора сжимали Майю так крепко, что она застыла, словно статуя. Сердце бешено колотилось, ладони предательски дрожали. Реджинальд в панике вскинул руки на уровень груди, не зная, как реагировать.

— О-отец, ты что делаешь?!

Воскликнул он. Но Эльбрус не обратил на сына внимания.

— Мизерия была права, ты чудо.

Произнёс он с неожиданной нежностью.

Майя судорожно повернулась к Реджи. Её взгляд, расширенный от ужаса, кричал о помощи, да поскорее, а то у неё случится инфаркт!

Принц решился на вторую попытку:

— Пап… Может, отпустишь Майю? Ей, кажется, тяжело дышать.

Но тут же понял, что совершил ошибку. Эльбрус бросил на сына суровый взгляд:

— А ты что тут всё ещё делаешь? Иди выполняй свои обязанности!

Реджинальд сглотнул и поджал губы, бросив на Майю извиняющийся взгляд.

«Не оставляй меня!» — безмолвно взмолилась она.

И он попытался ещё раз:

— Отец…

— Я должен повторить?!

Миссия провалена!

Эльбрус отцепился от девушки, схватил её за руку и потащил к полкам стеллажа. Тем временем Реджи попятился к двери.

Майя тянула руку к Реджинальду, мысленно умоляя: «Н‑не уходи!..»

Он поднял руку, показывая большой палец, и мысленно пожелал Майе: «Давай, удачи!»

Эльбрус схватил какую‑то папку и начал что‑то торопливо искать. Майя не сдержала слёз, не отрывая взгляда от уходящего Реджинальда.

«Помоги мне, умоляю…»

Реджи открыл дверь.

«Пока-пока!» — помахал он рукой и закрыл дверь.

***

Прошло два месяца.

Майя уже свободно передвигалась по замку. Никто больше не смотрел на неё с подозрением. Она начала привыкать к причудливым выходкам Его и Её Величеств. Мизерия то устраивала для неё маскарады, то отпускала свои неизменные двусмысленные шутки, ничуть не смущаясь того, что собеседнице всего четырнадцать. Просьбы Эльбруса, будь то безобидные поручения или опасные задания, связанные с артефактами, больше не пугали Майю. Правда, ей пришлось изрядно попотеть, скрываясь от родителей принца, когда те вдруг решили переселить её в западное крыло - переезжать туда девушка категорически не желала.

Двадцать третьего августа все готовились к Дню Победы Синкейской империи. Эльбрус пригласил сына в свой кабинет. Войдя внутрь, Реджинальд увидел отца за рабочим столом, тот внимательно проверял отчёты по предстоящему празднику.

Комната мало чем отличалась от той, где хранились драгоценные магические артефакты императора: те же изумрудные стены, массивный стол и кресло, высокие стеллажи вдоль стен. Но были и заметные различия: помещение имело прямоугольную форму, а не полукруглую; вместо артефактов полки ломились от толстых стопок книг, папок и бумаг; к тому же здесь располагались круглый мраморный стол, уютная софа рядом с ним и два кресла с бордовой обивкой.

Реджи подошёл к отцу, держа в руках папку с документами.

— Ты меня звал?

Эльбрус, не отрываясь от бумаг, коротко ответил:

— Да. Ты уже проверил подготовку к празднику?

Принц кивнул, положил папку на стол и начал перечислять:

— Карета для официального появления императорской семьи готова. Все украшения без дефектов. Главная площадь на территории замка и в городе тоже полностью подготовлена.

Император собрал бумаги и отложил их в сторону, тут же взяв следующую стопку.

— Хорошо. Можешь отдыхать.

Но Реджинальд не спешил уходить. Эльбрус насторожился, поднял взгляд на сына и спросил:

— Что-то ещё?

Тот почесал затылок и с лёгкой улыбкой произнёс:

— Да вот хотел кое-что попросить.

Император отложил бумаги, сцепил пальцы в замок и подпёр подбородок ладонями. Для него было непривычно слышать, что сын о чём-то просит - раньше такого не случалось. Но он ничем не выдал своего удивления и лишь выжидающе посмотрел на Реджинальда.

Принц продолжил:

— Дело в том, что Майя очень хотела бы побывать на празднике. Она толком ничего не видела, и я подумал, что это могло бы её порадовать.

Он открыл папку и нашёл отчёт о зрительных местах на городской площади.

— Её можно посадить вот здесь. Оттуда всё отлично видно, а людей будет немного. Раз Молоха не будет, можно расставить вокруг рыцарей для охраны.

Эльбрус изучил документ, прикрыл глаза и задумчиво потёр подбородок.

— Хм… А зачем такие сложности? Пусть едет с нами в карете и сидит во время представления.

У Реджи глаза едва не вылезли из орбит.

— Чего?! Но это же только для императорской семьи!

Император отложил папку и невозмутимо произнёс:

— Значит, объявим её принцессой завтра, перед началом праздника.

Реджинальд замер в смятении, холодный пот выступил у него на лбу.

— Как так? В ней же нет императорской крови! Что люди подумают?

Но Эльбрус уже придумал объяснение:

— Скажем, что она дальняя родственница с Орингейна. Родители погибли, поэтому мы её удочерили.

— Не хорони тётю Абигейл раньше времени!

Не удержался Реджи. Однако император оставался невозмутим.

— А что? Майя уже приглянулась твоей матери. Думаю, никто не станет возражать.

Он развёл руками, словно подчёркивая очевидность своих слов. Реджи всё ещё колебался, понимая, что ходит по тонкому льду.

— Разве императорская семья вообще может кого-то удочерять?

Эльбрус пронзил его тяжёлым взглядом, и в воздухе повисло напряжение.

— А кто мне может это запретить?

Принц нервно хихикнул и поспешно согласился:

— Ну да, в здравом уме никто не посмеет.

Атмосфера в кабинете постепенно разрядилась. Эльбрус вернулся к делу:

— Тогда ступай и прикажи слугам подготовить Майю к завтрашнему дню.

Реджи кивнул и направился к выходу.

— Хорошо. Я ещё заранее предупрежу Майю.

«Морально подготовлю её…» — подумал он, уже представляя, какой бурной будет реакция девушки.

Эльбрус вновь погрузился в изучение документов, а Реджинальд поспешил к Майе.

Подойдя к её комнате, принц замер перед дверью, подбирая слова. Глубоко вздохнув, он постучал, затем осторожно приоткрыл дверь и вошёл.

Майя лежала на левом краю кровати, держа книгу над собой. Реджинальд решил начать разговор осторожно, не обрушивая сразу главную новость.

— Что читаешь?

Спросил он.

Она уже открыла рот, чтобы назвать книгу, но вдруг опомнилась - резко захлопнула том и отшвырнула его в сторону. Нервно сцепив пальцы, Майя отвернулась от принца.

— Ничего!

Быстро проговорила девушка. Тот не смог сдержать усмешки - конечно же, очередной любовный роман.

Реджи присел на правый край кровати. Сердце забилось чаще, ладони невольно сжались в кулаки. Он растерянно разглядывал свои руки, пытаясь собраться с мыслями. Слова будто застряли в горле, все заготовленные фразы разом вылетели из головы. Но Майя сама выручила его, повернувшись и бросив:

— А ты, собственно, зачем пришёл?

Реджинальд ещё больше занервничал и поспешно отвёл взгляд.

— Обычно ты появляешься либо когда Нора приносит еду, либо когда тебе скучно.

Продолжила девушка.

— А сейчас ни то ни другое… И выглядишь ты так, будто вот-вот на стенку полезешь.

«Как в воду глядит…» — подумал принц и глубоко вздохнул, набираясь смелости.

Наконец он решился и посмотрел ей в глаза:

— Понимаешь… Завтра ты поедешь с нами на праздник.

Лицо Майи озарилось радостью, она даже как-то выпрямилась, словно стала легче воздуха.

— Правда? Но как же…

Не успела она договорить, как Реджи перебил её:

— Да, поедешь. Но сначала тебя официально объявят принцессой.

Майя замерла. Глаза её расширились от шока.

— ЧЕГО?!

Она резко вскочила, опёршись руками о кровать, и тут же промахнулась левой рукой мимо края. С громким стуком девушка рухнула на пол. Реджи мгновенно обернулся, обеспокоенно глядя на неё:

— Ты в порядке?

Майя, потирая ушибленный лоб, медленно поднялась.

— Мне… мне послышалось.

Произнесла она неуверенно.

— Ты сказал, что завтра я стану принцессой?

Она выпрямилась и посмотрела на принца, отчаянно надеясь, что это какая-то нелепая шутка.

— Ты услышала правильно.

Подтвердил Реджи.

Кровь отхлынула от лица Майи. Поникнув, она тихо, с горечью спросила:

— Разве так можно? Я же совсем не такая, как вы…

Принц встал и подошёл ближе, видя, насколько сильно девушка потрясена.

— Не переживай, это ненадолго. Тебе почти ничего делать не придётся. Просто постоять рядом, а потом мы сразу отправимся смотреть праздник вместе.

Майя всё ещё не могла прийти в себя, думая о случившемся. Она ясно представляла, к чему это приведёт: многие возмутятся, что титул достался простому подростку без заслуг. Но больше всего её пугала мысль о лишнем внимании. С губ невольно сорвалось:

— Не хочу…

Её голос дрогнул, и она опустилась на пол, обхватив колени руками.

— Майя…

С болью произнёс Реджи. Сердце сжалось от её вида.

— Я так и думал, что ты не обрадуешься.

Девушка молчала, упрямо глядя в пол. Принц присел рядом и осторожно попытался подбодрить её:

— Послушай, всё будет хорошо. Этот день должен стать счастливым! Может, мне поговорить с отцом? Мы найдём какой-нибудь другой вариант, чтобы ты смогла поехать с нами…

Наконец Майя подняла глаза, выдав всё своё беспокойство:

— Во-первых, сомневаюсь, что твой отец вообще станет слушать какие-то другие предложения!

Реджи сконфуженно потёр затылок:

— Ну… да. Ты права.

Майя продолжила, выплескивая накопившиеся страхи:

— Во-вторых, этот день станет кошмаром! Все будут пялиться на меня, как на диковинного зверька в зоопарке. Я уверена, из-за меня у вас начнутся проблемы!

Реджинальд положил руку ей на плечо и наклонился, заглядывая в глаза:

— Плевать на всех! Если отец решил, значит, так и будет. Никаких проблем не будет. И знаешь… теперь мы будем родственниками. Разве это не здорово?

Майя на мгновение взглянула на него, всё ещё не расцепляя рук. Эти слова немного успокоили её.

— Ну… да… Это хорошо.

Тихо согласилась она. Принц обнял её за плечи и широко улыбнулся:

— Вот именно! Так что не переживай. Завтрашний день пройдёт, и всё останется как прежде.

Его уверенность понемногу передалась Майе. Остался лишь лёгкий осадок тревоги, но стало легче от мысли, что он будет рядом до самого конца. Она робко улыбнулась в ответ.

После этой новости Майя не могла уснуть до самого утра. Мысли крутились в голове, как вихрь. Она ворочалась, натягивала одеяло на голову, пыталась считать звёзды в окне - всё напрасно. Сон не шёл.

На следующий день её разбудили пронзительные голоса горничных. Девушку облепили со всех сторон, осыпая вниманием, от которого хотелось спрятаться. Целая армия служанок суетилась вокруг, делая с ней всё, что только можно вообразить: ванны с душистыми целебными травами, десять разных масок для лица, каждая ароматнее предыдущей, подбор платья из тысячи роскошных вариантов… И, конечно, причёска - без неё никуда.

Горничные выбрали для неё изысканное золотое платье с чёрными акцентами. Короткие пышные рукава из чёрной органзы контрастировали с длинным подолом из золотой ткани, переливающейся на свету. Талию украшала атласная чёрная лента, завязанная аккуратным бантом. Волосы Майи собрали в пышную косу, вплели в неё золотые цветы так, что они мерцали при каждом движении.

Чем быстрее суетились горничные, тем сильнее сжималось сердце Майи. Ладони вспотели, дыхание стало прерывистым. С каждой секундой ей казалось, что вот-вот потеряет сознание.

И наконец настал тот самый миг. Майю, словно драгоценный сосуд, бережно привели к центральной площади, в главную башню замка - туда, где должна была состояться демонстрация императорской семьи.

Первым, кого она увидела, был Реджинальд. Он выглядел безупречно в элегантном чёрно‑синем костюме: чёрные штаны, синяя рубашка с жабо, чёрная жилетка с мерцающими синими узорами и чёрная пелерина, небрежно наброшенная на одно плечо.

Реджи подошёл к ней, держа руки в карманах, и сказал:

— Красиво выглядишь.

Майя, всё ещё оглушённая происходящим, бросила на него ироничный взгляд:

— Ты тоже. Как раз для моих похорон. Хе… Хе‑хе…

Реджинальд не сдержал смешка:

— Пф! Пошли, пора начинать.

Он подал ей руку в тёмно‑синей перчатке. Майя осторожно положила свою ладонь на его, и принц нежно, но уверенно сжал её пальцы, ведя девушку в комнату, где их уже ждали Эльбрус и Мизерия.

Эльбрус был в строгом чёрно‑золотом костюме. Чёрные штаны с едва заметными золотыми линиями. Золотая атласная накидка струилась за его спиной. Белая рубашка с жабо украшена двумя большими сапфирами в золотой оправе, сверкающими на груди. Чёрная жилетка с золотыми узорами и U‑образным вырезом была застёгнута на четыре пуговицы, каждая была с сапфировой инкрустацией. Завершали образ дорогие туфли из чёрной кожи, идеально сидящие на ногах.

Мизерия выбрала для этого дня длинное тёмно‑синее бархатное платье без рукавов. Оно облегало фигуру, подчёркивая изящество силуэта. Платье украшала аппликация из белого золота, создающая ощущение мерцающей паутины роскоши. Волосы Мизерии были собраны в высокую причёску, украшенную золотыми заколками, сверкающими при каждом повороте головы. Изящные серьги с сапфирами гармонировали с украшениями на рубашке Эльбруса.

Родители Реджинальда встретили Майю взглядом, в котором смешались тепло и строгость. Не дожидаясь, пока молодые люди подойдут ближе, они направились к балкону, где на площади уже толпились жители, встречая императора и его жену громкими аплодисментами.

Через минуту шум стих, и Эльбрус начал произносить речь.

А в это время Реджинальд пытался подбодрить Майю. По ней было видно, что она вот-вот провалится сквозь землю. Лицо девушки выражало смесь страха и смущения, а пальцы нервно теребили край платья.

— Ты так сильно переживаешь?

Спросил принц. Она медленно повернула голову и посмотрела на него. Взгляд был пустым, почти мёртвым, лишь в уголках губ дрогнула жалкая улыбочка.

— Видать, сильно…

Пробормотал Реджи, отвечая сам себе. Майя отвернулась, уставившись в пол. Принц легонько толкнул её локтем:

— Не переживай. Тебе просто диадему оденут, помашешь ручкой и всё.

Он улыбнулся ей, но Майя даже не взглянула в ответ. Вместо этого она тихо спросила:

— Как так вышло, что теперь я принцесса? Я собиралась прожить славную, тихую жизнь с тобой, Молохом и Норой… А теперь обо мне узнает весь мир…

Её голос звучал приглушённо, брови нахмурились, словно она чувствовала, как у неё отбирают что-то важное - ту самую тихую, незаметную жизнь, о которой она мечтала.

Реджи нежно обнял её за плечо:

— Забудь об этом титуле. Теперь ты моя младшая сестра.

Майя подняла на него глаза. В них блестели слёзы.

— Но ты и так уже был для меня семьёй… Уа-а!

Парень вздрогнул:

— А ну-ка!

Он шутливо щёлкнул её по лбу и строго сказал:

— Не плачь. Тебе ещё выходить на публику.

Майя обиженно потёрла лоб, но в этот момент Эльбрус и Мизерия обернулись к ним, давая сигнал, что пора выходить.

Реджи слегка потряс её за плечо и выдал подбадривающую фразу:

— Ну всё, давай. Яичники в кулак и пошли!

Не дав ей времени осмыслить сказанное, он взял её за руку и повёл на балкон. Майя встала по левую сторону от Эльбруса, Реджи справа от неё. Толпа взорвалась ликованием, и сердце девушки забилось так часто, что, казалось, выскочит из груди в этот же миг. Ладони стали влажными, колени чуть подрагивали.

Эльбрус повернулся к ней. Майя растерянно выпрямилась, вся напряглась, как струна. Слуги преподнесли императору подушку, на которой лежала золотая диадема, усыпанная сверкающими алмазами.

Император аккуратно взял диадему и надел её на голову Майи. Толпа разразилась ещё более громкими овациями, и девушку накрыла волна тревоги.

Но тут Эльбрус слегка улыбнулся. Впервые она увидела на его лице не каменную маску, а что-то тёплое. Он положил руку ей на плечо, и вместе они повернулись к людям.

Майя посмотрела вниз - на море лиц, радостно приветствующих императорскую семью. Праздник был посвящён не ей, а всей Синкейской империи. Но сейчас внимание было приковано к ней.

В голове зазвучали тревожные мысли: «Почему они так счастливы? Конечно, они рады видеть императорскую семью… Но разве я действительно её часть? Может, из-за меня у них начнутся проблемы?»

Она повернула голову к Реджинальду. Тот махал народу с сияющим лицом. Почувствовав её взгляд, он слегка повернул голову и легонько подтолкнул её руку.

Майя нерешительно подняла ладонь и начала махать, стараясь скрыть волнение. Снова посмотрела на толпу.

«Может, им всё равно, кто перед ними? Если так, то волноваться не о чем. Да и потом… Меня же не заставят постоянно мозолить им глаза! Дальше я смогу жить обычной жизнью, как и говорил Реджи».

Постепенно напряжение отступило. Майя расправила плечи и стала махать увереннее. Она решила просто наслаждаться праздником, отгоняя дурные мысли. Это был первый раз за долгое время, когда она вышла за пределы замка. И пусть вокруг было столько незнакомых лиц - ей хотелось запомнить этот день.

Весь день на неё смотрели так же восторженно, как на Реджинальда и его родителей. Лишь изредка кто-то бросал косой взгляд, но Эльбрус своим властным, почти угрожающим взглядом мгновенно пресекал любые сомнения.

Это был чудесный день. Он помог Майе отвлечься от серых будней в стенах замка и почувствовать себя не просто девочкой, запертой в четырёх стенах, а частью чего-то настоящего - семьи, праздника, империи.