На следующий день после нападения Заговора Скарлетт снова шагала по коридорам поместья, чтобы принять ещё одного внезапного посетителя.

В последнее время они как-то зачастили.

И, хотя сейчас было не лучшее время для приёма гостей, эту персону она просто не могла игнорировать.

В поместье творился полный хаос. Скарлетт была благодарна за то, что оказалась основной целью адептов Заговора, из-за чего большая часть персонала отделалась лёгким испугом. Двое стражников получили травмы головы, но Роза их подлатала настолько, что через неделю они смогут вернуться к исполнению своих обязанностей.

А вот рана, полученная Гарсайдом в ходе боя с Рийей, была весьма серьёзной. Ночью и утром Роза сделала всё, что могла, но, очевидно, старик переносил лечение куда тяжелее, чем обычно. В конце концов, топор рассёк ему плечо до самой кости. Рука не была отделена от тела, но в настоящий момент не функционировала, и дворецкому требовалось ещё какое-то время на восстановление. Позже Скарлетт собиралась проверить, доступны ли ей иные способы лечения.

Само поместье тоже пережило штурм не слишком хорошо. Больше всего пострадал двор – от фонтана и его окружения остались лишь обломки, а все клумбы были либо сожжены, либо вытоптаны. Фасад, обращённый во двор, тоже понёс заметный ущерб, равно как и коридоры восточного крыла, в которых Гарсайд и Финн сражались с нарушителями.

У баронессы мурашки по спине бежали от одной лишь мысли о стоимости ремонта. Это место просто обязано быть самым ценным имуществом в распоряжении семьи Хартфорд. У Эвелин, конечно, будет истерика, когда она об этом узнает.

А Скарлетт придётся удвоить усилия, чтобы покрыть убытки.

Не могла же она отослать счёт за ремонт в представительство Священного Заговора.

С другой стороны, она может считать себя удачливой уже потому, что всё ещё ходит по этой земле. Заключая сделку со Священным Заговором, Скарлетт сделала рискованную ставку. Ставку на то, что Удильщик в настоящий момент спал.

Удильщик был стар. Настолько стар, что обычные люди столько не живут. У него имелся свой способ поддержания жизни, и в качестве побочного эффекта он был вынужден время от времени впадать в длительную спячку – примерно месячную. В игре это происходило в начале и конце определённых квестовых цепочек. Скарлетт слышала, что иногда Удильщик спал намного дольше, но, вероятно, это было ещё до начала сюжета игры.

Скарлетт не знала, находился ли он в спячке в данный момент времени – лишь догадывалась по косвенным признакам. Поэтому план и не был надёжным. Но в текущей ситуации это была лучшая альтернатива из доступных. Обычно Священный Заговор не сдерживался, когда действовал против таких людей, как Скарлетт. С помощью Удильщика они всё равно могли заполучить любую информацию, которую хотели. Но этот вариант не был доступен, когда Удильщик спал. Поэтому им нужно было либо похитить её, рассчитывая выведать информацию силой, либо пойти на компромисс и заключить сделку, которая гарантированно даст им желаемое.

В данном случае Печать Тайнниса была тесно связана с серией нападений по всей империи. Сама печать была разделена на 3 части. Одна из них, должно быть, уже хранилась у Заговора. Вторую в игре находил игрок, а затем передавал той фракции, с которой желал выстраивать отношения. Третья тоже могла быть найдена игроком, но технически она находилась в руках определённой личности, чьи цели были прямо противоположны целям Удильщика. Заговор, однако, об этом не знал – он знал лишь то, что эта личность тоже ищет фрагменты. И Скарлетт решила воспользоваться этой гонкой за обладание Печатью, чтобы вынудить офицеров Заговора принять её предложение.

Конечно, ей с самого начала пришлось выдать расположение второй части, чтобы с ней хотя бы захотели разговаривать. Но это было приемлемо, поскольку позволяло выиграть немного времени. Также она убедила Заговор, что способна принести третью часть, если они согласятся на договор и вычеркнут её из списка целей. После этого Рийя и её подчинённые припугнули Скарлетт, чтобы та не попыталась ничего выкинуть, пообещали вскоре встретиться вновь и ушли.

По крайней мере, они достаточно чтили своих павших, чтобы забрать с собой все трупы. Хотя Скарлетт была бы в лучшем настроении, если бы трофейное снаряжение не ушло у неё прямо из-под носа.

В целом, переговоры прошли достаточно беспорядочно. Скарлетт несколько раз почти сорвалась – во-первых, потому что это была крайне зла из-за нападения, а во-вторых, потому что слишком уж сильно давило осознание того, что любой неверный шаг мог привести к смерти. Причём не только к её собственной, но и к смерти всего её окружения. А ещё Скарлетт отчётливо догадывалась, как она выглядит, когда посреди ночи стоит посреди разрушенного двора в пижаме.

И ей удалось купить, пожалуй, несколько недель мира. Либо до пробуждения Удильщика, либо до момента, когда адепты добудут вторую часть Печати (за которой им нужно будет прогуляться аж до Беспокойных степей, а потом обратно) и потребуют принести третью.

И Скарлетт ни на секунду не приходила в голову мысль, что Заговор действительно сдержит своё слово, собрав все три фрагмента. У них буквально не было для этого причин.

Впрочем, шут с ними. Они напали на неё в её собственном доме, поэтому пусть теперь не ждут, что она спустит всё на тормозах.

Она ничего этого не хотела. Но теперь, когда адепты заставили её погрузиться в происходящее с головой, им придётся иметь дело с последствиями. И всё пройдёт совершенно не так, как они того бы хотели.

Когда Скарлетт достигла приёмной, гостья спокойно ожидала её на одном из диванов. На ней было длинное белое платье с подвёрнутым воротником, прямые тёмные волосы свободно ниспадали на спину, а на золотом кольце, которое крепилось к поясу, висел толстый том. Кожа её была загорелой – такую редко можно наблюдать в восточных частях империи. Вокруг глаз женщины виднелись первые признаки морщин. Но, хотя выглядела она так, словно проживала конец четвёртого десятка, Скарлетт знала, что в действительности она была как минимум на 10 лет старше.

- Вы, должно быть, баронесса Скарлетт Хартфорд, - женщина подняла на Скарлетт пару ясных карих глаз.

Скарлетт подошла и села напротив посетительницы.

- Да. А вы, я полагаю, домина мастер-доцент гранд-волшебница Адалиция Менденхолл?

- Да, но Адалиции будет достаточно, - женщина слегка улыбнулась. – В наши дни лишь упрямые старые маги кичатся своими титулами.

-…Вот как.

Значит, 15 минут, которые потребовались, чтобы запомнить титул, были потрачены впустую.

-Извиняюсь, кажется, мои слуги оплошали, - Скарлетт кинула взгляд на пустой стол. – Желаете чая или ещё чего-нибудь?

- Нет, всё нормально. Это мне следует извиниться, - Адалиция аккуратно покачала головой. – Я понимаю, что мой визит достаточно внезапен. И, кажется, недавно случилось что-то серьёзное. Когда я направлялась к особняку, мне казалось, что я иду по полю боя.

- К несчастью, прошлой ночью случился досадный инцидент – кое-какие агрессивные личности решили взять мой дом штурмом. Очевидно, это было возмездие за тот случай, когда я помогла графу Контли разобраться с местным криминалом. К счастью, мы успешно их отогнали, а полученные раны, в основном, поддаются лечению. Однако на то, чтобы восстановить повреждённое поместье, потребуется время.

- Рада слышать, что никто не погиб, - Адалиция состроила сочувственное лицо. – Я бы перенесла визит на другое время, если бы могла, но, увы, у меня в самом разгаре важная работа на Вздымающемся острове. Я воспользовалась помощью знакомого, чтобы временно оказаться здесь, но нам нужно будет вернуться так быстро, как только возможно.

- Знакомого? – изогнула бровь Скарлетт. – Способного так легко переместить вас из Фрейбрука на Вздымающийся остров?

Адалиция хихикнула.

- Я бы не назвала процесс таким уж лёгким. Он архиволшебник из Ассамблеи Аструм, и ему было весьма интересно, какие дела заставили меня сюда прибыть. Не думаю, что он оценит, если я буду молчать слишком долго.

- Если это один из архиволшебников Ассамблеи Аструм, не может ли это быть архиволшебник Айнсворт?

В настоящий момент в Ассамблее Аструм было два архиволшебника. А если учесть, что телепортация относилась к магии школы аэромантии, под описание подходил только один из них. Айнсворт был относительно приятным (по меркам Аструма) собеседником и выдавал несколько квестов из сюжетной линии Ассамблеи.

- Да, - кивнула Адалиция. – Вы хорошо знакомы с магическим обществом?

- Не назову себя экспертом в этом вопросе, но несколько наиболее влиятельных имён знаю.

- Как минимум, вы знаете меня. Не ожидала, что я волную кого-то из аристократов, - улыбнулась Адалиция. – Так почему же вы искали именно меня? Я знаю многих, кто был бы заинтересован в таком предложении, как ваше, и некоторые из них, пожалуй, даже лучше подходят для чего-то подобного.

- На то есть множество причин. Например, насколько я слышала, и ваша личность, и ваши способности хорошо сочетаются с тем, что я ищу. Я не сомневаюсь, что есть множество не менее полезных личностей, но мало у кого из них такая же безупречная репутация.

Среди всех могущественных магов игры эта женщина, пожалуй, была ближе всех к «чисто доброму» мировоззрению. И если учесть, что Скарлетт планировала наладить продолжительное сотрудничество, Адалиция подходила ей просто идеально.

- Кроме того, по личным причинам я не хочу сверх необходимого вмешиваться в дела Ассамблеи, - продолжила Скарлетт. – А с магами Вздымающегося острова, как вы, разумеется, знаете, имперским дворянам вроде меня взаимодействовать непросто.

Империя и Вздымающийся остров уже больше века не питали враждебности друг к другу, но некоторая конкуренция между ними всё равно существовала. Они были влиятельными игроками международного уровня и при этом соседями. Скарлетт знала, что Эвелин пыталась связаться с магами Вздымающегося острова по поводу зуверианских руин, но не знала, чем это обернулось.

- А среди магических башен лучшей альтернативой кажется башня Элистеда. Хотя не могу сказать, что моё прошлое взаимодействие с ней хорошо закончилось.

- Ваше прошлое взаимодействие? – Адалиция в замешательстве взглянула на неё.

- Да, - баронесса нахмурилась, вспоминая то событие. – Несколько недель назад я встретилась с вице-деканом Руоли, намереваясь сделать ему такое же предложение. Всё закончилось тем, что он запретил мне появляться на территории башни ещё до того, как мы смогли перейти к предметному разговору.

-…Что? – волшебница несколько раз моргнула.

- Он запретил мне лично взаимодействовать с башней Элистеда и появляться на территории.

Адалиция уставилась на неё:

- Могу я спросить, почему?

- Хотела бы я знать. Увы, он не удосужился предоставить объяснение, - Скарлетт скрестила руки на груди. – В обмен на часть информации, которая у меня имелась, я попросила его помощи в определённом вопросе. Вместо того чтобы просто отказаться, он, видимо, сделал вывод, что не может позволить мне обсуждать эту тему в его присутствии.

- И о чём же конкретно шла речь?

- Этим я поделиться не могу, - Скарлетт секунду просто рассматривала женщину. – Не то чтобы это сейчас имело значение. Я уже разобралась с этой проблемой иными методами.

Не было смысла рисковать получить такую же реакцию от Адалиции.

- И он никак не объяснил свои действия? – волшебница сдвинула брови. – Роули может быть грубоват, но редко действует без причины.

- Нет, никак. Он лишь пообещал, что сделает вид, будто этой беседы никогда не происходило. Вот и всё. Но, как я уже сказала, это уже неважно. Больше его помощь мне не требуется. А вот ваша не помешала бы.

Адалиция кинула на неё долгий взгляд, словно пустилась в размышления.

Скарлетт не знала, о чём думает гостья. В зависимости от того, что ей было известно, она могла испытывать по отношению к Скарлетт самые разные чувства – от симпатии до недоверия. В конце концов, Адалиция была доброй, а вот изначальная Скарлетт – нет.

С другой стороны, прежняя Скарлетт довольно умело поддерживала хорошую репутацию среди определённых групп. Возможно, Адалиция ничего плохого о ней вообще не слышала. Скарлетт понятия не имела, насколько далеко простираются дурные слухи о ней.

- Я постараюсь узнать получше, что могло послужить причиной, когда вернусь в башню, - сказала Адалиция. – А пока что не следует ли нам перейти к сути?

- Хорошо, - сказала Скарлетт, - тогда скажу прямо. В ближайшем будущем мне потребуется сведущий в вопросах магии союзник, на которого можно положиться. Тот, чьё слово будет иметь вес в Ассамблее Аструм, и кто сможет не только помочь мне с продолжением исследований, но и защитить от алчности членов Ассамблеи и различных магических башен. В обмен, как, наверное, сестра рассказала в письме, я поделюсь частью знаний о зуверианских руинах и иных стоящих внимания местах. Вплоть до местоположения изначальных заклинаний.

При упоминании изначальных заклинаний Адалиция слегка удивилась, но не более того. У Скарлетт возникло ощущение, что женщина немного сомневается в её словах.

- Заклинаний. Не заклинания. Вы говорите, что вам известно больше одного?

- Это верно.

Волшебница несколько секунд тихо её изучала.

- Баронесса. Надеюсь, я не нарушаю никакого соглашения, о котором не знаю, но это звучит нелепо.

- Могу себе представить. Но это истина. Если вы находите, что моим словам трудно поверить, я могу предоставить более весомые доказательства, дайте только срок. Уверяю вас, я предельно серьёзна.

-…Вице-декану вы рассказали то же самое?

- Нет, я упомянула при нём существование лишь одного изначального заклинания. Я не видела смысла делиться деталями до начала настоящего обсуждения.

- И он вам поверил?

- Очевидно, идея понравилась ему достаточно, чтобы начать разговор. Конечно, это произошло до того, как он меня выкинул, - к концу фразы раздражение в голосе Скарлетт всё же стало заметным.

- Не уверена, что могло заставить его так поступить, если он действительно вам поверил.

- Для меня это тоже загадка. Впрочем, проясню сразу: хотя в результате исследования мне стало известно местонахождение нескольких изначальных заклинаний, среди них нет ни одного, которое было бы легко заполучить. Для каждого нужна серьёзная подготовка; возможно, придётся рисковать своей жизнью. Хотя не думаю, что это остановит такого мага, как вы. В частности, могу рассказать, что, по крайней мере, одно заклинание, о котором я узнала, относится к школе люмомантии. В некоторых записях, которые я обнаружила, также упомянуты несколько многообещающих артефактов. Думаю, они тоже вас заинтересуют.

Улыбка на лице Адалиции стала почти материнской.

- Должна сказать, это определённо интересно. Даже если ваши слова звучат немного абсурдно, вы явно знаете, как меня заинтриговать.

- У меня есть привычка готовиться, прежде чем начинать подобные переговоры, - ответила Скарлетт. – Особенно важно узнать тех, с кем я намереваюсь сотрудничать.

- Какой мудрый взгляд на жизнь, - Адалиция посмотрела ей в глаза. – Но, прежде чем я скажу что-нибудь о самом предложении, могу я задать несколько вопросов?

- Разумеется.

- Вы несколько раз упоминали исследования. Я бы хотела узнать конкретнее, о чём речь. Вы сами провели эту работу? Она и привела вас к обнаружению зуверианских руин в окрестностях Фрейбрука?

- Частично это моя собственная работа, да. Но она основана на заметках, оставленных моими предками, которые, видимо, сильно интересовались этой проблемой. Изначально это было лишь собрание старых легенд и сказок, в которых встречались отсылки на уже известные руины. Это и помогло мне отыскать руины неподалёку. Они были спрятаны под древней каменной формацией, а скрытый вход открывался с помощью головоломки.

- Обычное дело для зуверианских руин, - кивнула посетительница.

- Затем я провела перекрёстный анализ того, что удалось обнаружить в руинах, с другими доступными мне источниками, и вычислила иные скрытые руины. Сейчас моё понимание этой сети достаточно полное, чтобы определить точное местонахождение нескольких из них и приблизительное – многих других.

- Могу ли я взглянуть на этот материал?

- Боюсь, нет, - помотала головой Скарлетт. – Ни у кого, кроме меня, доступа к нему не будет, и это не обсуждается.

- Но в таком случае будет трудно определить надёжность источника. Найти одну гробницу – далеко не революционное достижение.

- Может, и так, но мне ценность этого источника отлично известна, - Скарлетт на секунду задумалась, стоит ли продолжать. – И я уже посетила некоторые из этих мест.

- Лично вы?

- Да. Я не объявляла об этом публично, однако на прошлой неделе заглядывала на заброшенный аванпост зуверов. Вскоре будут и иные находки.

- Аванпост? Такой же, как рядом с Покоящимся Оком?

- Именно.

Покоящееся Око – огромный вулкан посреди не менее огромного озера – находилось на востоке. Там, как и в горах Витдаун, зуверы давным-давно разместили свой форпост.

-…Это значит, что там тоже есть печь-камень.

- Верно. Хотя рассказывать, где этот печь-камень находится, я тоже не стану.

- Почему нет? – Адалиция слегка распахнула глаза. – Это было бы ошеломительным открытием.

- Потому что он находится вне зоны влияния империи. И, если люди начнут посещать то место, это может привести к катастрофе.

А может и не привести ни к чему, кроме добавочных неудобств для Скарлетт. Хотя, строго говоря, она сказала чистую правду – если в горах Витдаун станет многолюдно, катастрофа случится, как только кто-то забредёт не в тот район.

- Стало быть, прибыль – не ваша единственная цель? – спросила волшебница.

Скарлетт помедлила. Вот, значит, как она это интерпретировала?

- Лишь до определённой степени. Некоторые другие факторы имеют более высокий приоритет.

Адалика замолчала. Скарлетт решила дать ей время подумать.

Рассматривая комнату, она обратила внимание на картины и гобелены, которые висели над некоторыми окнами. Ей, пожалуй, повезло, что эта комната, равно как и ей подобные, не пострадали ночью. Некоторые предметы обстановки здесь стоят целое состояние.

…Реально, сколько эти вещи стоят на самом деле? А продать их можно? Хотя, возможно, это было бы слишком безвкусно, учитывая, что здесь есть и откровенный антиквариат.

- Если ваши слова истинны, - сказала Адалиция, - то это интересная возможность.

Скарлетт снова повернулась к женщине.

- Если бы я решила, что это бред, меня бы здесь не было. Но, несмотря на то, что у меня есть личное мнение, я остаюсь магом башни Элистеда. Начни я работать с вами, и мои коллеги неизбежно будут так или иначе вовлечены. Если из-за вице-декана Роули возникнут сложности, я мало что смогу сделать. Его авторитет всё же выше моего.

- Полагаю, декан башни в настоящий момент отсутствует?

- Да, - вздохнула Адалиция. – И он не сказал, когда вернётся.

- Тогда предлагаю соблюдать адекватные меры предосторожности. Не думаю, что Роули начнёт создавать проблемы, пока связь с моим домом остаётся выгодной для башни Элистеда. В любом случае, я больше не намерена встречаться с ним лично.

- Значит ли это, что вы намереваетесь выдать башне Элистеда приоритет, когда речь зайдёт о продаже артефактов и открытий, сделанных в результате нашего сотрудничества?

- Это сотрудничество между нами двумя, поэтому приоритет я отдаю вам, - Скарлетт взглянула волшебнице в глаза. – А распределение того, что останется, я переложу на плечи младшей сестры. Если ваше согласие на сотрудничество зависит от того, будет ли у башни Элистеда право первоочередной покупки, уверена, мы и в этом случае сможем договориться.

- С моей стороны было бы глупо упускать подобную возможность, - улыбнулась Адалиция.

- Я так понимаю, что вы готовы принять моё предложение?

- Думаю, это зависит от того, что будет происходить дальше, но да.

Уголки губ Скарлетт поползли вверх, и она подалась вперёд.

- Раз так, позвольте мне перейти к тому, что конкретно от вас потребуется.

Час спустя Адалиция ушла, и Скарлетт направилась обратно в свой офис. Они обсудили удивительно много мелочей, касающихся этого «исследования», а также информации о древних зуверах, которой располагала Скарлетт. Она осторожничала, чтобы не выдать слишком многого, но тем для разговора всё равно было предостаточно. Видимо, интерес Адалиции к этому вопросу оказался серьёзнее, чем предполагала Скарлетт.

Баронесса порадовалась, что недавно ознакомилась с книгой про зуверов. Было ясно, что в этой теме она ориентировалась хуже волшебницы. Ну а как иначе, если у неё в голове – лишь смесь игровых знаний и того, что удалось узнать за последние несколько недель? Но Скарлетт была уверена, что всё же смогла произвести впечатление надёжной личности.

Пожалуй, энтузиазм Адалиции достиг пика, когда беседа свернула в сторону различных артефактов и зачарований, которыми славились зуверы. Адалиция специализировалась на люмомантии и внеэлементной магии, а последняя как раз чаще всего и применялась для зачарования.

В конце концов, гостья объявила, что больше задерживаться не может. Учитывая, что её ждал архиволшебник, Скарлетт не решилась протестовать, хотя ей хотелось обсудить и ещё кое-что. Уже тот факт, что настолько могущественный человек, как архиволшебник Айнсворт, согласился помочь Адалиции с такой мелкой проблемой, вполне достаточно говорил о её связях.

Однако напоследок Адалиция задала совершенно неожиданный вопрос: нет ли у Скарлетт родни среди магов Вздымающегося острова? Очевидно, гранд-волшебник с такой же фамилией обладал там определённой репутацией.

Скарлетт понятия не имела, что это за человек. На Вздымающемся острове свыше дюжины магов достигли уровня грандов, и в игре не было никакого смысла запоминать их всех. И такой ветви на семейном дереве Хартфордов она не помнила, хотя провела немало времени, рассматривая его в библиотеке особняка. Так что баронесса даже не могла сказать, родственник он ей или нет. Примерно это она и объяснила Адалиции.

Позже надо будет спросить об этом Эвелин. Если бы у их семьи была такая крепкая связь со Вздымающимся островом, Эвелин не была бы так увлечена налаживанием отношений с башнями и другими фракциями магов. Возможно, просто совпадение. Или это очень далёкая родня.

Хотя в этом случае было бы странно, оставь они прежнюю фамилию. Скарлетт знала, что большинство младших ветвей благородных домов, отделившись, спешат взять собственную фамилию и прославлять уже её. А в нынешнем поколении на семейном древе ни одной побочной ветви не наблюдалось. Скарлетт и Эвелин были единственными живыми родственниками друг для друга, по крайней мере, в пределах двух поколений.

Услышать о другом Хартфорде было странно, но прямо сейчас это ни на что не влияло. Главное, что волшебница предварительно согласилась покровительствовать ей в вопросах археологии, поэтому ноша на плечах стала чуть легче. С добавлением Адалиции в группу находки приобретут лёгкий налёт легитимности, а сама Скарлетт и её методы станут привлекать меньше внимания. А о том, что добраться до определённых локаций теперь станет намного легче, нет нужды и упоминать.

Впрочем, на горизонте всё равно маячила целая гора других проблем.

Скарлетт вынырнула из своих мыслей, когда добралась до коридора, в котором располагался вход в её офис. Молли, наклонившись, стояла рядом с окном, выходящим во двор. Кажется, она взаимодействовала с чем-то, что находилось перед окном.

А ведь ранним утром Молли была бледна как смерть. Должно быть, ночные события были слишком свежи в её памяти. Впрочем, ничего удивительного. Скарлетт узнала, что эта женщина была матерью. Когда у неё не было смен в поместье, она возвращалась домой, в город, и заботилась о двух маленьких детях. Не то чтобы у неё было на это много времени, если учесть, как часто её видно в особняке. А прошлой ночью эта горничная вполне могла расстаться с жизнью, если бы рядом не оказалось Финна.

Сколько Скарлетт платила этой женщине?

- Ох, миледи.

Когда она приблизилась, Молли подняла взгляд и поклонилась.

А Скарлетт застыла, как только заметила маленькую фигуру на подоконнике.

Это была кошка с аметистовыми глазами и угольно-чёрным мехом.

- Я… - Молли развернулась к животному. – Я нашла её гуляющей по коридорам, миледи. Не уверена, откуда она взялась и кому принадлежит, но, возможно, той гостье из магической башни…

Молли взглянула на Скарлетт полными сомнений глазами.

- Мне позвать Гилберта, чтобы он её убрал?

Широкие глаза кошки уставились прямо на Скарлетт, словно бы оценивая её.

-…Нет, в этом нет нужды. Оставь её в покое и возвращайся на свой пост. Если понадобишься, я тебя позову.

- Как пожелаете, миледи, - Молли ещё раз взглянула на кошку и направилась по направлению к своей комнате.

А Скарлетт продолжила смотреть на кошку. Надо же, время наконец-то пришло.

Кошка мяукнула, спрыгнула на пол и побежала к двери офиса. Скарлетт медленно последовала за ней, на секунду остановившись перед входом. Кошка нетерпеливо мяукнула ещё раз, словно была недовольна даже такой незначительной задержкой.

Баронесса покосилась на кошку и открыла дверь. Та быстро проскользнула внутрь. Скарлетт последовала за ней.

В другом конце офиса, за её собственным столом, спиной ко входу стоял мужчина. Перед ним на стене висела картина в массивной раме – огромная батальная сцена. На плечи мужчина накинул длинный тёмный плащ, а на его голове возвышался цилиндр. Правая рука покоилась на высокой чёрной трости.

Кошка пересекла комнату, скрылась за столом и вскоре появилась с другой стороны, а затем прыгнула и легла рядом с документами, которые Скарлетт разбирала чуть раньше.

- Приветствую, баронесса, - мужчина постучал пальцем по навершию трости, и по комнате разнёсся его величественный голос. – Я слышал, вы хотели со мной встретиться.

Её посетил Джентльмен.