Скарлетт почувствовала прилив головной боли и вяло откинулась на спинку стула. Всё это утро было до краёв наполнено стрессом.

Прямо сейчас она была в одном из офисов в столичной резиденции. Он был в основном пуст, не считая пары книжных шкафов по краям комнаты и стола перед стулом. Но прямо сейчас большего ей и не не было нужно, поэтому пустота комнаты девушку не волновала.

Бал завершился прошлой ночью, так что стресс был связан не с ним. Так-то это был не самый приятный опыт (в любом смысле слова), и единственной радостью оставалось лишь то, что ей удалось не совершить новых ошибок на самом балу. Но она не чувствовала необходимости излишне переживать о том, что уже осталось в прошлом.

Окончание дня выдалось относительно спокойным, есть принять во внимание обстоятельства. После её разговора с Леоном больше к ней никто не подходил. Когда событие подошло к концу, а гости начали расходиться, её провели обратно к карете и позволили покинуть дворец безо всяких затруднений.

Она удивилась, что Леон поднял тему развода, но не то чтобы это сильно её волновало. Для начала, она вообще не планировала выходить за него замуж. Насколько она помнила, Леон был хорошим человеком, но, по сути, оставался для неё незнакомцем, а сам был о Скарлетт весьма невысокого мнения. Если его сторона решила закончить дело таким образом – тем лучше.

Нет, текущая проблема заключалась не в этом, а в Эвелин.

Не было на текущий день большей лжи, чем утверждение, что их возвращение из дворца было комфортным. Ситуация вышла… в лучшем случае, неловкая. Скарлетт ожидала, что Эвелин сорвётся на неё по поводу произошедшего на церемонии, но вместо этого младшая Хартфорд молчала всю дорогу назад.

И Скарлетт не знала, как это понимать.

Несмотря на события предыдущего дня, она смогла спокойно поспать ночью, но утром это уже не имело значения. За завтраком Эвелин не было. Скарлетт догадывалась, что для сестёр это было обычным делом, однако сегодня отсутствие Эвелин было вдвое заметнее. Она ведь потратила немало времени, пытаясь придумать, что именно должна сказать сестре.

Чтобы немного отвлечься, Скарлетт полезла в [Сумку Юхама] и составила список всего, что удалось принести с луга Темисбрук. Но это заняло лишь пару часов.

Затем она начала перелистывать маленькую красную книжечку, смотреть в собственные заметки и прикидывать, какие планы могут пойти под откос из-за того, что случилось на Райской проповеди. Увы, она очень плохо понимала, какие отдалённые последствия это может вызвать, поэтому была серьёзно ограничена в своих выводах.

Была и хорошая новость: система, очевидно, посчитала Райскую проповедь квестом, чего определённо не было в игре, и отсыпала за неё 5 очков навыков. Это означало, что в распоряжении Скарлетт накопилось 12 очков – достаточно, чтобы улучшить [Гидрокинез] до [Продвинутого гидрокинеза]. Прямо сейчас применение этого навыка было ограниченным. Но она помнила, как сильно возросла эффективность пирокинеза после улучшения, поэтому возлагала большие надежды и на его аналог.

Внимание Скарлетт привлёк стук в дверь.

- Войдите, - равнодушно сказала она.

Дверь открылась. Одна из служанок – женщина с чёрными волосами, чьего имени Скарлетт не знала – вошла и сделала реверанс.

- Миледи, мы получили ответ из резиденции Тинделлов.

Скарлетт вскинула бровь. Это был быстрый ответ. Она ведь попросила слуг отправить письмо ранее этим же утром.

- И что они сказали?

Служанка заметно помедлила с ответом.

- Они отклонили вашу просьбу о встрече, миледи. Они утверждают, что слишком заняты участием в Фестивале Света, и у них нет времени вас принять…

Скарлетт удержалась от вздоха, когда почувствовала, как внутри побежал ручеёк раздражения.

Чёрта с два они там заняты. Не может быть, чтобы они не могли уделить ей хотя бы полчаса.

- Отправьте ещё письмо, - сказала она, - напрямую их младшему сыну. Сообщите ему, что у меня есть деловое предложение лично для него. Я гарантирую, что ему будет интересно, и что это отнимет не более 15 минут его времени.

- Поняла, миледи, - поклонилась горничная.

Скарлетт наблюдала за уходом женщины, обдумывая и этот вопрос тоже. Ей не хотелось казаться чересчур подозрительной, настаивая на немедленной встрече, но авось этого окажется достаточно, чтобы он, как минимум, согласился. Было бы неприятно откладывать исполнение планов лишь потому, что она не может даже встретиться с нужным человеком.

Она вновь обратила внимание на стол перед собой и кипу бумаг, которая там лежала. Это были заметки, в которых Скарлетт описывала предметы из подземелья. Всего вышло 11 артефактов. [Сумку Юхама (эпическую)], [Вечный цикл крови жизни (уникальный)] и [Знак фей (редкий)] она собиралась оставить себе, и это не обсуждалось. Она всё ещё не знала, что такое [Знак фей], но полагала, что он может пригодиться, когда ей в следующий раз придётся общаться с существами со Странствующего Плана.

А вот вопрос, что делать с остальными вещами, так и висел в воздухе. Она на всякий случай спросила Финна, не хочет ли он экипировать [Кулаки беспокойства (редкие)], но он не продемонстрировал особой в них заинтересованности. Возможно, она просто продаст большую часть редкого оружия, которое выпало со стражей врат.

Возможно, Шину будут интересны найденные щиты – [Бастион храбрости (редкий)] и [Бастион пасторального луга (эпический)]. Она рассматривала возможность одолжить ему один из них. Технически, щитовик работал на неё лишь временно, поэтому она не собиралась просто их дарить. В конце концов, они явно стоили немалую сумму, особенно [Бастион пасторального луга] – эпический артефакт в идеальном состоянии.

Насчёт другого эпического артефакта, [Короны лунной тени (эпической)], Скарлетт терзали сомнения. Пожалуй, она может выставить этот посох на аукцион вместе с остальным добром, но вдруг у неё получится найти ему лучшее применение, если присмотреться как следует?

А что до остальной добычи: на обратном пути из подземелья они собрали немало разных интересных растений (в основном, по настоянию Алиссы) и иных предметов. Шин, например, сказал, что крылья [Беспокойных запятнанных спрайтов] тоже могут обладать определённой ценностью, поэтому группа потратила время, чтобы собрать относительно неповреждённые. В этот момент Скарлетт пожалела, что испепелила так много крыльев своим огнём.

Она покосилась на правую руку, где носила и [Кольцо сопротивления умбре], и [Вечный цикл крови жизни]. Особенно она была довольна резным деревянным кольцом, которое блестело, будто золотое. Теперь она уже не так сильно ощущала себя ходячей мишенью. Хотя, возможно, нужно ещё поэкспериментировать с его пределами.

Так или иначе, добычи с этой «экскурсии» они принесли немало. Она, пожалуй, выручит кругленькую сумму, если сможет продать большую часть всего этого.

Конечно, это тоже было одной из проблем. У неё не было связей, чтобы продать всё это прямо сейчас. У Эвелин было намного больше знаний в этой области, и в последний раз именно она всем этим занималась. Скарлетт хотела и сейчас спихнуть всё на неё, но на сей раз остаться рядом и научиться, как это делается.

Скарлетт выглянула в окно офиса, в маленький внутренний сад. Офис Эвелин был как раз напротив.

Она не знала, в каком настроении младшая сестра пребывает прямо сейчас. Хотя нет, знала: определённо в плохом. Скарлетт на её месте точно не была бы счастлива, если бы не понимала, что происходит и почему это происходит.

Скарлетт облокотилась на стол и потёрла виски. Ключом ко всему была Эвелин. Хотя её инстинкты не хотели этого признавать, в своём нынешнем положении она сильно полагалась на эту женщину. Так что ей действительно надо разобраться с этой ситуацией, прежде чем всё станет ещё хуже. Ей нужно поговорить с Эвелин, серьёзно поговорить.

Поговорить… по-настоящему.

Хотя она думала, что всё в основном складывалось хорошо, дальше так продолжаться не могло. Это её раздражало, часть ядра личности протестующе вопила, но прошедший день более чем наглядно продемонстрировал последствия небрежности. Нужно было менять подход.

Говоря начистоту, большую часть того, чем Скарлетт занималась до сих пор, можно было отложить на потом. Ей было просто сложно заставить себя навестить Эвелин. Она уже несколько раз прокрутила в голове то, что собиралась сказать. Убедиться, что это звучит хотя бы относительно разумно. Не то чтобы это была правда, но достаточно близко к ней.

Но это всё ещё было по-настоящему тяжело.

Она вспомнила, как во время второй встречи с Эвелин заставила себя перед ней извиниться, и как плохо она себя после этого чувствовала. Злой. Уязвимой. Даже униженной. Но это…

Её трясло от одной мысли о том, что она собирается сделать. Она даже не была полностью уверена, что сможет это сделать. Но она просто обязана попытаться. Обсудить с Эвелин нужно было многое. Во-первых, Эвелин лучше всех могла объяснить конкретные последствия того, что она натворила на проповеди. Знать это было жизненно важно, чтобы лучше корректировать планы на будущее. Во-вторых, Эвелин могла придумать способ, как сладить с текущей ситуацией, не разозлив аристократию ещё сильнее. Потому что, откровенно говоря, большая часть её планов состояла в том, чтобы ломиться вперёд грубой силой, используя игровые знания. Например, главным методом заработка она считала рейды в подземелья.

Больше всего она сейчас боялась того, что пройдёт через всё это, однако сказанного окажется недостаточно, чтобы убедить Эвелин. Это будет откровенно хреновый исход. В отношениях с Эвелин, в отличие от многих других вещей, никакие известные из игры детали ей помочь не могли.

Скарлетт постучала пальцем по столу и уставилась в пустоту перед собой.

Ну, она ничего не достигнет, если просто запрётся здесь на весь день. Лучший способ снять пластырь – отодрать его.

Она отодвинула стул, встала, обошла стол и направилась к выходу.

Возможно, всё будет хорошо.