ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА:

Простите за задержку релиза. Не имел доступа в Интернет весь вчерашний день и приличную часть сегодняшнего.

_____________________________________________________________________________

Скарлетт вдумчиво взглянула на парящую в воздухе букву. Та излучала эфемерное присутствие и навевала мысли о том, чтобы ясной ночью встать под полной Луной.

- Что… здесь говорится? – неуверенным голосом спросила Скайлер.

- Я вижу тебя, - ответила Скарлетт.

- Вы можете это прочесть?

- Изначальный язык не столько читается, сколько… предполагается. Но да, - Скарлетт слегка сдвинула брови. – Слейт, она нас слышит?

- Слышит, - отозвалась Слейт.

- Очень хорошо, - Скарлетт указала глазами на Мелоди. – А она цела?

- Я отсекла все связи между Адтией и аватаром, кроме одной. Её тело испытывает меньшую нагрузку, а не большую. Нечему болеть.

- Она не шевелится.

Слейт на миг всмотрелась в Мелоди.

-…Состояние частичной диссоциации. Добровольное отгораживание от внешних стимулов, - гомункул сделала паузу. – Поправка. Её тело не повреждено. Не могу сказать то же о её психическом состоянии, которое и до этого было нестабильным.

Скайлер присела рядом с Мелоди и после недолгих колебаний нежно потянулась к ладони, закрывающей лицо, но замерла и вновь опустила руку. Перевела взгляд с Мелоди на Скарлетт, а затем – на серебристую букву, висящую перед ними. В глазах сверкнул гнев.

- Я думала, она должна быть вашим аватаром. Так-то вы с ней обходитесь?

Символ не изменился.

Скайлер обернулась к Скарлетт:

- Как мы…

Серебристая нить единым текучим движением сложилась в новую конфигурацию.

- Слейт, можешь перевести?

- Этому дитя не повезло, - ответила Подношение Доминиона.

- Не повезло?.. – Скайлер перевела взгляд с девочки на символ. – Вот, значит, как теперь это называется?

- Я понимаю твою реакцию, но сейчас, возможно, не лучшее время, чтобы отчитывать богиню.

Скарлетт выразительно посмотрела на Скайлер, прежде чем вновь сконцентрироваться на парящей нити.

На проводнике, через который в данный момент идёт разговор с божеством.

Всего несколько недель назад идея, что богиня может вот так вот взаимодействовать с Материальным Планом, балансировала на грани невозможного. Даже боги, способные общаться со смертными – например, Иттар – были сильно ограничены в этом плане. Скарлетт подозревала, что это стало возможным лишь из-за того, что она устранила судьбу.

Если бы Слейт не ограничила связь, то, наверное, Адтия говорила бы напрямую через Мелоди.

Насколько это далеко от полноценной манифестации?

- Для начала уточню, - произнесла Скарлетт, - вы Адтия, богиня Луны и ночи?

Свет исказился и замер в новой форме.

- Да, - перевела Слейт.

- Хорошо, - кивнула Скарлетт. – Тогда что вы имели в виду, говоря, что видите нас?

Нить света образовала сразу несколько букв.

- Моё дитя. Нарушающие. Вы замечены.

- Нарушающие? – Скарлетт слегка нахмурилась и покосилась на Скайлер. – Я так понимаю, вы имеете в виду нас с ней.

Ответа не последовало.

В конце концов, Скарлетт повернулась к Слейт:

- Возможно, связь потеряна?

Та помотала головой.

- Власть Адтии на Материальном Плане ограничена. Есть вероятность, что она не желает отвечать на вопросы, если ответы самоочевидны.

- Понимаю.

Скарлетт продолжила рассматривать надпись.

- Что она имела в виду под нарушающими? – в голос Скайлер просочилось раздражение.

- Сложно сказать. Зависит от перспективы, - ответила Скарлетт. – Не объясните ли, что конкретно вы имели в виду?

Этот вопрос она адресовала богине.

Парящая нить осталась абсолютно неподвижной.

- Очевидно, нет, - добавила баронесса.

Она почти ожидала этого.

Первая догадка Скарлетт – речь о том факте, что они со Скайлер обе отрицают судьбу. Но значение могло быть и шире. Например, что их действия несут в себе непропорционально большой вес. Или что они вмешиваются в некие загадочные планы, которые Адтия, возможно, строит на Мелоди.

- Слейт, - Скарлетт переключилась на гомункула, - может оценить, сколько ещё ответов может дать богиня?

Изумрудные глаза расфокусировались, словно считывая нечто невидимое.

- Нет, - наконец, сообщила Подношение Доминиона. – Надёжная оценка недоступна.

- А ненадёжная?

Девочка помолчала ещё мгновение.

- От 5 до 10 фраз.

Скарлетт медленно выдохнула. Это мало. Намного меньше, чем хотелось бы от разговора с богиней.

Она вновь окинула взглядом изначальные буквы.

- Я так понимаю, вы хотите что-то сказать своему аватару. Иначе вы бы не откликнулись на подобный зов. Как организатор сеанса связи, я могу помочь с передачей сообщения. В обмен я хочу задать три развёрнутых вопроса. Я не буду искать подтверждения. Предположу, что вы согласны.

Она внимательно посмотрела на нить, наполовину ожидая, что та немедленно сложится в символ отрицания.

Этого не произошло.

Уже хорошо. Скарлетт хотелось бы узнать многое, но самыми важными были и остаются три вещи.

- Во-первых, я в курсе, что божественные массы пришли в движение. Многие боги желают укрепить своё влияние на Материальный План. Я желаю узнать, сколько богов этим занимаются, и каковы их текущие пределы взаимодействия. Будут ли они ограничены конкретными смертными? Могут ли они вмешиваться напрямую? Могут ли частично или полностью воплощаться?

Когда слова утихли, Скарлетт принялась ждать. Лёгкий горный ветерок взъерошил её волосы.

Даже в полдень серебряное сияние перед ней приглушило солнечный свет и окрасило мир в пастельные тона, которые обычно ассоциируются с ночью. А ещё оно несло в себе такой же вес – время, кажется, растянулось, и каждая секунда стала чуть длиннее, чем должна была быть. Скарлетт сочла этот эффект впечатляющим.

Наконец, нить вновь пришла в движение.

На этот раз она сформировала более длинную последовательность символов.

- Все, - перевела Слейт. – По-разному. Старые законы ограничивают неодинаково. Некоторые могут воплотиться.

Итак, богиня согласилась ответить.

То, что все боги начали делать свои ходы, не удивило Скарлетт. Этого она и ожидала. Но вот остальная часть ответа оказалась немного сложнее для понимания.

«По-разному», скорее всего, значит, что ограничения отличаются от бога к богу. Почему законы ведут себя неоднородно? Пока неясно. Но этот вопрос может подождать. Что действительно важно – так это подтверждение, что есть боги, уже способные на манифестацию в той или иной степени.

- Далее, - сказала Скарлетт, - я желаю узнать, когда божества смогут действовать на этом Плане открыто.

Перебросившись парой слов с Яминой и чуть дольше пообщавшись с Хозяйкой, Скарлетт пришла к умозаключению, что большинство богов всё ещё прокладывает себе путь к прямому вмешательству.

Но она хотела выяснить это наверняка.

- Есть ли боги, которые уже прорвались на Материальный План? Когда остальные – включая вас – начнут действовать?

Буквы опять изменились.

- Да. Скоро, - произнесла Слейт.

Губы Скарлетт сжались в тонкую линию.

Итак, некоторые боги уже взаимодействуют с Материальным Планом так, как раньше не могли?

По крайней мере, Адтия подтвердила, что большинству богов потребуется время, чтобы полностью пересечь черту.

- Какие боги уже присутствуют? Где они вмешались? Являются ли они – или кто-то из тех, кто неизбежно за ними последует – угрозой для этого Плана и его обитателей?

Не факт, что спрашивать такое у самой богини – мудрый выбор. Адтии ведь ничего не мешает солгать. Тем не менее, Скарлетт чувствовала себя относительно уверенно. По крайней мере, в игре Адтия никогда не проявляла излишней враждебности, и этот факт, по ощущениям, остался неизменным. Маловероятно, что богиня начнёт рассказывать небылицы о своих коллегах.

Скарлетт даже показалось, что она почувствовала в парящей нити отзвук нерешительности. Такой слабый, что он мог запросто оказаться плодом воображения, особенно если учесть, что сам свет не выдал никакой очевидной реакции. После этого нить сложилась в один-единственный символ.

- Эйдолон, - перевела Слейт.

И всё.

Скарлетт нахмурилась.

Предыдущие ответы Адтии были в той или иной степени развёрнутыми. Этот – нет. Как будто одного слова должно хватить. Следует ли понимать это так, что богиня считает Эйдолона единственным божеством, напрямую взаимодействующим с Материальным Планом в настоящий момент? Или единственным, представляющим непосредственную угрозу? А ещё она, должно быть, не знает, где именно произошло вмешательство.

Тем не менее, с этим можно работать. Имя – это вектор, в направлении которого можно вести расследование, которое позволит сделать выводы самостоятельно. Да и Слейт в состоянии помочь с проблемами такого рода.

Впрочем…

Скарлетт всё-таки оказалась в лёгком замешательстве.

Она не отрицала, что её религиозные познания весьма ограничены. Скарелтт чаще имела дело с сущностями, пришедшими из-за пределов мира, например, с Джентльменом и Аномалией. А из местных богов она хорошо знала лишь Иттара, Итрис и Адтию.

А ещё она знала, что богов в мире – несколько дюжин. И это только те, чьи имена встречались ей либо в диалогах, либо в исторических и религиозных текстах.

Да, слово «Эйдолон» ей знакомо.

Баронесса замечала его и в игре, и в исторических записях, которые прочла уже после трансмиграции, пока вела свои исследования.

Одна деталь сразу же бросалась в глаза.

Эйдолон – не имя конкретного бога.

Это титул, которым владеет пара.

И, согласно имеющимся сведениям, та пара мертва.

Не в смысле, что они стали богами загробного мира, или кем-то в этом роде. Мертвы насмерть. Уничтожены в ходе Отсечения, заодно с некоторыми другими богами.

А это означает одно из двух. Либо случилось ещё одно отклонение от судьбы, о котором Скарлетт раньше и не подозревала, либо книгам нельзя доверять, когда речь заходит об Эйдолоне. Основная же проблема вот в чём: Скарлетт плохо представляет себе, кто такие Эйдолон и чего они добиваются. Поэтому и оценить, какую угрозу они представляют, весьма затруднительно.

Это слегка выбило баронессу из колеи.

Скарлетт кинула изучающий взгляд на Слейт.

Позже надо будет попробовать извлечь из девочки какую-нибудь информацию. Если Слейт ничего не знает, следующий вариант – Ямина. Этой волшебнице известно многое, о чём Скарлетт не имеет никакого представления.

Скарлетт повернулась к серебристой нити и сложила руки на груди.

Ей хотелось бы спросить о многом, но она и так запихнула много вопросов в свои три составных. Просто знать, что некоторые боги могут воплощаться, и, как минимум, один из них представляет реальную угрозу – уже хорошо.

Теперь предложение Хозяйки провести «торжество» стало более соблазнительным, чем раньше.

Хотя ещё слишком многое надо обдумать, прежде чем подписываться на что-то подобное.

Скарлетт временно отодвинула посторонние мысли прочь.

- Раз вы ответили на мои вопросы, то и я передам ваше сообщение. Что вы хотели сказать своему аватару?

Серебристый свет опять зашевелился.

- Мне требуется алтарь, - провозгласила Слейт.

Скарлетт приподняла бровь.

Вот что Адтия хотела донести до Мелоди? Что ей нужен алтарь? Звучит дёшево, учитывая, через что прошла эта женщина.

- Вы намерены воплотиться на Материальном Плане полнее, - спросила Скарлетт, - и потому нуждаетесь в якоре?

Поскольку на этом Плане Адтия была забытой богиней по любым меркам, её влияние существенно уступало почти всем остальным. Алтарь может означать многое, но якорь – самый разумный вариант. Наверное, она хочет обзавестись чем-то, что, несмотря на отсутствие верующих, поможет ей стабилизировать и укрепить своё присутствие.

Скарлетт некоторое время подождала ответа, после чего, наконец, равнодушно вздохнула.

- Я передам ей вашу просьбу. Согласится она или нет – другой вопрос. Заставлять её я не могу и не буду. Кроме того, если вы не ожидаете, что она начнёт действовать, исходя лишь из этой информации, вам потребуется поведать больше.

Богиня продолжила хранить молчание.

Адтия действительно думает, что уже сообщила достаточно? Скарлетт никак не могла с этим согласиться. Вот откуда Мелоди знать, с какой стороны подступиться к данной просьбе? Так или иначе, прямо сейчас Скарлетт не было интересно заниматься ещё и этим, когда у неё и так дел выше крыши. А ещё она не могла с уверенностью сказать, будет ли лучше, если она поможет Адтии укрепить позиции на Материальном Плане.

Она кинула беглый взгляд на Мелоди и Скайлер. Последняя уставилась в пустое пространство перед собой, а на её лице смешались раздражение и тревога.

Выходит, это задание с самого начала предназначалось не для Скарлетт.

Внезапно Мелоди зашевелилась.

Скайлер моментально переключилась на неё:

- Мел, ты в порядке?

Мелоди по-прежнему закрывала лицо обеими руками. Скарлетт показалось, что сквозь пальцы пробился какой-то звук.

- Что ты сказал? – Скайлер наклонилась ближе.

-…Сестра, - пролепетала Мелоди.

- Что?

- …Я хочу спасти… сестру.

- Ох, - распахнула глаза Скайлер.

Они со Скарлетт молча взглянули на женщину.

Свет сформировал новые изначальные символы.

- Дитя, - произнесла Слейт, - она не нуждается в спасении.

Скарлетт переключила внимание с надписи обратно на Мелоди.

Она уже пыталась донести это до Мелоди. И та, наверное, уже это поняла – по крайней мере, разумом. Но понять и принять – явно не одно и то же.

Мелоди опустила голову так низко, что почти свернулась в клубок.

-…Почему? – едва слышно спросила она.

- Судьба, - перевела Слейт спустя некоторое время.

Мелоди ничего не сказала.

А затем, безо всякого предупреждения, серебристая нить выпрямилась и юркнула обратно под мантию женщины. Ветер утих, и окружение стало таким же, как раньше. Словно никакого планарного разрыва не существовало.

- Сеанс связи завершён, - объявила Слейт.

-…Я заметила, - покосилась на неё Скарлетт.

И её взгляд упал обратно на Мелоди.

Жаль, что эта встреча, вопреки надеждам Скарлетт, не добавила ни ясности, ни комфорта.

Роза, обняв себя руками, драматично дрожала и жаловалась.

- Сколько раз мне нужно извиниться, чтобы вы простили меня и прекратили подвергать этой ледяной пытке? Что, если я потеряю пятку? Или ухо? Или – Скарлетт упаси – один из моих благословенных пальчиков?

Скарлетт ответила своей обычной тактикой – полностью проигнорировала барда. Не сводя глаз с тропы впереди, баронесса аккуратно шла по следам, оставленным Финном и остальными. Снег здесь был обманчиво глубоким, и у Скарлетт было немало шансов опозориться, если бы она незаметно не стабилизировала себя аккуратным использованием гидрокинеза.

А ведь они дошли только до предгорий – закончили свои дела в Димфросте и начали подъём. После общения с Адтией Мелоди потребовалось время, чтобы прийти в себя и обмотаться свежими бинтами, но отряд всё же выдвинулся задолго до заката. Скарлетт планировала заглянуть в Димфрост и на обратном пути, но сначала нужно сделать то, зачем группа сюда пришла.

Резкий порыв бокового ветра принёс с собой целую пелену мелкого, рассыпчатого снега. Скарлетт повернулась по ветру и призвала тепловую завесу, которая заблокировала основную массу снега, прежде чем тот обрушился на группу.

Она всю дорогу стабильно поддерживала вокруг спутников согревающую вуаль. Приятно, что теперь Скарлетт в состоянии делать это и не переживать о возможном истощении маны. Не менее приятно, что теперь ей не нужно кутаться в шесть слоёв мехов, чтобы защититься от кусачего мороза, обычного для этих мест. Прошлый поход пришёлся на лето, и он всё равно был достаточно неприятным. Да, с тех пор Скарлетт стала намного физически крепче и сильнее, но она по-прежнему предпочитала ослаблять подобный дискомфорт, когда это возможно.

Для всех, кто этого заслуживает. Вот.

Непрекращающиеся жалобы Розы проистекали из того факта, что бард, по мнению Скарлетт, в данное множество не входила.

Та выдала слишком много неприемлемо раздражающих шуток, и Скарлетт, решила, что Розе наконец-то настало время узнать: у действий иногда бывают последствия.

Баронесса не намеревалась никого «прощать», пока не доберётся до места назначения.

Остальные, пробираясь сквозь снег под защитой Скарлетт, осыпали барда смесью сочувствующих и весёлых взглядов. Скайлер, кажется, ощущала себя в этой ситуации немного неприятно. Предположительно, она до того неловко чувствовала себя рядом со Скарлетт и Розой, что даже не знала, как реагировать на их ссору.

Даже несмотря на то, что ссоры, как таковой, не было.

В конце концов, Скарлетт просто решила преподать кое-кому урок о принципах причинности.

Наконец, группа достигла скалистого выступа, где каменная гряда под ногами соединялась с другим, более низким пиком вдали. Скарлетт хватило одного беглого взгляда вниз по склону, чтобы мышцы лица окаменели. Воспоминания о прошлом визите всплыли на поверхность разума.

Тогда Финн взял её на руки и спрыгнул вниз без предупреждения. Это, без преувеличения, был один из самых страшных моментов за всё время жизни Скарлетт в новом мире. Чувство свободного падения и подступающий к горлу желудок – это только на американских горках весело, а вот в реальном походе они воспринимаются совсем иначе.

Скарлетт поспешила призвать [Атам ткачихи вечного огня], прежде чем кому-то придёт в голову похожая идея, высунулась за край и всмотрелась в склон. Заметив узкую расщелину внизу, баронесса открыла туда портал и без лишних церемоний зашла в него. Остальные последовали за ней.

Появились они в тесной пещере, где со всех сторон давил холодный камень. В глубине стоял потрёпанный каменный обелиск.

Скарлетт подошла к нему и положила ладонь на поверхность.

Мир стал белым.

Мгновением позже она очутилась на широкой платформе, вырезанной в горном склоне. Впереди – до самого горизонта – простирались бесчисленные бледные вершины. Меж ними зияли глубокие, наполненные снегом ущелья.

Вокруг один за другим начали появляться компаньоны. Скайлер и Регина замерли, чтобы оценить вид. На их лицах явственно читалось восхищение. Овет, кажется, куда сильнее заинтересовался чем-то вдалеке – его взгляд словно прикипел к точке, которую заметил лишь он один. Мелоди притихла – ушла в себя после произошедшего. Нол`виз и Карнведейн так и не включились в разговор. В результате беседу поддерживала только группа Скарлетт.

Печь-камень был уже близко. Как только они до него доберутся, группа Скайлер отправится своей дорогой.

И тогда настанет время для испытания Финна.