Какое-то время они обе молчали.

Приглушённый свет свечей освещал офис. Скарлетт положила ладони на стол и позволила пальцам расслаблено касаться древесины.

Роза натянула шаль ещё сильнее.

- Ты выглядишь утомлённой, - наконец, произнесла баронесса.

Ответная улыбка была кривой и усталой, но со следами обычного ехидства Розы.

- Пытаетесь выкрутиться, ха? Если вы скажете, что я выгляжу так, что краше в гроб кладут, мы разойдёмся и подождём следующего раза?

Скарлетт всерьёз задумалась.

-…Мы всё ещё можем так и поступить.

Улыбка Розы стала тоньше и спокойнее.

- Нет, - бард слегка тряхнула головой. – Давайте не… давать вещам время на то, чтобы ускользнуть из разума.

Она откинулась на спинку, устремила взгляд в потолок. Одна рука освободилась из шали и начала дёргать и крутить ниточку, выбившуюся из плетения.

- Знаете, я, типа, словила паническую атаку, когда только что проснулась у себя в комнате.

Скарлетт замерла. В этих словах содержалось больше веса, чем можно было бы предположить по лицу Розы.

- Я… понимаю. Насколько серьёзную?

Женщина беспомощно дёрнула пальцами.

- Это был один из тех моментов, когда грудная клетка внезапно превращается в сундук, ключ от которого вы забыли, и вы пытаетесь вспомнить, можно ли обойтись без воздуха. В общем, бывало и хуже.

-…Мне следовало лучше подготовиться к моменту, когда ты проснёшься.

- Эх. Я ведь справилась, - женщина покрутила край шали между большим и указательным пальцами. – Просто… на минуту мне показалось, что я снова там. В океане света и всего такого.

- Как долго ты там пробыла? – спустя какое-то время спросила Скарлетт.

Роза вяло пожала плечами.

- Трудно сказать. Дни. Недели. Ну вы понимаете. Время обладает чувством юмора, и это был один из тех случаев, когда мне никто не объяснил, в чём соль шутки.

На лица барда мелькнула небольшая ухмылка, которая быстро угасла.

- Немало. Возможно… - её глаза всмотрелись в нечто невидимое на потолке, -…больше года, думаю. В том месте.

Скарлетт стиснула кулаки. Провести год в ловушке, когда тебя кидают между видениями и тенями реальностей, а ты даже не понимаешь, что происходит. И этого бы не случилось, будь она расторопнее.

- Прости.

Губы Розы смягчились, а фиолетовые глаза вновь посмотрели на баронессу.

- Не нужно жалости. Это ведь вы вытащили меня оттуда за шкирку. Кроме того… - она выдала ещё одну блеклую ухмылку, - могу поставить деньги, что вы тоже отсидели там свой срок.

- Верно, - призналась Скарлетт. – Но для меня это было иначе. Намного более… структурировано. Я знала, что это такое и зачем мне туда нужно. И обладала определённой степенью контроля. Грань между реальным и нереальным для меня никогда не размывалась. И я провела там максимум несколько месяцев. Не думаю, что я вытерпела то же, что и ты.

Роза взглянула на неё и криво ухмыльнулась:

- Ну я же говорила – я прошла через худшее.

- Мне бы искреннее хотелось, чтобы это было не так.

Женщина не ответила. Она поправила шаль, подавила зевок, а затем позволила взгляду соскользнуть на ряды книг на полке слева.

- Те видения, которые мне являлись, - сказала она спустя некоторое время. -…Истории. Некоторые были невозможными, как сны под градусом, и едва обладали смыслом. Другие выглядели настолько знакомыми, что иногда я забывала об их нереальности. А иногда вокруг был просто свет.

Она сделала паузу на несколько секунд.

- Вы ведь знаете, что это такое, верно?

- Да, - кивнула Скарлетт.

-…И этот мир, - спросила бард, - тоже?

Скарлетт немного сузила глаза.

- Можешь истолковать, что именно ты имеешь в виду?

Бард качнула головой, взвешивая слова.

- Не знаю. Просто чувство, которое у меня возникло, когда я переживала вот это вот всё. Представьте себе клетку. Большую, сделанную с умом. Прутья стоят настолько редко, что вы их и не разглядите, если будете смотреть только вперёд. А кто-то снаружи, обладающий длинными, терпеливыми руками, продолжает подбрасывать внутрь муравьёв. Иногда незнакомых, а иногда с лицами, которые мне известны. Они ведут свои войны, крутят романы, сочиняют мифы. Хотя, по факту, всего лишь следуют по тропкам, проложенным предыдущим поколением муравьёв. Можно встряхнуть клетку. Тогда пути изменятся, и у той же игры будет иной исход. Почти как Воспоминания, о которых вы мне рассказывали, но более… одинокие. Заброшенные и печальные. И, что более важно, вовсе не ощущающиеся нереальными. Надуманными, пожалуй, но почти такими же настоящими, как это, - она повернула кисть ладонью вверх и медленно сомкнула пальцы. – Вот я и задумалась: в чём разница между мирами, которые я видела, и тем, который вокруг меня сейчас?

Такой аналогии Скарлетт не ожидала.

-…Необычная точка зрения. Но она затрагивает некоторые важные аспекты, - баронесса на миг замолчала. -…Роза, что ты думаешь о судьбе?

- Судьбе с маленькой «с»? – Роза повернулась к ней. – Обычной, смертной, о которой поют в тавернах и которую вышивают на сувенирных полотенцах?

- Да.

Женщина тихо рассмеялась себе под нос.

- Ладно. Это... хмм, - её глаза скользнули по полу и столу Скарлетт, задержавшись на кузне массивов. – Я бы сказала, что это пьеса в трёх частях. Часть первая: молодая Роза. Вы не знаете, но она была яркой, как ягодка, глупой, как ягодка, и свято верила, что всё будет хорошо, потому что она так сказала, а мир, очевидно, только и ждёт её песен. Судьба была доброй тётушкой, соткавшей платье, которое всегда идеально сидит и всегда наглажено. Если у песни трагичный финал, это лишь потому, что вы пока не нашли истинный последний куплет.

Она отогнула второй палец. Радости в голосе ощутимо поубавилось.

- Второе отделение: явилась Тоска, а вместе с ней – и кошмары. Я продолжала петь, потому что больше ничего не умела. Писала про удачу, звёзды и танец судеб. Делала вид, что я – всё та же яркая, наивная девочка, чьи слова могут создавать реальность. Но если соскрести внешний слой краски… под ним, думаю, всё сгнило. Судьба стала тётушкой, которая пришила платье к твоей коже и с улыбкой сказала, что оно мило смотрится. В тот момент я думала, что лучше бы её не было вовсе, и от всей души этого желала.

Она подняла глаза на Скарлетт и отогнула третий палец.

- Часть третья: я встретила вас.

Скарлетт не смогла удержаться и напрягла губы.

Роза это заметила, и уголки её глаз сморщились.

- После этого моё восприятие судьбы… спуталось. Если выражаться лирично – поскольку я знаю, насколько вы это обожаете – вы начали громить стены, которые я считала границами мира и судьбы. Вы ведь не из тех, кто будет вежливо ждать, пока вам сдадут хорошие карты. Вы возьмёте всю колоду, сожжёте карты, которые вам не нравятся, а затем научите стол играть по новым правилам, случайно найденным вами на прогулке. И я задумалась: а что, если хорошая судьба для меня никогда не была написана? А что, если она мне и не нужна? Возможно, ничего из этого вообще не имеет значения. Кто знает наверняка? Судьба по своей природе загадочна и абстрактна.

Скарлетт едва заметно нахмурила бровь:

-…Ты и сейчас так думаешь?

Роза посмотрела на неё ещё раз. Издала короткий, весёлый звук. Подняла остальные пальцы, пародируя жест сдачи.

- На самом деле, я солгала. Три – это красивое число. Но в самом конце закралась четвёртая часть. В конце концов, мне пришлось пересмотреть свои взгляды, когда начались странности. То Тоска обвиняет вас в отрицании Судьбы, с заглавной «С». То вы становитесь замкнутой, стоит этому слову прозвучать. То Джентльмен начинает рассуждать о судьбе – как обычно, загадками. В конце концов, даже до упрямого барда можно достучаться. Если тысячелетние изначальные демоны произносят это имя с придыханием, а наша местная баронесса стоит в центре сцены – очевидно, мы уже говорим не о сплетне из таверны.

Роза, не сводя глаз со Скарлетт, сменила позу. Кресло скрипнуло.

- В общем, у меня было время что-то заподозрить. Покрутить в голове. А иногда и… почувствовать.

Скарлетт ещё раз изучила Розу – следы утомления вокруг глаз и решимость в их глубине. Обдумала несколько возможных ответов, но отбросила их один за другим. Когда баронесса, наконец, заговорила, её голос был ровным.

- Тогда ты уже догадываешься, почему я не спешу обсуждать это с тобой. И что именно в судьбе меня расстраивает.

Роза вскинула брови.

- Я немного оскорблена. Вы думали, я не смогу сложить два и два? Это же не магическая теория высокого порядка, - она постучала пальцами друг о друга. – Это сюда, это туда, и готово.

- Я не сомневаюсь в твоей проницательности. У тебя просто нет полной информации о том, что существование судьбы означает для определённых людей на практике.

Роза, обдумав это, пожала одним плечом.

- Справедливо. Всей сводки у меня нет. Но суть я уже уловила. В конце концов, это просто судьба. Или участь. Просто… немного жёстче, чем версия из таверны, - она сощурилась, а её тон изменился. – Но вы знаете будущее. Вы его видели. Вы видели мою судьбу. Фактически, для меня изначально была вымощена дорога под откос, не так ли? Оказалось, что худшие фрагменты моей жизни не были случайностью или чьим-то сглазом. Что на меня ополчился сам мир.

Она помолчала.

-…И вы не могли придумать, как сказать мне, что больше для меня ничего не предназначено. Что мне суждено жить так, как я живу, и хлебать дерьмо полным ковшом.

Баронесса разомкнула губы – лишь затем, чтобы вновь сжать их в тонкую линию.

-…Я бы сформулировала иначе. Кое-что осталось, Роза. Больше нюансов. Но основу… ты ухватила верно, да.

Роза улыбнулась, и её улыбка выглядела пугающе искренней:

- Спасибо.

- За что? – после небольшой паузы спросила Скарлетт.

- За что, что пытаетесь подобрать нужные слова. Я уже говорила раньше, и должна повторить: до вас и ваших спутников у меня не было людей, которые бы так крепко думали обо мне. О том, что я чувствую. Не факт, что таких людей больше нигде не существует. Но во время всего этого, - она неопределённо обвела рукой камень у себя в груди, - они отчего-то даже на горизонте не мелькали. Вы, тем не менее, меня нашли. Именно меня. И показали мне пути других, готовых помочь. Отрицали судьбу направо и налево, пока, возможно, крошка этой судьбы не отпала и от меня. Если бы вы позволили, я бы благодарила вас 11 раз на дню исключительно за это.

- Одиннадцать?

- Не спрашивайте, - женщина взмахнула рукой. – Это произвольное число. Ради флёра.

- Вижу.

- В любом случае, я понимаю ваши колебания на тему того, обсуждать ли со мной эту тему. Я так поняла, что есть два типа людей. Первые услышат «возможно, всё было предрешено» и пожмут плечами, потому что абстракция скучна, а завтрак всё ещё имеет вкус завтрака. Вторые услышат это и тихо сломаются, потому что в чём тогда смысл всей этой боли и криков? – Роза сверкнула глазами. – К какому типу, по-вашему, принадлежу я?

Скарлетт на несколько секунд задумалась.

- Учитывая твоё предыдущее признание, я бы предположила, что ко второму. Ты пытаешься сказать, что я ошибаюсь?

Роза улыбнулась шире и ответила просто:

- Не-а. Я тоже паниковала. Три раза, или пять, кто их считает-то? Потеряла сон. Потеряла ещё больше сна. Навернула несколько кругов вокруг мысли «если всё прописано заранее, для чего вообще я?», когда все эти возможности только начали показываться. Ещё до того, как я узнала, что знаю, - она постучала по виску, - идея уже поселилась здесь.

- Я ни разу не заметила, - распахнула глаза Скарлетт.

Это признание оставило странный вкус на языке. Баронессе казалось, что она уже научилась лучше читать Розу.

- Простите, что уязвила ваше эго, - хихикнула бард. – Как выяснилось, кое-что я всё-таки умею скрывать.

Скарлетт набрала воздуха в грудь.

- Тогда…

- Ах, - Роза вскинула ладонь, перебивая её. - Прежде чем вы начнёте корить меня за нарушения полуобещания о большей открытости, которое я однажды дала вам, я бы хотела воспользоваться всеми расписками, которые я сберегла, когда не пыталась выцарапывать из вас ваши секреты. Это будет справедливо, верно?

Скарлетт захлопнула рот, а затем посмотрела на неё.

- Я не планировала делать тебе выговор.

Роза моргнула и опустила руку.

- Ох. Ну, раз так, могу я забрать их назад?

-…Если хочешь.

Это вызвало лёгкий смешок, который вскоре стал мягче и утих.

- Если после того, что я сказала, вы начали винить себя, то перестаньте. Всё нормально. Мы обе друг друга стоим. И смысл не в этом. Смысл в том, что я уже устроила дебаты о судьбе с самой собой, сформулировала новые положения, и теперь в добром здравии. Или, как минимум, что-то вроде этого, - Роза дёрнула уголком губ. – Какие ещё секреты, способны расколоть мир, вы держите при себе? Не могу обещать, что приму их с той же грацией. Но я определённо постараюсь.

Молчание вновь затянулось. Скарлетт поймала себя на том, что просто разглядывает шаль Розы, которая медленно поднималась и опускалась в такт дыханию.

- Ох. Если вам любопытно, - добавила женщина, словно её в голову пришло ещё кое что, - Финн относится к первому типу.

Скарлетт нахмурила брови.

- Ты обсуждала это с ним?

Роза кивнула:

- Да. Кажется, он об этом особо не задумывался. Не уверена, думал ли он вообще. Этого мальчика ничего не колышет, - она склонила голову набок. – Я попросила его не делиться этим с остальными, поэтому они, возможно, знают не так много. Возможно, знают. Я не в курсе.

- Кое-что они знают. Я провела короткий дебрифинг после того, как мы убили Судьбу. Но детальное обсуждение мы решили отложить до утра.

Роза театрально поморщилась.

- Ох. Упс. Простите, если я испортила сюрприз, - она замерла и слегка нахмурилась. – Так, а можно перелистнуть немного назад? Могу поклясться: вы только что произнесли «убили Судьбу».

- Так и есть, - опустила голову Скарлетт.

- Вы… оговорились?

- Нет.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга – никто не хотел продолжать. Наконец, Роза вздохнула и запустила пятерню в волнистые локоны.

- Итак… как вы хотите это сделать?

Баронесса выгнула бровь.

- Скарлетт, я вас знаю. Вы спросили меня, что я думаю о судьбе, чтобы потянуть время. Вы пытались понять, как выстроить повествование. Подготавливали почву для моих же вопросов о мироздании. Если бы вы не хотели рассказывать – просто закрыли бы тему, как всегда. Но вы так не поступили. Вместо этого вы колеблетесь. Жонглируете фактами. Взвешиваете, какую часть следует рассказать, а что было бы разумнее скрыть.

- Это не…

- Посмотрите мне в глаза и скажите, что я заблуждаюсь.

Скарлетт посмотрела в фиолетовые глаза с ровными зрачками, а затем прикрыла собственные и выдохнула:

-…Нет. Ты права.

- А когда я была неправа? Это одно из многих, многих моих очаровательных качеств. Даже не знаю, почему мир счёл уместным нагрузить меня таким злым роком, если я настолько восхитительна, - Роза замолчала на несколько секунд. - …Но это нормально. Я понимаю, Скарлетт. Я вижу, как сложно вам говорить о некоторых вещах. Как сложно вам доверять. Я понимаю. Как и всегда. Я не против.

Скарлетт сделала глубокий вдох, вновь открыла глаза и взглянула на барда. И сказала низким голосом:

- Нет. Ты против.

На этот раз она поняла, что Розу лжёт. Потому что в уголках её глаз блеснуло что-то влажное.

Это зрелище её шокировало. Она не могла припомнить ни единого раза, когда Роза выглядела такой обиженной.

Та поднесла руку к глазам.

-…Блин. Как стыдно, особенно после всех этих разговоров. Я всё ещё немного взбудоражена после того, как проснулась. Не обращайте внимания.

- Роза, - тихо произнесла Скарлетт.

- Просто… дайте мне секунду.

Женщина выставила ладонь перед собой, а второй вытерла слёзы, после чего прочистила глотку и слегка выпрямилась.

- Итак, вы говорили, что я права?

Скарлетт ещё какое-то время разглядывала её, а затем опустила взгляд на стол, где пальцы теребили семейный перстень Хартфордов. Она не знала, почему именно он привлёк её внимание.

-…Я осознаю, что несправедлива по отношению к тебе. И к остальным. Действительно, есть вещи, которые я думаю держать при себе, даже если полностью тебе доверяю.

- Вам реально так сложно… просто высказать? – спросила Роза. – Всё это.

- Да.

- Тогда… почему вы поступили так с Арленой?

Скарлетт рывком подняла голову и уставилась на барда.

-…Как ты?..

- Она ничего мне не говорила. Но я и сама заметила, что ваши отношения после определённого момента изменились. Это была одна из предпосылок, из-за которых я подумала, что, возможно, она ничего не забывает. И я вас не осуждаю. Если идеальная исповедница и существует, то это она.

Баронесса смотрела на неё. Слова всплывали и рушились, не достигая губ. А Роза, кажется, на мгновение растеряла всю уверенность в себе.

- Скарлетт, - голос женщины стал более заботливым. – Могу я во второй раз за время нашего знакомства повести себя немного алчно и попросить вас реально рассказать мне всё?