Изменение прошло на удивление спокойно.

О нём не возвещали свежие световые бури, и никакие массивы не развернулись над головой.

Скарлетт почувствовала лишь чёткое, дистиллированное намерение, когда судьба приняла её запрос, а гейс напрягся, пытаясь воплотить его в жизнь.

Намерение врезалось в стену – в отказ столь глубокий, словно он является часть костного мозга мироздания.

Судьба не отступила. Она надавила сильнее, потянулась глубже. Перенаправила энергию из самой себя – точнее, из бесчисленных золотых нитей. Каждая нить тихо напряглась – Скарлетт буквально костями почувствовала их упругость – и завибрировала от натуги. Их неслышимый хор огласил всё пространство.

Океан нитей пошёл рябью. Это движение получилось слишком громадным, чтобы охватить его взглядом. Далеко-далеко (настолько в этой реальности вообще применимо понятие расстояния) золото начало тускнеть. Бледность расползлась по полотну, пожирая целые участки. Словно все вероятности, заключавшиеся в них, были скормлены ради одного-единственного действия.

Механизм судьбы продолжал работать. Продолжал искать.

Бледность начала распространяться от горизонта всё ближе. Всё новые полосы плетения исчезали, когда судьба перенаправляла свет из них, чтобы ответить на гейс. Чем ближе походила граница, тем тщательнее шло извлечение – до тех пор, пока горизонта вообще не осталось. Посреди коллапсирующей бесконечности осталось лишь тонкое кольцо нитей вокруг платформы.

Оно сжималось и сжималось. Золото из его краёв утекало. Когда осталась лишь светлая лента вокруг платформы, баронесса почувствовала её вес. Требование. Но отказ так никуда не делся, и последний периметр собрался с силами.

Кольцо задрожало. Не от слабости. Оно готовилось. Скарлетт ощутила на вкус следующую вспышку до того, как увидеть её.

Лента вновь потянулась туда, докуда не смогла достать. На это последнее усилие ушли все остатки золота. Платформа повисла в идеальной, лишённой глубины темноте.

Сила, направлявшая мир с его первого рассвета, исчезла.

Скарлетт почувствовала себя почти оскорблённой из-за того, что всё произошло так быстро.

Тем не менее, она не стала расслабляться и сосредоточилась на окружающем молчании. Что же будет дальше? Сработал ли гейс? Или его намерение исчезло вместе с «поручителем»?

Длинные, растянутые секунды шли одна за другой. Ничего не происходило.

Разум затопила пустота. Гейс не сработал. Иное не придёт, потому что его нельзя привести к Скарлетт.

Какое разочарование.

Нет, она ведь намеревалась превозмочь судьбу. Цель выполнена. Чего-то большего Скарлетт по-настоящему и не ожидала.

Выходит, у неё нет права на разочарование.

Что, по сути, делает это чувство ещё более раздражающим.

Сзади раздались шаги. Скарлетт обернулась к Ямине.

- Хорошая работа, - произнесла женщина.

Скарлетт вгляделась ей в лицо. На нём читалось облегчение – с плеч волшебницы словно свалился невидимый груз. Однако полностью довольной та не выглядела.

-…Это всё? – спросила баронесса мгновение спустя.

- Вы хотели сделать что-то ещё?

- Нет. Просто всё вышло так… резко. Раз – и дело сделано.

Ямина окинула её взглядом.

-…Дело сделано, и теперь нам придётся разбираться с последствиями. Среднестатистический обыватель может не заметить пропажу судьбы, но кое-кто точно заметит. Например, боги. Я удивлюсь, если окажется, что мы только что не разозлили определённое божество сверх всякой меры.

- Вы ожидаете, что у нас будут неприятности? – нахмурилась Скарлетт.

- Возможно, - призналась Ямина. – Боги, по большей части, не покидают пределы своих Планов. Подозреваю, что судьба была одним из поводков, удерживающих их на месте. Не единственным, но всё же разумно предположить, что теперь влияние богов на Материальный План усилится.

- Понимаю.

Да, это надо будет иметь в виду. Хотя Скарлетт не знала, насколько оправданы данные опасения. Боги были так далеки, что она понятия не имела, кто из них представляет реальную угрозу. Первыми на ум приходят Иттар и Итрис. Бог Солнца – один из самых влиятельных богов на Материальном Плане, но попытается ли он покарать Скарлетт за противодействие судьбе? Неясно.

Баронесса переключилась на Слейт. Та смотрела на них обеих, не изменившись в лице. [Объединённая Вечность] в её руках была направлена в небо.

- Как ощущения? Что-нибудь не в порядке? – спросила Скарлетт.

- Нет, - помотала головой Слейт.

- Хорошо, - баронесса вновь повернулась к Ямине. – И как мы вернёмся?

- Если мы деактивируем массивы, - ответила та, - снова окажемся в башне.

- Тогда давайте так и поступим.

Ямина на секунду задержала на ней взгляд, слабо улыбнулась и направилась к своему рунному кругу. Книга заклинаний, появившаяся в её руках, открылась сама по себе.

Взгляд Скарлетт соскользнул на бесконечную темноту, которая теперь их окружала. Смотреть прямо на это чистое, абсолютное ничего оказалось неприятно. Возможно, из всего, виденного Скарлетт ранее, это зрелище ближе всего подошло к буквальной пустоте.

- Ох, баронесса, я хотела кое-что спросить, - раздался голос Ямины. – Вы сказали кое-что весьма интригующее, когда создавали гейс. Вы упомянули «Иное», не так ли?

Эти слова достигли Скарлетт одновременно с системным сообщением. Она начала читать – и замерла.

[Основной квест «Что дальше» завершён]

[Цель выполнена: принять решение]

[Награда: — ]

Но её внимание привлекло не уведомление об окончании квеста, а второе окно, появившееся сбоку.

[Любопытное решение]

[Было бы позором оставить всё вот так]

Скарлет уставилась на строчки. По её телу прошла волна странной разобщённости. В ушах зазвенело. Пульс участился.

Потребовался миг, чтобы осознать: голос Ямины исчез.

Ещё миг, чтобы осознать: вокруг больше не было ни платформы, ни массивов, ни бездны.

И ещё один, чтобы заметить, что она стоит посреди моря травы, качающейся на ветру.

Баронесса медленно повернулась.

И нашла в нескольких шагах от себя единственное бледное пятно посреди зелени: покрытый лишайником камень, на котором сидела одинокая фигура. Мужчина в простой коричневой жилетке поверх белой шерстяной рубашки. Лысый. С мягкой, капельку обвисшей кожей и тенью щетины. Над правой губой – небольшая родинка.

С таким лицом, мимо которого можно пройти на рынке и забыть его секунду спустя.

Он подался вперёд, опёрся локтем об колено и посмотрел на Скарлетт с умеренной, понимающей улыбкой.

Та продолжала разглядывать его, анализируя его совершенно обычный облик. В этой обычности было что-то знакомое. Почти как у Джентльмена, но с иным сродством.

- Что такое? Кошка утащила ваш язык? – фамильярным тоном поинтересовался он. – А я-то уже сидел здесь счастливый: спустя столько времени вы наконец-то за мной послали.

(Прим. пер.: да, я знаю, что идиома «cat got your tongue» обычно переводится как «язык проглотил», но в этой новелле мы все прекрасно понимаем, о какой именно кошке идёт речь).

Скарлетт сузила глаза, продолжая хранить молчание.

- Да ладно, разве обязательно так на меня смотреть? – мужчина выпрямился и поднял руки, словно сдался. – Я так ждал этого момента. Будет ужасно, если вы продолжите молча здесь стоять, а больше ничего не произойдёт.

-…Кто вы?

Улыбка вернулась – более широкая, но такая же осторожная. И было в ней что-то, не дающее покоя.

- Столько усилий. Столько трудностей. Вы даже стёрли из реальности останки первородного божества, о котором ваши сородичи и не подозревают. Дважды. Вы действительно собираетесь потратить эту возможность на вопросы, ответы на которые вам уже известны?

-…Иное, - произнесла Скарлетт.

Мужчина хлопнул в ладони и откинулся назад.

- Правильно. В последнее время я живу именно под этим именем. Я, правда, надеялся, что мы уже достаточно знакомы, чтобы не цепляться за формальности, но и винить вас за это не могу.

- Знакомы? – баронесса подняла тон голоса. – Это наша первая встреча.

- Первая встреча? Вы уверены?

Он вздёрнул брови. Окинул Скарлетт взглядом. Щёлкнул запястьем. Внезапно в его руке появился нож. Мужчина с ленивой лёгкостью покрутил его в пальцах, вогнал в камень под собой и поднял палец. А затем – ещё один.

- Я припоминаю, как минимум, ещё две.

Скарлетт нахмурилась. И распахнула глаза.

Это лицо. Кажется, она видела его раньше. Из глубин разума всплыло тусклое воспоминание о первом визите в Элистед. Она тогда подошла к мужчине за прилавком с украшениями и спросила, как пройти к таверне, в которой затем встретила Финна и Розу. И он продал ей карту города.

И если это был он…

Новое воспоминание: поездка в Даркшор. Остановка у книжного магазина. Продавец, у которого на видном месте лежала книга, позволившая Скарлетт пробраться в зуверианские руины, содержащие одну из частей печати Тайнниса.

- Кажется, ваша память проясняется. Я почти боялся, что полностью выскользнул из вашего восприятия. Как обычный НПС, служащий расходным материалом.

Знакомый термин резанул ухо и заставил баронессу вновь сконцентрироваться на Ином.

- Вы за мной наблюдали.

- Я думал, об этом можно и не упоминать. Но да.

- Не просто наблюдали, - Скарлетт приковала его к месту жёстким взором, и в её голосе прорезалась сталь. – Вы вмешивались. Мне с самого начала показалось подозрительным, что Роза оказалась там в тот день, когда я пришла нанять Финна. Что Раймонд прибыл в Кроукерн незадолго до появления цитадели Тоски. Что Арлена принадлежала к Хартфордам. Это подстроили вы.

- Не отрицаю, - он развёл руками. – Иногда я позволял себе организовать толчок-другой.

- Почему?

- Почему нет? Это оживляет игровую доску, - его улыбка стала однобокой. – И, в конце концов, разве моё вмешательство не пошло вам на пользу?

- Итак, вы утверждаете, что действовали лишь ради того, чтобы мне помочь?

- Помочь? Нет. Но мне выгоднее, чтобы вы были бодры, чем наоборот.

Несколько секунд Скарлетт смотрела Иному в глаза.

-…Почему вы перенесли меня сюда?

Мужчина положил руку на колено и начал выстукивать медленный ритм.

- Вы воспользовались гейсом, чтобы дотянуться до меня. Я счёл это любопытным, даже очаровательным. Перед вам лежал целый сонм прочих путей для достижения того же результата, и вы выбрали именно этот. Когда гейс развалился, я решил дать вам немного того, чего вы желали. В качестве благодарности, если вам угодно.

- Благодарности?

- За то, что вы даровали покой Сарисе, - кивнул он. – Судьбе, как вы её знаете. Скажем так, когда-то Сариса была моим другом. Если не учитывать прочие обстоятельства, я был бы рад увидеть, что она встретила именно такой конец.

- Начнём с того, что именно вы использовали её останки для создания судьбы этого мира.

- Я же сказал, - пожал он плечами, - если не учитывать прочие обстоятельства.

В душе Скарлетт закипел сырой, нефильтрованный гнев. Но она его подавила и отправила к прочим буйным эмоциям, которые становились лишь сильнее с того момента, как она поняла, кто перед ней сидит.

-…Так или иначе, - с нажимом произнесла баронесса, - на мой вопрос вы не ответили.

Мужчина склонил голову набок:

- Разве? Мне казалось, я дал исчерпывающий ответ.

- Я не спрашивала, почему вы перенесли меня сюда, - баронесса указала на бесконечную траву. – Я спросила, почему вы перенесли меня сюда. В этот мир. На роль Скарлетт Хартфорд.

Он застыл. Несколько долгих секунд он просто смотрел на неё, а затем наклонился и издал тихий смешок.

- Скажите мне, а что думаете вы сами?

- Я не знаю.

- Нет? Ни единой зацепки?

-…Я рассматривала вариант, что вы призвали меня в качестве контрмеры к влиянию Времени, когда он познакомил мир с существованием Аномалии.

Вот почему печать Тайнниса сдерживала не того монстра, который появлялся в игре. Время подменил его на другую сущность, менее скованную механизмами судьбы.

- Однако, - продолжила она, - я не смогла разобраться, как это напрямую связано с моим присутствием. Если вы ответили мной на вмешательство Времени, это подразумевает, что моя роль, как противовеса Аномалии, заключается в защите изначального дизайна судьбы. Однако многие мои действия вели к противоположному исходу, и вы даже способствовали тому, чтобы я так поступала.

Сариса показала ей пари между Иным и Временем. И действия Скарлетт Хартфорд, на первый взгляд, склонили чашу весов на сторону Времени. Хотя, по сути, он уже проиграл – судьба-то погибла.

Улыбка Иного стала шире. Показались зубы.

- Противоречие, не так ли?

- Да.

- Это, - сказал он, - и есть истинное название игры, в которую играют такие сущности, как я.

-…И что из этого следует?

- Что вам стоило бы ограничиться той формой, которую вы видите перед собой, и не пытаться картографировать подводные течения.

Он поднялся с камня. Луг мигнул и пропал. Теперь они стояли в тёмном каменном помещении. Скарлетт немедленно узнала уникальную резьбу Белд Тилелион.

И застыла. К стене прислонилась горстка тел. Они дышали, но не шевелились.

Леон.

Бриана Смит.

Оветатейк.

Принцесса Регина.

И Скайлер.

Она сама не заметила, как вгляделась в лицо младшей сестры. Графиня неподвижно сидела поблизости – руки сложены, капюшон опущен. Прибытия новых действующих лиц та, кажется, не заметила.

Мужчина, встав рядом со Скарлетт, посмотрел на Скайлер сверху вниз.

- Путь героя состоит из чётких, заранее известных элементов. Зов приключений. Отказ. Порог. Трудности, испытания, награда. И, конечно, дорога домой.

Скарлетт в сторону Иного не смотрела, но это не помешало ему продолжить:

- У меня есть собственные причины поступать так, как я поступаю. Но я не скрываю своё восхищение шаблонами человеческих историй, в любой их форме. И путь героя я нахожу особенно интересным. Редко увидишь, как его отыгрывают в реальности. Однако ваш вид принял его с распростёртыми объятьями; так крепко вплёл в мифы и творчество, что он стал ритуалом в той же степени, что и историей. Вы его канонизировали. Я просто не мог не задаться вопросом: как он будет ощущаться на самом деле, если обеспечить все требуемые элементы?

Он взмахнул рукой. Мир почернел.

Скарлетт внезапно очутилась у себя в комнате. В старой комнате. В той, которую ей показывала Сариса – с полузаправленной кроватью и всем таким. Свет монитора падал на пустой стул. На экране застыло меню Хроник королевств.

- Вы хотите задать другой вопрос, - произнёс мужчина, присев на край кровати. – Почему вы. Почему персонаж Скарлетт Хартфорд. Почему третьесортная злодейка. Почему этот мир. Почему система. Я прав?

Скарлетт повернулась к Иному, лениво крутящему в кисти золотую монету, и медленно кивнула.

- Вы действительно хотите знать? – мужчина посмотрел ей в глаза.

- Да.

- Нет, Эми. Не хотите.

Это имя заставило её замереть.

- Правда, - он поймал монету в кулаке и открыл ладонь, показывая, что там пусто, - простая правда заключается в том, что вы не хотите. Потому что боитесь. Боитесь, что ответ окажется слишком банальным. Боитесь, что он окажется слишком монументальным. Боитесь сотни вещей, от которых вас бережёт невежество. А я, как обычно, проявлю щедрость: избавлю вас от этой правды.

- Щедрость? – это слово будто процарапало щель, из которой наружу потекла злость. – Вы считаете щедрым выдернуть меня из родного мира? Перенести сюда мою сестру? Обречь целый мир на потакание вашим капризам? Перекроить мою суть вашими системными квестами и чертами?

- Полагаю, вы назовёте меня монстром за всё это?

- Да.

Мужчина изучил её и поднял палец.

- Во-первых, Эми, у меня вопрос. Пришлись ли вам по душе ваши новые компаньоны? Роза? Финн? Алисса, Шин, Кэт, Эвелин? Арлена, пустота ей пухом?

От того, как небрежно Иное произносит их имена, кровь Скарлетт вскипела, а лицо, напротив, стало ледяным.

- Ответ – да. Несмотря на ваши периодические попытки делать вид, что это не так. Они для вас важны. Так скажите же: что вы думаете о существе, которое убедилось, что они вообще родятся на свет? Этот мир не был создан мной единолично, но я во многом определил его форму. Включая жизни тех, кого вы сейчас так высоко цените. Я монстр потому, что устроил всё так, что они – как и все прочие существа – могут жить и выбирать? Я не прилагал усилий, чтобы это место превратилось в рай, но и адом его не сделал. В конце концов, я не строю из себя ни святого, ни дьявола.

Он поднял второй палец.

- Во-вторых, переместить вас сюда, пусть и не вполне с вашего согласия, - это мой самый щедрый по отношению к вам поступок. Я знаю, что вы знаете, что я имею в виду.

Третий палец.

- В-третьих, прибытие сюда вашей сестры, в отличие от вашего, было полностью добровольным. Я очень высоко оценю, если вы не станете винить в этом меня.

- Как?.. – распахнула глаза Скарлетт.

- Если хотите знать больше, - сказал он, - предлагаю спросить вашу сестру. Хотя прямо сейчас это может оказаться затруднительно. Пожалуй, когда она станет сильнее. К счастью, на её пути стоит такое замечательное препятствие, как печально знаменитая Скарлетт Хартфорд.

Мужчина улыбнулся снова и поднял четвёртый палец.

- И четвёртое: вы обвинили меня в том, что я использовал системные черты для искажения вашей личности. Это полностью верно, здесь мне сказать в свою защиту нечего. Разве что задать встречный вопрос: а вы уверены, что это так уж ужасно?

- Вне всякого сомнения, - Скарлетт сделала глубокий, медленный вдох.

- И вы полностью в это верите?

- Да.

- Вы считаете, что Скарлетт Хартфорд плохо с вами сочетается?

На это баронесса не ответила. Она увидела, в какую ловушку ведёт её Иное, и решила не попадаться.

Мужчина взглянул на неё. С его губ сорвался мягкий, восхищённый вздох.

- Боюсь, Эми, вы не улавливаете суть. Вы, наверное, ожидаете, что я начну доказывать, что вы замечательно адаптировались к этим чертам, или что они сослужили вам хорошую службу. Нет. Это правда, но я хочу указать на другое: вы сами больше не делаете различий между личностями Скарлетт Хартфорд и Эми Бернал. Думаю, вы предпочитаете видеть себя именно такой.

- Что заставляет вас так полагать? – Скарлетт сдвинула брови.

- Простой факт, - ухмыльнулся мужчина. – С того момента, как вы встретились с осколком судьбы, системные черты больше над вами не властны.