Окружающий мир исказился, а воздух стал более плотным – будто готовился к какому-то существенному сдвигу. Помещение начало растворяться. Каменные стены изгибались, разлетались на части и собирались заново, пока перед экспедицией не раскинулся совершенно иной ландшафт. Теперь люди стояли на макушке высокого холма. Отсюда виднелась гигантская долина, в сердце которой раскинулся целый мегаполис.

Поразительно огромный – по меркам этого мира – город больше походил на лабиринт башен, высеченных из белого мрамора и холодного серого камня. Над широкими площадями нависали мосты-арки, а элегантные шпили дерзко пронзали небеса. Архитектурный стиль напоминал как древнюю часть Вздымающегося острова, так и величественные строения Двора Вознёсшихся в Элистеде.

Иными словами, город был зуверианским.

Улицы и стены были покрыты разломами с мерцающими краями – настоящими ранами в реальности. Хотя город выглядел твёрдым, почти осязаемым, обилие белых трещин придавало ему жуткий вид – словно бесконечная пустота потихоньку обгрызала его края. Признаков жизни внутри не наблюдалось.

Затем воздух наполнило низкое гудение, которое отдавалось даже в почве под ногами. Скарлетт подняла глаза. Над самыми высокими зданиями нависала изменчивая серая масса неопределённой формы, которую даже взглядом охватить полностью не получалось. Масса скручивалась и распрямлялась, медленно просачиваясь из разломов, которые рвали город на части.

Один только масштаб происходящего почти что парализовал разум. А ведь сущность, к тому же, пульсировала неприятной энергией, которая искажала ландшафт и грозила поглотить весь город.

До ушей Скарлетт донеслось несколько резких вдохов сзади.

- Зуверианский город… - низким, полным неверия голосом забормотал Гаспар. – Как такое возможно?

Он разглядывал ландшафт с распахнутыми глазами. Скарлетт же не ответила – всё её внимание было приковано к существу. Хоть ей не нравилось этого признавать, некая первобытная часть сознания просто кричала о том, что самое время развернуться и убегать. Что это создание вообще не похоже на её «двойника». Да и сама Скарлетт чувствовала, что перед ней оказалось нечто воистину неправильное.

Тем временем, из Аномалии в сторону города начали лететь тёмно-серые спирали. Они врезались в камень с силой тысячи метеоров, а в месте приземления скручивались, искажались и принимали новые формы. Некоторые напоминали реальных существ, только изуродованных, другие вообще ни на что не походили. Твари начали медленно расползаться по улицам.

Что-то в данной сцене выглядело… знакомым. Баронесса прищурилась.

…Она уже видела это раньше – в процессе передачи наследия Тайнниса. Её тогда посетило несколько кратких видений, и одно из них было посвящено именно этому моменту: Аномалия обрушивается на мегаполис.

Итак, это уже происходило раньше. Настоящее историческое событие? Зачем Аномалии воссоздавать именно это Воспоминание? Если Скарлетт правильно понимает – а она может и заблуждаться – Воспоминания базируются на чём-то внешнем по отношению к миру. Это, своего рода, архив всего, что когда-либо случалось. Наверное, Аномалия использует одно из немногих Воспоминаний, которые позволяют ей воплотиться именно в этой форме?

- Мы… должны сражаться с этим? – дрожащий голос Алиссы полностью выдавал её страх и нерешительность.

- Да, - ровным голосом ответила Скарлетт, а затем медленно вдохнула и добавила. – Именно это нам следует победить. Если не остановим его сейчас, можем упустить даже те шансы, которые у нас есть.

Правда, возникла другая проблема: баронесса даже приблизительно не могла сказать, как вообще сражаться с чем-то подобным.

- Что это? – Гаспар тоже устремил свой взор на колоссальную тень в небесах. -…Как оно вообще может существовать?

- Это Аномалия, - ответила Скарлетт. – То создание, которое Священный Заговор пытается освободить… вернее, небольшой фрагмент. Осколок. Будь её больше…

Заканчивать фразу она не стала.

- Аномалия? – гранд-волшебник в замешательстве посмотрел на Скарлетт. – Никогда раньше о ней не слышал.

- Я не удивлена.

Развивать тему она не стала.

- Итак, раз уж ты здесь, что планируешь предпринять? – спросила другая Скарлетт.

Скарлетт покосилась на свою копию, а затем вновь сосредоточилась на Аномалии. Кажется, даже тень Аномалии повреждала улицы, не говоря уж про всё новые снаряды, которые летели в город.

Даже если Скарлетт каким-то образом сможет вложить весь свой резерв маны в один-единственный удар, не факт, что этого хватит, чтобы поцарапать эту штуковину. Аномалия просто слишком велика.

- Сколько из вас ещё способны сражаться? – громко спросила она, экипируя все имеющиеся артефакты.

Баронесса обернулась к оставшимся волшебникам острова и обнаружила, что они смотрят на Аномалию, как заворожённые, а на их лицах словно крупными буквами написано: «Мы обречены». Магистр Пенней и Гаспар переглянулись, а затем гранд-волшебник рявкнул на своих коллег, чтобы привести тех в чувство. Затем он по какой-то причине с осторожностью посмотрел на обруч на лбу Скарлетт и мрачно ответил:

- Немногие. Буквально горстка. Наши силы и запасы маны почти истощены, так что многого не ожидайте, - он поморщился. -…Даже от меня.

Скарлетт нахмурилась и перевела взор на собственную группу. Алисса выглядела усталой и одновременно встревоженной. Шин коротко кивнул – щит и меч уже были у него в руках. Финн так и не пришёл в сознание, а Роза, лёжа на траве, извиняющее улыбнулась.

- Мне жаль, Скарлетт, - мягко сказала она, - но у меня ресурсы тоже на исходе.

Скарлетт на мгновение задержала на ней взгляд, а затем вновь повернулась к надвигающейся угрозе. Несколько «миньонов» Аномалии приземлились на склонах холма. Их гротескные фигуры, размахивая когтями, подползали всё ближе.

-…Да будет так, - пробурчала баронесса. – Значит, придётся обходиться тем, что есть.

Она подняла ладонь и призвала огненную клетку вокруг одного из существ – монструозного медведя с двумя деформированными головами. Медведь за считанные секунды превратился в пепел, но некоторая часть останков, упав, просто… восстановила свою форму. Как будто вещество, из которого состоят порождения Аномалии, отвергало саму концепцию разрушения и прочие устои здравого смысла.

Скарлетт выдала ещё несколько всполохов пламени, сжигая медведя до тех пор, пока он не усвоил урок и не остался лежать кучкой пепла. Но это была только одна тварь. А их по холму ползли уже дюжины, и это не считая орды, затопившей городские улицы. Да, порождения Аномалии казались медленными и неповоротливыми. Наверное, в небольших количествах они даже не стали бы проблемой. Но такое масштабное наступление явно не получится остановить одной лишь грубой силой.

Скарлетт огляделась и заметила один из белых разломов неподалёку, прямо в земле. Она направила туда пламя, пытаясь запечатать разлом, но он с неожиданной силой оттолкнул поток магии. Такое сопротивление почти выбило баронессу из колеи.

- Это не одно из твоих Воспоминаний, - спокойным, почти безразличным тоном заметила другая Скарлетт. – У тебя не выйдет просто сломать его.

Баронесса покосилась на свою копию, подавила мгновенно вспыхнувшее раздражение и вновь переключилась на приближающихся существ. Она растянула пламя широким фронтом, чтобы замедлить их наступление, а сама начала ломать голову над альтернативным подходом.

- Следовать сюда за остальными было не обязательно, - продолжила вторая Скарлетт, наблюдая за её усилиями. – Ты могла бы отсидеться в безопасном месте.

- И позволить этой штуке захватить плацдарм? – огрызнулась баронесса.

Она толком не понимала, что произойдёт, если Аномалия обретёт полный контроль над Залами Эхо, но догадывалась, что эффект будет катастрофическим. А единственная возможность этому воспрепятствовать – здесь и сейчас, пока сущность ещё толком не сформировалась.

Утробный рык сотряс воздух: одно из существ внезапно перешло с хромого ковыляния на бешеный спринт, как будто в один миг научилось правильно пользоваться своими конечностями. Скарлетт немедленно окатила это существо прицельным всполохом огня, а после ещё и рассекла острыми водяными лезвиями. Однако другие создания тоже начали непредсказуемо ускоряться и обретать пугающую ловкость.

Скарлетт в ответ на хаотичные перемещения тварей пришлось покрыть пламенем большую часть склона.

Внезапно во все стороны полетели осколки стекла – один из флаконов Алиссы взорвался ледяным потоком, заморозившим сразу троих созданий. А в следующую секунду Шин сорвался с места и, подняв щит, врезался в другого монстра. Меч юноши покрылся серебряным светом.

Гаспар, магистр Пенней и некоторые другие волшебники тоже выдали нестройный залп заклинаний. Огонь, вода и прочие стихии обрушились на творения Аномалии, а на пути к отряду появились каменные барьеры. Скарлетт перехватила взгляд Гаспара и кивнула. От её внимания не укрылось, с каким напряжённым лицом он сражался.

Сама Скарлетт продолжила комбинировать собственное пламя с алхимическим льдом Алиссы, чтобы останавливать и дырявить тварей. Однако даже под непрекращающимся обстрелом очень немногие порождения Аномалии сгинули окончательно. Кажется, они просто отказывались умирать, пока Скарлетт не тратила на каждого намного больше маны, чем ей хотелось бы. Тем не менее, стабилизировать обстановку временно получилось.

Битва шла полным ходом, а небо становилось всё темнее – подавляющая серость расползалась по нему, словно пролитые чернила. По мере того, как присутствие Аномалии становилось более осязаемым, самые высокие городские здания искажались сильнее и сильнее, а также затягивались дымкой.

- Что происходит? – голос Алиссы каким-то чудом перекрыл шум боя.

- Я не знаю, - ответила Скарлетт, не сводя глаз с неестественной сцены.

- Мы должны это остановить?

- Скорее всего.

- Как?

-…Это, - она запнулась, - мне ещё предстоит определить.

- О? А ведь ты была такой уверенной, - другая Скарлетт скрестила руки на груди. – А теперь стоишь здесь и не знаешь, как выйти из того затруднительного положения, в которое ты с такой готовностью кинулась.

Скарлетт посмотрела ей в глаза. Эта женщина даже пальцем не пошевелила, чтобы помочь либо помешать. Просто наблюдала за разворачивающимся хаосом, словно это лишь спектакль на сцене.

-…Я Скарлетт Хартфорд, - провозгласила баронесса. – Вне зависимости от того, какая версия меня здесь стоит, прошлая либо настоящая, не настанет дня, когда я решу свернуть с выбранного курса. Это неотъемлемая часть моей личности.

Вторая Скарлетт обдумала её слова и медленно кивнула:

- По крайней мере, это я могу уважать.

Прогремела новая серия оглушительных столкновений – в склон холма врезались новые метательные монстры Аномалии. Они быстро приняли хоть какие-то формы и начали двигаться в сторону отряда. Скарлетт пришлось полностью сосредоточиться на ритме сражения, чтобы вместе с остальными отбросить тварей. Однако она чувствовала, как хватка Аномалии на Воспоминании крепнет с каждой секундой, как её присутствие просачивается сквозь разломы, будто чернила на промокашку. Если Воспоминание будет захвачено полностью, едва ли найдётся способ отбить его обратно. Аномалия бросит якорь в Залах Эхо и получит прямой канал связи с Вздымающимся островом.

Наконец, из глубин разума всплыла свежая идея. Во время получения наследия Тайнниса Скарлетт видела эту сцену, но не совсем эту. Здесь не хватало одной важной детали.

Баронесса из собственного опыта знала, что создание Воспоминания не даёт абсолютного над ним контроля. Создателя, скорее, можно приравнять к режиссёру исторического фильма. Когда идёт структурированное воссоздание событий прошлого, о которых известно из архивов, можно позволить себе некоторые вольности (именно в эту категорию попадает прибытие Вейл). Однако Воспоминание в целом всё равно будет следовать известным курсом, а ключевые события останутся неизменными.

Итак, сломать Воспоминание не получится, но возможно – только возможно – Скарлетт сможет вернуть его на путь истинный и тем самым выиграть время.

Она повернулась к Гаспару и быстро заговорила:

- Мне нужно несколько секунд. Удерживайте их столько, сколько сможете.

- Что вы задумали? – нахмурил брови мужчина.

- Нет времени объяснять.

После недолгих колебаний он резко кивнул и дал сигнал остальным волшебникам. Они синхронно шагнули вперёд, сформировав линию защиты. На их утомлённых лицах появилась жёсткая решимость. Скарлетт видела, что они собираются выдавить из себя последние силы, чтобы её прикрыть.

Не теряя времени, она отрешилась от хаоса битвы и всмотрелась в серое небо. Её взор зацепился за особенно крупный разрыв, который растянулся от одного конца города до другого, перекрывая горизонт. Скарлетт призвала волну пламени, не жалея маны, и направила её в разлом с мысленным посылом продавить его защиту.

Разлом всё равно сопротивлялся, пытаясь оттолкнуть чужую магию. Даже обратившись к странной, неосязаемой связи с наследием Тайнниса (то есть к отголоску сил самой Аномалии), баронесса не смогла заставить его покориться. Так что, стиснув зубы, она изменила подход: вместо того, чтобы ломиться грубой силой и требовать, попыталась аккуратно уговорить разрыв открыться.

Спустя неопределённый промежуток времени сопротивление иссякло. Словно само Воспоминание ответило и пошло на поводу усилий баронессы. Щель в бесконечную белую бездну стала шире, однако пламя Скарлетт перекрасило края в тёмно-багровый цвет. Скарлетт потянулась глубже, пытаясь найти связь, в существовании которой даже не была уверена. Но связь она всё-таки нашла, и разум омыло волной облегчения.

Поток маны смешался с чем-то могущественным, что баронесса даже не могла описать – ей не хватало слов. Из глубин разлома начала надвигаться огромная тень – поначалу неясная, как у существа, запертого в пространстве между мирами. Но со временем силуэт становился всё более чётким. Гигантские крылья распахнулись, словно руки дремлющего титана.

И в Воспоминание нагрянул дракон.

По сравнению с ним даже небо начало казаться каким-то маленьким. Каждая чешуйка переливалась разными цветами и блестела, как разбитый кристалл. Только на пузе можно было рассмотреть их настоящий окрас – жемчужно-белый. Спиральные рога напоминали обсидиановые шпили. Глаза, похожие на озёра расплавленного серебра, сияли древним светом. Спину украшали шипы, не уступающие башням, а тень от распахнутых крыльев накрыла большую часть мегаполиса. Пасть дракона распахнулась в беззвучном рёве, сотрясшем воздух.

Скарлетт и сама не поверила бы, что живое существо может дорасти до такого размера, не маячь у неё перед глазами осколка Аномалии.

- Это?..

Гаспар не закончил вопроса, оглушённо уставившись на дракона вместе с остальными.

- Олголзкрех, - кивнула баронесса, - Белый Властелин. Древний дракон, который однажды станет известен как «Дракон Разрушения».

Вот теперь зрелище в точности повторяло видение Скарлетт.

Она покосилась на Финна, который так и лежал пластом. Пожалуй, оно и к лучшему. Не нужно ему видеть битву, которая вот-вот начнётся.

Дракон взревел так, что город тряхнуло до основания, и ринулся на Аномалию. Когда два гиганта столкнулись, искажённый ландшафт на мгновение стабилизировался. Клыки Олголзкреха вонзились в аморфную массу тёмной энергии, заставив Аномалию задёргаться. Это был первый раз, когда Скарлетт видела, чтобы Аномалия отступила. Но даже такая крохотная победа зажгла в душе немаленькое такое пламя надежды.

Алисса оторвала глаза от этой нереальной сцены и повернулась к Скарлетт. На лице алхимика читалось неверие.

- Вы только что… призвали Дракона Разрушения?

Баронесса посмотрела на неё, а затем – на Розу, которая выглядела такой же оглушённой, как и остальные.

…Такое ощущение, что если они выберутся отсюда живыми, то поддерживать привычную репутацию станет намного сложнее. Надо будет что-то с этим сделать.

- Я… - забормотал Гаспар, тряхнув головой. -…У меня нет слов.

Его взгляд заметался между Скарлетт и её копией.

- Кто… нет, что вы такое?

- Я Скарлетт Хартфорд, - она спокойно посмотрела ему в глаза.

По Воспоминанию разнёсся ещё один рёв – Олголзкрех и Аномалия врезались друг в друга, породив такую ударную волну, что даже почва под ногами вздрогнула. Дракон запустил когти глубоко в сущность, но в её ранах виднелась лишь всё та же извивающаяся серая масса. Наступление существ на отряд Скарлетт замедлилось; некоторые из них и вовсе остановились.

Впрочем, хоть дракон и демонстрировал мощь, выходящую за пределы большинства смертных, Аномалия, как только первый шок прошёл, начала огрызаться с такой же силой. Тёмно-серые отростки полезли и из её тела, и из разломов в небе. Они оплели крылья дракона и попытались пробить чешую. Более того, само присутствие Аномалии искажало пространство и словно грызло сущность дракона.

Олголзкрех отвёл голову назад и выдал поток ледяной ярости, поглотивший Аномалию. Земля внизу моментально замёрзла и покрылась неровными кратерами. Однако Аномалию эта разрушительная мощь явно не впечатлила. Замороженные участки просто погрузились вглубь аморфного тела, а на дракона обрушились новые серые плети.

- Какая доблестная попытка, - заметила другая Скарлетт. – Твой навык обращения с заёмной силой продолжает меня удивлять. Вот только этого недостаточно. Исход сегодняшнего события был предопределён давным-давно. Простое восстановление исторической правды ничего не изменит.

…Я так и подозревала, - проворчала себе под нос баронесса.

Хотя в реальности Олголзкрех и пережил эту битву, вряд ли он в тот раз смог одолеть Аномалию. Битва титанов всё разгоралась, ударные волны следовали одна за другой, и холм под ногами людей практически ходил ходуном. Блестящая драконья чешуя хорошо отклоняла атаки Аномалии, но со временем исход стал очевиден: в бою на истощение Аномалия непобедима. Сколько бы урона ни наносил Олголзкрех, сущность просто регенерировала. Что ещё хуже – с прибытием дракона влияние Аномалии продолжило распространяться, пусть и медленнее, чем до этого. С каждой атакой серые жгуты становились всё толще, и их становилось всё больше.

Наконец, порождения Аномалии тоже зашевелились. Скарлетт пришлось вновь сосредоточиться на противостоянии их группе. Она успешно обрушивала на монстров волны огня и воды, но уже начала чувствовать напряжение. Затащить древнего дракона в Воспоминание оказалось не так-то легко, и теперь запас маны начал показывать дно.

Гаспар и остальные волшебники находились в том же состоянии. Многие уже рухнули от переутомления, а тем, кто остался на ногах, даже простейшие заклинания явно давались с трудом. Пока они держались, но именно что «пока».

Чтобы переломить ход битвы, потребуется нечто большее. Выходящее за пределы того, что Скарлетт способна выдать с помощью своей личной силы и наследия Тайнниса. Но что?

На задворках разума начали тянуться ростки отчаяния, похожие на ползучие тени, но баронесса отказывалась им поддаваться и продолжала мысленно перебирать все доступные возможности. Она мельком взглянула на Олголзкреха. Тот продолжал вести бой с Аномалией и сотрясать Воспоминание оглушительным рёвом.

Если есть способ, его надо найти. Непременно. Скарлетт чувствовала на своих плечах тяжесть, пусть и не знала, как её назвать – ответственностью, долгом или же инстинктом. Но она знала, что не может не сделать всё, чтобы все присутствующие прошли через это в целости и сохранности.

Внезапно в дальнем уголке серого неба сверкнула красная вспышка. Гаспар предупреждающе закричал. Перенапряжённый разум Скарлетт чудом заметил поток багрового огня, похожий на след от метеора. Баронесса рефлекторно вскинула руки, чтобы призвать барьер, пока не стало слишком поздно. Однако метеор врезался в землю перед экспедицией.

Раздался взрыв. Волна пламени, словно голодный хищник, моментально поглотила склон и всех порождений Аномалии. Те почти моментально превратились в пепел, а огонь не пощадил даже их остаточные изображения. От места столкновения повалил дым, испускающий странное призрачное сияние.

Эта внезапная демонстрация силы оглушила всех. Скарлетт попыталась рассмотреть то место, откуда прилетела атака, и обнаружила в белом разломе на дальнем холме едва заметные силуэты.

- Всегда, - пробормотала вторая Скарлетт, -…эти непредсказуемые элементы.

Воздух перед экспедицией пошёл рябью, и пространство разделилось надвое. Сквозь разрыв можно было разглядеть затянутое пеплом небо и пламя, лижущее бескрайний горизонт. Оттуда вышли три фигуры.

Первой в глаза бросилась женщина в белоснежной мантии с глубоким капюшоном. Рядом с ней шёл мужчина с зачёсанными каштановыми волосами (впрочем, на висках этих волос наблюдалась явная нехватка), аккуратной бородой и острым взглядом ярко-зелёных глаз. В руках он держал резной посох. А перед ними шагала женщина в тёмной мантии. Прямые волосы цвета воронова крыла спускались ниже плеч, а над левым виском ярко выделалась белая прядь. Бледно-зелёные глаза, вокруг которых залегли тенистые морщины, смотрели с почти пронзительной напряжённостью. Две родинки украшали кожу под правым глазом, а в руках светился кинжал, будто выкованный из расплавленной лавы.

Скарлетт уставилась на женщину.

-…Арлена.

Женщина посмотрела ей в глаза и выгнула губы в небольшой, но мудрой улыбке.

- Кажется, тебе не помешает помощь, - легкомысленным тоном сказала она. – Надеюсь, я не прервала ничего важного.

Её перебил громовой вой – свирепая схватка дракона с Аномалией продолжалась. Мужчина, стоящий у Арлены за спиной, осмотрел пейзаж и размерено, величественно заговорил:

- Я за все свои годы ничего подобного не видел. Древний дракон? Здесь? Парит над настоящим зуверианским городом? – он медленно покачал головой. – Во имя Иттара, где мы?

Его Скарлетт тоже моментально узнала. Делмонт.

- Я определённо понимаю твой интерес, Делмонт, но, по-моему, сейчас не лучшее время для ответов, - сказала Арлена, даже не оборачиваясь.

Вместо этого она шагнула вперёд, чтобы оценить поле боя. А мужчина всмотрелся ей в лицо. Баронесса же заметила, что время его не пощадило. Теперь – вопреки тому, какими она запомнила брата и сестёр в прошлый раз – он выглядел на несколько лет старше Арлены. А в его взгляде облегчение смешалось с печалью.

- Полагаю, ты права, - наконец, ответил мужчина. -…Буду считать, что мне повезло увидеться с тобой ещё раз, Арлена. Разлука была слишком долгой.

Арлена повернулась к брату. Её улыбка стала мягче, а лицо озарилось искренней теплотой.

- Да. Хотя, кажется, ты постарел сильнее, чем имел на это право. И когда ты начал терять волосы? – она окинула его оценивающим взором. – Наверное, у Элизы нашлось бы, что сказать на этот счёт.

Делмонт коснулся виска и слегка сдвинул брови.

-…По крайней мере, я не приобрёл седых волос, как определённая сестра.

- Они не седые, а белые, - хихикнула Арлена. – Впрочем, всё равно справедливо.

Их разговор привлёк всеобщее внимание. На них уставились и волшебники, и группа Скарлетт. Гаспар выглядел особенно потрясённым. Он подошёл к Скарлетт и понизил голос почти до шёпота:

- Мой слух меня подводит, или она только что назвала его… Делмонтом?

Скарлетт просто кивнула, не сводя взгляда с Арлены. Она знала, что есть куда более приоритетное дело, поэтому изо всех сил пыталась сдержать бушующий в голове вихрь вопросов и тревог. Но это было нелегко.

- Невозможно… - пролепетал гранд-волшебник, кажется, в основном для себя. – Он выглядит совсем как… И то заклинание раньше... Даже мой отец не…

Скарлетт шагнула вперёд.

- Арлена… - начала она. – Вы…

Но внимание наставницы уже сфокусировалось на фигуре в белой мантии. Та задрала голову к небу, созерцая битву Олголзкреха и Аномалии.

- Положение выглядит отчаянным, Менес, тебе так не кажется? – спросила Арлена.

Услышав это имя, Скарлетт моргнула. Поначалу она решила, что оно ей незнакомо, но затем наследие выдало, образно говоря, контекстную ссылку. А женщина заговорила тонким, почти меланхоличным голосом.

-…Никогда не ожидала увидеть это ещё раз, однако мы имеем то, что имеем, - сказала она, не отрывая глаз от колоссальной фигуры дракона. – Олголзкрех сегодня не победит. Ирадатрис падёт вновь. Кажется, события прошлого обречены повториться… на этот раз, пожалуй, с более серьёзными последствиями.

Скарлетт перевела взгляд с неё обратно на Арлену.

-…Как вы её назвали?

Фигура в мантии – Менес – почти нечеловечески грациозным движением повернулась к Скарлетт. Капюшон закрывал большую часть лица, однако баронесса смогла разглядеть бледную полупрозрачную кожу, длинные заострённые уши, аккуратные брови домиком и расфокусированные молочно-белые глаза.

- Невозможно… - ахнула Скарлетт. – Как?..

Зуверка. Эта женщина была зуверкой. Которые, предположительно, вымерли – осталось только трое. Нет, дело в этом. Вернее, не только в национальности. Имя. Менес – имя одной из прорицархов. Почти мифических личностей, которые когда-то правили зуверианской цивилизацией.

Менес изогнула губы в небольшой любопытной улыбке:

- А это кто, Арлена?

Арлена на мгновение задержала взгляд на «прорицархе», а затем поглядела на Скарлетт.

- Это моя ученица.

И тут у баронессы действительно не нашлось слов.

- Твоя ученица? – Менес слегка приподняла брови, а безмятежное выражение лица сменилось удивлённым. – Я даже вообразить не могла, что ты решишься кого-то обучать.

Её туманные глаза посмотрели на Скарлетт.

- А тебя трудно увидеть, - задумчиво сказала она. – Но… тебя касался Тайннис? Даже представить себе не могу, как так вышло, и всё же… это обнадёживает.

Взор Скарлетт метался между ними двумя, а разум пытался в темпе вальса обработать полученную информацию. Тысячи мыслей требовали внимания, а вопросы отказывались вставать в очередь. В итоге Скарлетт так и не смогла озвучить ни один из них.

Внезапно раздался ошеломлённый и одновременно торопливый голос Алиссы:

- Не хотелось бы вас перебивать, да и я плохо понимаю, что происходит, но вы ведь пришли на помощь, да? Раз так, не могли бы вы… подсобить нам вот с этим? – она указала на Аномалию, чьи бесформенные щупальца как раз оплетали одно крыло Олголзкреха.

Менес повернулась к Арлене и нежно улыбнулась.

- Какое прямолинейное дитя. К несчастью, дни, когда я вмешивалась напрямую, давно позади. Но… - она указала на Арлену и Делмонта, – мои друзья на это более чем способны.

Все взгляды скрестились на Арлене. Та продолжила спокойно, уверенно изучать поле боя, как будто готовилась к неизбежному шторму. У подножья холма начали обретать форму новые твари, как будто потревоженные прибытием новых лиц. Движения монстров казались свирепыми.

Голос Арлены пронзил растущее напряжение.

- Делмонт, - позвала она, не оборачиваясь, - мне потребуется время. Сможешь их сдержать?

Маг кинул на неё долгий, осторожный взгляд, прежде чем кивнуть.

-…Да, - сказал он. -…Хотя я был бы не прочь задать тебе несколько вопросов после всего этого, если возможно.

-…Посмотрим.

Делмонт взял посох двумя руками и поднял его вверх. Одно ловкое движение – и вокруг экспедиции вспыхнул массив пылающих рун, на основе которого выстроилась защитная решётка из пламени. Несколько символов оторвались от центра решётки и выдали серию контролируемых взрывов точно по координатам монстров. Это действие казалось обманчиво-простым, почти обыденным, однако волшебники, включая Гаспара, от силы использованной магии громко ахнули.

Арлена же покосилась на Менес:

- Ты готова?

- Да, - склонила голову женщина в мантии.

- Подождите, - вмешалась Скарлетт. – Я должна кое-что узнать.

Арлена повернулась к ней и начала извиняющимся тоном.

-…Я знаю, что у тебя есть вопросы. Поверь, мне хотелось бы ответить на все. Но прямо сейчас… - она указала глазами в небо, где всё новые отростки отрывались от Аномалии и летели в сторону экспедиции. -…Для них не время.

Серые снаряды, которые врезались в защитную сеть Делмонта, вспыхнули и сгорели. Однако монстров, лезущих на холм, становилось всё больше и больше. Делмонт отгонял их новыми заклинаниями и слоями обороны.

Арлена же задержала взгляд на лице Скарлетт ещё на мгновение и состроила редкое для себя серьёзное выражение. Как ни парадоксально, её черты лица от этого стали выглядеть мягче.

- Не могу сказать, была ли я хорошим учителем. Если честно, не исключаю возможности, что я лишь добавила на твои плечи ношу, которую ты до сих пор не заметила. Примечательно, что ты решила принять весь тот груз, который я оставила нерешённым – а также многое другое – и всё ещё стоишь здесь, такая же волевая. Ты хоть сама осознаёшь, сколько на себя взяла? У меня никогда не было такой силы.

Баронесса подняла взгляд. Арлена говорила так, словно знала о том, чем Скарлетт занималась за пределами Фреймедоу. А ей об этом знать… не следовало.

Вопросов, жгущих голову Скарлетт изнутри, стало ещё больше. Арлена же тихим, но твёрдым голосом продолжила, а на её губах, кажется, появилась тёплая улыбка.

- Хотя бы в этот раз освободи себя от идеи, что ты должна справиться со всем лично. Предоставь это мне. Это меньшее, что учитель может сделать для ученицы, особенно для такой упрямой, как ты, - она глубоко вдохнула, и воздух вокруг неё загудел от энергии. – Я не прощаюсь, ты не думай. Но, если хочешь, можешь считать это моим последним уроком.

Менес шагнула вперёд и положила ладонь на спину Арлены. Ладонь засияла мягким эфирным светом, и её сияние начало распространяться вперёд. Волшебники снова заахали, и даже баронесса удивилась. Несмотря на свою отвратительную чувствительность, она смогла понять, что эта женщина заливает в Арлену ману. А ведь Скарлетт слышала, что это, предположительно, невозможно.

Арлена же закрыла глаза и начала читать заклинание. С её губ срывались тихие, медленные слова. Слова силы. Все они служили магическими ключами и давали доступ к незнакомой энергии, становившейся всё насыщеннее с каждым произнесением. А размах творящейся магии был таким, что почти буквально давил на окружающих.

Скарлетт быстро поняла, что происходит. В конце концов, это заклинание она узнала, пусть никогда раньше и не наблюдала его вживую.

Аномалия тоже явно почуяла новую угрозу, поскольку перестала уделять внимание Олголзкреху и удвоила интенсивность обстрела холма. Всё больше и больше отростков-спиралей врезалось в огненные барьеры Делмонта. Руны вспыхивали и блокировали атаки. Делмонт же, стиснув зубы, продолжал подпитывать защитную сеть маной.

От этого зрелища очнулись все, кто ещё стоял на ногах. Группа Скарлетт и волшебники – даже вымотанный Гаспар – присоединились к схватке, тратя последние крохи сил на то, чтобы нанести хоть какой-то ущерб подползающим порождениям Аномалии и выиграть время для Арлены. Сама Скарлетт, чтобы сэкономить ману, потянулась к остаткам льда Алиссы и начала делать из них копья холодной воды, которые пронзали одного монстра за другим.

Голос Арлены, наполненный первородной мощью, стал громче. На первый взгляд, он отрицал пределы окружающий реальности, но баронесса знала: на самом деле наставница укрепляла реальность некими скрытыми, невыразимыми законами. Постепенно вокруг её кистей начали медленно закручиваться огненные спирали, которые потянулись вперёд. Воздух нам ними дрожал от перегрева. Менес же продолжила подпитывать Арлену маной. Поток энергии стал таким интенсивным, что его можно было разглядеть обычным зрением. Двух женщин словно соединил ослепительно-блестящий канат. Скарлетт не могла не задуматься: сколько же маны хранится внутри зуверки?

Прозвучал раскат грома. Это Олголзкрех окончательно вырвался из хватки Аномалии, взревел и выпустил из пасти ещё один могучий ледяной взрыв. Аномалия его проигнорировала – она полностью сфокусировалась на Арлене. Аморфное тело жестоко извивалось, выпуская в сторону людей целый дождь спиральных отростков.

Арлена же, несмотря ни на что, продолжала творить заклинание. Высоко над ней пламенные спирали слились в одинокую пылающую звезду, пульсирующую ярко-оранжевым светом. Звезда была столь раскалённой, что, кажется, искажала пространство вокруг себя, а на огненном ядре сами собой проявлялись сложные руны. Они складывались в массивы, в структуре которых Скарлетт просто не могла разобраться – не хватало способностей.

Аномалия выдала последний яростный залп в сторону Делмонта. С каждым взрывом огненная решётка слегка прогибалась – она уже явно была на пределе. Тёмная энергия пропадала и появлялась вновь в бесконечном цикле, царапая края барьера и отчаянно пытаясь предотвратить то, что грядёт.

А затем прозвучало последнее, заключительное слово. Арлена отпустила заклинание.

Из пылающей звезды наверху полетели бесчисленные огненные дуги, которые сливались в целый ослепляющий занавес. За сверкающим красно-оранжевым полотном уже нельзя было рассмотреть, какого цвета небо. Огонь изгибался, скручивался и тёк по воздуху, словно реки магмы, плавил и сжигал всё на своём пути – кажется, даже воздух. На мгновение Скарлетт почувствовала, будто сами небеса призвали катаклизм неостановимой силы, который поглотит всё.

А затем вся мощь заклинания обрушилась на Аномалию.