Скарлетт опустила взгляд и посмотрела в насыщенно-аметистовые глаза кошки, которые отражали тусклый свет не хуже стекла.

- Здравствуйте, Императрица, - наконец, произнесла она.

Кошка склонила голову набок, изучая Скарлетт и лениво помахивая хвостом.

Скарлетт нахмурила брови. Кошка её не узнала? Если это ещё одно воспоминание… значит, этот конструкт – не та Императрица, которую она знает? Но в таком случае странно, что кошка вообще здесь появилась. Предыдущие воспоминания были неким образом привязаны к предметам: якорю жарёнка и фамильному перстню. А здесь-то какая связь?

В отличие от прошлого раза, ни [Корона благословения пламени], ни [Гранатовый перстень Хартфордов] не светились. Так это продолжение предыдущего воспоминания или?..

Скарлетт как следует изучила коридор. Холодные каменные стены, которые увешаны рваными гобеленами – настолько выцветшими, что сюжеты уже не разобрать. Тусклые лампы на потолке, чей свет отбрасывает длинные тени. Ни одного окна. Она была относительно уверена, что видит это место впервые.

Почему оно появилось сейчас, после особняка Хартфордов? Почему она здесь? Скарлетт почувствовала, что её придавило целой горой вопросов. А она ведь даже не успела обдумать встречу с молодой версией себя. Это действительно была изначальная Скарлетт, или всего лишь ещё один конструкт?

По лицу баронессы пробежала тень. В последней сцене появилась женщина, которую девочка называла «матушкой». Лара…

Раньше Скарлетт видела её лишь на портретах. Личная встреча оказалась… некомфортной. Она не знала, что разум матери оригинала был столь нестабилен. Не знала она и того, что на момент рождения Эвелин эта женщина была ещё жива.

Выходит, юной Скарлетт пришлось расти с этим? Трудно даже представить себе, какое влияние это может оказать на ребёнка, особенно благородного происхождения. С другой стороны, не сказать, чтобы та девочка выглядела особенно хрупкой…

Тихое мяуканье прервало цепочку мыслей Скарлетт. Императрица смотрела на неё ещё один удар сердца, прежде чем развернуться и направиться дальше по коридору. Скарлетт несколько секунд следовала за ней глазами, а затем вздохнула. Нет времени рефлексировать о чужом прошлом. Все те важные вопросы могут и подождать. Сейчас нужно разобраться с текущей ситуацией. А ситуация такова: Императрица хочет, чтобы Скарлетт шла за ней.

В течение следующих минут тишину нарушали лишь шаги баронессы и мягкий стук кошачьих лапок. По пути она продолжала осматриваться, пытаясь найти хоть какие-то зацепки о том, куда её занесло. Коридоры казались бесконечными, все повороты выглядели идентично, а в целом этот лабиринт узких проходов и тенистых углов просто сводил с ума.

Что за архитектору пришло в голову создать столь запутанное здание? Без проводника здесь можно безнадёжно потеряться за несколько минут.

По крайней мере, прогулка дала Скарлетт время собраться и привести мысли в порядок. В конце концов, Императрица привела её к потрескавшемуся тоннелю – кажется, когда-то это был коридор для слуг. Скарлетт вышла во двор, окружённый со всех сторон высокими стенами.

Это место напоминало внутренний двор какого-нибудь величественного поместья, только одичавшего, судя по разросшимся лозам и прочей неухоженной флоре. А вот каменные дорожки сохранились отлично. Одна из таких дорожек вела к одинокой скамейке под плакучей ивой. Рядом располагался спокойный пруд с лилиями. Вся эта сцена буквально купалась в тёплом солнечном свете, который лился с чистого голубого неба.

Как минимум, теперь стало ясно, что это не настоящий мир.

Скарлетт обратила внимание на человека, сидящего на скамейке и глядящего на воду. Даже со спины узнать его было просто: тёмный плащ, чёрный цилиндр и трость не оставляли места для сомнений.

Императрица, задрав хвост, направилась к нему, и Скарлетт последовала за ней, не сводя с Джентльмена глаз. Интересно, ей действительно следует встречаться с ним именно сегодня?

Достигнув центра двора, кошка не стала терять времени – сразу же запрыгнула на низко висящую ветвь ивы, свернулась в тени и начала вылизываться.

Джентльмен же сидел с небрежно-загадочным видом, положив ладонь на резное навершие трости. Выглядел он таким же непримечательным, как всегда: обычное лицо, тусклые карие глаза, тёмные волосы, выбивающиеся из-под цилиндра. На первый взгляд, он тоже потерялся в собственных мыслях - даже когда Скарлетт приблизилась, мужчина продолжал смотреть на пруд.

А баронесса продолжала смотреть на него. Что означает его присутствие здесь? Это ещё одно воспоминание, или как? Для начала, что с ней вообще происходит? Скарлетт мысленно приготовилась получать ответы.

- Кажется, ты привела гостью, дорогая, - гладкий голос Джентльмена наконец-то нарушил молчание. – Раз уж вы сюда дошли, прошу, присаживайтесь. В ногах правды нет.

Он кинул беглый взгляд на Скарлетт и указал на пустое место рядом с собой.

Она замешкалась ещё на несколько секунд, прежде чем подойти и сесть. В этот момент Императрица оторвалась от ухода за шёрсткой, посмотрела на Скарлетт сверху вниз и тонко, нетерпеливо мяукнула.

- Я понимаю, дорогая, - Джентльмен слегка улыбнулся кошке. – Но сейчас неподходящее время.

Императрица посмотрела на него с укоризной, мяукнула ещё раз и улеглась вновь. Мужчина хихикнул и вновь сосредоточился на пруде, где на одну из лилий как раз приземлился воробей.

Следующие несколько секунд Скарлетт пыталась догадаться, о чём же эти двое только что говорили. А затем Джентльмен вновь нарушил молчание:

- Сюда мало кто находит дорогу, но я не возражаю против компании. Добро пожаловать, баронесса. Надеюсь, ваше путешествие выдалось не слишком утомительным?

- Итак, вы меня узнали, - Скарлетт кинула на него резкий взгляд.

Какое облегчение. Настоящий Джентльмен может дать ей больше ответов, чем копия.

А мужчина с удивлённым лицом повернулся к ней и сделал брови домиком:

- Узнал вас? Нет, нет, боюсь, вы не так поняли. Я вас впервые вижу. Я просто подумал, что ваше поведение соответствует титулу баронессы. Что вы родственная душа мне – Джентльмену – и нашей дорогой Императрице. В наши дни такие псевдонимы весьма популярны.

Скарлетт вытаращилась на него совершенно неприличным образом.

- Шучу, - на губах мужчины мелькнула вежливая, почти игривая улыбка. – Уверен, вы простите мне этот каприз. Нечасто мне выпадает шанс пустить в ход своё небогатое чувство юмора.

Императрица снова мяукнула, привлекая к себе внимание.

- Ладно тебе, дорогая. Не такое уж это и дурновкусие. Кажется, баронесса даже не обиделась. Видишь?

Императрица равнодушно взмахнула хвостом и отвернулась, демонстрируя безразличие так, как это умеют только кошки.

…Итак, это та версия Джентльмена, которая знакома со Скарлетт. Какое облегчение.

Баронесса перевела взгляд на заросший, но по-своему красивый двор. Бриз, налетевший словно из ниоткуда, зашелестел листьями. Один лист оторвался и плавно спланировал на поверхность пруда. По воде от него пошла нежная рябь.

- Что это за место? – наконец, спросила она.

Сложно поверить, что это просто ещё один фрагмент памяти. И дело не только в присутствии Джентльмена и Императрицы. Нет, что-то здесь ощущалось кардинально иначе. Но Скарлетт не могла понять, что именно.

Мужчина же откинулся на спинку скамейки и задумчиво заговорил.

- Хмм… даже не знаю, как лучше ответить. Это место, - он слегка постучал пальцем по своей трости, - не из тех, которым можно дать простые определения. Пожалуй, проще всего будет считать его промежуточным пространством. Подозреваю, вы достаточно опытны, чтобы понять, о какой концепции я говорю. Хотя есть и ключевое отличие: это не столько перекрёсток между Планами, сколько средоточие вероятностей и возможностей.

- И что конкретно это значит?

Он хихикнул низким голосом.

- Отличный вопрос. Я тоже иногда над ним задумываюсь. Впрочем, с практической точки зрения разница крайне мала. Это место значит ровно столько, сколько вы захотите. А никто из нас, кажется, пока что не смог извлечь из него существенной выгоды, - он небрежным жестом вытянул руку в перчатке в сторону кошки, которая прохлаждалась на дереве. – Императрица сумела заметить ваше присутствие на грани Планов и реальностей. Благодарите её за то, что она привела вас сюда. Лично я не ожидал, что наши пути пересекутся именно здесь, но вот так вот вышло. Надеюсь, она не помешала вам завершить что-нибудь важное?

-…Понимаю, - Скарлетт тоже покосилась на кошку.

Если честно, она ничего не поняла, но солгала из вежливости. «Грань Планов и реальностей»? Так вот куда её унесли воспоминания? Это вообще настоящее место, или нечто метафизическое? Насколько опасно здесь находиться? В игре ничего подобного не было.

Да и в целом объяснение Джентльмена никакой ясности в происходящее не внесло. Так что Скарлетт вновь повернула голову к нему и заговорила.

- Императрица кое-что прервала, но обиды на неё я не держу. Однако мне сложно поверить, что вы не знаете, что это было.

- Я не всеведущ, баронесса.

- Я не это имела в виду.

На этот раз он улыбнулся более легкомысленно.

- Если вы считаете, что я точно знаю, через что вам здесь пришлось пройти, - вы заблуждаетесь.

- Но у вас есть идея, что со мной случилось.

- Да, некоторые догадки.

- Тогда не могли бы вы меня просветить, - твердо сказала баронесса, - потому что у меня догадок нет. Я была в Залах Эхо на Вздымающемся острове, каким-то образом активировала одну из стел в Палате Памяти и обнаружила себя в, насколько я смогла понять, реконструированном воспоминании, которое связано с моими предками. Я не пользовалась этим стелами раньше, но всё равно уверена, что такой функции в них изначально заложено не было.

Джентльмен задержал на ней взгляд, а затем вновь отвернулся к пруду.

- В самом деле?

- Определённо.

Выполнять просьбу баронессы и объяснять подробнее он не стал – просто продолжил созерцать водную гладь с загадочной улыбкой.

На лбу Скарлетт пролегла крохотная морщинка. Императрица настойчиво мяукнула, словно поторапливая своего компаньона. А когда Джентльмен наконец-то заговорил, он вовсе не отвечал на вопрос.

- Баронесса, кажется, со времён нашей последней встречи с вами случились занимательные перемены. Видимо, Тайннис оставил для вас нечто… примечательное.

Скарлетт подавила вздох. Он всегда был таким скользким типом, намеренно поддерживающим вокруг себя ауру загадочности?

Неважно. Тему, которую он поднял, обсудить тоже не помешает.

- Должен признать, даже я не знал, что Тайннис оставил после себя такой фрагмент, - продолжил мужчина. – Подобные сюрпризы в моей жизни случаются нечасто, и я нахожу их освежающими. Хотя в данном случае, боюсь, прорицарх был слишком поспешен в своих действиях.

- Это как?

Он тоже решил обсудить побочные эффекты наследия Тайнниса? Она и без того начала использовать его с большей аккуратностью, услышав от Хозяйки о потенциальных опасностях.

Джентльмен покачал головой, и цилиндр едва заметно сполз ему на лоб.

- Не уверен, должно ли вызывать проблемы само наследие. Но я говорю о другом. Тайннис, сам того не зная, сильно рисковал, оставив фрагмент своей эссенции. Конечно, этот фрагмент был незаметным, раз столь долго оставался необнаруженным. Однако он всё-таки открыл путь для злоупотреблений. Разумеется, у Тайнниса были причины так поступать. Но он в своей спешке оставил пришельцу возможность начать влиять на мир раньше, чем положено, - на лицо Джентльмена набежала тень, а его тон стал мрачным. – Возможно, это был фатальный просчёт.

- Пришельцу? Кого вы… - Скарлетт осеклась и прищурилась. -…Вы имеете в виду Аномалию.

Стоило этому титула прозвучать, как Императрица зашипела, а её шерсть поднялась дыбом. Джентльмен успокаивающе поднял ладонь:

- Тише, тише. Давай не будем терять голову.

Скарлетт крепко вцепилась взглядом в мужчину.

- Под возможностью преждевременно начать влиять на мир вы подразумеваете, что Аномалия уже сломала печать?

Во время встречи с фрагментом Тайнниса Аномалия вломилась внутрь и силой заставила Скарлетт уйти. Если Джентльмен не ошибается, значит, сущность как-то поглотила фрагмент Тайнниса и использовала его, чтобы вырваться в мир? Так вот кто вызывает беспорядки в Залах Эхо!

Скарлетт что-то в этом духе и подозревала. Реакция Планетария на Залы была такой интенсивной, что для иных объяснений просто не осталось места. Если Аномалия поглотила фрагмент, пока Скарлетт была в Сокрытой Библиотеке, то это как раз совпадает с тем моментом, когда Планетарий предупредил о крупном отклонении от судьбы.

Выходит, Священный Заговор и Племя греха начали переправлять монстров в империю раньше ожидаемого срока, потому что как-то узнали о происходящем и решили скоординировать усилия? Для них это была слишком удобная возможность, чтобы за неё не ухватиться. Это же объясняет, почему воины Племени и ассасины Заговора так и не поддержали вторжение монстров: подготовка на тот момент ещё не была завершена.

Можно ли считать это проблеском надежды? Разве что очень тусклым. Если Аномалия на свободе, империя мало что может ей противопоставить. На этом этапе даже Скарлетт будет трудно придумать хоть какое-то решение.

Всё кончено? И это её вина? В конце концов, именно она привела Аномалию к фрагменту Тайнниса. Но ведь в тот момент казалось, что сущность не хочет, чтобы баронесса добралась до фрагмента. Она просто перехитрила Скарлетт?

- Аномалия не сбежала, - спокойным, размеренным голосом ответил Джентльмен. – Есть только один способ сломать печать, и не нужно переживать о том, что это может измениться. Однако она нашла другой способ взаимодействовать с миром в обход ограничений, и этого достаточно, чтобы представлять великую угрозу для многих.

Скарлетт выдохнула и только тогда осознала, что всё это время задерживала дыхание. Плохие новости, но не настолько ужасные, как она боялась.

Внезапный треск огласил двор: ветка под Императрицей подломилась. С неуловимой грацией кошка спрыгнула в идеальный момент, чтобы мягко приземлиться на траву. Ветка же с глухим стуком упала на землю. Кошка возмущённо, но величественно зашипела, а затем села и начала беспечно вылизывать лапу, словно ничего не произошло.

-…Надеюсь, ты не ждёшь, что я заменю её ради тебя, - заметил Джентльмен, покосившись на сломанную ветку.

Императрица взмахнула хвостом и повернулась к нему спиной.

- Дорогая моя, я понимаю, что условия далеки от идеальных, - Джентльмен вздохнул и покачал головой, - но никому из нас не под силу изменить ни то, что уже случилось, ни то, чему следует случиться.

Скарлетт вновь подняла на него взгляд:

- Вы планируете стоять и ничего не делать? Даже сейчас?

Она знала, что Джентльмен, верный своему загадочному кодексу, часто оставался нейтральным наблюдателем. Успела она убедиться и в том, что иногда из-за этого кодекса их интересы сталкивались. Но он, конечно, не может занять сторону Аномалии?

- Дело не в том, что я игнорирую эти материи, - отозвался он, - а в том, что мне не положено вмешиваться.

- Даже если от этого может зависеть судьба мира?

- Судьба бывает податливой в руках определённых деятелей, но она не настолько хрупка, чтобы расколоться от чего-то подобного. А если это всё-таки ознаменует конец времён – у меня, к сожалению, нет выбора, кроме как принять такой исход.

Это спровоцировало ещё один неодобрительный взгляд и резкое шипение со стороны Императрицы.

- Я понимаю, что тебе это может не нравиться, дорогая. Но в тот день, когда ты решила присоединиться ко мне в моих заблуждениях, ты хорошо знала, что такое, – мужчина печально улыбнулся, - стать моим компаньоном.

Кошка кинула на него ещё один долгий взгляд, а затем продолжила вылизываться.

Скарлетт же, созерцая эту парочку, позволила неопределённости отразиться на своём лице. О чём они говорят? Какие принципы так ограничивают действия Джентльмена? И что он имеет в виду под заблуждениями?

А тот, словно читая её мысли, заговорил вновь.

- Я не ожидаю, что вы поймёте мои решения, баронесса. Быть судимым лишь по своим намерениям, а не по делам – редкая роскошь.

Какое-то время молчание во дворе нарушал лишь шелест листьев и далёкий щебет птиц. Скарлетт отвела взгляд, рассматривая окружение.

-…Я понимаю, что оказалась здесь из-за вмешательства Императрицы. Но могу я спросить, что именно в этом месте делаете вы?

- О, ничего такого великого, как вы, вероятно, воображаете, - тон Джентльмена стал более напряжённым. – Жаль вас разочаровывать, но мы просто приходим сюда время от времени, поскольку находим это место расслабляющим. Оно обладает особенным шармом, вы не находите?

- Нахожу, - кивнула Скарлетт, а после небольшой паузы добавила. – Где здесь выход?

Мужчина мягко рассмеялся.

- Желаете вернуться на Вздымающийся остров?

- А это возможно?

- Если уйдёте самостоятельно – просто вернётесь туда, откуда вас вывела Императрица.

- И продолжу балансировать на «грани Планов и реальностей», - сухо заметила Скарлетт.

- Именно так.

Скарлетт сделала задумчивое лицо, взвешивая возможные плюсы и минусы.

-…Обычно, - добавил Джентльмен более серьёзным голосом, - я бы предпочёл не вмешиваться в данные материи. Однако сейчас здесь присутствует пришелец, который очень любит менять всё под себя, поэтому я в состоянии помочь вам сбежать из Воспоминаний. В конце концов, они должны функционировать вовсе не так.

- Разве нет? – посмотрела на него Скарлетт.

- Нет.

- Тогда как они должны функционировать?

- Для зуверов Воспоминания обычно были лишь простым воссозданием картин прошлого. Они служили для сохранения знаний, обучения и передачи воли усопших. Однако личностям в Воспоминаниях никогда не планировалось давать самосознание, - Джентльмен кинул на Скарлетт оценивающий взгляд, прежде чем продолжить. – Но иногда нечто более… мощное может искажать природу Воспоминаний. Такое бывает редко, и, как правило, не с людьми, а с куда более влиятельными сущностями. Тогда границы Воспоминания растягиваются, размываются, а его обитатели могут начать считать себя по-настоящему живыми. Они могут говорить, действовать и даже отвечать на события в настоящем, перестав, таким образом, быть всего лишь отражениями прошлого.

Звучит совсем как описание Фреймедоу. Если так – это многое объясняет.

- Итак, вы утверждаете, что за… Воспоминания, в которые меня закинуло, ответственна Аномалия? – спросила Скарлетт, не сводя с мужчины глаз. – Ей было мало просто перекроить стелы?

- Возможно. Хотя я бы задал другой вопрос: было ли это её изначальным намерением? Пока печать держится, действия Аномалии останутся ограниченными, однако точный характер этих ограничений сложно предсказать даже мне, - заурядный взгляд Джентльмена, кажется, пронзил Скарлетт насквозь. – Да, она нашла новый путь влияния на мир, но возможности этого пути ограничены медиумом, через которого Аномалия направляет своё могущество.

Скарлетт скривилась. Он намекает, что она – и есть медиум? Именно поэтому Воспоминания изменялись и подстраивались под её нужды, словно зная, что ей требуется? Если сущность поглотила фрагмент Тайнниса благодаря своей со Скарлетт связи, то эта версия звучит осмысленно. Возможно, именно с этой целью Аномалия и добавила в систему тот глючный навык?

Но если это так, почему Скарлетт не почувствовала никаких перемен в себе, даже после усвоения наследия Тайнниса? Разве она не должна заметить, что служит проводником подобной мощи? А если влияние Аномалии настолько неуловимо, что Скарлетт не в состоянии его обнаружить, то как ему помешать? Неприятная мысль.

Баронесса надолго замолчала. Джентльмен отвернулся к пруду – кажется, он с готовностью дал ей время подумать. Наконец, Скарлетт, понизив голос, заговорила вновь:

- Если я останусь в этих Воспоминаниях, что со мной произойдёт?

- Ах, ещё один вопрос, на который сложно дать чёткий ответ. Возможно, что вы рано или поздно встретите свой конец. Жизнь смертных, которые уходят за пределы родных Планов, редко оказывается долгой. Но в вашем конкретном случае… - он пожал плечами, и по ткани плаща пошла рябь. – Возможно, исход будет иным. Кто знает? Возможно, именно через эти Воспоминания вы сможете развязать весь узел. Если они и в самом деле созданы под влиянием Аномалии, то они могут привести вас к её текущему средоточию власти. Кто-то может назвать это шикарной возможностью ударить по самой уязвимой точке.

Скарлетт сдвинула брови и потупила взгляд.

Что, если… она вернётся в Воспоминания? Во-первых, они связаны с Арленой и Делмонтом. А это важнейшие нити, за которые можно потянуть, чтобы выполнить основную цель её приезда на Вздымающийся остров. Во-вторых, она не могла выбросить из головы образ юной Скарлетт. Это осязаемая связь с прошлым оригинала – с прошлым, о котором она знала так мало. Вряд ли подобный шанс выпадет снова.

А если Джентльмен говорит правду, и ограничения Аномалии сейчас связаны с самой Скарлетт или чем-то близким? В этом случае, как он и предположил, Воспоминания – лучшее место, чтобы вмешаться до того, как сущность сможет полноценно воспользоваться своим влиянием. С точки зрения блага мира и планов самой Скарлетт на будущее это лучший вариант. Хотя звучит, конечно, рискованно.

А как она может быть уверена, что вернуться в Залы Эхо – не лучшая альтернатива?

Импульсивная сторона баронессы подталкивала вновь нырнуть в Воспоминания, а осторожная тянула обратно, в Залы. Разумом Скарлетт не могла вычислить, к какому голосу прислушаться, зато она чувствовала, куда указывает интуиция. Если рычаг воздействия на мир, найденный Аномалией, не располагается в самих Залах Эхо, тогда чего можно добиться, вернувшись туда? Правда, Скарлетт не уверена и в том, что путь через Воспоминания будет лучше, но…

- Хотя выбор остаётся за вами, - сказал Джентльмен, наблюдая за баронессой, - я бы на вашем месте подумал и о судьбе ваших компаньонов на Вздымающемся острове. Они ведь в данный момент вынуждены без вас сталкиваться с последствиями влияния Аномалии. Даже не знаю, что с ними станет.

Скарлетт вновь сфокусировалась на собеседнике, но тут раздался короткий, настойчивый звук:

- Мяу!

Императрица запрыгнула на скамейку, вонзила когти в колено Джентльмена и начала его царапать. Он опустил взгляд на рассерженную кошку и нахмурил брови.

-…Дорогая, что же такого сделала баронесса, чтобы заслужить твою благосклонность? Помнится, когда мы только познакомились, потребовалось куда больше времени, чтобы ты начала тепло ко мне относится.

Императрица многозначительно мяукнула, прекратила раздирать ногу Джентльмена и подняла на него свои ясные глаза.

- Это несправедливо, - вздохнул он. – И ты меня ранишь. Я не веселюсь, дразня её.

Кошка вместо ответа забралась к нему на колени, повернулась спиной, дважды хлестнула хвостом по груди мужчины и спрыгнула на землю. Джентльмен с извиняющейся улыбкой повернулся к Скарлетт:

- Пожалуйста, простите наше небольшое несогласие.

Скарлетт в этот момент всё ещё размышляла, поэтому заговорила далеко не сразу.

- Я не буду просить вашей помощи для возвращения на Вздымающийся остров.

- О? – мужчина выгнул бровь, а в его глазах сверкнула искра любопытства. – Значит, вы решили бросить своих товарищей?

- Нет, - помотала головой баронесса, - я просто в них верю. Даже без моих наставлений они далеко не беззащитны. Предлагаю вам их не недооценивать.

- Я и не пытался. Но, пожалуй, вы правы. Для них это можно рассматривать как возможность узнать, на что они способны без лидера, на которого всегда можно положиться, - мужчина несколько секунд помолчал. – По моей оценке, была очень существенная вероятность, что вы покинете Воспоминания при первой же возможности.

- Так вот чего вы от меня хотели?

- Нет. Но мне казалось, что этого захотите вы.

- Тогда, очевидно, вы знаете меня хуже, чем думаете. Всё совсем наоборот: когда я лучше поняла, что представляют собой Воспоминания, у меня стало ещё больше причин туда вернуться.

Скарлетт была убеждена: помимо Арлены и оригинала, ей было нужно найти ещё что-то критически важное. Сразу после переноса у баронессы имелось лишь лёгкое подозрение, которое таилось в тени замешательства. Но теперь оно переросло в уверенность.

Да, Скарлетт опасалась, что эту уверенность порождает навык, пожалованный Аномалией. Но она находила это весьма маловероятным. Раньше Скарлетт удавалось отличить влияние Аномалии от собственных мыслей, и она верила (или, как минимум, надеялась), что так всё и осталось.

- Очень хорошо, - Джентльмен поднялся со скамьи и стукнул тростью по земле. – Раз таково ваше решение, препятствовать не стану. Если фортуна вам улыбнётся, всё даже может обернуться в вашу пользу.

- Уже уходите? – посмотрела на него Скарлетт.

- Да. Я намеревался уйти ещё до вашего прибытия, но Императрица настояла, что сначала нужно вытащить вас из затруднительного положения.

Кошка мяукнула ещё раз, но гораздо тише, и кинула на Скарлетт взгляд, в котором читалось невысказанное предостережение.

- Не пытайся повлиять на её выбор, дорогая, - в голосе мужчины послышался укор. – Я тоже верю, что это более мудрый путь.

Императрица покосилась на него и отвернулась.

Скарлетт же мельком посмотрела на кошку, а затем вновь сфокусировалась на Джентльмене.

- Можно ещё вопрос, пока вы не ушли? Есть ли вероятность, что в тех Воспоминаниях я встречу другую версию вас?

- Почему вы об этом спрашиваете? – он с нечитаемым выражением лица посмотрел ей в глаза.

- Уверена, вы знаете, почему.

Арлена оказалась заперта во Фреймедоу на два с лишним века вовсе не случайно.

Мужчина молчал бесконечно-долгую секунду, а затем выдал небольшую улыбку:

- Нет, меня там не будет. Воспоминания опираются на опыт владельцев артефактов, которые используются для их создания, а также на существование тех, кто их окружает. Коснуться одного гораздо легче, чем другого. Даже с помощью отголосков прошлого меня вы там не найдёте.

- Тогда вы хотя бы можете сказать мне: почему Арлена? – надавила Скарлетт. – Почему она? Есть ли причина, по которой это должен быть член моего дома? Вы ведь сами говорили, что редко вмешиваетесь в работу судьбы.

- Почему вы пришли к выводу, что моё вмешательство нарушило изменило судьбу?

- А, так вы пытаетесь сказать, что она изначально была обречена на безрадостное существование здесь?

- Мало кто знаком с судьбой так же хорошо, как и вы, баронесса, - мужчина кинул на неё многозначительный взгляд. – Это вы мне скажите, было ли предопределено, что она окончит свой путь в той деревне.

-…Это отвратительно, - Скарлетт сжала губы в тонкую линию.

- Именно, - размеренно кивнул Джентльмен. – А что до её связи с вами… Вы поверите, если я скажу, что это лишь простое совпадение?

- Нет.

- Как хотите. Хотя на самом деле, когда вы попросили меня помочь с входом во Фреймедоу, я счёл это довольно-таки счастливым случаем, однако от дальнейших вопросов решил воздержаться. В конце концов, судьбу определяю не я.

Он перехватил трость, ещё раз стукнул её по земле и коснулся цилиндра.

- А теперь мне действительно пора. Подозреваю, что на момент нашей следующей встречи многое изменится. Если вы останетесь живы и сохраните власть над собственным рассудком, то, конечно, не забудете, что задолжали мне услугу. Возможно, тогда для меня настанет время забрать долг.

Не дожидаясь ответа, он развернулся на пятках, заставив плащ взметнуться за спиной, и направился к краю двора. Скарлетт посмотрела ему в спину, а затем переключилась на крохотную пушистую фигуру, которая не сводила с неё глаз.

-…Спасибо, Императрица, что попытались мне помочь. Если честно, - более мягким голосом сказала Скарлетт, - я даже не понимаю, что сделала, чтобы заслужить такую доброту.

Кошка мяукнула и, кажется, покачала головой. Баронесса её не поняла, но, судя по тону, Императрица сочла, что Скарлетт сказала нечто чрезвычайно глупое. Посмотрев на Скарлетт ещё пару секунд, Императрица издала низкое, полное обертонов мурлыканье и грациозно направила вслед за Джентльменом.

Оставшись в одиночестве, Скарлетт перевела взор на пруд, на поверхности которого всё так же безмятежно продолжали плавать лилии. Затем она медленно вдохнула аромат ивы и свежей воды. Кажется, нужно обдумать многое, а сделать – ещё больше. Но пока Скарлетт здесь (где бы это ни было), можно, наверное, уделить минутку-другую и себе, прежде чем продолжать путь.