Скарлетт окинула взглядом двор. В отличие от гостиной, он выглядел почти так же, как и за день до штурма агентами Заговора. Фонтан в качестве центрального элемента. Вокруг – четыре аккуратных газона, разделённых каменными дорожками. Яркие клумбы вдоль стен, пестрящие цветами.

Баронесса медленно обернулась в поисках признаков жизни, но двор остался пустынным. Ни Арлены, ни Арло видно не было. Выходит, это новое воспоминание? Почему сцена так резко сменилась?

Скарлетт опустила взгляд на кольцо. Гранат в центре прекратил сиять и вновь принял прежний вид.

…Ту же реакцию продемонстрировала [Корона благословения пламени] перед тем, как закинуть её в эти воспоминания, да? Выходит, на сей раз дело было в перстне?

Внезапно на Скарлетт накатила необъяснимая задумчивость. Осмотрев двор, баронесса перевела взор на вход в особняк. Арлена, Лиана и Делмонт ждут внутри? Если так, сколько им сейчас лет? И – что более важно – что делает здесь она сама?

В одном из окон мелькнуло и немедленно исчезло что-то белое. Скарлетт прищурилась и сфокусировалась на этом окне. Секунда шла за секундой, но никто так и не показался.

Наконец, баронесса медленно выдохнула и пересекла двор. Каждый шаг по каменным плиткам отдавался тихим эхом. Когда она поднялась по лестнице и толкнула входную дверь, справа раздался испуганный вскрик.

Молодая служанка, которая вытирала хрупкую фарфоровую вазу, удивлённо отшатнулась и безо всякого изящества приземлилась на пол. Покраснев от стыда, она поднялась на ноги, но застыла без движения, увидев Скарлетт.

Скарлетт слегка нахмурилась.

Служанка, кажется, осознала, что нарушает этикет, разгладила платье и склонилась в поспешном реверансе.

- Мне ужасно жаль, мисс, - пролепетала она, покраснев ещё сильнее. – Прошу, простите мою неловкость. Добро пожаловать. Могу я вам с чем-нибудь помочь?

Скарлетт молча смотрела на незнакомую девушку. Судя по её реакции, она приняла Скарлетт за гостью. Очередной пример того, как воспоминание интегрирует в свой сюжет чужеродные элементы? Вице-декан Флетчер по этой же причине предположил, что Скарлетт принадлежит к башне Элистеда?

Скарлетт отвела взгляд от алеющей служанки и изучила фойе. Сходство с её домом шокировало, но некие незаметные отличия всё же имелись. Примерно как посетить свою старую квартиру после того, как туда вселился новый владелец, и посмотреть на её искажённую версию.

- Боюсь, лорд в настоящее время уехал по делам, - более ровным голосом продолжила девушка. – Однако я буду счастлива проводить вас в гостиную, если вы желаете подождать его возвращения.

- Лорд? - Скарлетт нахмурила брови и кинула на служанку свой фирменный взгляд сверху вниз.

Та под напряжённым взором Скарлетт слегка вздрогнула и закивала:

- Да, мисс. Он в городе, наносит визит графу. Леди здесь, но я не думаю, что она сейчас готова принимать гостей.

Скарлетт продолжала изучать девушку. Присутствие «лорда» противоречит недавнему возвышению Лианы до баронессы. Возможно, она вышла замуж? Или Скарлетт сейчас ещё дальше в прошлом? А сейчас – это когда?

Внутренний голос подсказывал, что можно просто спросить служанку о том, как зовут лорда и леди, но Скарлетт не спешила так поступать. Вместо этого она развернулась к лестнице, ведущей на верхние этажи.

- Могу я исследовать особняк самостоятельно?

- Это… - не сразу нашлась с ответом служанка.

Баронесса же пригвоздила её к месту стальным взглядом:

- Уверяю, я не буду создавать помех.

Неспособная удержать зрительный контакт, девушка опустила голову.

- К-конечно. Если вам что-нибудь понадобится, я буду здесь, в фойе.

Быстро кивнув, Скарлетт поднялась по лестнице. Перед ней раскинулся интерьер второго этажа – знакомый, но немножко иной. Скарлетт направилась по коридорам. Она разглядывала узоры на коврах, изучала картины на стенах, считала расписные вазы, выстроившиеся вдоль стен. Одни детали остались неизменными, а другие выглядели одновременно старыми и новыми. Как… обескураживающе.

Чем дольше длилось «исследование», тем глубже Скарлетт погружалась в меланхоличную задумчивость. Похоже, баронессе предстоит распутать целую паутину бесчисленных совпадений. Она действительно встретит здесь Арлену, её брата и сестру? Откровение, что эта женщина принадлежит к дому Хартфордов, всё ещё ощущалось нереальным. Ну вот не укладывалась в голове мысль, что Арлена выросла здесь – в зеркальном отражении особняка Скарлетт. Кто бы мог подумать, что их связь не ограничена уроками во Фреймедоу!

Потерявшись в собственных мыслях, Скарлетт не заметила, как оказалась перед тёмной дверью в конце коридора. О том, куда эта дверь из красного дерева ведёт, даже гадать не надо.

В кабинет.

Баронесса вгляделась в поверхность двери. Лак пошёл тонкими трещинами, а изящная серебряная ручка была натёрта до блеска годами использования. Дверь жутко напоминала то, какой её помнила Скарлетт, но ощущалась немножко другой. Как будто прямо сейчас пространство за этой дверью ей не принадлежало.

Медленно, почти нерешительно Скарлетт потянулась к ручке. Коснувшись пальцами холодного металла, она нежно надавила и обнаружила, что дверь не поддаётся. Закрыто.

Она едва слышно выдохнула.

А затем отпустила ручку и отвернулась. Что она хотела увидеть по ту сторону двери? А чего она вообще пытается добиться? Как бесцельное блуждание поможет понять, почему Скарлетт оказалась именно здесь, и найти способ сбежать?

Она помотала головой, пытаясь очистить разум. А то в душу что-то начали вгрызаться сомнения: что, если из этих воспоминаний нет выхода? Скарлетт чувствовала, что во всём этом есть какая-то масштабная цель, какой-то смысл. Но вдруг интуиция её подвела?

Баронесса направилась прочь от офиса, однако вынырнула из потока мыслей, заметив ещё одну служанку. Та вытирала пыль с подоконника, выходящего на внутренний двор.

На мгновение задумавшись, Скарлетт направилась к ней по нескольким связанным коридорам. Служанка прекратила работать и вежливо поклонилась. Но стоила Скарлетт остановиться и начать изучать её – и девушка замерла, а её плечи ощутимо напряглись.

Скарлетт нахмурилась. Она действительно выглядит так пугающе? А ведь она усердно трудилась над тем, чтобы не вгонять персонал в паралич одним своим присутствием. Какое выражение лица может спровоцировать такую реакцию?

Или изменения в особняке повлияли на Скарлетт так сильно, что она оказалась не в состоянии даже уследить за собой?

После секунды взрывоопасного молчания баронесса ровным тоном произнесла:

- Где сейчас леди этого поместья?

- Е-её милость, - осторожно произнесла служанка, -…не в состоянии сейчас принимать гостей.

- И почему же?

- Э-эм, она…

- Я жду объяснений, - надавила Скарлетт более резким голосом.

Служанка сжалась, но была спасена: вместо неё ответил юный голос сзади.

- Она в постели.

Баронесса застыла и почувствовала, как у неё становятся дыбом волосы. Этот голос не принадлежал ни Арлене, ни её брату и сестре. Скарлетт медленно, осторожно повернулась.

У неё за спиной, прямо посреди коридора, стояла маленькая девочка – не старше 8 лет от роду. Её колючие, неестественно-взрослые янтарные глаза смотрели прямо в глаза Скарлетт. Тёмно-зелёное платье явно было сшито мастером. Отточенная поза прямо-таки излучала уверенность – девочка явно привыкла получать то, чего хочет. А прямые, тёмно-красные волосы аккуратно обрамляли знакомое лицо, от которого у Скарлетт мороз прошёл по коже.

- Так или иначе, встречаться с леди смысла немного, - равнодушно продолжила девочка.

Скарлетт же почти физически ощущала разброд и шатание собственных мыслей. В душе вспыхнули какие-то странные эмоции. Девочка перед ней – действительно та, кем кажется? Изначальная Скарлетт?

А та с холодным выражением лица повернулась к служанке:

- Можешь идти.

Взгляд девушки заметался между ними двумя. Она нерешительно поклонилась и ушла. Скарлетт и девочка остались в коридоре вдвоём.

- Если же ты, несмотря на мои слова, настаиваешь на встрече, - продолжила она, - то я покажу дорогу.

Не дожидаясь ответа, девочка развернулась на каблуках и направилась в сторону холла. Пока Скарлетт смотрела на крохотную удаляющуюся фигуру, её ноги словно бы начали двигаться сами по себе. Она быстро подстроилась под удивительно быструю походку юной Скарлетт, но осталась на шаг позади.

Молчание между ними было таким густым, что хоть топор вешай. Шагая по коридорам, Скарлетт пыталась разобраться с тем, что, собственно, чувствует. Злость? Страх? Печаль? Непонятно. Ничего похожего на те моменты, когда эмоции изначальной Скарлетт просачивались наружу (например, во время встреч с Эвелин). Нет, на этот раз эмоции будто целенаправленно пытались её запутать, а также насмехались над её неспособностью отличить влияние Скарлетт от влияния Эми.

Почему молодая Скарлетт вообще здесь оказалась? Понятно, что в этом как-то замешан [Гранатовый перстень Хартфордов], но как? То, что [Корона благословения пламени] отправила её в воспоминания Делмонта, хотя бы имеет смысл – корона опосредованно связана с ним через жарёнка. Но прежняя Скарлетт со стелами Залов Эхо никак не взаимодействовала. Так как такое возможно? А если мемориалы не причём, то какая сила за этим стоит?

Баронесса задержала взор на девочке перед собой. Эта молодая версия узнала её по-настоящему? Их сходство был неоспоримым, но никто из слуг на него не отреагировал и, кажется, не заметил. Возможно, для той роли, которую Скарлетт «играла» в этом воспоминании, такие вещи были несущественны.

Несколько минут спустя юная Скарлетт остановилась перед резной дверью, указала на неё скупым, аккуратным жестом и покосилась на «гостью».

- Леди живёт здесь, - сообщила она таким тоном, будто озвучивала всем известный факт. – Как я уже говорила, от аудиенции с ней большой выгоды не получишь.

Скарлетт перевела взгляд с девочки на дверь. Что она задумала? Разве так обычно говорят дети? И что она имеет в виду? Разве нынешняя леди поместья – не мать Скарлетт? Или всё-таки мать Эвелин?

Как неудобно и огорчительно в такие моменты не знать собственного прошлого.

- Ты ужасно тихая, - заметила девочка, прежде чем толкнуть дверь и зайти внутрь.

Скарлетт последовала за ней, придержав дверь. Эта комната служила одним из жилых помещений восточного крыла. Скарлетт была здесь лишь однажды – когда вскоре после трансмиграции изучала особняк. Солнечный свет потоком лился сквозь высокие окна, мягко освещая комнату. Отсюда открывался вид на восточную часть поместья, включая внешнюю стену.

В дальнем конце стояла большая кровать с балдахином, частично укрытая занавесом. Рядом сидела служанка с полузаконченным вязанием на коленях. Скарлетт же заметила резную колыбель. Это зрелище заставило её остановиться.

Служанка подняла глаза, обнаружила юную Скарлетт и сделала удивлённое лицо.

- Уходи, - скомандовала девочка.

Женщина начала нерешительно переводить глаза со спящей в постели фигуры на колыбель и обратно.

- Я должна повторяться? – в тоне юной Скарлетт послышались нотки раздражения.

Служанка с видимой неохотой отложила вязание и встала.

- Я буду снаружи, если вам что-нибудь понадобится, юная леди, - пробормотала она.

После этого она сделала реверанс и направилась к двери, удостоив Скарлетт лишь беглым взглядом.

А девочка небольшими, но целенаправленными шагами пересекла комнату и остановилась возле кровати. Затем она повернулась к Скарлетт с таким видом, будто чего-то ждёт. Комнату наполнило удушливое молчание, а у баронессы стук сердца начал эхом отдаваться в ушах. Скарлетт чувствовала себя так, словно ноги пустили корни. Ей потребовалось сознательное усилие, чтобы заставить тело подойти ближе. Хорошо ещё, что ворс ковра приглушал шаги.

Остановившись рядом с кроватью, она впервые заглянула за занавес балдахина.

Среди подушек, словно в гнезде, лежала женщина с мягкими, нежными чертами лица. Её грудь ритмично поднималась и опускалась, однако дыхание было неглубоким. Бледная кожа слегка блестела от пота. Каштановые волосы веером разметались по подушке. В колыбели рядом с ней громко, безмятежно спал ребёнок, голову которого венчали коричнево-розовые завитки.

Она уставилась на пару.

- Они отвратительны, не так ли? – в ровном голосе юной Скарлетт не было ни следа детской невинности.

Скарлетт перевела взор на девочку.

-…Что заставляет тебя так их презирать?

- Разве ты сама не знаешь? – девочка воткнула в неё свой пронзительный взор. – Ты ведь презираешь их не меньше моего.

Скарлетт посмотрела на женщину в кровати ещё раз и сжала кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони.

…Она никогда раньше не встречала эту женщину, но одного лишь взгляда хватило, чтобы в животе Скарлетт забурлило отвращение – слишком сильное, чтобы быть настоящим. Которое, как ни странно, не распространялось на ребёнка – Эвелин. Нет, её отношение к Эвелин походила на мутную, нерасплетаемую паутину – почти такую же сложную, как чувства, пробудившиеся в Скарлетт при виде молодой версии себя.

Вскоре Скарлетт снова переключилась на девочку и сузила глаза. Как она с такой точностью считывает её эмоции? Она действительно понимает, кто такая Скарлетт? А если так, то почему остаётся столь собранной? Это действительно подлинная реконструкция воспоминания, или же нечто другое?

В конце концов, Скарлетт решила разогнать туман мыслей звуком собственного голоса.

- Кто ты? – спросила она с нескрываемым подозрением.

- Я Скарлетт Хартфорд, - просто ответила юная Скарлетт.

- Которая?

- Единственная.

-…А кто тогда я?

Девочка задумалась на целую секунду.

- Отступница.

Скарлетт распахнула глаза, но ответить не успела.

Снаружи донеслась неразборчивая смесь голосов и криков. Юная Скарлетт повернула голову на звук.

- Кажется, она узнала о моём визите сюда, - холодно отметила она. – Интересно, кто ей рассказал?

Скарлетт нахмурилась и тоже сфокусировалась на входе:

- О ком ты говоришь?

Дверь, словно отвечая на вопрос, рывком распахнулась. Служанка нерешительно топталась снаружи, но её протесты никак не повлияли на женщину, которая силой проложила себе дорогу в комнату. Скарлетт пригляделась к новому действующему лицу, и от её собственного лица отхлынула кровь.

Баронесса почувствовала себя так, словно смотрит в кривое зеркало и видит там слегка изменённую версию себя. Впрочем, зловещее сходство ограничивалось лишь чертами лица – из-под роскошных чёрных волос незнакомки сияли почти маниакальной настойчивостью резкие голубые глаза. Она была одета в тёмную ночную рубашку, больше подходящую фантому, чем дворянке, а обуви не имела вовсе, но даже так умудрялась излучать явную ауру гордости и авторитета.

Женщина немедленно бросила острый взгляд на юную Скарлетт, которая так и стояла возле кровати.

- Матушка, - сказала девочка осторожно-нейтральным тоном, - почему ты покинула свои покои? Отец будет недоволен, если узнает.

Кажется, женщина – Скарлетт откуда-то знала, что её зовут Лара – не услышала слов дочери. Она просто пересекла комнату и остановилась рядом с кроватью. Протестующая служанка беспомощно шла следом. А Лара переключилась со своей дочери на спящую женщину.

-…Почему эта девка ещё жива? – громко спросила она, не обращаясь ни к кому конкретному. – Я убила её. Я определённо её убила. Почему она здесь?

Она сверкнула глазами в сторону колыбели и опасно прищурилась.

- А это что такое? Почему оно в моём доме? Кто-нибудь, уберите его немедленно.

- Матушка, - ровным голосом сказала юная Скарлетт, - ты никого не убивала. А теперь, пожалуйста, возвращайся в свою комнату. Тебе этим утром давали лекарство?

А Лара уже обратила внимание на Скарлетт, да такое, что баронесса почти физически почувствовала его вес.

-…Ты так изменилась, - пробормотала она, сдвигая брови и концентрируясь. – Когда ты выросла такой высокой? Ты сделала, как я просила? Убила того паразита?

Скарлетт смотрела на женщину, которую никогда не встречала по-настоящему, и которая одним своим присутствием влияла на неё так, что слова просто отказывались срываться с губ.

- Матушка, я здесь, - юная Скарлетт легонько потянула Лару за рукав.

Женщина рывком опустила голову, посмотрела на ребёнка и скривилась.

- Что ты делаешь, Скарлетт? Ты аристократка. Будущая баронесса не тянет людей за одежду, как обычная беспризорница, - она сделала паузу и прищурилась ещё сильнее. – Ты выполнила задание, которое я тебе поручила? Дело сделано?

- Нет, матушка, - помотала головой юная Скарлетт. – Отец бы не одобрил.

Лара резко щёлкнула языком.

- Тогда придётся сделать это самой. На сей раз я не оплошаю.

Лара запустила ладонь в карман пижамы и достала блестящий нож для писем. Это движение вышло намного более быстрым, чем ожидала Скарлетт. А Лара без колебаний метнулась к колыбели. Безумный блеск в глазах не оставлял сомнений в её намерениях.

Служанка встревоженно закричала и врезалась в Лару всем телом, отчаянно пытаясь её ухватить. А юная Скарлетт наблюдала за разворачивающимся хаосом с жуткой отстранённостью, не пошевелив и пальцем, чтобы вмешаться.

Скарлетт же как раз собралась сделать шаг вперёд, когда её молодая версия вновь заговорила.

- Матушка неоднократно покушалась на жизнь моей сестры и её матери, но ни разу не преуспела. Возможно, она никогда не хотела этого по-настоящему и лишь притворялась, будто пытается. Возможно, её разум был слишком повреждён, чтобы составить эффективный план. Эта женщина заслуживала жалости, но жалеть её не осмеливался никто, кроме матери того ребёнка, которому она пыталась причинить вред. Кажется, это и называют иронией?

Скарлетт посмотрела в глаза девочки и увидела слишком хорошо знакомую ей смесь безразличия с презрением. А та продолжила рассказ.

- Многие восхваляли мать моей сестры за способность к прощению. Называли её доброй за то, что она не держала зла на женщину, пытающуюся разрушить её семью. Она зашла так далеко, что прикрывала её от гнева отца, а меня приняла как «свою родную», хотя мы никогда не просили такого великодушия. Вот скажи мне, чего полезного можно добиться подобной «добротой»? Разум моей матушки она не вылечила, да и мне никакой осмысленной помощи не оказала. А доброта, которая служит лишь себе – не доброта вовсе. Эта «добродетель» противоречива и пуста. Черта, часто встречающаяся среди низших классов, не осознающих ни тонкостей своего положения, ни возможных последствий своих действий.

Последние слова девочки повисли в воздухе горьким эхо, а сцена начала размываться. Цвета перетекали друг в друга, формы искажались, фигуры Лары и служанки растворялись в пятнах света. Скарлетт поняла, что вот-вот перескочит в другое воспоминание.

И как только она осознала, что надо торопиться, в разуме сразу начали роиться мириады вопросов. Баронесса шагнула вперёд и попыталась схватить юную Скарлетт за запястье, но пальцы прошли сквозь изображение. Она как будто пыталась ухватить туман. Девочка начала исчезать вместе с обрушивающейся реальностью.

Скарлетт усилием воли собрала мысли в кучу и посмотрела прямо на девочку.

- Что ты такое? – требовательно спросила она.

Та слегка наклонила голову.

- Ответ не изменится просто потому, что ты перефразируешь вопрос.

- Ты знаешь, кто я такая. Знаешь что это место, - надавила Скарлетт, - всего лишь воспоминания, конструкт. Откуда? Какова цель всего этого?

- А разве всегда должна быть цель? – парировала девочка, ещё сильнее растворяясь в окружении.

- Да.

- Тогда ты, наверное, и сама её найдёшь, - голос юной Скарлетт стал слабеть. – Я знаю мало того, чего не знаешь ты. В конце концов, я всего лишь оригинал.

У Скарлетт аж дыхание перехватило.

- Ты…

Но закончить она не успела – её молодая версия окончательно исчезла. Да и вся комната превратилась в медленный водоворот цветов и движения, в который подлили ослепляющего белого света. Скарлетт повисла в пустоте между воспоминаниями и почувствовала, как её сознание начинает ускользать. Кто бы мог подумать, что невесомость – это так некомфортно!

Свет пару раз мигнул и сконденсировался в нечто осязаемое. Когда яркость снизилась, Скарлетт обнаружила, что стоит в пустом коридоре. Нос немедленно наполнился затхлым запахом полированного дерева и старых гобеленов. Перед ней – прямо в центре потёртого ковра – сидела кошка с гладким чёрным мехом. Немигающие аметистовые глаза вопросительно смотрели на Скарлетт, а хвост лениво раскачивался под ритм некой неслышной музыки.

Скарлетт опустила взгляд на старую знакомую и устало вздохнула.

Как далеко это место может зайти?