- Все помещения пребывают в таком же состоянии? – убитым голосом спросила Скарлетт.

- Да, - столь же мрачно отозвался Гаспар. – Все, в которые мы смогли заглянуть.

Перед ними возвышались колоссальные двери из плотного камня, исписанные бесчисленными магическими символами на зуверском языке. Многие из этих символов Скарлетт узнала. Двери были открыты, а прямо за порогом начинался первый из Залов Эхо – длинное, вытянутое помещение, наполненное странным сиянием. Колонны, больше похожие на башни, поддерживали выгнутый потолок.

В эфемерном свете дрейфовали бело-серые фантомы неясно-гуманоидного облика. Привидения мерцали, словно не могли определиться, осязаемы они или сотканы из тумана. А было их столько, что зал выглядел так, словно его накрыло одеялом.

Скарлетт узнала в них фантазмов – часть защитной системы Залов Эхо. И их присутствие здесь выбивалось за пределы нормы. В игре фантазмы встречались лишь во внутренней секции подземелья, но никак не у входа.

- Они нападают на всякого, кто переступит порог, - Гаспар указал на двери. – А те, кого мы сумели развеять, восстанавливаются спустя считанные минуты.

- И как давно это началось?

- Мы не знаем, - нахмурился Гаспар. – Залы Эхо редко видят посетителей. Я обнаружил это отклонение пять дней назад.

- Вы? – Скарлетт повернулась к нему в лёгком удивлении.

- Да, - с серьёзным видом кивнул гранд-волшебник.

Она задержала на нём взгляд ещё на секунду, а затем вновь сфокусировалась на фантазмах и нахмурила брови:

- Вижу.

Итак, подтвердить, что беспорядок начался одновременно с нападением Заговора на империю, не вышло. А без прямых улик подозрительное совпадение так и останется совпадением, на основании которого не сделать решительно никаких выводов.

- Эти эхо нельзя недооценивать, - раздался строгий голос сбоку. – Мы почти потеряли группу ведущих волшебников, пытавшихся разобраться в том, что произошло. Нападения пресекают любые попытки докопаться до сути проблемы.

Скарлетт повернулась на голос и увидела женщину в кипенно-белой мантии, чьи тёмно-коричневые волосы были слегка тронуты серебром. Гранд-волшебница Ядвига Клеммонс. Боевая магичка, известная своими продвинутыми барьерами на основе люмомантии и гидромантии. Рядом с ней стоял и магистр Пенней. На фантазмов он смотрел с беспокойством, а по пухлому лбу стекали капли пота. Сзади стояла толпа в мантиях всех цветов – группу Скарлетт вызвались сопровождать и многие волшебники рангом пониже.

- И в чём же сложность? – Скарлетт по очереди посмотрела на всех троих гранд-волшебников. – Вздымающийся остров может похвастаться тремя архиволшебниками в своих рядах, не так ли? Вы пытаетесь нас убедить, что враги, в столкновении с которыми выжили ведущие волшебники, могут доставить трудности архиволшебнику?

Гранд-волшебница Клеммонс сжала губы, Гаспар глубоко нахмурился, а магистр Пенней промокнул лоб платком, прежде чем прервать неловкую паузу.

- В обычных обстоятельствах, баронесса, вы были бы правы. Однако, боюсь, ситуация тут из ряда вон выходящая. Двое наших архиволшебников заняты делами за пределами острова. А архиволшебник Ньюбури уже попытался разобраться с проблемой, и результат получился… тревожно опасным.

Скарлетт приподняла бровь.

- Опасным? – повторила она. – Объясните.

Она помнила, что архиволшебник Ньюбури был одним из членов совета, изначально выступавших против сотрудничества. Но для мага такого калибра фантазмы, независимо от их числа и скорости респавна, не должны быть проблемой.

- Эти эхо не так просты, как кажутся, - Гаспар перевёл взгляд на помещение перед собой. – Известно, что зачарования в Залах Эхо сложнее, чем в любой другой точке Вздымающегося острова, однако такого не ожидали даже мы. По-видимому, Залы масштабируют силу конструктов в соответствии с силой «захватчиков». Если внутрь заходит архиволшебник, сопровождать его становится слишком опасно. Отправляя внутрь таких гранд-волшебников, как я, мы тоже рискуем, но нам необходимы опытные специалисты, чтобы провести надлежащие исследования.

Скарлетт посмотрела на него ещё какое-то время, а затем тоже повернулась ко входу в подземелье. Действительно, способность подстраиваться под силу противника – это неожиданно. Похоже на знакомый ей защитный механизм Залов, но не до конца. Да и не должно это распространяться на рядовых фантазмов.

- У вас есть теория, чем это может быть вызвано, баронесса Хартфорд? – спросил магистр Пенней.

- В настоящий момент, - ответила Скарлетт, – нет. Я лишь могу предположить, на чём нам следует сосредоточиться, чтобы это выяснить.

Она посмотрела на Гаспара.

- Скажите, сколько в Залах Эхо помещений?

Он так посмотрел на баронессу, словно уже понял, к чему она клонит.

- Семь залов, - проворчал гранд-волшебник.

- Это не сходится с моими данными, - помотала головой Скарлетт. – Должно быть существенно больше.

Гаспар нахмурился ещё сильнее.

- Вы намекаете, что в Залах есть скрытая секция, - заговорила гранд-волшебница Клеммонс, - такая же, как и в Астральном Святилище?

- Вероятность этого весьма высока, - ответила Скарлетт, вновь переводя взгляд на фантазмов.

Какая странная ситуация. Обязательно надо разобраться, что спровоцировало эти перемены и как они связаны с посещением Сокрытой Библиотеки.

Скарлетт покосилась на запястье, где [Планетарий схождения диссонанса] вновь занял своё привычное место. Будучи направленной на Залы, длинная стрелка прибора беспорядочно скакала, как у компаса на магнитном полюсе. То есть реакция почти такая же сильная, как на саму Скарлетт, однако иная.

Какие бы силы ни поиграли с этим подземельем, Скарлетт не может себе позволить их недооценивать.

- Чтобы определить, если ли там что-либо, помимо уже известных помещений, нам потребуется войти самим, - решительным тоном объявила баронесса.

- Хотя это очевидно, - Гаспар со смесью смирения и скепсиса посмотрел на её группу, - я всё-таки сомневаюсь, так ли необходимо было брать с собой вашу… свиту.

- Это входило в наше соглашение, гранд-волшебник Хартфорд, - холодно отозвалась Скарлетт. – На сей раз я не стану сопровождать вас без своих спутников.

Мужчина несколько секунд смотрел на неё, а затем отвёл взгляд – видать, сдался.

- Да и мы без Скарлетт туда не пойдём, - добавила Роза. – Уточняю, если кто-то сомневается.

Когда на ней пересеклись все взгляды, бард лишь театрально пожала плечами и выдала озорную улыбку.

Волшебники встретили этот комментарий, в лучшем случае, неловким молчанием.

-…Мисс Гейл, пожалуй, будет лучше, если ты пока что придержишь свой юмор при себе, - наконец, сказала Скарлетт, вновь фокусируясь на предстоящей задаче.

Какую же стратегию лучше задействовать? Скорее всего, пройти все Залы Эхо до самого последнего, и уже там приступить к поиску источника помех. В игре путь дотуда не был особенно сложным, однако там фантазмы не встречались на каждом шагу. Так что реальность может преподнести весьма неприятный сюрприз.

Скарлетт оглянулась через левое плечо. Остаётся лишь надеяться, что трёх гранд-волшебников, толпы их помощников и её собственной группы будет достаточно. Хотя, если защита Залов подгоняется не под максимальную, а под совокупную мощь вторженцев, то может не хватить и всех магических сил Вздымающегося острова.

- Все готовы? – спросила она.

Её компаньоны дружно кивнули.

- Конечно, мы готовы, - ответил Гаспар.

Волшебники подняли посохи и другие предметы для фокусировки магии. Финн и прочие и так приняли позу, из которой могли начать действовать в любой миг. Скарлетт усилием мысли экипировала собственное снаряжение. На пальцах материализовались зачарованные кольца (в том числе несколько из числа тех, которыми совсем недавно расплатился с ней совет), а на лбу появилась [Корона благословения пламени] в неактивной форме белого обруча. Зачарования наполнили Скарлетт энергией и заставили сконцентрироваться.

- Тогда начинаем, - она решительно указала вперёд.

Шин и Финн без дальнейших понуканий пошли первыми. Порог первого из Залов Эхо они пересекли в ту же секунду, когда Роза начала наигрывать на клерте оживлённую мелодию, проясняющую сознание ещё сильнее.

Почти все фантазмы прекратили бессмысленно дрейфовать и развернулись ко входу. Гаспар щёлкнул языком, а мгновение спустя зал оказался полон заклинаний (в основном пугающе высокоуровневых) – охранники отреагировали на вторжение. Волшебники острова с готовностью встретили эту волну барьерами и контрзаклинаниями.

Помещение огласилось какофонией стихийных взрывов и разрядов. Шин, укрытый зачарованной бронёй и несколькими слоями защитных заклинаний, постепенно продвигался вперёд. Финн – к явному смятению некоторых волшебников – рванул прямо в гущу фантазмов, не проявляя даже намёка на осторожность.

- Ваши приспешники вообще удержу не знают? – пробился сквозь хаос битвы раздражённый голос Гаспара.

Он взмахнул обсидиановым посохом и призвал над своей головой сложный массив пылающих рун, похожий на созвездие. Руны полетели в зал, как рой разъярённых мотыльков, перехватили несколько атак и дестабилизировали заметное число призрачных фигур, заставив их беспорядочно замерцать.

- Я часто задаюсь тем же вопросом, - ответила Скарлетт, не сводя взгляда с кипящей схватки. – Однако Финн пока меня ни разу не разочаровывал. Я верю, что он знаком со своими пределами куда лучше, чем кажется на первый взгляд.

Пожилой волшебник что-то неодобрительно буркнул, но развивать тему не стал, сосредоточившись на сражении с фантазмами. Магистр Пенней, которого Скарлетт изначально вообще не считала боевым магом, оказался опытным гидромантом. Его водные конструкты и элементали – фигуры из плотной жидкости со множеством блестящих отростков – обезвреживали заклинания фантазмов и смешивали их ряды по всему помещению. Гранд-волшебница Клеммонс удерживала над союзниками сразу несколько блестящих барьеров. Её заклинания усиливал целый отряд волшебников в белых мантиях.

Роза просто продолжала своё выступление, поддерживая мелодией сразу несколько чар. Скарлетт предположила, что волшебники острова так и не осознали стратегическое значение барда для рейда, особенно в затяжных боях. Раны, которые могли бы вывести людей из строя, затягивались в считанные секунды, а их заклинания усиливались разными способами – как явными, так и менее очевидными.

Поскольку Гаспар сразу предупредил, что уничтоженные фантазмы появляются снова, цель состояла не в том, чтобы зачистить зал, а в том, чтобы прорваться вперёд под постоянным шквалом атак. Шин и конструкты магистра Пеннея прокладывали дорогу, Финн умудрялся прикрывать оба фланга сразу, и группа медленно, но верно продвигалась.

Скарлетт участвовала в бою не так активно, как остальные. Даже со всем своим снаряжением она отставала от большинства волшебников по количеству маны, поэтому хотела сохранить запас для внутренних залов. Так что она задействовала пирокинез и гидрокинез лишь для перехвата вражеских заклинаний, снижая тем самым нагрузку на барьеры. Алисса, к слову, получила отдельное задание – раздавать волшебникам зелья и прочие магические расходники (разумеется, предоставленные Вздымающимся островом). Помимо зачарованной перевязи, алхимик несла на себе сразу несколько пространственных мешков с флаконами для тех, кому они понадобятся.

А вот фантазмы, судя по всему, никаких ограничений по мане не испытывали – каждый из них без перерыва применял мощные заклинания, свойственные опытным магам (и зачастую превосходя их). Гаспар и другие волшебники тоже сражались с впечатляющей эффективностью, но слухи о масштабировании защиты Залов явно не были преувеличением. Когда группа достигла середины первого зала, число фантазмов каким-то образом выросло, и теперь со всех сторон летело ещё больше атакующей магии.

Скарлетт задумалась, смогла бы её группа справиться с чем-то подобным без посторонней помощи. Без гранд-волшебницы Клеммонс и её специалистов-барьерщиков защититься было бы почти невозможно. Да, фантазмов было бы меньше, но сама Скарлетт вряд ли продержалась бы под шквалом атак достаточно долго.

А вот волшебники острова даже под таким обстрелом быстро применяли одно заклинание за другим. Вскоре Алисса стала очень занята – потребовалось раздавать препараты. Некоторые из них были настолько редкими и дорогими, что Скарлетт о них раньше и не слышала – очевидно, их изобрели именно здесь, на острове, чтобы бороться с симптомами передозировки зелий маны.

Разумеется, в следующих помещениях отряд ждали такие же напряжённые сражения. Скарлетт даже начала переживать: вдруг отряд не выдержит заданного темпа? Назад-то поворачивать уже поздно. К счастью, в седьмом зале фантазмов не обнаружилось. Волшебники перевели дух, и на их лицах явственно проступило облегчение.

По сравнению с предыдущими залами, не имевшими очевидной цели, этот выглядел большим, тусклым и торжественным, словно забытая святыня. В воздухе ощущался почти осязаемый шёпот далёкого прошлого, а каменные стены несли на себе отметки ушедших поколений: ряды длиной в сотни идеально ровных стел… или могильных плит. И каждая была шедевром магического искусства, будучи покрытой серебряными рунами. В дальнем конце помещения возвышалось несколько более крупных стел, на вершине которых можно было разглядеть остатки статуй – вероятнее всего, великих зуверов-магов.

- Есть ли причина, по которой на нас больше не лезет рой этих страшных штук, похожих на призраков? – спросила Роза, когда группа добралась до центра зала.

Она вытерла пот со лба и полезла за флягой воды, удерживая инструмент второй рукой.

- Это Палата Памяти, - в голосе Гаспара утомление смешалось с некоторой долей почтения. – Она полна бесчисленных зачарований и сложных массивов, истинное назначение которых мы до сих пор едва ли можем понять. Вероятно, зуверы исключили её из общей защитной сети Залов Эхо, поскольку магия здесь особенно чувствителнна.

- Какова бы ни была причина, это даёт нам возможность отдохнуть и подготовиться перед следующим шагом, - сказала Скарлетт.

Она уже прошла вглубь помещения. Финн не отставал, напряжённо высматривая любые возможные угрозы.

- Итак, - раздался позади голос Гаспара, - вы считаете, что именно здесь находится вход в предполагаемую потайную секцию?

Судя по всему, гранд-волшебник тоже последовал за баронессой.

- Да, это наиболее вероятное место, - ответила Скарлетт, ненадолго остановившись, чтобы рассмотреть несколько плит на стенах.

По крайней мере, это место не сильно отличается от своей виртуальной версии, что существенно облегчает жизнь.

Скарлетт посмотрела на крупные стелы и размеренными шагами направилась к ним.

Подойдя ближе, она остановилась возле трёх полуразрушенных статуй и прочла текст на стелах под ними. Гаспар и Финн терпеливо ждали, пока Скарлетт разберёт слова, которые тоже не пощадило время. Увы, ничего особенного найти не удалось. Это были просто мемориалы с расплывчатыми описаниями того, чего данные маги добились при жизни.

Интересно в этих надписях было лишь то, что там говорилось о могущественных зуверах-магах. Причём даже не о прорицархах уровня Тайнниса. Да и текст чёткостью не отличался – там даже имён не было. Просто констатация фактов: данный маг внёс вклад в развитие определённых техник, доблестно сражался в некоторых битвах, основал заметные поселения.

Разумеется, для такой расплывчатости имелась причина. Залы Эхо своё название получили не на пустом месте.

Каждая стела здесь была выдающимся артефактом. Тому, кто знал, как правильно взаимодействовать с мемориалом, он мог открыть намного больше подробностей о покойнике, которому посвящён. По сути, эти могильные плиты были прямым аналогом архива с биографиями.

В игре каждый мемориал выдавал всплывающее окно с историей длиной в несколько страниц. Как это работало в реальности, Скарлетт не знала.

Впрочем, какая разница? «Правильное взаимодействие» требовало поднести к рунной плите реликвию или артефакт, имеющий отношение к соответствующему покойнику. А поскольку следы существования большинства этих магов стёрлись во время Отсечения, то и шанса открыть их тайны уже не осталось.

Скарлетт подошла к центральной стеле, провела пальцами по резной поверхности, а её глаза забегали между всеми тремя монолитами. Обнаружив под строками текста крохотные, особым образом расположенные символы, Скарлетт поманила Финна пальцем:

- Поверни боковые статуи так, чтобы они смотрели в стороны.

- Эй, погодите секундочку… - начал Гаспар.

Но Финн уже с лёгкостью вскочил на левую стелу. Полностью проигнорировав хор возражений со стороны прочих волшебников, он заключил статую в медвежьи объятья и, крякнув от натуги, изогнулся. Раздался скрежет камня по камню, и статуя повернулась влево.

Финн без промедления перепрыгнул на правую стелу и повторил процесс, несмотря на всё более сердитые возражения Гаспара. Но стоило второй статуе повернуться вправо, и волшебник прекратил возмущаться – в зале раздался низкий рокот. Вскоре целая секция стены сдвинулась, рассыпая в процессе каменную крошку. А за ней обнаружился проход, затянутый чернильной тьмой.

- Отличная работа, - сказала Скарлетт Финну, разглядывая новый путь.

«Загадка» Залов Эхо была существенно проще, чем в Астральном Святилище. Почему же её не разгадали? Скарлетт предположила, что большинству людей просто в голову не пришло бы, что здесь нужно буквально, физически крутить статуи. Волшебники острова были хорошо знакомы с зуверианскими артефактами, но им не хватало опыта встреч с явным произволом, которым руководствовались зуверы при составлении своих головоломок.

Скарлетт повернулась к Гаспару и спокойно улыбнулась:

- Уверена, это достаточно наглядно демонстрирует, что моё присутствие здесь – не ошибка.

И она прошла мимо притихшего гранд-волшебника обратно к остальному отряду. Финн спрыгнул с мемориала и последовал за ней. По пути Скарлетт вновь с лёгким интересом окинула взором ряды стел. Скорее всего, в глазах Вздымающегося острова Палата Памяти была бесценной сокровищницей забытых магических знаний. Сокровищницей, большая часть которой недоступна, потому что ключи от архивных записей утеряны безвозвратно.

Впрочем, кое-какие секреты этого места волшебники смогли разгадать, в том числе – способ сотворения новых стел. Не все могильные плиты здесь хранили наследие зуверов – некоторые были созданы в честь человеческих магов прошлого. В игре можно было найти (а то и купить прямо на острове) предметы, активирующие определённые стелы. В награду игрок получал новые заклинания.

Внезапная мысль заставила Скарлетт сбиться с шага. Прищурившись, она снова оглядела стены и развернулась к Гаспару. А что, если…

Она вновь подошла к гранд-волшебнику и остановилась прямо перед ним. Гаспар ещё какое-то время переводил взгляд с трёх монолитов на открывшийся проход и обратно, прежде чем сфокусироваться на Скарлетт.

-…Кажется, ваше неконвенционное знание вновь оказалось верным, баронесса, - медленно произнёс он. – Но было бы неплохо сначала нас предупредить.

В голосе мужчины неохотное признание смешалось с так никуда и не девшейся подозрительностью.

- Мне нужно было рассмотреть статуи вблизи, чтобы убедиться, что это сработает, - коротко ответила Скарлетт. – Но это подождёт. Скажите, а маг, о котором я просила вас узнать, архиволшебник Делмонт, при жизни воздвигал мемориал в Залах Эхо?

Гаспар слегка сдвинул брови, на долгую секунду задержал взгляд на баронессе и, наконец, едва заметно кивнул.

-…Да, - мужчина поднял руку и указал на одну из стел рядом со входом, - вон тот. Конечно, вы не сможете активировать его без соответствующей реликвии. Я намеревался проверить этот след, когда мы покончим с текущим безобразием.

Скарлетт проследила за его пальцем и на несколько секунд задержала взгляд на требуемой плите.

- Вижу, - отрешённо сказала она, начав двигаться в нужную сторону.

- Вы меня не слушали? – в голосе Гаспара вновь прорезалось знакомое раздражение. – Сейчас нет смысла даже пробовать его активировать.

- Я замечательно вас услышала, - беззаботно отозвалась Скарлетт, - и всё-таки хочу взглянуть поближе.

Она пересекла весь зал, подошла к стеле и обнаружила, что видимых надписей там не имелось. Вероятно, волшебники острова сознательно пошли на такой шаг, чтобы не повредить артефакты. Такие плиты сложнее идентифицировать, но Скарлетт верила, что Гаспар не ошибся.

Она подняла руку и обвела пальцами контур холодного камня. А ведь информация, заключённая в этом мемориале, может оказаться ключевой для выполнения квеста Арлены. Но это не точно. Хотя, если тот предмет был так важен для Делмонта, он вполне мог что-нибудь о нём здесь записать, верно? Итак, если Гаспар сможет найти способ активировать мемориал, Скарлетт ещё на шаг приблизится к выполнению цели.

…Но это подождёт. Сначала надо разобраться, что же творится в Залах Эхо.

- Ах, Скарлетт? – громкий голос Розы прервал ход её мыслей. – А что это за свет?

Баронесса обернулась и выгнула бровь. Бард, которая на время передышки уселась прямо на пол вместе с остальными, указала на лоб Скарлетт:

- Та штука, который вы заменили тиару, светится.

Она нахмурилась и подняла взгляд. Действительно, [Корона благословения пламени] начала испускать слабое сияние.

…Это ещё почему? И почему оно становится ярче? Стандартный внешний эффект активации выглядит иначе.

Внезапно воздух перед ней пошёл рябью, а прямо перед каменной плитой появился жарёнок. Баронесса уставилась на него.

- Как?..

Мемориал и жарёнок испустили ослепительную вспышку, не дав Скарлетт закончить вопрос. А затем сияющая сфера заключила в свои объятья и её, окрасив мир в белый цвет.