Скарлетт вновь воспользовалась армиллярной сферой, чтобы телепортироваться в ту комнату отдыха, откуда и исчезла. Поправив платье и оценив себя в зеркале, баронесса вернулась на Императорский Форум. Большая часть гостей уже сидела на своих местах, однако Скарлетт оказалась не последней. Император и несколько ключевых фигур за центральным столом всё ещё отсутствовали.

Леди Винтерсворт и жена герцога Валентино поприветствовали её, когда она подошла к своему месту. Первая кинула на Скарлетт пронзительный взор, в котором плескалось едва сдерживаемое любопытство:

- Я полагаю, твоя встреча со знакомым была плодотворной?

Скарлетт, не мешкая, села.

- Ровно настолько, насколько можно было ожидать, - ровным тоном отозвалась она. – Кое-что неожиданное случилось, но серьёзных последствий от этого не предвидится.

-Хмм, - губы леди Винтерсворт изогнулись в слабой улыбке, - как скажешь, дорогая.

Вскоре их внимание привлёк голос глашатая, который вновь вышел на лестницу. Массивные двери отворились, во второй раз за вечер впуская императора и его сопровождающих. Взор Скарлетт немедленно прикипел к женщине с волосами цвета воронова крыла, которая следовала за правителем. Видимо, Хозяйка смогла вовремя завершить свой разговор с Малачи. И всё же, интересно, что они такое обсуждали?

Император опустился на трон, заставив весь зал почтительно замолчать, и окинул взглядом собравшихся.

- Уверен, у вас было время обдумать ситуацию как следует, - магия без проблем донесла голос мужчины в каждый уголок зала. – Давайте продолжим дискуссию касательно установки на имперских землях барьера, который помешает Племени греха пользоваться магией телепортации. Если кто-то желает высказаться, ваш час настал.

В воздухе зависло тяжёлое ожидание, а затем амфитеатр взорвался настоящей какофонией голосов, словно где-то прорвало плотину. Фракция лорда Винтерсворта и его оппоненты обрушивали друг на друга целые потоки аргументов, которые иногда смешивались с обвинениями и опровержениями.

Скарлетт обнаружила, что почти восхищается тем, как слабо перерыв смог охладить горячие благородные головы. Один за другим спикеры напоминали про астрономическую стоимость проекта, утерю жизненно важных торговых маршрутов и потенциальную поломку стандартной защитной стратегии, которая как раз и полагалась на использование сети печь-камней. Контраргументы – угроза со стороны Племени греха и необходимость отбиться от текущего вторжения - озвучивались не менее пылкими голосами.

Вот кто-то встал и спросил, что произойдёт, если восточная граница подвергнется непредвиденному нападению Совета нежити или монстров Беспокойных степей. А если – пусть такой сценарий и маловероятен – на западе начнётся агрессия со стороны королевства Вонейи, а быстро перебросить отряды через печь-камни не получится? Генерал и несколько представителей разных рыцарских орденов ответили, что вполне могут расположить в уязвимых регионах несколько боеспособных частей. Хотя некоторые эту мысль откровенно проигнорировали.

Чем дальше разгорался спор, тем сложнее Скарлетт становилось оценивать, на чьей стороне преимущество. Превосходство в совокупной громкости, кажется, было на стороне оппозиции, но влиятельные спикеры выступали и там, и там. А ещё от внимания баронессы не укрылся тот факт, что некоторые группы (например, последователи Иттара) хранили подозрительное молчание.

Саму Скарлетт по-прежнему раздирал внутренний конфликт. Она понимала, что обстановку в империи стабилизировать нужно, поэтому активно препятствовать одобрению проекта не собиралась. Но и опасений у неё было немало – начиная от подозрений, как этим может воспользоваться кто-то наподобие Хозяйки, и заканчивая тем, в какие неудобства на самом деле выльется отключение сети печь-камней. Да и вопрос цены никуда не делся, даже если, как предположила Хозяйка, Скарлетт сможет расплатиться альтернативным путём.

Далее: нельзя забывать о том, какие кардинальные перемены это внесёт в знакомый по игре сюжет, тем самым существенно снизив пользу знаний Скарлетт. А о потенциальной реакции Священного Заговора на такой финт ушами она пока даже и подумать не успела.

Хотя… в данный момент её мнение уже ни на что не влияет. Что бы Скарлетт ни сказала – это вряд ли изменит исход.

Дебаты, по ощущениям, шли целую вечность, прежде чем император поднял руку, призывая к молчанию. Дворяне немедленно подчинились, и все взгляды скрестились на троне.

- Вижу, мы так и не пришли к единому мнению, - начал владыка, сложив руки на груди. – Это ставит меня в трудное положение, поскольку многие из вас привели внушительные доводы в свою пользу.

Он сделал паузу и обвёл взглядом амфитеатр. Напряжение стало почти осязаемым – все затаили дыхание в ожидании вердикта.

-…После тщательного рассмотрения мы приняли решение дать проекту ход. Отныне он будет известен как Эмпирейский барьер. Это может не соответствовать желанию некоторых присутствующих, но я верю, что каждый из вас приложит усилия, чтобы он был успешно завершён. Ради блага империи и её народа.

Несколько секунд его слова словно висели в воздухе, а затем толпа дружно ахнула, после чего потонула в восклицаниях и перешёптываниях. Скарлетт осмотрелась. Леди Винтерсворт сделала нечитаемое выражение лица, а вот некоторые из окружающих ярко демонстрировали широчайший спектр эмоций: удивление, злость, удовлетворение и даже тихий ужас.

Скарлетт же было любопытно, как события будут разворачиваться дальше. Даже среди тех, кто не выступал против лорда Винтерсворта открыто, реакция была весьма неоднозначной. Предположительно, часть тревоги была вызвана не барьером как таковым, а прецедентом, который создал император: Его Величество использовал конклав, чтобы протолкнуть такое важное решение.

Как отреагирует остальная имперская знать? Среди отсутствующих имелись такие влиятельные фигуры, как герцог Тинделл и маркиза Текерей, леди Вилдскара. Несомненно, многие зададутся вопросом: вдруг на самом деле император принял решение заранее? И был ли смысл излагать свои взгляды на этом заседании, или все эти пламенные речи ни на что не влияли?

Тут Хозяйка резко оборвала нарастающий ропот. В личине «советницы императора» она стукнула посохом об пол, и звук, сравнимый по громкости с раскатом грома, привлёк всеобщее внимание.

- Теперь, когда решение принято, - император сделал голос мягче, как будто пытался снизить накал страстей, - проектная документация будет передана в имперский Сейм, Казначейство и Ассамблею Аструм для проработки деталей. Эти же структуры назначаются ответственными за потоки средств и ресурсов, необходимых для возведения барьера.

Его слова не смогли снять напряжение до конца, но возражать императору никто из аристократов не посмел.

После этого объявления тема была закрыта, и конклав продолжил обсуждать более приземлённые дела: торговые соглашения, кооперацию усилий, а также инициативы, которые могли бы предпринять дворяне. По сравнению с тем, что творилось раньше, дискуссия стала почти что добросердечной. «Почти», потому что вернуть расслабленную атмосферу не удалось – невидимая тень так и продолжила висеть над душой до конца заседания.

Примерно в районе полуночи, когда важных проблем уже не осталось, глашатай наконец-то объявил о завершении конклава. Император поднялся с трона и в окружении своей свиты направился к выходу. Скарлетт продолжала смотреть им с Хозяйкой в спину, пока не те покинули Форум.

И только тогда мероприятие подошло к концу.

Едва Скарлетт и леди Винтерсворт вышли из зала, как сзади раздался твёрдый голос:

- Скарлетт.

Баронесса развернулась и увидела, как к ней приближается Леон. Чёрно-золотая броня сверкала в мягком свете, кончики тёмных волос слегка покачивались при ходьбе, а ладонь небрежно застыла на рукояти меча. Рыцарь остановился прямо перед Скарлетт, и в их сторону полетели любопытные взгляды.

- Сэр Леон, - холодным, размеренным тоном вернула она приветствие. – Давно не виделись.

На заседании – даже во время «допроса» - Леон почти не удостоил её взглядом. Однако теперь он, не теряя времени, кинулся её искать. Пожалуй, с учётом их официального статуса это выглядело немного грубо, но Скарлетт рассудила, что такая приверженность долгу достойна уважения.

Да и не ей его осуждать.

- Леди Винтерсворт, - Леон уважительно кивнул пожилой даме, - приятно видеть вас вновь.

- Взаимно, сэр Леон, - в уголках её губ сверкнула весёлая улыбка. – Возможно, мне следует обеспечить молодёжи немного приватности?

Леон покачал головой.

- Не нужно. Я буквально на минуту.

Он вновь повернулся к Скарлетт и посмотрел на неё с нечитаемым выражением лица.

- Ты была… занята, - кажется, он тщательно взвешивал каждое слово.

- Так и есть, - баронесса спокойно взглянула рыцарю в глаза. – Хотя, я полагаю, то же самое можно сказать и о вас.

Он побарабанил пальцами по рукояти меча, переминаясь с ноги на ногу.

- Да, пожалуй, - мужчины понизил голос, будто осторожничал. -…Скарлетт, не знаю, в курсе ли ты, но моя семья может... готовиться выступить против тебя.

Так вот из-за чего весь сыр-бор?

- Я заметила, - сухо сказала баронесса, выгнув бровь.

Леон слегка поморщился.

- Скорее всего, то, что случилось на конклаве – лишь верхушка айсберга.

- Раз так, маркиз Делмон и его жена не смогут винить никого, кроме себя, когда столкнулся с последствиями, - голос Скарлетт стал ещё холоднее. – Хотя лично я сомневаюсь, что всё так далеко зайдёт.

- Ты не знаешь мою семью так, как я, Скарлетт, - сдвинул брови мужчина. – Особенно мою мать.

- Пожалуй, нет. Но кое-чего о них не знаете и вы.

Посмотрев Леону в глаза, Скарлетт осознала: он так и не понял, о чём речь. Ну и ладно. У неё уже есть план, как разобраться со всеми, кто хотел помешать ей этой ночью, и Делмоны там – на первой строчке списка. Хотя по возможности она предпочла бы не открытую конфронтацию, а более тихие методы. В конце концов, у Скарлетт есть более важные дела, которые заслуживают её внимания.

- Это всё, что вы хотели обсудить? – она посмотрела Леону за спину. – Если есть и иные вопросы, можете завтра заглянуть ко мне в гости. Данная обстановка плохо подходит для длительных бесед.

Морщины на лбу рыцаря слегка разгладились.

- Боюсь, такая роскошь мне недоступна. Утром орден снова выдвигается. Так что поговорим потом, когда представится возможность. И… - он покосился на леди Винтерсворт, а затем вновь перевёл взгляд на Скарлетт. – Я слышал о твоей сестре. Мои соболезнования. Надеюсь, она быстро поправится.

Скарлетт на секунду напряглась, но быстро взяла себя в руки.

- Уверена, так и будет.

Леон кивнул.

- Тогда на этом всё, - он окинул взглядом коридор, полных любопытных гостей, и добавил, - свяжусь с тобой, когда окажусь во Фрейбруке в следующий раз.

- Очень хорошо.

Рыцарь развернулся и ушёл. Скарлетт смотрела ему в спину, думая, что ей нужно предпринять дальше.

- Ах, трудности в отношениях молодых людей, - протяжно сказала леди Винтерсворт.

- Уверена, вы уже заметили, - покосилась на неё Скарлетт, - что мы с сэром Леоном не состоим в подобных отношениях.

- Верно. Однако они решительно теплее, чем думала одна старая леди, наслушавшись сплетен, - заметила пожилая дама. – Это уже больше, чем можно сказать о многих молодых дворянях.

- Пожалуй, - равнодушно заметила Скарлетт.

Да какая вообще разница? Тёплая или нет, помолвка всё равно будет разорвана в самый удобный момент.

Игнорируя чужие взгляды, Скарлетт развернулась и продолжила путь. Ведомая одним из слуг, она вскоре добралась до вестибюля дворца, а оттуда вышла в громадный внутренний двор, который теперь купался в холодном свете звёздного неба. Целая процессия зкипажей развозила гостей. Кадый раз, когда очередной транспорт уезжал, ритмичный цокот копыт и мягкий свет ламп постепенно скрывались в ночи.

Согретые объятьями пирокинеза, Скарлетт и леди Винтерсворт дождались прибытия кареты за несколько минут. К счастью, за время заседания хоть сколько-то маны успело восстановиться. Внутрь они забрались вместе: пожилая леди решила задержаться у Скарлетт в гостях, пока лорд Винтерсворт занят важными вопросами в столице.

Когда экипаж поехал по мосту, соединяющему дворец с остальной частью города, в салоне разлилось комфортное молчание. Скарлетт смотрела в окно – на застывшую поверхность озера Реллария и огни Элистеда, которые отражались во льду – и снова и снова прокручивала в голове все события этой ночки. Даже усталость не смогла утянуть баронессу в объятья сна.

Надо сказать, сегодня случилось много неожиданного. Ладно, от самого заседания Скарлетт вообще ничего не ожидала – она думала, что это обычная формальность. Неловкие (хотя в чём-то и точные) обвинения против неё и герцога Валентино – это ещё цветочки. Но вот история с Эмпирейским барьером ни в какие ворота не лезла.

Она даже не удивится, если это решение вызовет новый всплеск жестоких атак со стороны Племени греха, как только до него дойдут новости. Да, к тому моменту империя должна быть полностью готова к последствиям.

Да и с самой Скарлетт случилось немало удивительных событий. Даже знакомство с дьяконом Солнейт и «просьба» навестить Раймонда застали её врасплох, не говоря уж об откровениях Хозяйки.

Скарлетт почти неосознанно потёрла пальцем висок – головная боль преследовала её большую часть дня. Ну не может она взять и отмахнуться от слов Хозяйки на тему опасности наследия, когда побочные эффекты уже налицо. А вот насколько правдивы предупреждения волшебницы об угрозе смерти? Непонятно. Если слишком интенсивно пользоваться наследием, головные боли появляются стабильно, но их можно терпеть. Так что ключевой вопрос – не станет ли всё со временем хуже?

Пока что боль отступает, когда Скарлетт прекращает пользоваться наследием. Значит ли это, что продолжать в том же темпе – безопасно? Отказываться от такого архива данных неохота – он позволяет без проблем читать тексты на зуверском языке, работать с древними артефактами, до определённой степени разбираться в рунах и массивах, а также узнавать о таких магических приёмах, как Ритуал первородной гармонизации. Но если опасность для жизни реальна, стоит ли всё это риска?

Да, неопределённость – это проблема. Скарлетт не могла поверить, что Тайннис (даже если это лишь фрагмент легендарного архимага) осознанно толкнёт на гибельный путь наследницу, которую искал столько веков. А кто в нынешнюю эпоху обладает сопоставимым уровнем познаний о магии разума? Насколько известно баронессе, лишь Хозяйка и Удильщик. Доверять же кому-то из них полностью – настоящий антоним к слову «мудрость».

В чём Скарлетт уверена – так это в том, что нечто особенное, обеспечивающее определённую защиту, в ней есть – по крайней мере, если принять на веру, что удивление Хозяйки было искренним. Наиболее вероятный кандидат – система. Или некий механизм, который на неё завязан – сложно сказать, когда сама Скарлетт работу системы даже не воспринимает.

В общем, она будет продолжать пользоваться наследием, но осторожнее, пока не узнает больше. Скарлетт просто не может позволить себе махнуть рукой на пути, которые оно открывает, да и не знает, как это сделать.

Ладно. Даже если в какой-то момент придётся отказаться от архива воспоминаний полностью, преимущества, которые баронесса уже получила с его помощью, никуда не денутся. Например, [Корона благословения пламени (уникальная)] её искренне восхитила. Хотя Скарлетт пока что не оценила весь потенциал артефакта, однако у неё руки чесались это исправить. Одна лишь корона уже стоила всех сегодняшних мучений.

А уж неожиданный шанс узнать больше об исчезновении Её Высочества Регины – настоящий подарок судьбы. Не то чтобы визит в её спальню дал Скарлетт какие-то неоспоримые доказательства, но та книга в изумрудной обложке – это уже след, на который можно встать.

Встреча со второй принцессой немного шокировала Скарлетт, но, несмотря на первоначальное беспокойство, после здравого размышления баронесса решила, что с этой стороны проблем можно не ждать. Хотя в будущем, наверное, было бы мудро с большей аккуратностью относиться к взаимодействиям с этой девочкой, да и с императорской семьёй в целом. Скарлетт сомневалась, что вела бы себя так мягко и любезно, если бы не почтение к правящей династии, которое досталось ей в наследство от оригинала.

Хотя, надо признать, некоторую роль сыграл и тот факт, что девочка смогла расшевелить некоторые воспоминания из прошлого Эми.

Но осторожность всё равно не помешает. Особенно в тот момент, когда Скарлетт понадобится найти способ связаться со второй принцессой и рассказать, что удалось узнать о первой. В конце концов, она дала слово.

Самый очевидный способ – снова обратиться к Белдону, но Скарлетт чувствовала, что пожалеет, если доверит ему такое задание. Лучше уж найти альтернативный метод.

Баронесса медленно выдохнула и развалилась на сиденье, чувствуя, как веки тяжелеют, а на плечи словно навалился весь вес вечера.

Неважно. Определиться с дальнейшим курсом действий можно будет и в другой раз. А сейчас её ждёт ночь заслуженного отдыха. Завтра же предстоит доделать ещё несколько дел в столице – и можно будет возвращаться во Фрейбрук.

Карета ехала сквозь ночь, и Скарлетт позволила мыслям уйти в сторону. А события прошедшей ночи под весом усталости медленно отступали на задний план.