Перед Скарлетт развернулся целый поток стихий. Она вливала ману в техники, и смерчи концентрированного пламени, которые вспыхивали из ниоткуда, оказывались немедленно потушены водяными вихрями. Кроме того, драматическое столкновение противоборствующих элементов порождало высокие, словно башни, колонны пара. Для постороннего зрителя этот цикл воды и огня казался бы устрашающим зрелищем.

А Скарлетт сидела на стуле почти что на границе всего этого хаоса, напряжённо сконцентрировавшись, и по её лбу текли струйки пота.

- Я опять увеличиваю сложность, - объявил голос сбоку.

Внезапно пламя стало ещё более свирепым и поглотило водопады, которые пытались его удержать. Его рёв смешался с шипением испаряемой воды, воздух вокруг словно бы уплотнился, и магия Скарлетт не выдержала. Неодолимая сила огня заставила баронессу сдаться. Она развалилась на стуле, опустошённая, а последняя вода исчезла. Вскоре после этого пропало и пламя.

- Ха. Кажется, ты не совсем готова справиться с таким уровнем, - равнодушно заметил голос.

Вытерев лицо полотенцем, Скарлетт повернулась к Арлене. Та с книгой на коленях наблюдала за ней со стула на вершине своего крыльца. Ни следа утомления от того ада, который она только что призывала.

- Мне и так-то было сложно справляться с пламенем – до того, как вы решили усилить давление, - голос Скарлетт дрожал от усталости и досады. – Вы действительно ожидали, что я справлюсь с удвоенным напором?

Арлена мельком взглянула Скарлетт в глаза, а затем вернулась к чтению.

- Нет, но это был бы весьма приятный сюрприз, правда? – сухо ответила она. – Увы, жизнь, по-видимому, не целиком состоит из приятных сюрпризов. Попробуем ещё раз, когда ты отдохнёшь.

Скарлетт вздохнула и отвернулась к тихой деревенской площади, которая всё ещё пребывала в беспорядке после их «практического занятия». Арлена, как обычно, не сдерживалась. Пожалуй, это было бы хорошо, если бы временами так не раздражало.

Откинувшись на спинку стула, баронесса поднесла к губам флягу и сделала большой глоток. Холодная вода освежила пересохшую глотку. Какое радостное облегчение после напряжённых магических упражнений и вечного знойного лета Фреймедоу.

В последнее время Арлена сфокусировалась на том, чтобы улучшить гидрокинез Скарлетт, поэтому устроила несколько «боевых» сценариев, где воде Скарлетт бросала вызов собственная магия Арлены. Женщина превосходила свою ученицу на порядок, поэтому было сложно. Но баронесса не могла не признать, насколько ценен этот опыт противостояния магам.

С другой стороны, если верить ремаркам самой Арлены, Скарлетт сокращала разрыв быстрее, чем сама это замечала.

Взгляд баронессы скользил по мирной деревне, где некоторые жители среди домов занимались повседневными делами. Чаще всего они не утруждали себя вмешательством в её с Арленой активность, сосредоточившись на собственных заботах.

Не то чтобы их работа имела хоть какой-то смысл. Скарлетт не завидовала их невежеству относительно истинной природы этого места, но, учитывая обстоятельства, не могла не разглядеть определённую прелесть в том, чтобы не знать всей картины. Есть ведь какая-то пословица о том, что иногда нужно просто забыть и не принимать всё всерьёз.

Во внешнем мире визит Годвина в поместье случился неделю назад. Скарлетт в это время в основном тренировалась, да зачистила парочку подземелий в ближайших городах. Хотя из-за частых поездок во Фреймедоу лично для неё прошло почти две недели, на ежедневной рутине это сказалось слабо.

Баронесса задумчиво покосилась на Арлену. Это была не та версия, которой она ранее дала [Атам ткачихи вечного огня (божественный)]. Тот оборот временной петли уже завершился, а за ним – ещё два.

Несмотря на её беспокойство, на их отношениях перезагрузки сказались слабо – «реальность» здесь, кажется, умела подстраиваться под слегка изменившийся субстрат. Вот получила Арлена в подарок [Атам ткачихи вечного огня], и теперь в начале каждой петли он уже принадлежит женщине – даже вкупе с достоверным объяснением, как именно он попал ей в руки. И теперь она щедро одалживает его Скарлетт на время тренировок.

Скарлетт очень высоко оценила такую возможность экономить ману. Собственно, вот почему она сейчас чувствует себя лишь полумёртвой, несмотря на то, что весь день усердно оттачивала магические навыки. Роза поначалу тоже присоединилась к ней, но, исчерпав всю ману, убежала играть с деревенскими детьми.

А пока Скарлетт тихо отдыхала, её мысли повело в сторону.

Если честно, в текущей ситуации текущий период покоя ей казался неуместным. В империи прямо сейчас сплелись нити множества конфликтов и загадок – от нападений Священного Заговора и племени Греха до появления цитадели Тоски и исчезновения первой принцессы. И это не говоря о возможном существовании игрока. В этом контексте кажется странным, что Скарлетт провела целую неделю, гуляя по подземельям и играя со своей магией.

С другой стороны, разве временный отгул от больших дел – это обязательно плохо? Ни тебе агентов Заговора, недовольных, что выходки Скарлетт поставили под угрозу безопасность Нол`виз, ни инквизиторов, осаждающих её дом из-за сговора с демонами, ни повёрнутых на исследовании магов, которые пытаются выведать её секреты. Просто она сама и её мелкие заботы.

Не то чтобы она возражала против небольшого количества действия в период покоя. По её поручению уже идёт несколько расследований, и ей просто нужно дождаться их окончания, чтобы решить, как действовать дальше. Всё, что можно сделать для ускорения процесса, баронесса уже сделала, а остальное – в руках судьбы.

Фигурально выражаясь.

- Думаю, ты достаточно отдохнула, - объявила Арлена несколько минут спустя.

На лице Скарлетт появились морщины недовольства. Она не была согласна с этим утверждением, но уже успела выучить, что лучше позволять наставнице решать такие вопросы самой.

Отбросив отвлекающие мысли, баронесса вновь сфокусировалась на площади, где уже появилось несколько огней. Настало время гриндить опыт.

Скарлетт, Финн и Роза сидели в экипаже, который как раз проезжал ворота поместья во Фрейбруке. Покрытая снегом дорога из гравия весело похрустывала под колёсами.

Путешествия во Фреймедоу вошли в предсказуемый ритм магической тренировки, где ничего интересного уже не происходит. Они стали такими рутинными, что Скарлетт часто даже не брала с собой Шина и Алиссу, раз уж их присутствие не было необходимым.

Добравшись до особняка, Скарлетт и её спутники покинули карету. Зайдя внутрь, баронесса отправила их по своим делам, а сама направилась в офис.

По пути она встретилась с Гарсайдом. Тот сообщил, что Эвелин этим вечером встречается с графом Кнотли, чтобы обсудить новую инициативу баронства Хартфорд. Скарлетт эти новости немного удивили: граф не был её большим фанатом, поэтому что с ней самой, что с Эвелин взаимодействовал нечасто.

Впрочем, к Эвелин он относился немного лучше. Возможно, против встреч с ней он ничего и не имеет. А если Эвелин считает, что эта встреча поможет в её работе, то кто Скарлетт такая, чтобы вмешиваться.

Так что она выкинула эту мелочь из головы, добралась до офиса, вернулась за письменный стол и извлекла из [Мешка хранения] несколько предметов и книг.

И замерла, посмотрев на маленькую синюю птичку на мраморной платформе – артефакт, который она использовала для связи с Белдоном Тинделлом. Внимание баронессы привлёк едва заметный проблеск белого света в основании.

Кажется, у мужчины появилось, что ей сказать.

Подключившись к чувствам Лоции, Скарлетт убедилась, что поблизости никого нет, прежде чем включить артефакт. Она нажала потайной переключатель внизу, и мрамор нежно засветился, а воздух огласили мягкие статические помехи, как в старых телефонах. Вскоре шум вменился ясным, хорошо различимым женским голосом:

- Кто знает невидимые пути?

- Невидимые пути известны безмолвному наблюдателю, - ответила баронесса.

После короткого молчания раздался щелчок, и свет артефакта угас.

Скарлетт без возражений взяла со стола книгу и начала листать. Она уже не первый раз проговаривает этот диалог. На её вкус, пароль и отзыв вышли слишком уж театральными, но очень даже в стиле Белдона. А сам стиль, в каком-то смысле, вполне подходил к его роли лидера тайной сети по сбору информации.

Спустя примерно полчаса артефакт засветился вновь. Скарлетт отложила книгу и сфокусировалась на статуэтке птицы.

- Баронесса, - раздался из артефакта голос Белдона, - простите за задержку. Срочные дела.

- В извинениях нет нужды, Тинделл, - спокойно ответила Скарлетт. – Я и не думала, что вы всегда будете доступны по первому зову. А к ожиданию, особенно неизбежному, я отлично привыкла.

- Да, я знаю, насколько вы понимающая. Но с моей стороны было бы некрасиво хотя бы не сделать вид, что мне жаль. Вам так не кажется?

-…Наверное, - Скарлетт слегка покачала головой. – Давайте перейдём к делу. Я так поняла, вы хотели со мной поговорить. Появился прогресс в исследованиях, которые я вам поручила?

- Частично. Достоверность полученной информации нужно оценить до конца, но я счёл уместным уже сейчас донести её до вас, учитывая, насколько интересна нам данная тема. Однако, даже если предположить, что данные точны, мои оперативники достигли своеобразного тупика.

- Тупика?

- Тупика. Видите ли, хотя я люблю повторять, что на континенте нет мест, куда бы не дотянулась моя сеть, реальность часто доказывает обратное. Одно из ваших расследований как раз послужило тому примером. Вызов оказался таким серьёзным, что продолжить выполнение запроса будет нелегко.

- Не ходите вокруг да около. Если у вас есть что сказать – говорите.

Белдон едва слышно захихикал.

- Боюсь, след, по которому мы шли, ведёт так далеко, что у нас нет доступа в требуемое место.

- О каком запросе идёт речь? – нахмурилась Скарлетт.

- О том, где вы интересовались судьбой аристократа по имени Делмонт.

Выражение лица Скарлетт стало более серьезным.

-…Итак, вы говорите, что мы не можем заверить расследование?

- С моей стороны – к сожалению, нет. Впрочем, это не значит, что для нас в целом перекрыты все пути. Знаете, это может быть тот самый случай, когда ваше прямое вмешательство даст такой результат, на который никто из моих оперативников не может даже надеяться.

Скарлетт на мгновение задумалась. Что же это за место такое, откуда Белдону сложно добыть информацию?

- Продолжайте, - потребовала она.

- Скажите, баронесса, - тон мужчины сменился на заинтригованный, - вы когда-нибудь были на Вздымающемся острове?