Скарлетт села рядом с деканом Годвином и устремила взор на сердца сада – Лоцию.

- Я ценю ваше терпение, которое позволило мне завершить свои дела, прежде чем встретить вас.

- Я стараюсь по возможности не отрывать благородных дам от их личных дел. Рассказы о моей бестактности часто преувеличивают, знаете ли. К тому же, я вовсе не против воспользоваться шансом понаблюдать за прогрессом вашего духа-хранителя, - тон мужчины казался лёгким, но в то же время серьёзным.

- Я так полагаю, вас встревожил инцидент в Бриджспелле, - Скарлетт повернулась к старому волшебнику.

- Абсолютно верно, баронесса, - кивнул тот. – Дела увели меня за пределы империи, и о тех событиях я узнал лишь после возвращения. Появление цитадели одного из шести Жестоких в наших землях всколыхнуло сразу несколько влиятельных кругов империи. Кажется, в моё отсутствие континент прошёлся по краю новой Катастрофы Опустошения.

Скарлетт спокойно встретила его напряжённый взгляд. Этот человек может различать ложь, поэтому ей снова придётся следить за словами.

- Ситуация, может, и кажется серьёзной, но, уверяю вас, эти страхи беспочвенны.

Мужчина слегка наморщил лоб, машинально погладил аккуратную белую бороду и позволил своему взгляду соскользнуть на сад в цвету.

- Есть у вас проблемное свойство, баронесса: вы заставляете меня сомневаться в эффективности моего кольца. С какой замечательной убеждённостью вы выдаёте столь смелые и неоднозначные утверждения!

Скарлетт посмотрела на его перчатку, под которой скрывался артефакт, полученный от племени Финна.

-…Зная то, что знаю я, было бы глупо вам лгать.

- Лгать – глупо, определённо. Но я не думаю, что вы неспособны выстроить факты так, чтобы они говорили в вашу пользу. Правда – такая зыбкая штука, даже для меня, способного её различать.

Скарлетт решила ничего не отвечать. Спустя какое-то время выражение лица Годвина сменилось на созерцательное.

- Я уже заглядывал в Бриджспелл. Башня Элистеда, другие башни магов и Ассамблея Аструм поработали над безопасностью вокруг цитадели, и теперь мы помогаем в её изучении. К счастью, наши текущие находки доказывают, что непосредственная угроза устранена. А из своих контактов с демонами я сделал вывод, что в Преисподних сейчас неспокойно, однако все Жестокие так и остались в своих личных владениях.

Скарлетт изогнула бровь. Но ведь Тоска покинула свой домен и оказалась запечатанной внутри Розы.

Наверное, эта новость ещё не стала достоянием инфернальной общественности. Следовательно, Малачи успешно узурпировала власть, оказалась привязана к Преисподней Тоски, и её присутствие там со стороны можно принять за присутствие Тоски.

- По всей видимости, никому из Жестоких не удалось закрепиться в нашей империи, - ровным голосом продолжил Годвин, - однако, очевидно, такая попытка имела место. Об этом говорит та же цитадель, которая так и осталась на месте. Кстати, а почему? Я не заметил связи с Преисподней, которая бы поддерживала её присутствие.

Мужчина повернулся и посмотрел Скарлетт в лицо.

- Пожалуй, не удивительно, что на многие вопросы в этом сценарии так и не нашлось ответов. Император приказал провести совместное расследование, к которому подключились последователи Иттара, Гильдия щитовиков и прочие заинтересованные стороны. Лично мне известен лишь один путь, которым Жестокая могла воспользоваться, и, так уж вышло, он связан кое с кем из ваших приближённых.

- Говорите прямо, - Скарлетт встретила его взгляд своим.

- Я уже слышал, что вы принимали участие в инциденте с цитаделью, баронесса Хартфорд. Не будет ли слишком смело с моей стороны спросить, мисс Гейл там тоже присутствовала?

- Да, - без промедления ответила Скарлетт.

-…Вы уверяли меня, что никто из Жестоких не коснётся вашего воплощения.

- Я обещала, что не допущу эскалации ситуации за рамки моего контроля. Как вы и сами убедились, угроза, исходившая от цитадели, была устранена. Это должно служить достаточным доказательством, что слово своё я сдержала.

- Какое у вас нестандартное понимание «контроля», баронесса, - мужчина несколько секунд пристально её разглядывал. -…Впрочем, вы остались живы и в своём уме, что делает ваши утверждения более весомыми. Но всё же я не могу не спросить: вы заключали сделки с Жестокой?

- Вы имеете в виду, во время инцидента в Бриджспелле?

- И во время тех событий, и вне их, - взгляд Годвина стал более острым.

Скарлетт чудом удержалась от щелчка языком. Значит, при ответе на этот вопрос юлить не получится.

- В Бриджспелле я не заключала с Жестокой никаких сделок, которые бы пошли вразрез с моим титулом либо статусом гражданки империи. Но ранее… я действительно заключила пакт о невмешательстве, чтобы уберечь мисс Гейл. Также важно заметить, что этот пакт оказался расторгнутым в тот же миг, как только появилась цитадель.

- Жестокая согласилась на такой пакт со смертной? – в глазах волшебника мелькнуло удивление.

- У неё и выбора-то особого не было, - провозгласила Скарлетт.

- И как же вам это удалось?

- Я пригрозила, что в противном случае раскрою её тайного агента в рядах имперской знати. И она согласилась с моими требованиями, недооценив исходящую от меня угрозу. Скорее всего, потом она пожелала об этом решении.

- Я пытался разобраться в том, что произошло в цитадели, но, к сожалению, узнать удалось очень мало, - Годвин снова сделал созерцательное лицо. – И вы утверждаете, что именно ваше вмешательство остановило манифестацию Жестокой?

- Да, - кивнула баронесса.

Об этом лгать вообще не было смысла.

- А дворянин, который стал марионеткой Жестокой? Кто он?

- Эту информацию, боюсь, я разглашать не могу. Не переживайте, правосудие доберётся до него в правильное время и правильными путями.

- Вот как… - задумчиво вздохнул Годвин. – И кому же из Жестоких принадлежит цитадель?

- Тоске.

- Тоске, говорите? Я слышал, она коварна.

- Верно. Но она также и заносчива, что и привело к её падению.

- Вы говорите так, будто лично её сокрушили.

- Вы достаточно близки к истине.

- Даже так? – теперь вместо серьёзности в глазах Годвина сверкал интерес. – Пожалуйста, просветите меня, что же вы имеете в виду. Как вы справились с демоном такого калибра?

Скарлетт ненадолго призадумалась.

- Прежде чем я перейду к этому, мне нужно подтверждение, что наша беседа останется строго между нами.

Варлей поднял обе брови.

- Позвольте напомнить, баронесса, что империя организовала целое расследование по случаю происшествия в Бриджспелле.

- Может, и так, но, я полагаю, вы найдёте мои намёки на то, что произойдёт в будущем, намного более важными, чем подробности того, что я совершила в прошлом. Более того, пусть Жестокая и попыталась воплотиться в моей компаньонке и превратить империю в руины, мне удалось уладить ситуацию так, что гражданские лица не пострадали.

- Насколько я слышал, в процессе исчезло население целой деревни, - указал Годвин.

- Кроукерн, да. Это поселение было анклавом племени Греха. Вы, возможно, и так об этом знали, несмотря на попытки герцога Валентино удержать всё в секрете. Их вмешательство предшествовало появлению цитадели.

Судя по лицу волшебника, он действительно это знал.

- Если вы пообещаете не разглашать содержимое нашего разговора, то я раскрою, как одолела Жестокую. Впрочем, в будущем я ещё попрошу вас об одолжении.

Годвин замолчал, словно по-настоящему взвешивал её предложение.

Баронесса же подозревала, что он, по большей части, принял решение ещё до прихода сюда. Архимаг провёл собственное расследование, прежде чем посетить особняк Скарлетт, а его готовность выслушать её достаточно прозрачно намекает, что он желает продолжить сотрудничество. Должно быть, ему просто захотелось проверить, точно ли она не демонопоклонница – совсем как при первой встрече, когда ему нужно было убедиться, что Скарлетт не является шпионкой Заговора.

Если он попытается вынести на суд публики истинную связь баронессы с появлением цитадели, то, наверное, придётся воспользоваться дворянским титулом и некоторыми связями, чтобы отложить наступление наиболее неприятных последствий. Настоящих улик против неё мало, а такие люди, как Раймонд, смогут при необходимости за неё поручиться.

- Я уверена, что продолжение нашего сотрудничества видится вам выгодным, - наконец, сказала она, когда молчание затянулось.

- Значит, вы видите меня насквозь, - Годвин выдал небольшую понимающую улыбку. – Я как-то забыл упомянуть, что формально башня Элистеда не присоединилась к изучению цитадели. Это значит, что лично на мне не лежит обязательств немедленно докладывать о любых находках, которые мне попадутся.

- Понимаю. Итак, вы даёте слово, что будете хранить мои тайны?

- Да. А слово джентльмена нерушимо.

- Хорошо.

Скарлетт кратко описала Годвину все свои взаимодействия с Тоской, а также инцидент в Бриджспелле в целом, осторожно выбирая только те детали, которые сочла необходимыми.

Годвин задавал множество вопросов, особенно насчёт альянса с Малачи и стратегии, с помощью которой Скарлетт освободила Розу из-под влияния Тоски. Баронесса отвечала с осторожностью. Скорее всего, Годвин чувствовал, что она рассказывает далеко не всё, но и вытаскивать из неё информацию силой он уже не мог.

А когда Скарлетт подошла к финалу – к тому эпизоду, когда она использовала истинное имя Тоски, чтобы ослабить и правильно запечатать демоническую богиню – Годвин изобразил редкое для себя состояние чистого ошеломления.

- Вы обнаружили истинное имя Жестокой? – воскликнул он, немного распахнув глаза.

- Да.

Скарлетт сочла его шок слегка забавным.

- Как? Учёные веками спорили, есть ли у Жестоких истинные имена, поскольку история не знает таких прецедентов, - Варлей внимательно на неё посмотрел. – Это было ещё одно откровение, показанное вашим предсказательным талантом?

- Именно так.

- Хмм, - Годвин погладил бороду и, видимо, на мгновение потерялся в мыслях. – Если вам открыто даже такое, это определённо объясняет вашу уверенность. Баронесса, ваши способности не перестают меня поражать. Как жаль, что с момента нашего прошлого разговора я так и не продвинулся в их понимании. Молю, расскажите, а имён других Жестоких вам, часом, не открылось?

- Нет. Обычно то, что я вижу, относится к значительным событиям, которые уже неотвратимы. Манифестация Тоски была в их числе, вот почему я смогла узнать её истинное имя. К остальным Жестоким это не относится.

- Жаль. С другой стороны это, возможно, и к лучшему. Нашей империи и так бросили немало вызовов – не хватало ещё добавлять в уравнение вторжение других Жестоких. Но вы упомянули, что с помощью имени Тоски вы и та «Малачи» смогли её одолеть. Добавим сюда факт, что ваше прорицание явно связано с той самой судьбой, которая вам подвластна, и получаем вывод: вам едва ли по силам видеть будущее, которое вы сами помогли изменить. Можете ли вы быть уверены, что Малачи не станет такой же угрозой, как Тоска – особенно сейчас, когда она захватила часть могущества Жестокой?

- Малачи, в отличие от Жестоких, никогда не имела намерения править миром. Даже если она начнёт вести себя так же, как Тоска, относительная нехватка сил не позволит ей реализовать подобные амбиции в обозримом будущем.

- Пожалуй, вы правы. А если говорить прямо, то любой наследник трона Преисподней будет лучше, чем Жестокая. К слову, мне очень любопытно понять, в каком состоянии она пребывает сейчас.

- А что тут ещё можно добавить?

- Многое, осмелюсь сказать. Меня поражает сама идея того, что Жестокая – существо старше многих древних цивилизаций – может оказаться заперта внутри человека.

Годвин так вздохнул, будто сам не верит в то, что говорит.

- Но ведь Жестокая умеет вселяться в воплощение, чтобы обрести физическую форму на Материальном Плане. Почему вас так удивляет, что можно просто не дать ей выселиться обратно?

- Какая фундаментальная ошибка, - волшебник поднял палец, - применять обычную логику к сущностям, находящимся за пределами нашего понимания. Я никогда не слышал даже предположения, что такая процедура возможна.

- Однако она прошла успешно.

- Это вы так утверждаете, - мужчина на несколько секунд замолчал. -…Я бы хотел повидаться с мисс Гейл, если возможно.

- Боюсь, я не могу этого позволить, - сузила глаза Скарлетт.

- Прошу вас, подумайте ещё раз. Присутствие внутри живого человека сущности Жестокой в контролируемом состоянии беспрецедентно. Я просто обязан посмотреть на это лично – и как практик тайных искусств, и для того, чтобы убедиться, что она не представляет опасности для себя и окружающих. Особенно я заинтригован в «сердечном камне», который был использован для запечатывания.

- И что же вы надеетесь узнать? Вы ведь признали, что ваш опыт в демонологии ограничен. А я не согласна пускать своих людей на образцы для изучения.

- Достойная уважения позиция. Тем не менее, я считаю, что смогу помочь мисс Гейл понять и освоиться с её новыми способностями. В наших общих интересах не дать Тоске возродиться.

- Уверена, мисс Гейл сможет достичь мастерства в своих способностях и без посторонней помощи.

- Вероятно. Но вы можете быть абсолютно уверены, что для неё будет лучше обойтись без моей поддержки?

Годвин взмахнул рукой и призвал небольшой амулет, украшенный искусной резьбой.

[Шепчущий амулет Тайнниса (уникальный)]

{Древняя сила пульсирует внутри, нашёптывая слова о царстве нетронутом и запечатанном. Когда то, что прячется, трепещет, шёпот отслеживает его движения бдительными глазами}

Архимаг уже показывал баронессе этот зуверианский артефакт во время своего предыдущего визита.

- Вы упоминали, что сердечный камень был изготовлен из астрального камня душ, - мужчина продемонстрировал ей амулет, - почти легендарного артефакта зуверов. Такие объекты, наподобие этого амулета, чрезмерно сложны. Мои познания в артефакторике и близкое знакомство с зуверианскими реликвиями могут открыть такие грани, которые избежали вашего с мисс Гейл внимания.

Скарлетт наморщила лоб и задумалась над предложением всерьёз.

- Уверяю вас, я подойду к вопросу с соответствующим тактом и учту ваши пожелания, - продолжил Варлей. – Я уже выслушал некоторое количество суровой критики от Адалиции и даже от собственной дочери, когда те узнали детали нашей первой встречи. Я не хочу жить недопониманиями прошлого, поэтому не стану обижаться на вас за то, что вы рассказали это ей. Но сейчас я прошу рассмотреть мою просьбу.

И правда, в переписке с Адалицией Менденхолл Скарлетт слегка затронула тему того, каким жёстким вышло её с Годвином знакомство. Но баронесса не ожидала, что Адалиция напрямую решит обсудить с ним это, не говоря уж о том, чтобы пересказать эту историю и его дочери тоже.

Какая забавная мысль.

Спустя ещё несколько секунд Скарлетт, наконец, кивнула.

- Очень хорошо. Я разрешаю встречу с мисс Гейл, при условии, что и она согласится.

- Великолепно, - улыбнулся Годвин. – Тогда давайте не будем мешкать. Моё время немного ограничено.