Скарлетт посмотрела на Раймонда.

- Признаться, мне не по нраву, что этот разговор произошёл так скоро, ну да ладно. Кажется, теперь вы больше похожи на себя, чем в нашу прошлую встречу. Конечно, если это не актёрская игра. С вами всегда сложно быть уверенной.

Раймонд легкомысленно хихикнул, немного ослабив напряжение, и поставил звукоподавляющий артефакт на подоконник.

- Из ваших уст, баронесса, это звучит почти как комплимент. Я ещё с нашей первой встречи испытываю трудности, пытаясь понять, о чём вы думаете.

- Я тоже приму это как комплимент. Если бы меня было легко прочесть, мне стало бы неуютно.

- В этом я не сомневаюсь, - Раймонд смотрел на неё с улыбкой, которая могла означать что угодно. – Откровения последних дней сняли с вас достаточно слоёв аристократической маскировки, чтобы мне стало видно, как много ещё осталось скрыто там, в глубине. Ах, простите, кто я такой, чтобы упоминать о хождении под маскировкой? Как вы, видимо, уже некоторое время знаете, меня можно обвинить в том же самом.

- Я полагаю, что мы находимся в разных условиях, но лично я не вижу в вашей тактике ничего плохого.

- Как великодушно с вашей стороны, баронесса.

- Скорее, не вижу пользы в том, чтобы размышлять о вещах, которые меня не касаются.

- Тогда, пожалуй, мне стоит считать, что мне повезло: вы неоднократно находили меня достойным составлять вам компанию, - Раймонд покачал головой, и в его жесте ощущалась толика меланхолии. – Если бы только мои коллеги разделяли это мнение! Но увы.

Скарлетт внимательно посмотрела на преувеличенно несчастное лицо жреца и решила пропустить мимо ушей его драматические потуги.

- Вы упоминали, что проинформировали своих коллег о последних событиях. Полагаю, вы имели в виду Кворум. Как много вы им рассказали?

- Полагаю, ровно столько, сколько вы от меня ожидали. Увы, ситуация почти не оставила мне места для манёвров. Застрял между Сциллой и Харибдой, как говорится.

Скарлетт просто не могла упустить из виду такой выбор слов – уж больно любопытные это были имена. В этом мире тоже живут монстры, которые так называются? За оба прохождения она ни разу их не встречала. А если нет – что ж, это не первый лингвистический артефакт, который неизвестно как попал в современный имперский язык прямо с Земли.

- Я рассказал почти всё, чему был свидетелем, - продолжил дьякон, - включая детали о цитадели, о вас и о ваших компаньонах, которые просто не могли быть опущены. Тем не менее, я как-то забыл проинформировать их о специфическом состоянии мисс Гейл, а также о том, что вы заглядывали в Кроукерн. Довольно беспечно с моей стороны, но что делать человеку, когда возраст начинает негативно сказываться на его разуме? Хорошо ещё, что в будущем, если возникнет такая нужда, я всегда смогу исправить эти упущения.

- Я бы предпочла, чтобы этого не случилось.

- Я определённо это учту, - неопределённо пожал плечами мужчина. – Для вас, разумеется, не станет шоком, что со временем ваше присутствие во время попытки материализации Жестокой просто не может не привлечь пристального внимания со стороны Кворума, не говоря уж о других фракциях. Если вы находитесь в поисках правдоподобного объяснения для вашего вмешательства и присутствия мисс Гейл, вам придётся сочинить его самой.

- Не волнуйтесь, уже совершённых вами действий более чем достаточно. Я уже придумала, как всё уладить.

Одной лишь связи Скарлетт с герцогом Валентино и сэром Хоумом хватит, чтобы объяснить большую часть её действий. А о присутствии Розы знало лишь несколько человек. Да, несколько солдат видели, как она заходила в лагерь вместе со Скарлетт, но, пожалуй, будет не слишком сложно сместить акценты так, чтобы барду вообще не досталось внимания.

Это при условии, что Раймонд сдержит слово.

Скарлетт смотрела на дьякона, а он смотрел на неё. Она обнаружила, что снова перебирает в голове его возможные мотивы и планы. Возможно, она тратит слишком много сил на этот анализ?

- Хотя я и ожидала этого, я всё равно удивлена вашей готовностью сотрудничать, несмотря на потенциальные этические затруднения и риск потерять кресло, дьякон Абрам. Нет, лично я не считаю свои действия неэтичными, но я в курсе, что многие сочли бы. И я не думаю, что наши отношения зашли достаточно далеко, чтобы вы просто в меня поверили. Что же убедило вас сделать ставку на такой непрочный союз?

Раймонд смягчил выражение лица, а в его голосе серьёзные нотки перемешались с весёлыми.

-О, на то есть мириады причин, баронесса. Конечно, разумеется, этим утром я неоднократно задумывался над тем, не потерял ли я рассудок, и действительно ли в моих интересах и в интересах моего ордена вам верить. Нельзя отрицать, что я, как вы и сказали, рискую креслом, а также благосклонностью моего бога. Мало какие члены Кворума стали бы рассматривать такую перспективу, а то и вообще никто,- он сделал паузу, сложил руки на коленях и сделал более решительное лицо. – Однако, по большому счёту, мою логику можно свести к одному простому утверждению: мои взаимодействия с вами убедили меня, насколько важно прислушиваться к вашим предупреждениям.

Их взгляды встретились и словно бы высекли невидимую искру понимания.

- Значит, вот с чего вы хотите начать? – наконец, спросила Скарлетт.

- Именно так.

- Хорошо, - баронесса сменила позу, готовясь к серьёзному разговору. – Я так поняла, сообщение Финна показалось вам двусмысленным?

- Да, - кивнул Раймонд. – Хотя, признаю, смысл второй части ускользнул от меня. Я лишь понял, что какой-то смысл там есть.

- Только первая часть того, что я велела ему передать, задумывалась как предупреждение. Вторая была, если хотите, дружеским советом. Мне казалось, вы его поймёте, но, пожалуй, я переоценила информированность Церкви, - Скарлетт едва заметно нахмурилась и качнула головой. – Впрочем, неважно. Начнём с главного: предателей в рядах Кворума.

Раймонд слегка напрягся, а на его лице появилась тень огорчения.

- Я правильно понимаю, что у вас уже были подозрения на этот счёт? – спросила Скарлетт, внимательно наблюдая за реакцией мужчины.

-…Правильно. У нас с дьяконом Авой Солнейт в последнее время были свои опасения, да. Но, если я не разучился понимать имперский язык, вы использовали множественное число.

- Верно.

- Молю, расскажите, кто же эти личности?

- Дьякон Дейвенпорт и дьякон Таунсенд.

Скарлетт заметила, как на лице жреца мелькнуло удивление, пусть он и попытался его скрыть, быстро вернувшись в обычное собранное состояние.

-…Оба этих человека на хорошем счету не только среди Кворума, но и в ордене в целом. Они усердно трудились на своей должности дольше, чем большинство других дьяконов. Дейвенпорт занимает это кресло десятилетия, и мало кто в нынешнем поколении внёс такой же вклад, как он. А преданность дьякона Таунсенда легендарна. К тому же, он является одним из ведущих экспертов по демонам и угрозе, которая от них исходит. Мне сложно представить, что он совершил хоть какие-то деяния, которые не шли бы на пользу безопасности жителей империи. И вы предполагаете, что люди их положения могут быть вовлечены в какие-то предательские заговоры, баронесса?

- Я ничего не предполагаю, дьякон. Я делюсь с вами исключительно тем, что знаю. Дьякон Дейвенпорт уже давно сотрудничает с одной из Жестоких, а дьякон Таунсенд большую часть своих познаний приобрёл благодаря сделкам с иностранным агентом. Взамен он поставлял критически важную информацию и ресурсы, которые имелись в распоряжении Церкви.

Эти персонажи не были важны для игры в целом, но являлись ключевыми фигурами соответствующих квестовых цепочек. Дейвенпорт спутался со Злобой – единственной Жестокой, помимо Тоски, кого Скарлетт относительно хорошо знала. Злоба вообще не играла заметной роли в сюжете, но менее отталкивающей от этого не становилась. Так что союз дьякона с демоном выходил далеко за рамки того, что можно оправдать.

Предательство Таунсенда было куда менее очевидным. По информации Скарлетт, он искренне верил, что его действия идут на пользу империи и последователям Иттара. И по большей части он был прав. Личность, с которой он работает, могла считаться «иностранным агентом» лишь технически.

В конце концов, это была Хозяйка.

Ни сама женщина, ни её планы не были исконно злыми. Скарлетт и сама с ней сотрудничала. Как она могла винить Таунсенда за то же самое? Потому что между ними существовала разница. Скарлетт полностью осознавала, в чём заключается конечная цель Хозяйки. А вот дьякону Таунсенду этого понимания явно не хватало.

-…Это серьёзные, но голословные утверждения.

- Я бы не стала их выдвигать, если бы не была уверена в их истинности, - ответила Скарлетт. – Более того, мне казалось, что мы давно миновали тот этап, когда обвинения в сторону членов Кворума можно было бы считать моим худшим проступком.

Раймонд размышлял несколько секунд, прежде чем ответить.

-…Нет, с этим не поспоришь.

- Так что, один из этих двоих и был тем человеком, в отношении которого у вас с дьяконом Солнейт появились дурные предчувствия?

- Увы, да, - со вздохом признался жрец. – Определённые действия дьякона Дейвенпорта стали заметно необычными. Когда это привлекло моё внимание, я также покопался в том, что он сделал до того, как я вступил в сан дьякона, и нашёл ещё несколько подозрительных инцидентов. В том числе и случай в Квиквэллоу, когда откровение предыдущего авгура привело к довольно неприятной последовательности событий.

Он ещё немного помолчал.

- А недавно случился ещё один эпизод: посторонние проникли в самое сердце Святилища Иттара. Как они смогли это сделать, не встречая никакого сопротивления – загадка. Кворум отказался объявлять об этом публично, но я подозреваю, что вы всё равно в курсе. Я прав?

- Да, доводилось слышать. Вы подозреваете, что дьякон и в этом замешан?

Она всё это время беспокоилась, что Раймонд каким-то образом узнал о её роли во всём этом. Одна только возможность, что его подозрение пало на кого-то ещё, уже принесла облегчение.

- Не могу отрицать такую вероятность. Существует крайне мало людей, способных пробраться в Святилище Иттара и обойти рыцарей Вечного Обета, которые сторожат его залы, - Раймонд позволил себе небольшую ухмылку. – Хотя вы, баронесса, как раз можете оказаться исключением.

Скарлетт не позволила ни единому мускулу на своём лице дёрнуться.

- Я бы попросила вас держать подобные шутки при себе.

Она была весьма уверена в том, что это шутка, но всё равно почувствовала дискомфорт. Даже несмотря на то, что дьякон не продемонстрировал признаков узнавания [Бытия Иттара], изменённого ритуалом Малачи, и, следовательно, не имел реальных причин подозревать Скарлетт.

По факту, раз уж Малачи связана с Хозяйкой, а та – с дьяконом Таунсендом, Скарлетт могла бы закрутить лихую историю о том, как эти трое обнесли Святилище. Но соткать убедительную ложь, в которой не будет дыр, – та ещё задача.

- Конечно, постараюсь так и сделать. И, конечно, ещё сильнее я постараюсь воспользоваться всей информацией, которая у вас есть на наших «досточтимых» дьяконов. Тёмные облака нависли над империей, и нечистые на руку деятели в рядах последователей Иттара могут устроить несравненную трагедию, если вовремя ими не заняться, - Раймонд прочистил глотку. - Естественно, при условии, что ваши слова точны, баронесса. А потому могу я спросить, как вы разжились этой информацией? Любые улики, которые вы сможете предоставить, будут более чем полезны.

- Спросить можете, но ответить я не могу. Да и осязаемых улик, которые принесли бы вам пользу в данной ситуации, у меня нет.

- Тогда, по крайней мере, могу я перейти к области предположений и догадок? – мужчина с задумчивым видом положил руку на подбородок. – Хмм. Какой же сложной загадкой оказывается всё, что имеет к вам отношение. В данном случае, я бы сказал… вам помогает божий промысел?

- Божий промысел? – Скарлетт выгнула бровь.

Дьякон кивнул.

- Уверенность, которая сквозит в каждом вашем действии, и чёткость ваших знаний пробуждают в моей памяти истории о первом авгуре времён Возрождения. До сих пор эта мысль меня не посещала, но учитывая все параллели, она уже вряд ли покинет мой разум, какой бы невозможной данная версия не выглядела.

Он указал рукой на Алиссу и Шина, которые сидели сбоку.

- Ваши очаровательные спутники во время бесед неоднократно рассказывали про ваши достижения, а также про очевидное предзнание, которое вы частенько демонстрировали. Кто-то другой пропустил бы мимо ушей их красочные похвальбы – подумаешь, преувеличенный восторг в адрес прелестной и щедрой госпожи. Но мой личный опыт путешествий с вами научил меня не недооценивать то, что о вас рассказывают, даже если это анекдоты. Например, мне всё ещё было бы любопытно послушать ту вашу историю про дракона.

Шин так углубился в книгу, что не заметил жеста Раймонда. А вот Алисса удивлённо моргнула и с любопытством уставилась на жреца. Кажется, она уже приготовилась засыпать его вопросами, как только секретная часть дискуссии подойдёт к концу.

Скарлетт же ответила долгим хмурым взглядом:

- Предположим, это и правда божий промысел. И с каким же богом, по-вашему, я консультируюсь?

Мужчина сдвинул брови, сложил руки на груди, задумался и, в конце концов, пожал плечами.

- Возможно, с Госпожой Вечносердитого Лица?

Скарлетт едва удержалась от того, чтобы выпучить глаза, и просто тряхнула головой.

- Ваше первоначальное поведение привело к тому, что я ожидала серьёзного диалога. Но, кажется, вы всё сильнее стараетесь вернуться в своё обычное состояние.

- Нижайше прошу прощения, баронесса, - улыбнулся дьякон. – От старых привычек тяжело избавиться, а уж в вашем присутствии я вообще частенько забываюсь.

- Хотите сказать, что в компании коллег по богослужениям вы ведёте себя иначе?

-…Справедливо. Возможно, будет лучше, если мы как можно быстрее оставим эту тему и вернёмся к тому, что обсуждали изначально.

Иногда иметь дело с этим человеком было ничуть не легче, чем с Розой. Скарлетт оставалось лишь радоваться, что общаться с этими двумя одновременно ей приходится относительно редко.

- Как я уже объясняла, я не смогу дать чёткий ответ, как именно эта информация была добыта. Остановимся на том, что лишь некоторые детали были собраны конвенционными методами, а об остальном я узнала с помощью методов, недоступных большинству. Если вы сомневаетесь, я готова рассказать, как именно вы сможете лично убедиться в истинности моих утверждений.

Теперь лёгкий шок на лице Раймонда действительно был неподдельным. Скарлетт даже не знала, чему он удивился – ответу как таковому или самому факту, что она так много рассказала.

Впрочем, молчание было кратким.

- Понимаю, что не в моих силах на вас давить, но кое о чём я просто обязан спросить, даже если у вас нет причин отвечать честно. Насчёт этих ваших… загадочных источников, баронесса. Может ли скромный жрец поинтересоваться, считать их союзниками империи и её граждан, или же наоборот?

- Ни то, ни другое. Тем не менее, во втором случае я едва ли завела бы с вами этот разговор, дьякон.

- Нет, не завели бы, верно? – пробормотал жрец, кивнув.

На этот раз задумчивое молчание было куда более продолжительным.

- Вернёмся к делу, - уверенным тоном продолжила Скарлетт. – Первой частью информации, которой я обещала поделиться с вами, были имена дьяконов-предателей. Очевидно, убедить вас оказалось сложнее, чем я рассчитывала, но от своего слова я не отступлюсь. Вы получите именно то, что я обещала в обмен на помощь в Кроукерне.

- Ах, да, - Раймонд вновь сфокусировался на ней. – Касательно другого вопроса, о котором упоминал Финн. Прошу, просветите меня, баронесса, что же такое «Подношение Доминиона»?

Скарлетт замерла и на мгновение задумалась.

- Вы действительно незнакомы с этим термином?

- Нет.

Это по-настоящему удивило Скарлетт. Через Финна она передала предупреждение не только о предательстве в рядах дьяконов (она знала, что Раймонд просто не сможет это проигнорировать), но и о грядущем возвращении Подношения Доминиона. Она рассчитывала, что жрец знает, что это значит.

Это ведь почти легендарный предмет, за которым к середине игры начинают охоту все существующие фракции – не только Священный Заговор, который построил вокруг него весь свой план. Поэтому его возвращение – вопрос великой важности, особенно если учесть, какой хаос это вызовет в империи, да и на континенте в целом.

Скарлетт продолжала внимательно разглядывать лицо мужчины в поисках признаков обмана или притворного невежества.

- Дьякон Абрам, а вы когда-нибудь встречались с таким названием, как Белд Тилелион?

В игре у Церкви был лишь один мотив посетить Белд Тилелион – помешать исполнению амбициозных целей Заговора. Так почему дьякон впервые об этом слышит?

- А вот на это слово я раньше натыкался. Вроде бы, в старых зуверианских архивах? Впрочем, должен признаться, я далеко не эксперт в этой области, так что моё понимание весьма ограничено.

Скарлетт нахмурилась. Варлей Годвин был знаком и с тем, и с другим. Впрочем, старый волшебник ни разу не подтверждал прямым текстом, что знает, что такое Подношение Доминиона.

Люди в этом мире знают о Подношении Доминиона меньше, чем ожидала Скарлетт? Вот у Заговора едва ли есть какие-то проблемы с пониманием, так что…

На женщину снизошло осознание, и она распахнула глаза.

Заговор – единственная (помимо самой Скарлетт) фракция с подтверждённой способностью отрицать судьбу мира, то есть выходить за пределы сюжета игры. Если так, нет ничего удивительно, что за свою многовековую историю они успели принять множество мер, мешающих знанию о Подношении Доминиона распространиться.

Нет, что-то в этой теории не сходится. Скарлетт знала, что Заговор умеет бросать вызов судьбе мира, но большая часть информации из игры остаётся удивительно точной. Если бы в их распоряжении были буквальные века, чтобы изменить сюжет в свою пользу, то знания из игры едва ли соответствовали бы реальности. Выходит, члены Заговора остались рабами судьбы, по крайней мере, в определённой степени.

Возможно, они способны лишь на небольшие корректировки? Скарлетт не понимала, как работает их способность отрицания судьбы. Да что там, она не понимала, как и её-то способность работает. Годвин рассказал, что лишь избранные члены Заговора умеют отрицать судьбу, но точной механики процесса не знал даже он. Как минимум, Удильщик, будучи одновременно лидером и самым старым участником Заговора, просто не может не обладать такой способностью. Скарлетт же знала лишь то, что источником силы Заговора в целом служит существо, запертое за печатью Тайнниса. Чтобы получить к этой силе доступ, нужно провести некий ритуал?

Неважно. Факт остаётся фактом: в реальности последователи Иттара знали про Белд Тилелион и его содержимое меньше, чем в игре. Скорее всего, они всё равно начнут действовать, когда руины откроются. Но если церковники не будут представлять, что стоит на кону, это может оказаться проблемой.

Точнее, могло бы, если бы не вмешательство Скарлетт.

- Я чувствую себя немножко потерянным, - голос Раймонда вернул её к реальности. – Что же погрузило вас в такие глубокие размышления?

-…Я лишь удивилась вашей очевидной нехватке знаний.

- Вы определённо меня не щадите. К счастью для вас, мне не впервой разочаровывать людей.

- Даже не сомневаюсь, - Скарлетт секунду помолчала. – Крепость Белд Тилелион была построена специально для того, чтобы защищать Подношение Доминиона. Это, если не вдаваться в подробности, артефакт, созданный зуверским прорицархом по имени Тайннис. Мощь Подношения Доминиона почти безгранична, и его потенциал, как маяк, притягивает к себе внимание Священного Заговора, Совета нежити, а также прочих фракций. Неизбежное пробуждение Белд Тилелион вызовет яростное соперничество среди тех, кто начнёт охоту за сокровищем.

- И вы говорите, что эти руины скоро откроются? – теперь дьякон выглядел более серьёзным. – Где и когда этого ожидать?

- Точная дата неизвестна, но я ожидаю этого в ближайшие месяцы. А вопрос о местоположении лучше адресовать башням магов.

Надо будет списаться с Адалицией Менденхолл и уточнить, смогут ли маги вовремя вычислить местоположение крепости. Эта женщина – настоящий эксперт по зуверам, и она просто не могла не слышать о Подношении Доминиона. Однако Скарлетт немного переживала, что даже Адалиция не до конца осознаёт важность и срочность своей задачи.

- Как-то маловато зацепок для места, которое должно иметь столь важное значение, баронесса.

- Верно. Но и этого должно хватить.

Сама-то Скарлетт знала, где находится Белд Тилелион, но рассказывать это преждевременно не хотела. Не раньше, чем она сама дотуда доберётся.

- Скоро мы сможем обсудить и эту, и предыдущую тему более детально, - добавила она. – Но сначала я хотела уточнить ещё кое-что: природу наших отношений, начиная с этого момента.

Жрец криво улыбнулся.

- Действительно, вопрос важный. Надо сказать, я предвкушал, как вы просто нагрузите меня знаниями и умоете руки, как будто я всего лишь помеха на вашем пути. Несомненно, это бы упростило мою жизнь, но, боюсь, оставить всё в таком состоянии – пренебрежение обязанностями и должностное преступление, на которое не готов пойти даже я.

- Мои намерения ровно противоположны. Я уверена, что наше сотрудничество окажется полезным и для нас с вами, и последователей Иттара в целом.

Не то чтобы у Скарлетт вообще не осталось сомнений, но после всего пережитого она заметила, что более-менее начала доверять Раймонду. Нет, она всё ещё предпочитала работать с такими личностями, как Белдон Тинделл, чьи мотивы ясны и понятны. Но положение и навыки Раймонда могли помочь Скарлетт во многих отношениях.

- И почему у меня складывается впечатление, - подозрительно прищурился дьякон, - что у вас есть богатый опыт в заключении таких вот тайных соглашений?

- Мои догадки касательно ваших иллюзий ничем не могут превосходить ваши собственные.

- Напротив, дорогая баронесса, я считаю вас непререкаемым авторитетом в таких делах. Впрочем, никогда не имел привычки совать нос в дамские секреты, особенно если о моём любопытстве уже стало известно. Так что у меня не остаётся выбора, кроме как уступить, - обезоруживающе, но с солидным намёком улыбнулся Раймонд.

- Давайте не отвлекаться, дьякон. Как я упоминала, я хочу наладить партнёрские отношения, которые принесут выгоду обеим сторонам. В нашей текущей ситуации это кажется оптимальным исходом. Вы согласны?

- С моей стороны было бы безрассудно отказываться.

Стоило жрецу это произнести, как атмосфера в карете словно бы стала более расслабленной.

[Побoчный квecт зав̯eршён: поd—]

[̩��̫�̰�͈]

[———————————————————————————————]

[Побочный квест завершён: подковёрная сделка с почётным беспринципным жрецом]

{Очков навыков получено: 8}

Скарлетт заметила, что окно текста перед ней дёрнулось, словно от системного сбоя, но вернулось в привычный вид.

Немного тревожно. Но в уголке её губ всё равно мелькнула крохотная, едва заметная улыбка.

Наконец-то.

Она уже заждалась хоть какого-то ответа. Кажется, события в пустоте оказали на систему долгосрочное влияние. Но, по крайней мере, уведомления теперь вернулись на место.

- О, что я вижу? Неужели мне наконец-то удалось сотворить улыбку на ледяном лике баронессы?

Скарлетт убрала окно и вновь сосредоточилась на дьяконе.

- По дороге в Кроукерн Роза утверждала, что ей время от времени тоже это удавалось, но тогда я сомневался, не были ли её речи пустым бахвальством, - продолжил мужчина.

Скарлетт стёрла с лица любые признаки улыбки.

- Утверждения мисс Гейл следует воспринимать со скепсисом, а то и вовсе пропускать мимо ушей. У меня есть к вам ещё вопрос. Что вы намерены делать дальше? И с Кворумом, и с тем, как закончился вчерашний кризис, - она кивнула в сторону окна. – Твердыня Жестокой так и стоит. Предположительно, это побочный эффект того метода, с помощью которого её влияние было нейтрализовано. Такое развитие событий, несомненно, вызовет многочисленные вопросы по всей империи.

Раймонд ухмыльнулся так, что в голове у Скарлетт зазвенели тревожные колокола.

- Кажется, Роза и в самом деле хорошо вас знает, баронесса. Она упоминала вашу склонность уходить от ответа, когда вы смущены либо хотите сохранить ауру загадочности. Какой из этих вариантов ближе к истине сейчас?

Взгляд Скарлетт стал острым. Если бы Роза бодрствовала, такой же взгляд достался бы и ей.

- Ахем, - выражение лица Раймонда стало немножко неловким. – Понял. Ни то, ни другое.

- Не будете ли вы так добры ответить на мой вопрос, дьякон Абрам? – в тоне Скарлетт прорезались нотки нетерпеливости.

Почему все её знакомые, кажется, наслаждались пересказыванием баек о ней? Больше всех на этом поприще отличилась Роза, но бард была далеко не единственной.

- Определённо! – жрец быстро собрался с мыслями. – Начнём с того, что, если ваша оценка состояния Жестокой точна, Рассветоносцы смогут исследовать цитадель, не встречая ощутимого сопротивления. Прогнозирую, что Кворум и корона заключат некое соглашение о том, как поступать дальше. Имперские фракции не успокоятся, пока не очистят здание от всех демонов до единого. Даже если на это уйдут дни, а то и недели, учитывая его размер. Гильдия щитовиков, Ассамблея Аструм и другие группы магов также могут выказать интерес, но, по традиции, на территории империи дела, имеющие отношение к Преисподним и демонической угрозе, в первую очередь относятся к юрисдикции нашей организации.

- Следует ли мне ожидать допроса о том, как мы проводили время в цитадели?

- Будьте уверены, аудиторы Инквизитория уже скоро начнут вас искать. Предлагаю вам сотрудничать с ними, хотя итоговое решение остаётся за вами. Когда Церкви приходится взаимодействовать с аристократией, дела всегда резко усложняются.

- Я не собираюсь навлекать на себя больше подозрений, чем необходимо.

Раймонд одобрительно кивнул.

- Разумный подход. А вот как вести себя с уважаемыми коллегами по Кворуму, мне только предстоит придумать. Одному Иттару известно, почему мои предыдущие доклады им не понравились. Предвижу, что меня ждут тяжёлые времена. Возможно, такие же тяжёлые, как гора документов, которую мне предстоит обработать. А ведь мне ещё нужно будет выкроить время на изучения действий дьяконов Дейвенпорта и Таунсенда, - мужчина покосился на Розу. – Кроме того, мне хотелось бы поговорить с Розой, когда представится возможность. Но, подозреваю, с этим придётся подождать до возвращения в Бриджспелл, а то и до моего следующего посещения Фрейбрука.

- Не завидую вашему положению.

- Я бы спросил вас, не хотите ли вы поменяться со мной ролями, баронесса, если бы не знал, что своё свободное время вы тратите на противостояние Жестоким.

- Я бы отказала в подобной просьбе.

- Вижу, вы тщательно очистили своё сердце от любого подобия сострадания и милосердия.

Скарлетт покачала головой и мысленно вздохнула. У этого человека просто непревзойдённый талант уводить разговор в сторону.

- Давайте перейдём к деталям. Чтобы двигаться дальше, нам надо уделить внимание множеству аспектов.