Экипаж вновь катился по пригороду Бриджспелла, пейзажи за окном медленно сменяли друг друга, но Скарлетт не обращала на это особого внимания. Она сосредоточилась на двух предметах, которые лежали у неё на коленях.

[Старый кинжал (обычный)]

{Этот старый кинжал когда-то принадлежал юной дворянке, будучи подаренным ей мастером. Он выглядит абсолютно обычным}

[Старый дневник (обычный)]

{Этот старый дневник когда-то принадлежал юной дворянке, но хозяйка давно его забросила}

Вот, по сути, и все ценности, которые принесла экскурсия в Святилище Солнечного Огня. Не то чтобы они казались ценными. Кинжал выглядел настолько обычным, насколько возможно, а дневник имел значение лишь для тех, кто интересовался прошлым Арлены, её брата и сестры. Скарлетт, например, интересовалась.

Но внешность часто бывает обманчива.

Баронесса провела пальцем по холодному лезвию, думая о его скрытом потенциале.

Тут её отвлекло лошадиное ржание снаружи. Высокий мужчина в чёрных латах, который ехал за каретой медленной рысью, потрепал животное по шее и приблизился к другому всаднику впереди. Скарлетт на мгновение задержала взгляд на воине, прежде чем вновь сосредоточиться на предметах у себя на коленях.

Люди дома Валентино сопровождали Скарлетт до места назначения – такова была часть её сделки с герцогом. Но доберутся они дотуда ещё не скоро.

Скарлетт ещё раз осмотрела кинжал, заинтригованная мощью, которая таилась за непримечательным внешним видом. Баронесса даже почувствовала несвойственную себе эмоцию – зависть к Арлене, которой и принадлежит кинжал. Скарлетт знала, что после возвращения во Фреймедоу с кинжалом придётся расстаться, и даже не рассчитывала оставить его себе. Но, держа подобный предмет в руках и зная его истинную природу, сложно удержаться от подобных чувств.

Возможно, это было ребячеством с её стороны, но она решила возложить ответственность за эту зависть на эхо изначальной Скарлетт. В конце концов, Арлена многое для неё сделала.

Затем баронесса сосредоточилась на дневнике, который уже был изучен и закрыт. Как она и предполагала, большая часть дневника содержала заметки о теории магии, тренировках и прочих темах, которые обычно конспектируют молодые студенты. В каком-то смысле это было очаровательно, но непонятно, поскольку у Скарлетт магического образования не было вообще. Возможно, эти записи станут для неё полезными, если она посвятит год или два обучению магии, но этого в планах баронессы не было. Она ведь уже получает наставления Арлены по тем темам, которые способна изучить.

Тем не менее, одно подозрение этот дневник подтвердил: личные ученики Донована Эмбервуда носили какой-то благородный титул. Напрямую их фамилия не упоминалась, но косвенных тому доказательств было достаточно. Впрочем, с тех пор прошло больше трёхсот лет. Даже если бы в дневнике было написано, к какому дому принадлежали ученики, Скарлетт это едва ли что-нибудь сказало бы.

Загадкой осталось и то, какую роль в жизни Арлены играл её статус дворянки. На первый взгляд, Арлена не очень-то любила знать, и определённо не вела себя согласно статусу. Автор журнала – старшая сестра Арлены – регулярно жаловалась на её поведение. И Скарлетт обнаружила, что в некоторой степени с этими жалобами согласна, хотя признавать данный факт было не слишком-то приятно. Из записей следовало, что учитель, дьякон Эмбервуд, имел привычку выбирать себе любимчиков. Хоть и автор, и третий ученик (судя по всему, младший брат в семье) были достаточно талантливыми магами, учитель всегда выделял Арлену. Автора это сильно огорчало, особенно учитывая, что поведение Арлены до «величественного» не дотягивало.

Наверное, у прежней Скарлетт имелись точно такие же претензии к Эвелин. Одного только прочтения дневника хватило, чтобы в душе пробудилось эхо тех эмоций.

Впрочем, в дневнике раскрывался иной, весьма интересный взгляд на Арлену. Вокруг Арлены, известной Скарлетт, постоянно присутствовал флёр серьёзности и меланхолии, который было трудно игнорировать. А вот записи вырисовывали иной образ – значительно более жизнерадостный. Совпадали лишь некоторые черты, например, непринуждённая манера поведения.

Возможно, частично это можно объяснить тем, что Арлена тогда была намного моложе – по всей видимости, все трое братьев и сестёр на момент написания дневника были подростками. Но вряд ли дело только в этом. Во Фреймедоу Арлену привело весьма печальное стечение обстоятельств, так что вполне понятно, что она изменилась именно в эту сторону.

Подобное изменило бы каждого, ну или почти каждого.

Вернув дневник и кинжал в [Мешок хранения], баронесса развалилась на мягком сиденье кареты. Она вновь сосредоточилась на том, что творится за окном, пытаясь не думать ни о чём конкретном. В последнее время её и так одолевает целый сонм серьёзных мыслей – нужно же хоть иногда устраивать себе перерыв.

Впрочем, перерыв оказался недолгим. Скарлетт сама не заметила, как вновь задумалась о своей текущей цели и о том, как там Роза, при этом умудряясь ещё и мысленно ругать себя за ненужное беспокойство.

Ибо в этих переживаниях нет вообще никакого смысла.

А карета всё продолжила катиться по грязной дороге, и за окном иногда мелькали люди герцога Валентино. Наконец, экипаж остановился на перекрёстке посреди обширных голых полей. Скарлетт увидела, как широкоплечий мужчина в серых латах спрыгнул с лошади. Его подбородок пересекал шрам, а волосы были тронуты серебром. Мужчина направился прямо к транспорту Скарлетт.

Она открыла окно, впуская внутрь прохладный бриз.

- Баронесса Хартфорд, - глубоким голосом сказал мужчина, остановившись перед окном, - отсюда до болота Ливерлайн полдня пути на восток. Вы уверены, что это правильный маршрут?

Скарлетт кинула короткий взгляд на воина, который, стоя на земле, доставал ей до плеча, а потом осмотрела остальную часть процессии. Это была значительная группа рыцарей и просто всадников в форме, которые с таким настороженным видом оглядывали окрестности, словно в любой момент ожидали появления банды разбойников.

Этот отряд герцог собрал второпях после сегодняшнего разговора. Он отправил несколько десятков самых способных людей из числа тех, кто не был занят, и у большинства из них явно имелся опыт подобных экспедиций. Сам Ингомар думал растянуть сборы до завтра, но Скарлетт настояла, что выступать нужно немедленно. Если она действительно хочет помочь Розе, она просто не может позволить себе предаваться праздности.

Благодаря игровым знаниям баронесса точно знала, где обитает намеченная добыча. На сей раз ей даже не нужно было тратить время, пытаясь разобраться в картах и соотнести их с миром игры. Одного взгляда на карту хватило, чтобы определить место назначения. В конце концов, вокруг Кроукерна располагалось не так-то много топей.

Баронесса вновь посмотрела на среброволосого мужчину, который смотрел на неё сквозь окно. Это был Фрэнк Хоум – один из самых опытных подручных герцога. Очевидно, в молодости он служил в Солнечных Рыцарях, а сейчас занимал должность капитана Траурных Рыцарей и подчинялся напрямую герцогу Валентино. Многие рыцари, отправившиеся в эту экспедицию, тоже принадлежали к этому ордену.

В его силе Скарлетт не сомневалась. Все люди, отобранные герцогом, просто не могли не быть по-своему способными. Но вот хватит ли их, чтобы противостоять дракону? Да, именно Скарлетт настаивала, что действовать нужно быстро, и она была искренне впечатлена, как быстро старый Ингомар смог собрать драконоборческий отряд. Но сомнения по поводу шансов на победу всё равно остались. На шкале уровней существовала определённая граница, после пересечения которой численное превосходство переставало играть существенную роль, и на первый план выходила именно личная сила бойцов.

Оценить уровень этих воинов Скарлетт не могла. Она пробовала спросить Финна, но тот ограничился кратким «впечатляющие», а для убийства дракона этого не всегда достаточно.

Что ж, остаётся ждать и смотреть, как будут развиваться события. Если случится худшее, ей и её группе придётся присоединиться к битве и уравнять шансы – конечно, не подвергая себя излишней опасности.

- Я доверила вам необходимые приготовления и меры предосторожности, сэр Хоум, - обратилась Скарлетт к капитану рыцарей, - а вас попрошу предоставить поиск добычи мне. Если вы покажете нашей процессии дорогу на болото Ливелайн, уверяю, мы найдём то, что ищем. Ваш герцог счёл, что может доверить мне это задание. Предлагаю положиться на его суждение.

Мужчина несколько секунд задумчиво на неё смотрел, прежде чем кивнуть.

- Тогда продолжим. Будем двигаться без остановок, пока болото не окажется в зоне видимости. Помните об этом.

- Я вас услышала.

Рыцарь развернулся, по собственным следам вернулся к лошади и вскоре дал сигнал продолжать путь.

Скарлетт закрыла окно, чтобы не пускать внутрь ещё больше холодного воздуха, слегка нагрела салон пирокинезом и кинула взгляд в темнеющее небо. Вечер ещё не полностью вступил в свои права, но в это время года ночи наступают внезапно. Такими темпами до нужного места отряд доберётся уже в темноте. Не самые идеальные условия для подготовки к битве, но тут уж ничего не поделаешь.

По крайней мере, у неё были очки, зачарованные на темнозрение. А люди герцога, вероятно, обладали своими методами решения проблемы. Всё равно Скарлетт сейчас не в настроении работать для них живым фонарём.

Пункт назначения экспедиции располагался к юго-востоку от Бриджспелла, на границе Фейвилдской поймы. До Кроукерна отсюда можно было добраться за час или два, но путь Скарлетт лежал не туда.

- Итак, мы реально собираемся драться с драконом? – голос Алиссы нарушил молчание, царившее в карете.

Скарлетт посмотрела на девушку, сидящую рядом с Шином.

- Наша цель – помочь его найти. Мы не будем вступать в бой, если это не будет безопасно и абсолютно необходимо.

Называть добычу драконом – тоже, по сути, ложь, но сказать сейчас правду Скарлетт не могла.

Алисса стиснула губы.

- Если честно, это вот вообще не наполняет меня уверенностью. Драконы – не те монстры, которые позволят вам спокойненько гулять вокруг. Не то чтобы я переживала о столкновении с одним из них, но есть у меня чувство, что там очень многое может пойти не так. В Гильдии щитовиков мало у кого есть опыт битв с драконами.

- Ты ведь уже видела дракона раньше, - сказал Финн. – Это должно было тебя успокоить. Они во многом похожи. Не считая цвета, размера, разумности и уникальных способностей, все драконы одинаковы. Волноваться не о чем.

Алхимик скептически на него посмотрела, а затем повернулась к Шину:

- В следующий раз за ободряющие речи отвечаешь ты. Эта мне совершенно не помогла.

Шин так улыбнулся Финну, как будто за что-то извиняется. Блондин пожал плечами – дескать, он и так постарался изо всех сил.

Скарлетт даже не знала, чувствовать ли ей разочарование или гордость за Финна, который не смог убедительно произнести такую банальную ложь.

Алисса тряхнула головой.

- Для начала, я думаю, есть колоссальное различие между мёртвым и живым драконом. На моём месте любой разумный человек забеспокоился бы, - она повернулась к Скарлетт. – Впрочем, вашим суждениям я доверяю. Просто нервишки шалят. Подумать только, мы скоро можем встретиться с реальным, дышащим драконом. Жаль только, что здесь нет Розы.

Скарлетт подумала, что многие щитовики просто отказались бы отправляться в такой опасный поход.

- Понимаю. Уверена, Роза тоже составила бы нам компанию, если бы могла. Но сейчас нам просто нужно подождать, пока она закончит свои личные дела и вернётся.

Баронесса не вдавалась в детали – просто рассказала группе, что Роза отправилась решать кое-какие личные вопросы. Лично она думала, что Роза чувствовала бы себя лучше, если бы была более открытой, но раскрывать секреты барда не стала.

- Не самое удачное время она выбрала, - сказал Шин. – Впрочем, мы понимаем, что и у неё могут быть дела, которыми лучше заниматься в одиночку.

- Да, конечно, - кивнула Алисса. – Просто без неё как-то непривычно тихо, вот и всё.

Скарлетт покосилась влево, на пустое пространство между собой и Финном. Обычно там сидела Роза. Действительно, без барда в группе как будто появилась дыра. В каком-то смысле этот покой даже казался расслабляющим, но Скарлетт не могла им насладиться – слишком сильно давил на разум тяжкий груз мыслей.

Да, Скарлетт не могла отрицать, что она предпочитала видеть Розу рядом с собой, несмотря на её особенности.

Впрочем, эти мысли баронесса оставила при себе. Она отвернулась к окну, созерцая поля в тусклом свете заката, и в карете вновь повисло молчание. Алисса и Шин взяли с собой книги: первая изучала тексты, имеющие отношение к алхимии, а второй углубился в некий научный труд об отношениях Вздымающегося острова с империей. Финн же просто погрузился в медитативный транс.

За несколько часов пейзаж постепенно сменился – вместо полей и небольших холмов за окном начали мелькать леса и топи. Наконец, Солнце полностью скрылось за горизонтом, и Скарлетт достала зачарованные очки.

По мере приближения к месту назначения ландшафт претерпевал всё новые изменения. Дубы и берёзы сменились ивами, акациями и лишёнными листвы кипарисами. Почва стала более болотистой. Скарлетт заметила, что люди герцога начали время от времени отмахиваться от каких-то насекомых.

Даже в фентези-мире такой резкий переход от одного биома к другому встречался нечасто. Фейвилдская пойма была названа так неслучайно – даже здесь, на периферии, наблюдалось влияние Странствующего Плана.

Наконец, отряд достиг границы самого болота – под ногами коней зачавкало, а от дороги остался лишь грязный путь вдоль края трясины. Процессия остановилась. Скарлетт наблюдала, как воины слезают  с лошадей, достают магические фонари и разбивают временную стоянку.

Тут её взор снова упал на болото, где густая растительность гнулась под собственным весом.

В империи те, кто не имел достаточного опыта выживания в дикой местности, предпочитали пересекать эту территорию на борту одного из кораблей, снующих туда-сюда по многочисленным рукавам реки. Сама баронесса тоже не испытывала энтузиазма по поводу грядущего знакомства с этими мутными глубинами. К сожалению, транспорт, как говорится, дальше не идёт.

Впрочем, здесь и сейчас от жалоб нет никакого толка. Нужно просто сделать то, что должно быть сделано. Мысленной командой Скарлетт сменила своё тёплое платье на привычный наряд для путешествий, открыла дверь кареты и ступила на влажную землю.

Настало время поработать.