Скарлетт оценила врагов впереди. Справа выстроились ореольники-люмоманты, слева – пироманты.

- Финн, бери на себя тех, что справа. Мисс Астрей, мистер Торнтон, сосредоточьтесь на тех, что слева. Мисс Гейл и отец Абрахам займутся защитой и поддержкой, - она немедленно начала раздавать приказы. – А я пока что займу центрального.

И началась битва. Финн низко зарычал. Порыв ветра толкнул его в сторону врагов. Костяшки юноши к этому моменту уже украсились прозрачными зелёными когтями. Шин, в отличие от него, аккуратно пошёл вперёд с поднятым щитом.

Клерт Розы издал целую серию гармоничных звуков. Бард ловко сплела три различных баффа, усилив всю группу сразу. Скарлетт почувствовала, как её концентрация улучшается, а внутри бурлят непонятно откуда взявшиеся жизненные силы.

Алисса выстрелила из арбалета в ореольника, который начал призывать огненные сферы первым. Одновременно с этим она достала флакон из перевязи и кинула его в толпу.

Видя, что группа начала действовать без промедления, Скарлетт очистила разум от посторонних мыслей и подняла кисти. У неё уже давно руки чесались обрушить на каких-нибудь монстров всю свою мощь – прочие подземелья Бриджспелла ни разу не заставили группу приблизиться к пределу возможностей.

Для начала она перехватила контроль сразу над десятком огненных заклинаний – с усилением от тиары и чарами Розы это получилось почти само собой. Затем она призвала несколько огненных стрел и аквамин, целясь в уязвимые места защиты – для зрения, улучшенного артефактом, они были отчётливо видны.

Вокруг босса – останков дьякона Эмбервуда – появилась сферическая огненная решётка. Это было, по большей части, напоказ, поскольку первый удар Скарлетт пришёлся на других врагов. А в следующую секунду заклинания, приготовленные с обеих сторон, сорвались в полёт.

Помещение наполнила какофония громоподобных раскатов и взрывов, сопровождаемых пламенными вспышками. Мины взорвались облачками пара, огненные стрелы нашли свои цели – уязвимые точки в защите святых конструктов. Огненные заклинания ореольников по большей части либо обратились в ничто, либо полетели в их же товарищей. На общем фоне выделился флакон, брошенный Алиссой – он взорвался льдом прямо в толпе ореольников, заморозив нижние части их тел.

Ореольников-люмомантов окружили нимбы, но некоторые лучи света отклонились от курса и ударили в стену, а другие оказались заблокированы сверкающими дисками. Раймонд небрежно отбросил свои длинные волосы за плечо и уверенно улыбнулся. Кажется, даже сам воздух вокруг него почти сиял.

Залп магии Скарлетт выбил из равновесия, а то и сбил с ног существенную часть ореольников на правом фланге, и Финн воспользовался этим шансом сполна. Он ворвался в толпу, словно таран, и начал кромсать из ряды. Впрочем, ореольники были достаточно крепкими, чтобы не падать от первого удара, и их было целых 10 штук. Скарлетт оставалось лишь надеяться, что её атака оставила их достаточно уязвимыми, чтобы Финн при поддержке Раймонда и Розы смог с ними справиться.

В этот момент в битву вступил босс. Помещение заполонили светящиеся красные и ярко-белые печати.

Скарлетт сфокусировалась на бывшем дьяконе Эмбервуде и сделала ответный ход. На этот раз ей пришлось приложить некоторые усилия, чтобы заключить каждую печать в диск чистой воды, и одновременно с этим подготовить новый залп боевых техник – но уже направленных на босса.

И вся эта магия сработала одновременно.

Из печатей вырвались потоки сияющего света и раскалённого пламени. Несмотря на надежды Скарлетт, водяные барьеры не оказались для них сколь-нибудь существенным препятствием. Светящиеся лучи полетели по комнате, словно обладая собственной волей. Часть из них навелась на Финна, часть – на Скарлетт и других бойцов задней линии.

Раймнод попытался перехватить атаку дисками света, но даже его защита оказалась сломлена, и несколько лучей проскользнули внутрь. Луч света попал Скарлетт в левое плечо, а огненный взрыв ударил под дых, почти выбив весь воздух из лёгких. Обе атаки частично пробили [Текучее облачение сидхе], но луч света ужалил больнее, поскольку [Хроматкань] обеспечивала дополнительное сопротивление огню.

Скарлетт стиснула зубы, превозмогая боль. Для такой высокоуровневой локации друидского защитного навыка, даже усиленного браслетом, уже не хватало. Это лишний раз убедило баронессу, что заказ качественного защитного снаряжения из драконьей шкуры был правильным решением.

Плечо пульсировало, но боль была терпимой. Скарлетт подозревала, что словила перелом со смещением, хоть и не была экспертом в таких вещах. В следующий раз надо будет уклоняться с помощью активного навыка [Одеяния формы] – телепортации на короткую дистанцию.

Скарлетт потянулась за зельем лечения, одновременно с этим пытаясь оценить, большой ли урон нанесла своей контратакой. В этот момент всю группу окутала мягкая музыка Розы и исцеляющий свет Раймонда. Раны начали быстро затягиваться сами по себе.

С двумя целителями в группе многое становится проще.

Проигнорировав зелье, баронесса прищурилась. То, что когда-то было дьяконом Эмбервудом, уже выбралось из огненной клетки и теперь парило под потолком зала. Повреждений от своей атаки Скарлетт не увидела, но ей казалось, что её усилия всё же были не напрасны.

Будь это настоящий дьякон Эмбервуд, песенка незваных гостей уже была бы спета – вне зависимости от того, чем бы они в него кидались. По оценке Скарлетт, при жизни старик успел прокачаться примерно до 70-80 уровня. А босс, кажется, был не выше 65-ого, судя по тому, что [Оберег Самосознания] послушно высвечивал его слабые места.

На более высоких уровнях разница в силе становится более заметной. Группа 60-ых уровней может одолеть оппонента 65-ого, но вот против 70-ого у них не будет ни единого шанса.

Действительно ли рейд-группа Скарлетт сейчас достигла такого уровня – совершенно другой вопрос. Да и вообще, в реальном мире не всё так просто – он не обязан подчиняться формальной бинарной логике.

Скарлетт покосилась на счётчик маны.

[Мана: 9839/12039]

Должно хватить. Больше 2000 маны она уже потратила, но в её распоряжении есть ещё несколько зелий маны. К тому же, цель первого удара состояла в том, чтобы дестабилизировать ореольников и позволить группе захватить инициативу. Теперь Скарлетт сможет расходовать ману экономнее, что позволит ей продержаться достаточное время.

Босс начал призывать следующий массив печатей, а Скарлетт – готовить новую контратаку. На этот раз она также попыталась взять под контроль некоторые из этих огненных лучей. Они поддавались хуже, чем заклинания рядовых ореольников, но некоторые всё же получилось перенаправить в свиту бывшего дьякона. Это было более эффективной тратой маны, чем использование собственной магии.

Таким образом, битва превратились в обмен ударами между Скарлетт и боссом. Остальные члены группы, поддерживая друг друга, успешно держались против ореольников. Шин и Алисса (с небольшой помощью от Скарлетт, когда у неё находилась свободная секунда перехватывать огненные заклинания) успешно связали боем пиромантов. Хотя побеждать врагов щитовикам было нелегко даже вдвоём, они и так делали достаточно.

На левом фланге яростно сражался Финн. Даже с баффами Розы, лечением Раймонда и своей собственной магией ему всё равно приходилось выкладываться по максимуму. Тем не менее, он безошибочно награждал ударом каждого оппонента, который осмеливался отвернуться в сторону, справляясь с этим ещё лучше, чем Алисса и Шин.

На руку юноше играло и то, что ореольники не могли спрятаться за иллюзией или уйти в невидимость – против его чутья такие трюки не работали.

Правда, его рубашка очень быстро превратилась в лохмотья, полные дыр и порезов, а нагрузка на тело продолжала расти с каждым излеченным ожогом. Только постоянная забота Раймонда и Розы не давала Финну упасть.

Его это, впрочем, не волновало – он продолжал яростно рычать и столь же яростно атаковать. Уже четверо люмомантов свалились на пол неподвижными кучами ткани.

Скарлетт тоже получила несколько травм, которые, однако были быстро исцелены. А от самых опасных атак она смогла уклониться. Ущерб же, нанесённый ей самой, можно было увидеть невооружённым взглядом: босс щеголял дырами в мантии, сквозь которые просачивался сконденсированный белый свет.

Планируя поход в это подземелье, Скарлетт переживала, что враги здесь могут оказаться устойчивыми к огню. В реальности же то ли её тревоги оказались напрасными, то ли на истинный пирокинез эта устойчивость не распространялась. Несомненно, её атаки были эффективными и постепенно просаживали воображаемую полоску ХП бывшего дьякона.

[Мана: 4626/12039]

Она уже выпила парочку зелий маны – в подобных битвах слишком уж легко опустошить под ноль оставшийся резерв, даже не заметив этого. Впрочем, Скарлетт всё ещё не сомневалась, что она справится.

Вот она защитилась ещё от одной атаки, ответив акваминами, огненными стрелами и прочими базовыми техниками пирокинеза, и то, что осталось от дьякона Эмбервуда, внезапно замерло в воздухе.

На губах баронессы появилась едва заметная улыбка. Кажется, этого хватит.

Босс раскинул руки в стороны.

Все ореольники застыли. Финн и Шин застыли в замешательстве: их оппоненты внезапно распались на комочки белого света, полетевшие к бывшему дьякону, и бесполезные пустые мантии.

- Приготовьтесь, - объявила Скарлетт.

В тот момент, когда босс переходит в следующую фазу, осторожности много не бывает.

Высокая фигура поглотила комочки света, спустилась на землю и начала расти в размере, пока не начала царапать головой потолок. Мантия, конечно, уже восстановилась сама по себе. А затем зал огласил глубокий голос:

- Для тех, кто обнаружил это место. Знайте, что я никогда не собирался пускать сюда посторонних. Это место – лишь бесполезное и бессмысленное воплощение моей эгоистичности и желания раскаяться. Простите, но если вы, потревожив его покой, хотите уйти, вам придётся доказать, что вы на это способны.

Кажется, у этого голоса не было чёткого источника – он больше походил на голосовое сообщение, записанное столетия назад. Но в его словах ощущался определённый вес, а также присутствие.

Фигура, ставшая громадной, подняла руку. В дальнем конце зала материализовалась крутящаяся смесь огня и света. Скарлетт только успела подумать, что перед ней ослепительная демонстрация силы и гармонии – а заклинание уже развернулось, словно одеяло, от пола до потолка и от стены до стены. А затем оно медленно начало двигаться вперёд, не оставляя ни единого уголка, чтобы укрыться.

Скарлетт окинула взглядом надвигающуюся угрозу. Это была одна из модификаций [Сияющего Инферно], знакомого ей из игры. Возможно, группа смогла бы принять заклинание в лоб, полагаясь на целителей, чтобы его пережить. Но Скарлетт пришёл в голову вариант получше.

- Отойдите назад! – приказала она Шину и Финну, а затем повернулась к Розе. – Мисс Гейл, мне потребуется ваша помощь.

Бард посмотрела ей в глаза, уверенно кивнула и улыбнулась. Кажется, женщина без лишних слов поняла, что от неё требуется.

Скарлетт вновь вскинула руки навстречу надвигающемуся шторму красно-белого пламени. А тот, что когда-то было дьяконом Эмбервудом, неподвижно стояло в центре зала. В тот момент, когда его почти поглотило собственное заклинание, бывший дьякон покачнулся, но это его явно не побеспокоило.

Глубоко вдохнув, Скарлетт максимально сконцентрировалась и призвала собственное море пламени, чтобы остановить надвигающуюся волну.

Пламя баронессы было тёмно-красным – намного темнее, чем призванное боссом. Но оно точно также растянулось от стены до стены, грозя поглотить фигуру, стоящую в центре. Это был самый «сконденсированный» огонь, на который Скарлетт была способна с текущими остатками маны, и ей приходилось стараться изо всех сил, чтобы удержать контроль. Резерв маны быстро таял, и баронесса понимала, что остановить [Сияющее Инферно] бывшего дьякона не сможет.

Но тут из инструмента Розы полилась свежая, привлекательная мелодия, которая заполонила собой зал, словно симфония эфира. Пламя Скарлетт отозвалось на эти ноты: оно задрожало, едва заметно изменилось, и в тёмно-красном море появились проблески нежно-голубого огня, танцующего под музыку.

В следующее мгновение они начали взрываться вспышками голубого света, резонируя, словно струны иномировой арфы. Там, где эти вспышки лизали тёмно-красное пламя Скарлетт, рождалось новое голубое эхо. Вскоре весь центр помещения оказался покрыт красно-голубым полотном, которое выглядело почти живым. Правда, эта завораживающая картина перекрыла обзор на босса и дальнюю половину зала.

Когда две живые картины столкнулись, казалось, даже сам воздух затрепетал. Полоски белого света и яркое пламя [Сияющего Инферно] начали пробиваться сквозь совместное творение Скарлетт и Розы. Голубые огни перепрыгнули на новое пламя, поглощая его и порождая всё новые вспышки. На очаровательную мелодию Розы наложился громоподобный рёв сжигаемого пламени, которое захватили синие вспышки.

Скарлетт и остальные несколько секунд с замиранием сердца смотрели на представление. Наконец, нереальное голубое пламя начало исчезать, забирая с собой всю огненную составляющую заклинания бывшего дьякона. Фрагменты, относящиеся к люмомантии, ещё какое-то время продержались в воздухе, но, ничем не связанные, тоже в конце концов превратились в ничто.

А то, что осталось от Эмбервуда, так и стояло в середине всего этого. Участки мантии, затронутые его собственной магией, остались чистыми и нетронутыми, но на тех местах, которых коснулось багровое пламя, зияли дыры.

Скарлетт и Роза так и не успели довести эту технику до совершенства, поэтому большого урона они нанести не смогли.

Алисса издала звук, который, вероятно, должен был означать восторг. Раймонда это зрелище, кажется, не просто удивило, а буквально ввело в транс. А вот Шин и Финн быстро переключили внимание на босса.

Скарлетт тоже, не тратя ни секунды, достала из мешка на поясе и осушила синий флакон – [Продвинутое зелье маны]. Тело наполнилось смесью двух противоположных ощущений: энергичности и накопившейся усталости, как будто все её мышцы напряглись одновременно. Впрочем, ничего нового: во Фреймедоу Скарлетт чувствовала себя так каждый раз, когда доводила себя до грани опустошения маны.

[Мана: 2634/12039]

Немного, но должно хватить.

Она призвала новый кластер аквамин, а также кинула в бывшего дьякона несколько огненных стрел – по соотношению урона к затраченной мане эта техника была более эффективной, чем простое заключение цели в шар пламени.

Финн, а следом и Шин тоже ринулись в атаку. Роза устало оперлась на ближайшую стену. Вероятно, после этих чар у неё не осталось маны, и дальше группе придётся справляться без барда.

К счастью, у Раймонда, по-видимому, маны осталось достаточно. Не сводя глаз с поля боя, он подошёл к Розе и протянул ей руку.

Скарлетт и её спутники обрушили на босса все свои силы. Тот ответил быстрым и могучим взмахом руки. Ослепительный поток света, похожий на остаточное изображение, последовал за этим взмахом и обрушился на Финна. В это же мгновение юношу окутало зелёное сияние, и он полетел параллельно полу.

Скарлетт даже забеспокоилась: не слишком ли это для него? Однако секунду спустя Финн решил затормозить, вонзив в пол свои прозрачные когти. Таким макаром он пропахал несколько метров камня, прежде чем врезаться в стену.

Да, блондин выглядел так, словно ему очень больно. Но под ногами Раймонда тут же засиял золотистый круг, и раны Финна с впечатляющей скоростью начали заживать.

Скарлетт и Алисса, само собой, не прекращали атаковать. Техники Скарлетт теперь попадали с абсолютной точностью – у такой громадной фигуры и слабые места в защите были соответствующего размера. Флаконы Алиссы же при столкновении распространяли какую-то мерзкую тьму, которая помаленьку разъедала не только мантию босса, но и его нематериальное тело.

Шин встал так, чтобы заблокировать щитом следующую атаку – сильный удар второй рукой и последующий всплеск пламени. Скарлетт попыталась ослабить это пламя, но бывшему дьякону хватило и обычной физической силы, чтобы отбросить щитовика на несколько метров назад. Левая рука Шина повисла плетью, но тот устоял на ногах, а вскоре до него добралась исцеляющая магия Раймонда.

И Финн, и Шин вернулись в бой сразу же, как только их раны зажили. Скарлетт и Алисса не ослабляли натиск. Так, поддерживая друг друга, группа смогла сдерживать натиск босса. Отверстий на алой мантии становилось всё больше, а под ними не было ничего, кроме сконденсированного света.

Наконец, от бывшего дьякона остался только столб белого света с золотой маской. Внезапно – прямо посреди очередной атаки – он замер.

Скарлетт и её группа тоже замерли, ожидая, что произойдёт дальше.

А босс начал сжиматься, пока не вернул свой изначальный облик. Даже красная мантия вновь восстановилась. Несколько секунд он просто стоял на месте, глядя прямо на Скарлетт.

Она прищурилась. Кажется, впервые с момента появления босс реально на кого-то посмотрел.

Раздался тот же голос, что и раньше, но на этот раз он исходил от бывшего дьякона и явно был наполнен эмоциями.

- Можно было бы улучшить и дальше, но я одобряю. Проследи, чтобы реликвия вернулась туда, где ей место, и передай моё последнее прощание. Спасибо, что завершила историю того, что осталось от этого грустного старика.

С этими словами он рухнул, как подкошенный. Маска звякнула о каменный пол.

Скарлетт уставилась на опустевшую мантию.

Она… сильно сомневалась, что подобные строки присутствовали в игре.

[Квест завершён: Святилище Солнечного Огня зачищено]

{Очков навыков получено: 8}

[Побочный квест завершён: даровать покой фрагменту души дьякона Эмбервуда]

{Очков навыков получено: 6}

Он как-то её… признал? Возможно, узнал техники Скарлетт и догадался, что она обучалась у Арлены?

- Эм… - неуверенно начала Алисса. – Э-этот был… живым?

На какое-то время её слова просто повисли в воздухе.

- Нет, это был ореольник, как и остальные, - серьёзно ответил Раймонд. – Просто в нём было… больше. Туда был подселён кусочек духа и воспоминаний человека, которого, как я подозреваю, не остановили тяготы, связанные с существованием в подобном виде.

Раймонд посмотрел на останки дьякона, и его обычное спокойствие сменилось глубокой искренностью.

Скарлетт же покосилась на Розу. Та, явно обессиленная, осела на землю, но, заметив взгляд Скарлетт, она подняла большой палец вверх. Скарлетт кивнула и проверила остальных компаньонов. Те выглядели немного потрёпанными, но в основном целыми.

Раймонд направился в центр зала, позволив белой рясе красиво развеваться за спиной. Скарлетт смотрела, как жрец прочёл короткую молитву, присел возле останков босса и поднял с каменного пола золотую маску. Затем он вернулся к Скарлетт и остальным, отряхнулся от несуществующей пыли и с созерцательным выражением лица опустил взгляд на маску.

Скарлетт тоже её рассмотрела.

[Лик дьякона Солнечного Огня (легендарный)]

{Наполненная пламенной и сияющей мощью Солнца, эссенция человека, не отпустившего свои сожаления, ярко горит в этой маске, которую он оставил после себя}

Она была бы на седьмом небе от счастья, если бы могла оставить её себе, но какой смысл требовать невозможного? По крайней мере, раз баронесса помогла последователям Иттара найти эту вещь, она теперь может рассчитывать на ответное одолжение с их стороны.

Раймонд же поднял глаза на Скарлетт и остальных:

- Если не брать в расчёт достаточно печальную историю этой маски, можно считать наш успех просто оглушительным. Ну что, порадуемся удачному дню?