Скарлетт и Кэт сидели в карете, движущейся по оживленным улицам Фрейбрука. Кэт была в той же одежде, какую обычно носила, когда не спускалась в подземелье: чёрно-коричневый наряд, не стесняющий движений. Но выглядела она, как подметила Скарлетт, неестественно собранной, даже руки на колени положила.

Сама Скарлетт нарядилась в тёмно-красное платье с закрытыми плечами и украшенным вырезом для шеи. Рукава доходили только до локтей, но компенсировали это избытком (на вкус Скарлетт) ширины, да и в талии платье немножко жало. Обычно она бы не надела ничего подобного, но она не знала, что в этих землях принято надевать на свадьбу, поэтому попросила горничных принести что-нибудь подходящее. И пожалела об этом решении в ту же секунду, когда покинула поместье. Сама она выбрала только украшения: полумесяцы [Оберега самосознания], которые свисали с мочек, и [Кольцо сопротивления умбре]. Она сомневалась, что на свадьбе случится что-нибудь плохое, но всё равно не собиралась оставаться совсем без защиты. И – вот ведь совпадение! – янтарь, имевшийся на обеих серёжках, отлично сочетался с её сегодняшним платьем.

- Эм… А где именно будет эта свадьба? – спросила Кэт, но слегка вздрогнула, когда Скарлетт на неё обернулась, и тихо добавила:

-…Миледи.

Экипаж проезжал площадь, в центре которой стояли ряды ларьков, а Скарлетт изучала лицо Кэт. За 10 дней знакомства она ни разу не слышала, чтобы Кэт утруждала себя добавлением каких-либо уважительных обращений при разговоре.

- Разве тебе никто не сказал?

Кэт пожала плечами, но потом замерла и помотала головой.

- Я просто услышала, что мы выезжаем, и что вы… - щитовик явно задумалась, подбирая подходящее слово, - посетите свадьбу сами.

- Вот как.

Скарлетт ещё раз посмотрела на спутницу и отвернулась к окну, рассматривая здания. Теперь она начала узнавать окружение, которое видела и в игре. Они добрались до центра Фрейбрука, где располагалось множество магазинов и деловых контор. В отличие от многих других округов, здесь строения были старыми. К тому же, у большинства был лишь один этаж, что создавало куда более приятную атмосферу по сравнению с клаустрофобией, нахлынувшей от того округа, в котором располагалась рыболовная артель «Снежное шоу». Да и дороги были шире, так что кареты и телеги спокойно проезжали в обе стороны. Скарлетт остановила свой взгляд на большой структуре дальше по дороге.

- Однако я ценю, что ты всё-таки решила ко мне присоединиться, - небрежно сказала она Кэт. – А что до нашей цели, так мы отправляемся в Амберкрест.

- Амберкрест?! Я думала, это будет здесь же, в городе?

- Ты думала неверно.

- Погодите, так мы отправляемся через печь-камень?

- Именно.

А повозка ехала по мостовой к большой круглой площади, где встречалось сразу несколько дорог. В центре площади располагалась большая платформа с мраморной конструкцией, которую поддерживали несколько стоящих кольцом колонн. По обеим сторонам платформы выстроились очереди. Одна из них была значительно длиннее и состояла из людей и телег, которые выглядели так, словно принадлежали разным торговцам. Скарлетт даже узнала несколько символов на боках – это были торговые марки компаний города. Во второй очереди явно находились более «важные» люди. Там даже не было людей как таковых – лишь несколько шикарных карет и лошадей. А символы на этих каретах, очевидно, были гербами благородных семейств.

Возница провёл карету по краю площади, чтобы добраться до второй очереди. Скарлетт, тем временем, рассматривала саму конструкцию. Между изогнутых колонн виднелся высокий обелиск, парящий в самом центре, и его серая глянцевая поверхность сильно напоминала [Зеркало связи]. Это был печь-камень – ещё один древний артефакт, оставленный зуверами, и основной способ передвижения игрока в поздней игре. Вокруг этого конкретного камня стояло несколько охранников в зелёных гамбезонах и блестящих кирасах, а также двое мужчин в чёрной униформе с пухлыми книгами в руках. Баронесса видела, как один из них кинул взгляд в книгу, после чего махнул группе из трёх телег.

Она развернулась к Кэт и увидела, что та тоже глазеет на печь-камень.

- Ты раньше не путешествовала через печь-камень?

- Ну, доводилось, но не так уж много – лишь несколько раз, когда у Гильдии были срочные заказы для старших щитовиков.

Кэт обернулась к Скарлетт.

- Мне кажется странным использовать это ради свадьбы, - она скривила лицо, когда поняла, что снова забылась, - …миледи.

- Кажется, многие регулярно им пользуются, - Скарлетт указала на длинные очереди, тянущиеся к платформе.

Кэт выглянула в окно.

- Да, но, готова поспорить, в основном это богатые торговцы или аристократы, как вы.

- Не вижу причин, почему бы среди них не затесаться и обычным людям.

В конце концов, персонаж в игре начинал путешествовать через печь-камни задолго до того, как реально разбогатеть или прославиться. Это было не так уж дорого.

- Возможно. Но разве вам обычно не приходится записываться за месяцы вперёд?

- Зачем бы это? – нахмурилась Скарлетт.

В игре ничего подобного не было. Достаточно было добраться до печь-камня и, если дело происходило в городе, заплатить сбор. Пожалуй, заставлять игрока планировать быстрые путешествия за несколько месяцев – не лучшее геймдизайнерское решение. Впрочем, это не было первой деталью мира, которая отличалась от игры. Подземелья, квесты и предметы остались теми же самыми (пусть и были разбросаны по куда большей площади), но такие вот мелочи оказались склонны к изменениям.

- Разве ежедневное число использований не ограничено? – голос Кэт вернул Скарлетт в реальность. – Во всяком случае, я об этом слышала. Хотя, полагаю, для вас, как для дворянки, это особого значения не имеет.

Скарлетт посмотрела на Кэт. Очевидно, в список дел добавилась необходимость почитать о том, как действительно работают печь-камни, раз уж её предположения столь сильно отклонились от истины. Отвернувшись от щитовика, Скарлетт наблюдала, как их экипаж пристроился в хвост очереди – позади экипажей других дворян. Человек в чёрной униформе с книгой медленно подошёл к карете, чтобы что-то проверить.

Кэт тоже затихла, ожидая, пока очередь сдвинется, и какое-то время спутницы провели в молчании.

- Я ещё вот что собиралась спросить, - заговорила Скарлетт. - Есть ли причина тому, что ты сегодня так необычно себя ведёшь?

- Необычно… миледи?

Скарлетт обернулась к Кэт. Щитовик по-прежнему сидела прямо, положив руки на колени, как будто она была на официальном обеде. И это ей совершенно не шло.

- Ты начала называть меня «миледи».

Кэт состроила такое выражение лица, будто ей стало стыдно.

- Ах, ну, это... – Скарлетт ждала, пока наёмница продолжит. - Тот дворецкий сказал мне, что я неправильно себя веду.

Баронесса вскинула бровь.

- Гарсайд?

- Ага, в смысле, да. Вчера он весь вечер капал мне на мозги, рассказывая, что мне следует проявлять больше уважения. Я не думала, что это такая уж проблема, но он рассказал, что это плохо отразится на вас, или что-то в этом духе.

Выслушав Кэт, Скарлетт призадумалась, но махнула рукой и опять отвернулась к окну:

- Тебе не обязательно утруждать нас обеих формальностями. Полагаю, мои действия более чем наглядно продемонстрировали, что это для меня не так уж много значит.

Конечно, Скарлетт не обошлась без толики безобидной лжи. На самом деле она чувствовала недовольство от неформального обращения, но в случае Кэт предпочитала именно его. Это была одна из тех немногих причуд изначальной Скарлетт, с которыми она справлялась достаточно успешно, чтобы даже не пытаться к ним привыкнуть.

- Вы уверены?

- Если бы это было иначе, я бы такого не сказала.

- Слава богам, - в голосе Кэт ясно слышалось облегчение. – А я тут с ума сходила, пытаясь следить за каждым своим словом. Быть чопорной и правильной определённо того не стоит.

- Я бы не назвала твою манеру «чопорной и правильной». Для этого нужно больше, чем просто заменить «идём» на «направляемся» и время от времени вспоминать о том, как правильно ко мне обращаться.

Кэт вздохнула.

- Честное слово, я и без вас знаю, насколько плохо у меня получается, - она на секунду замолчала, прежде чем продолжить. – Но разве у вас от этого не прибавится проблем? Разве аристократия не основана на внешних приличиях и всём таком?

- Ты – не одна из моих подчинённых, я наняла тебя для конкретной работы. И меня не интересует, как ты себя ведёшь, выполняя её, пока ты демонстрируешь хотя бы простое человеческое уважение. Если другие думают, что это как-то на мне отразится – пусть думают. Я не планирую тратить время, волнуясь о том, что думают обо мне другие.

- Ох…. Понимаю, - пробормотала Кэт.

Скарлетт покосилась на щитовика.

- Признаюсь, меня удивило, что ты волнуешься о таких вещах. Не думала, что в тебе есть и такие черты.

- Что, вы думали, что я просто проигнорирую его предупреждение? - немного раздражённо посмотрела на неё Кэт.

- Когда мы впервые встретились, ты не показывала признаков того, что тебя заботит.

- Ах, ну, - наёмница помедлила, - я этого и не делала. В смысле, не заботилась. А вы ничего не говорили, вот я и не думала, что это важно.

- Ты думала правильно.

Скарлетт выглянула из окна как раз вовремя, чтобы увидеть, как блестящая серая поверхность печь-камня полностью почернела, словно вобрав в себя весь свет из окружающего пространства. Секунду спустя большая группа людей и три телеги появились во вспышке света в большой размеченной области рядом с обелиском. Один из чиновников подошёл к группе, обменялся с ними несколькими словами и что-то записал в свою книгу учёта.

- Ну, не могла же я проигнорировать слова вашего дворецкого полностью, - продолжила Кэт. – Думаю, понятие эскорта также должно включать в себя и задачу не доставлять вам дополнительных проблем. Поэтому я должна хотя бы попытаться.

- Похвальное утверждение, несмотря на его чрезмерность, - сказала Скарлетт, глядя, как новоприбывшая группа выходит через широкие проёмы между мраморными колоннами.

- Через… что?

- Чрезмерность, - Скарлетт опять повернулась к Кэт. – Нечто в большем количестве, чем нужно или хочется.

- Ах, вот оно что, - Кэт состроила понимающее лицо. – Простите. Иногда слова, которые вы используете, выбивают меня из колеи.

Скарлетт не знала, что на это ответить. Как контент-редактор (теперь, пожалуй, уже бывший редактор), она привыкла работать с широким спектром слов, среди которых попадались и весьма необычные. Но в том мире она редко использовала их в повседневной речи. Однако, когда она стала Скарлетт, такая манера речи стала частью её природы. Она пыталась говорить так, как привыкла, но получалось не очень. Как оказалось, это въелось в её сущность даже сильнее, чем пренебрежение по отношению к Эвелин. Хотя, возможно, свою роль сыграло и то, что она не хотела вызывать ещё больше подозрений, внезапно начав говорить по-другому. Она и так совершила немало удивительных действий.

-…Я попытаюсь упростить мой язык.

Как минимум, насколько получится.

- На самом деле, нет необходимости, - Кэт помотала головой, словно не считала это важным. – Не думаю, что я имею право указывать вам, как говорить. Просто делайте то, что делаете.

-…Замечательно.

Скарлетт снова уставилась в окно, и в карете воцарилась тишина. В очереди перед ними оставалось четыре экипажа, на которые ушло полчаса. В течение этого времени три группы людей и телег телепортировались на этот печь-камень и ушли через тот же промежуток между белыми колоннами. Но наконец-то один из чиновников махнул их экипажу, и секунду спустя донёсся крик возницы, который торопил лошадь. Он объехал высокий обелиск и направился к размеченной области на противоположной стороне от той, где оказывались люди, прибывшие во Фрейбрук. Тот же человек убедился, что они находятся внутри отмеченной зоны, и махнул следующей карете, которая повторила процесс. Затем он вытащил из нагрудного кармана часы и взглянул на них.

- Одна минута до переноса. Убедитесь, что остаётесь в пределах области, - объявил он.

За время ожидания Скарлетт успела рассмотреть соседнюю карету, выкрашенную в чёрный цвет. Она была крупнее, так что её везли две лошади, а не одна. Баронесса чувствовала, что тёмно-зелёный олень с золотыми глазами, нарисованный на борту, ей знаком, но не смогла вспомнить, где видела этот герб раньше.

Но времени на раздумья не было: печь-камень у них над головами внезапно втянул в себя весь окружающий свет, и на миллисекунду вокруг стало абсолютно темно. А затем артефакт выплюнул свет обратно, мир наполнился красками, и вид перед глазами стал совершенно иным. Теперь площадь с печь-камнем оказалась на большом холме, который господствовал и над городом слева, и над огромным зеркалом воды справа.

Они прибыли в Амберкрест.