Скарлетт провела ещё какое-то время с четой Винтерсвортов, изо всех сил стараясь участвовать в разговоре пожилых людей. Леди Винтерсворт даже не пыталась скрыть своё намерение помочь Скарлетт обзавестись новыми связями, но джентльмены не возражали. Удивительно, но эта возможность их, кажется, даже порадовала. Скарлетт же не хотела, чтобы усилия леди пропали даром, да и вообще не намеревалась смотреть в зубы дарёному коню. Хотя конкретная причина, по которой эта старушка начала целенаправленно её поддерживать, оставалась неясной, пользу всего происходящего Скарлетт отрицать не могла.

Она успела поближе познакомиться с «друзьями» лорда Винтерсворта (Варлей Годвин вёл себя так, будто уже и сам успел с ней подружиться) и пообещала познакомить их с сестрой, которая вела большую часть дел феода, когда оркестр, который играл в углу, затих. По комнате разнёсся тихий звон, и все присутствующие посмотрели в сторону бального зала.

- Кажется, герцог Тинделл готовится выступить с речью, - объявила леди Винтерсворт, посмотрев на группу людей, который в основном были старше неё. – Значит, настало время прощаться. Вы и так достаточно надолго задержали моего супруга. Неплохо бы ему провести немного времени и с семьёй.

- Мы бы не осмеливались задерживать его и далее, - заговорил Артур Виндермер, - да и не хотели бы.

Он хихикнул, заработав недовольный взгляд от лорда Винтерсворта, а затем повернулся к Скарлетт.

- Приятно было познакомиться, баронесса. В следующий раз, когда у Западного Торгового Альянса появятся дела во Фрейбруке, я лично прослежу, чтобы мы рассмотрели перспективы сотрудничества с вашим баронством.

- Взаимно, - грациозно кивнула Скарлетт.

Она представила, насколько будет рада Эвелин, когда это услышит. Хотя сама она плохо понимала, в чём причина энтузиазма этого мужчины. Она смогла поддерживать беседу с этими джентльменами, но, несмотря на усилия леди Винтерсворт, не ощущала себя на том уровне, где они начали бы активно искать способы укрепить с ней связи. Должно быть, влияние пожилой леди на друзей её мужа куда внушительнее, чем кажется со стороны.

Остальные старики попрощались в схожей манере. Годвин говорил последним.

- Надеюсь, вскоре мы встретимся вновь, баронесса, - он со значением посмотрел на Скарлетт.

- Уверена, так и будет.

При желании он может посетить её в любой момент, когда вздумается. Кто его остановит-то? Скарлетт достаточно хорошо разобралась в личности Варлея, чтобы чётко понять: он не постесняется делегировать обязанности декана своим подчинённым, а сам погнаться за тем, что вызвало его интерес.

Попрощавшись, Скарлетт вместе с четой Винтерсвортов вернулась в главный зал. Теперь он был просто забит людьми, которые выходили изо всех боковых комнат. Танцпол сменился сценой, украшенной тёмно-зелёными баннерами из вельвета, а в центре сцены располагалась трибуна.

Скарлетт заметила в толпе Эвелин – та стояла рядом со столами в компании Ливви и, что удивительно, Реймонда Абрама. Дьякон Иттара вёл оживлённую беседу с девушками. Одет он был в яркий красный плащ до колен, а светлые волосы завязал в хвост.

- Мы с мужем попытаемся найти, куда пошли дети, - сказала пожилая леди позади Скарлетт. – Вы, конечно, можете к нам присоединиться, если хотите.

Скарлетт покачала головой и указала на Эвелин.

- Сначала мне нужно встретиться с сестрой.

Леди Винтерсворт посмотрела в указанном направлении.

- Полагаю, это та юная девушка, которая стоит рядом с дочерью Кнотли?

- Верно.

На губах старушки заиграла улыбка.

- Вижу. Держаться своей семьи – всегда хорошо. Позже вам нужно будет нас представить.

- Займусь этим, когда представится возможность, - кивнула Скарлетт.

- Тогда пожелаю вам удачи. Уверена, мы ещё вскоре увидимся, - женщина дёрнула супруга за руку. – Дорогой, ты не собираешься попрощаться с баронессой?

Тот как раз отвлёкся на поднос со сладостями, который проносил мимо него официант. Лорд моргнул, нахмурил брови и повернулся к Скарлетт.

- Хмф. Баронесса, полагаю, мы ещё встретимся снова, раз уж жена настаивает. Уверен, до той поры вы сможете выжить и самостоятельно.

Его супруга улыбнулась и бросила извиняющийся взгляд:

- Скорее небо рухнет на землю, чем мой муж научится вежливости. Не обращайте на это внимания.

- У меня достаточно опыта в общении с подобными личностями, так что не нужно переживать, - сказала Скарлетт.

Леди Винтерсворт в ответ на это тихо рассмеялась, а старик что-то проворчал.

Попрощавшись, пара удалилась на поиски остальной части их семейства. Скарлетт же направилась в сторону Эвелин. Сестра заметила её достаточно скоро. Реймонд и Ливви тоже посмотрели в её направлении.

- Скарлетт, - сказала Эвелин, когда баронесса к ней подошла, - всё идёт хорошо? Какое-то время тебя не было видно. Ливви говорила, что ты была с леди Винтерсворт.

- Никаких проблем не возникло. Я покинула её и её мужа, когда они отправились искать своих детей. А до этого мне удалось поговорить с их знакомыми – деканом башни Элистеда и другими влиятельными фигурами. Позже я посвящу тебя в детали.

Эвелин явно удивилась, но Скарлетт уже переключилась на Ливви и Реймонда, особенно на последнего.

- Не ожидала встретить вас здесь сегодня, отец Абрахам. Вы уже знакомы с моей сестрой?

Мужчина ярко улыбнулся.

- Ах, баронесса. Всегда рад вас видеть. Мне, странствующему жрецу, повезло: благодаря одному дорогому другу я смог раздобыть приглашение на этот шикарный вечер. Я подумал, что было бы несправедливо не почтить эти величественные залы своим присутствием и, возможно, рассказать о воле Иттара одной-двум нуждающимся душам. Конечно, не воздать при этом должное подготовленным для нас развлечениям и закускам было бы преступлением, - он поднял бокал вина в правой руке, наклонив его в сторону Ливви. – И вот, читая проповедь тем, кто с радостью готов её послушать, я заметил знакомое лицо, беседующее с вашей сестрой. Мне показалось, что это идеальная возможность поприветствовать старую знакомую и завести новых друзей. Пока милая Эвелин не представилась, я и не знал, что она приходится баронессе младшей сестрой. Так что это был приятный сюрприз.

На щеках Эвелин появился лёгкий румянец. А Ливви, судя по выражению лица, уже успела привыкнуть к этому человеку и его манере преувеличивать. Скарлетт не знала, о чём именно они говорили, однако имела представление, как в целом выглядит любая беседа с участием Реймонда, особенно когда тот притворяется «странствующим жрецом Реем Абрахамом».

Она посмотрела ему в лицо, выискивая любые признаки того, что на Эвелин он наткнулся не просто по «чистой случайности». Однако это было так же сложно, как определить, когда Роза говорит серьёзно, а когда – нет.

По крайней мере, вёл он себя точно так же, как и в прошлую встречу. Если бы у него появились подозрения в отношении Скарлетт, то он бы использовал другой подход. Так что вряд ли дьякон лгал. А раз он, скорее всего, не знал о роли Скарлетт в ограблении Святилища Иттара, значит, он просто решил поддерживать с ней хорошие отношения. Вдруг у неё найдётся информация и о других священных артефактах?

Вчетвером они успели перекинуться словечком-другим, пока гости продолжали заполнять зал, но вскоре шум утих, и все сосредоточились на сцене по центру. Скарлетт тоже посмотрела в этом направлении. К трибуне, стоящей на сцене, приближался высокий, суровый на вид мужчина с зализанными назад чёрными волосами. Собравшуюся толпу он окинул таким взглядом, словно хотел пронзить её насквозь.

Герцог Сантон Тинделл, хозяин сегодняшнего вечера.

- Досточтимые гости, приветствую вас в моём доме, - раздался голос мужчины, и в зале наступила полная тишина. – Любопытно, но я часто забываю, что сегодняшний вечер стал ежегодной традицией, берущей начало со времён моего отца. Именно ему принадлежит идея собирать наиболее заметных и выдающихся личностей империи, чтобы укрепить узы, которые связывают нас, слуг этой славной нации. Да, сомневаюсь, что он предвидел, в какой праздник это превратится сегодня. Осмелюсь сказать, что других таких, как вы, нет. Я вижу перед собой опору империи, собрание таланта и власти, равного которому в этом мире нет.

Он сделал небольшую паузу.

- Я часто пользуюсь этой возможностью, чтобы обратиться к вам как к равным, напомнить вам о нашем долге и тех вещах, которыми пренебрегают или недооценивают. Однако в этом году я буду краток, - он сделал ещё более суровое лицо и посмотрел на лица перед собой. – Наши мнения и идеалы могут различаться, но давайте помнить, что в первую очередь все мы верны Его Величеству и стране. Мы должны неуклонно исполнять свои обязанности, поддерживать порядок и справедливость в этих землях, особенно сейчас, когда вновь наступает эпоха испытаний. Давайте не забывать, что на тех, кому дарованы привилегии и власть, лежит существенная ответственность. Итак, эта ночь существует, чтобы отпраздновать, расслабиться после плодотворного года, но также и подготовиться к вызовам, что лежат перед нами. И мы сделаем это с милостью и благородством, подобающим нашему положению. Пусть этот бал будет провозглашением нашей решимости и единства. Спасибо.

Герцог покинул сцену, и помещение наполнила волна аплодисментов. Люди снова начали двигаться, а музыка возобновилась. Правда, теперь она была более ненавязчивой, больше подходящей для расслабленного разговора, чем для танцев.

- Недавние события повлияли на герцога больше, чем я думала, - отметила Эвелин.

- Да, я тоже ожидала более длинной речи, - подтвердила Ливви. – Нынешние проблемы обошли его земли стороной. Отец рассказал, что здесь, на севере, торговля процветает. Не помню, чтобы герцог был таким лаконичным даже в тот год, когда Драконье Буйство разорило южные границы его владений.

- Нападение древнего дракона сравнимо со стихийным бедствием, - помотал головой Реймонд. – Это трагедия, но всё же однократная трагедия. Она не вселяет так много неуверенности в будущем, как события этого года.

Скарлетт посмотрела на него с любопытством. Интересно, как бы он отреагировал, если бы узнал, что Драконье Буйство было спровоцировано Заговором? Большинству людей этого мира такое бы и в голову не пришло, учитывая, насколько могущественны даже молодые драконы. А древние драконы намного, намного опаснее.

- Думаете, его так сильно встревожили нападения племени Греха? – спросила Ливви.

- Возможно, - мужчина с серьёзным выражением лица покосился в сторону герцога. – Или, возможно, он услышал о чём-то, чего мы пока не знаем.

- Например? – на лице Эвелин мелькнуло беспокойство.

Реймонд на секунду замер. А затем его серьёзный настрой словно испарился, и к Эвелин жрец развернулся со своей обычной улыбкой:

- Действительно, что бы это могло быть? Я осведомлён далеко не обо всех важных событиях, которые происходят в империи, так что, боюсь, мне не по силам рассказать вам многого. Но я уверен: те, кому нужно знать, всё знают. И они делают, что могут, чтобы защитить нас всех. Впрочем, кое-что я слышал, - он кивнул на Скарлетт. – Сэр Леон, жених баронессы, недавно принимал участие в совместной операции против племени Греха, где также были задействованы последователи Иттара, Гильдия щитовиков и несколько магических башен. И его достижения были весьма заметными. Видимо, у империи растёт новый герой.

Скарлетт наморщила лоб. Она не знала деталей, однако решила, что это и была та самая миссия, на которую Леон отправился после того, как помог ей в Отумвелле. Вопрос вот в чём: он по-прежнему занят, или же сегодня смог приехать на бал?

- Это больше, чем известно мне, - сказала Ливви. – Я принимала участие в планировании логистики со стороны Гильдии, однако о результатах мне ещё не рассказали. Однако я слышала, что племя понесло значительные потери.

Реймонд кивнул:

- Большие потери – это всегда трагедия. Но, признаю, в данном конкретном случае эта новость принесла мне облегчение. Надеюсь, это позволит предотвратить кровопролитие в будущем, если на то будет воля Иттара. Я…

- Уж не баронесса Скарлетт Хартфорд ли это? - внезапно чей-то резкий голос перебил сразу все разговоры в зоне слышимости.

Гости обернулись и посмотрели на тучного мужчину средних лет с розовыми щеками, окруженного небольшой толпой неподалёку. Его богатый наряд выглядел немного тесным, но также заставлял выделяться среди других гостей. Судя по тому, как повернулись к Скарлетт головы его собеседников, этот человек как раз был вовлечён в разговор, когда случайно заметил баронессу и позвал её по имени.

Впрочем, она сомневалась, что это и была истинная причина такого поведения. Потому что этого человека она узнала.

А был это ни кто иной, как граф Тициан Соамес. Она никогда не общалась с ним напрямую, но во время Райской проповеди приложила максимум усилий, чтобы запомнить его лицо. Это имело смысл, поскольку он был слугой той сущности, которая затаилась в теле Розы. И именно он в своё время послужил разменной монетой для сделки с той сущностью.

Граф же, кажется, с извинениями покинул прежнюю группу и направился к Скарлетт. Другие гости расступились перед ним.

- Не ожидал встретить вас здесь сегодня, леди Хартфорд, учитывая, что произошло во время вашего прошлого, - он кашлянул в ладонь, - появления на публике. Я ожидал, что вам потребуется уделить какое-то время себе, прежде чем появляться снова. Сейчас я осознаю, как самоуверенно это было с моей стороны, и приношу свои извинения.

Скрыть презрительное выражение лица он даже не попытался.

Скарлетт нахмурилась.

Какого чёрта он задумал?

Поблизости послышались перешёптывания, а многие, напротив, остановили свои разговоры.

- Должно быть, вы были невероятно рады получить приглашение, учитывая, что вы выкроили время в своём плотном графике, дабы почтить нас своим присутствием. Могу лишь вообразить, какие важные дела уважаемая, - это слово он произнёс особенно ехидно, - баронесса отложила, чтобы здесь оказаться.

Она нахмурилась сильнее. Гнев, который она сдерживала, грозил выплеснуться на поверхность. И тут Скарлетт осознала, что происходит.

Граф Соамес не стал бы цепляться к ней лишь потому, что он её узнал и вспомнил её «выступление» на Райской проповеди. Нет, если он так действует, значит, он ожидает что-то с этого получить. Или кто-то сказал ему поступить именно так.

По условиям пакта, Скарлетт не могла напрямую взаимодействовать с сущностью, а сущность не могла напрямую взаимодействовать с ней и её окружением. Прямой приказ навредить баронессе почти наверняка стал бы нарушением договора, но, кажется, сущность нашла способ обойти эти ограничения. отправив своих марионеток надоедать Скарлетт. Она бы не удивилась, узнав, что демонесса пакостит просто потому, что может.

Но даже это значительно превышало пределы терпения Скарлетт.

- Граф Соамес, если не ошибаюсь? – раздался голос позади Скарлетт.

Даже обращаясь к дворянину с высоким титулом, Реймонд по-прежнему расслаблено улыбался.

- Я слышал о вашей почтенной, впечатляющей персоне, но не ожидал, что вы действительно настолько, - он кашлянул в руку, полностью скопировав действия графа, -…впечатляющий, как о вас говорят. Уверен, вы благословлены лишь самым лучшим, когда дело доходит до вкусов и кухни. Как ваш товарищ на поприще наслаждения жизнью, могу выразить лишь величайшее восхищение тем, что, несомненно, служит демонстрацией вашей неослабевающей преданности.

Граф хмуро уставился на жреца. Ливви и Эвелин тоже посмотрели на Реймонда, но с беспокойством.

- Раз уж об этом зашла речь, - продолжил дьякон, - возможно, для этой беседы существует более подходящее место и время? Я определённо пониманию, насколько вы удивлены встречей с баронессой Хартфорд. Будучи последователем Иттара, я тоже был глубоко восхищён скромностью и праведностью, продемонстрированными ею в прошлом. Но сегодняшняя ночь предназначена для празднования и приятных бесед, не так ли? Мы ведь не хотим причинять неудобства хозяину, который был достаточно щедр, чтобы пригласить нас в свой дом на бал.

Граф посмотрел в центр помещения, где сквозь небольшую щель в толпе был виден герцог Тинделл. Мужчина смотрел прямо на них. Он целенаправленно задержал взгляд на Скарлетт, а затем отвернулся и продолжил разговор, как будто её здесь не было.

Лицо графа Соамеса пересекла ухмылка.

- Не думаю, что это станет проблемой… - он рассмотрел Реймонд, явно заметив символы солнца у того на одежде, - жрец.

- Простите, - вмешалась Ливви.

Эвелин, кажется, тоже собралась что-то сказать. Скарлетт вскинула руку, призывая их обеих замолчать.

На них смотрело множество глаз, но она сфокусировалась исключительно на графе.

- Граф Соамес, - подходя к нему, она позволила раздражению просочиться в её голос, - поправьте меня, если я ошибаюсь, но это первый раз, когда мы говорим, так?

Он явно слегка насторожился, однако стоял всё так же уверенно.

- Действительно, это наша первая официальная встреча.

- Я так и подумала. Видите ли, те, кто со мной знаком, не совершают таких ошибок, - Скарлетт остановилась на расстоянии одного шага от мужчины и взглянула ему в глаза.

Тициан едва заметно повеселел. Кажется, он считал, что это Скарлетт совершает ошибку.

- Ошибок, говорите? – он встретил её взгляд своим. – Не думаю, что в том, что я сказал, было что-то неправильное. Фактически, мои слова…

- Позвольте мне вас поправить.

Мужчина распахнул глаза, и ему внезапно стало жарко. Это Скарлетт использовала пирокинез, чтобы поднять температуру воздуха непосредственно вокруг графа. Он уже открыл рот, но, прежде чем он успел что-то сказать, Скарлетт наклонилась и зашептала ему на ухо:

- Не думайте, что ваша хозяйка вас защитит просто потому, что именно она приказала вам испортить мне вечер.

И Тициан подавился собственными словами. Очевидно, он не знал подробностей своего задания, а также того, почему ему было велено нацелиться именно на Скарлетт.

- Ваша хозяйка сочла уместным использовать вас как пешку в этой небрежной попытке уязвить меня, поскольку ей самой на это сил не хватает. Не думайте, что мне слишком сложно наклониться и отмахнуться от назойливой мухи, кому бы та ни служила. Я внимательно слежу за вашей активностью в Шелкопрядном Покое в Амберкресте, граф. Нескольких слов с моей стороны хватит, чтобы вы потеряли всё, что имеете. Так что предлагаю вам быть очень осторожным, выбирая слова.

По лбу мужчины побежали капли пота. Скарлетт заметила, что ему даже стало тяжело дышать, хоть он и попытался это скрыть. Впрочем, она всё-таки оценила самоконтроль Соамеса: в его глазах теперь плескался страх, он смотрел на неё так, словно увидел дьявола, однако не закричал. И всё же его отношение изменилось восхитительно быстро.

Баронесса же выпрямилась и заговорила так, чтобы было слышно всем вокруг:

- Я редко утруждая себя раздачей советов или исправляю чужие ошибки, даже если вижу, что кто-то дезинформирован. Однако в последнее время я пытаюсь измениться, поэтому могу закрыть глаза на небольшое недопонимание.

Она убрала магию, которой подогревала Тициана, и напряжение вокруг них ушло. Граф же впечатляюще быстро вернул самообладание, извлёк платок из кармана, вытер пот и тихо откашлялся.

Со стороны это, должно быть, выглядело дико.

- Я… понимаю, что вы имеете в виду, баронесса, - сказал он странно напряжённым голосом. – Нет, когда вы высказали свою точку зрения, я осознал, что мои прежние слова могли быть неправильно поняты.

Он вернул платок в карман. Внимание графа было полностью приковано к Скарлетт – оживление и удивлённые взгляды, нацеленные на него, он игнорировал. Впрочем, её взгляда он теперь избегал.

- Извиняют за то замешательство, которое вызвали. В будущем я постараюсь быть более осторожным, чтобы подобного не повторилось. Кажется, я вызвал некоторое беспокойство, поэтому удаляюсь.

Тициан выглядел собранным, но явно хотел сбежать при первой же возможности. Поэтому он, даже не дожидаясь ответа, просто развернулся и направился прочь – прямо сквозь ту группу, с которой общался ранее.

Скарлетт посмотрела, как тучный мужчина пытается затеряться в толпе.

Пожалуй, сущность внутри Розы не волнует исход случившегося сегодня. Та знала, что по условиям сделки Скарлетт не может тронуть графа Соамеса. С другой стороны, если бы она реально хотела противостоять баронессе, то не стала бы прибегать к подобным мерам. Скорее всего, для неё это всё было не более чем игрой.

Но Скарлетт не любила играть в такие игры. Сущность сделала свой ход против неё, тем самым продемонстрировав, что в действительности о ней думает. Чёрта с два Скарлетт спустит всё на тормозах.

Теперь взгляды всех окружающих были приклеены к ней. Но она, проигнорировав их внимание, развернулась к своим знакомым. Эвелин и Ливви уставились на неё так, будто она только что стащила Луну с неба; Реймонду же явно было любопытно и весело. Скарлетт бы не удивилась, если бы дьякон смог увидеть её магию даже без заклинания обнаружения.

Она вернулась обратно и встала перед ними:

- Так, на чём мы остановились?