Гао Вэнь не торопился. Он и так понимал, что слугам короля нужно время, чтобы привести дом в порядок. Нечего было ставить их в неловкое положение — они всего лишь исполняли приказ. Но даже когда он специально покружил по городу, чтобы дать им фору, к его прибытию у ворот всё ещё суетились слуги в ливреях, вытирая со лбов пот.

Впрочем, основную работу они уже закончили.

Из дверей вышел высокий, худощавый мужчина в напудренном парике и чёрном галстуке. По виду — дворецкий. Он поклонился Гао Вэню, который всё ещё был верхом:

— Ваша светлость, дом готов к приёму. Меня зовут Джеймс Брейн. Я управляю этим имением. На время вашего пребывания в столице я буду иметь честь служить вам дворецким.

— Брейн… Я помню эту фамилию, — Гао Вэнь сделал вид, что задумался, и в памяти всплыло нужное имя. Он усмехнулся. — Ах да, Холи Брейн, камердинер Чарльза. Фамилию ему сам Чарльз дал.

Джеймс Брейн смотрел на него с изумлением — впрочем, это чувство, должно быть, испытывает любой, кому выпадает иметь дело с ожившим древним человеком, да ещё и знакомым с его собственным пращуром.

— Да… да, — запинаясь, подтвердил он. — Холи Брейн — мой предок. Наш род из поколения в поколение служит королевской семье. Управление королевской собственностью в столице — наша обязанность…

— Да уж, — усмехнулся Гао Вэнь. — Мой-то дом теперь — королевская собственность.

У Джеймса Брейна враз испарина выступила на лбу. Тема и впрямь была щекотливая. Всё равно что привязать человека к стулу и читать ему вслух его же юношеские дневники.

Но Гао Вэнь пошутил и не стал продолжать.

— Не суетитесь. Я ненадолго.

Джеймс Брейн выпрямился:

— Мне приказано служить вам со всем тщанием. Подготовить дом к приезду гостя — моя обязанность.

— Даже если для этого пришлось выставить вон билетёров и экскурсоводов?

— Простите?..

Да, шутки эти люди из другого мира совсем не понимают.

Гао Вэнь махнул рукой, спрыгнул с коня и, передав поводья подбежавшему слуге, повёл свою (N+1)-ю правнучку и остальных в дом, которому минуло семьсот лет.

Всё было так, как сказал тот придворный. Дома на Коронной улице, значимые для истории, не только сохранили, но и бережно поддерживали, реставрируя, чтобы они выглядели как прежде. Семьсот лет — это срок. Даже магия бессильна перед временем. Гао Вэнь был уверен, что половина того, что он видит, — новодел. Но он не придавал этому значения. В конце концов, он был не настоящий Гавейн Сесил.

Маленький сад, мощёный двор, короткий коридор — и вот он, главный зал. Как для жилья герцога-основателя, дом четыре по Коронной улице был довольно скромен. Любой, у кого водились деньги, мог построить в столице особняк вдвое больше. Эмбер, едва переступив порог, скептически хмыкнула:

— И это всё? Я ожидала большего.

— Ему семьсот лет, — Гао Вэнь покосился на полуэльфийку. — Серебряная Цитадель тогда была ненамного больше.

— Мне нравится, — тихо сказала Ребекка. — В нашем замке, кроме фундамента, всё хуже…

Эмбер закатила глаза:

— Ещё бы, вы же всё, что можно, разбазарили.

— Файерболом не швыряться, — Гао Вэнь придержал Ребекку и Эмбер за головы. — А ты, — обратился он к последней, — поумерь прыть. Не надейся, что всегда сможешь улизнуть. Повстречаешь настоящего Мастера Теней — несладко придётся.

Отправив рыцаря Байрона и солдат отдыхать вместе со слугами, а Бетти — на кухню помогать готовить ужин (её сковорода наконец-то пригодилась), Гао Вэнь принялся бродить по главному залу.

— И всё же всё сохранили…

Он тихонько качнул головой. Память подсказывала ему одну картину за другой. Они не всегда совпадали с тем, что он видел сейчас, но чувство знакомости не покидало его.

Ребекка шла следом, с любопытством и неловкостью разглядывая обстановку. У первых первопроходцев были потомки. Некоторые из них до сих пор жили на Коронной улице. А она, потомок величайшего из них, нынешний глава рода Сесилов, только сегодня впервые увидела, в каком доме жил её предок.

Многие из этих вещей она знала лишь по описаниям из старинных книг. Например, старый боевой топор на стене главного зала.

— Это я у Чарльза выиграл, когда мы соревновались в фехтовании, — Гао Вэнь указал на топор, машинально извлекая из памяти нужные сведения. — На самом деле ничего особенного, обычный гномий топор. Не знаю, как этим коротышкам это удавалось — они же мне по пояс, а силищи — не занимать. Такую секиру не всякий человек поднимет, а они одной рукой махали, что твоим прутиком.

Ребекка уловила другое:

— Чарльз? Вы говорите о государе-основателе, Чарльзе Первом?

— Чарльз Моэн, которого сегодня величают Чарльзом Первым, — усмехнулся Гао Вэнь. — А кто ещё? Я знал только одного Чарльза.

Влезать в чужую шкуру и хвастаться от первого лица было приятно.JPG

Но Гао Вэнь не только забавы ради играл эту роль. В обозримом будущем ему ещё много раз предстояло выступать как Гавейн Сесил. И чем естественнее он будет выглядеть, тем лучше.

Эмбер же история королевской семьи и прочие высокие материи не интересовали. Она прошлась по залу, прикидывая, как бы стащить ту или иную вещь и как сильно Гавейн побьёт её за это. Профессиональный интерес в ней боролся с инстинктом самосохранения. В итоге она плюхнулась на диван, болтая ногами, и принялась озираться по сторонам:

— Слушай, а ты за этим сюда припёрся, чтобы барахло своё забрать? Всё равно ваши всё промотали. Такой случай упускать — грех…

Гао Вэнь опешил:

— С чего ты взяла?

— Да ладно, не стесняйся, — Эмбер самодовольно ухмыльнулась. — Нормальная мысль. Боишься, что много не унесёшь? Могу помочь. Меня никто не заметит. Дай мне три вылазки, и я этот дом подчистую вынесу…

Воровка, которая обсуждает с хозяином план обноса его же собственного дома, — это был нонсенс даже для Эмбер. Похоже, она достигла новых высот: из позора эльфийского рода превратилась в позор воровского цеха.

— Оставь. Если бы я хотел что-то унести, мне б не понадобилась твоя помощь, — отмахнулся Гао Вэнь. — Франциск Второй не настолько глуп, чтобы устраивать скандал из-за таких мелочей.

Эмбер моргнула:

— Ну, наверное. Всё равно тут почти всё не настоящее. Кроме того топора и вон той вазы… Хотя ваза тоже подделка.

Гао Вэнь только покачал головой. Пока он тут рассуждал о высоком, воровка успела оценить всё, что было в доме. Интересно, если бы она хоть толику этого усердия тратила на язык и осторожность, сколько бы лет ещё прожила?

Эмбер, не получив реакции, снова завела свою шарманку:

— А всё-таки, зачем я здесь? Я тебе не рыцарь и не солдат. Я просто проходившая мимо воровка. Чем я могу быть полезна?

— Во-первых, ты разрыла мою могилу. По законам королевства это карается смертью. Я, потерпевший, отказываюсь от обвинений. Не кажется тебе, что ты мне кое-чем обязана? — Гао Вэнь посмотрел на неё. — А во-вторых, ты мне нужна. Не как воровка, а как искусный следопыт. Столица. Здесь полно тех, кто будет следить за этим домом, за каждым из нас. Байрон — воин, он хорош в открытом бою. Ребекка умеет только запускать файерболы. Я ещё не восстановил свою силу. Мне нужен Мастер Теней. Надеюсь, я ответил на ваш вопрос, мисс Эмбер?

Голос Гао Вэня был серьёзен, и Эмбер невольно притихла.

Она никак не ожидала, что с ней заговорят так… уважительно. Воры — народ в аристократических кругах непопулярный. А тут сам легендарный герцог Сесил просит её о помощи.

Будет что рассказать знакомым. На полгода историй хватит.

— Ну… раз ты так просишь… — полуэльфийка отвела взгляд, стараясь скрыть смущение. — Можешь ещё пару раз повторить? Ну, про Мастера Теней, про искусного следопыта… Если скажешь ещё пару раз, то и денег с тебя брать не буду…

Гао Вэнь повернулся к Ребекке:

— Сможешь запустить файербол так, чтобы он попал ей в лицо, но не убил?

Эмбер: «?!»

Но файербола она не дождалась. В дверях показался дворецкий Брейн.

— Ваша светлость, — учтиво поклонился Джеймс. — К вам гости. Его Высочество принц Эдмунд.