— Было пиздец как страшно, сестра! — бурно изливался потоком слов Билл. — Хорошо, что ты не пошла, ты бы там коньки откинула точно. Этот зомби в исполнении Рика был просто нечто!

— Я помою твой грязный рот мылом! Даже девочкам в твоём возрасте нельзя материться. А ещё отхлестаю ремнём по мягкому месту за то, что издеваешься над старшей сестрой, называя меня трусихой.

— Ладно-ладно, прости! — вопил братец, когда Кларисса его поймала и шутливо отшлепала по заднице.

— Так, давайте уезжать отсюда, — взял я командование в свои руки. — Вдруг те ненормальные вызовут полицию? Прости, Кларисса, я потерял вашу старую облезлую лопату!

— Так и знала, вы, парни, бесполезные…

— Но взамен принёс две новые!

— Что? — опешила она.

— Но это ещё не всё. Сначала хотел выкинуть, но девушки набросились на них, говоря, что сумки очень дорогие! Третья оставшаяся — твоя, всем дамам подарил по одной.

— Спасибо, — захлопала глазами Кларисса с приоткрытым от удивления ртом. — Я даже не знаю, что сказать.

— Главное, не говори, что это ворованное и нужно вернуть! — ответил за неё брат. — Это законный трофей, добытый в битве с сатанистками, нашего нового знакомого зомби Рика! Он только мне ничего не подарил.

— Сам же сказал, что там всё женская фигня, — передразнивая его голос, ответил я. — Бери обе лопаты, в хозяйстве пригодятся!

— Ладно, давайте в машину. Вдруг и правда легавые приедут, — прервала меня Кларисса. — А сумка, согласна, отличная, наша семья себе такую позволить не может. Спасибо ещё раз, ты покрыл с лихвой все расходы на тебя!

— Думаешь, всё? Одна дама, та, что украла вашу лопату, оставила взамен свою куртку. Билл говорит, что она жутко модная. И девочки чуть не подрались из-за неё, но это мой законный скальп, снятый со спины и плеч богатой и беспечной дурочки! Тебе в подарок — не будь больше жадной букой! Меньше хмурься и больше мне улыбайся!

— Не буду, — тихо ответила девушка, покраснев и приняв «шубу» с барского плеча.

— Тили-тили тесто, жених и невеста, можно вставить?! — спросил Билл. — Или в пятнадцать лет так уже не говорят?

Глядя, как Кларисса мгновенно смылась на водительское кресло, я сказал Биллу, что он болван. На что получил ответ, мол, пусть она меньше бьёт своего младшего, раз он ей такого парня, как я, нашёл! Чуть позже мы уже катили обратно в посёлок. Билл заметил девушкам, что я не соврал, это была ужасная и веселая ночь. Надо заехать домой, поменять портки и продолжить кутить. Изредка проносились машины, внутри я видел только женщин — странно это...

Я, откинувшись на сиденье, пытался осмыслить смысл своих действий, что я творю и куда заведёт меня тропинка судьбы дальше. Но долго рефлексировать я себе не позволил. Так и сяк пытался заставить [Систему] говорить со мной. Ведь я сожрал четыре человеческих мозга, в четыре раза больше, чем вчера. Где мои бонусы, повышение уровней или получение навыков?!

«Ты стал чуть-чуть сильнее Клариссы, процентов на десять», — наконец ответил мне голос в голове.

Он ответил ещё на пару вопросов и больше уже не отвечал, ну и ладно! Я озадачил всех, что ожидаю реванша по армрестлингу дома, и успел чуть отдохнуть, пока мы ехали. Девочки, сославшись на то, что слишком поздно и дома их не поймут, наотрез отказались уходить, оставшись у нас… то есть у них, у Кэмпбеллов.

— Есть кто будет? — спросила Кларисса всех, но почему-то смотрела только на меня. — Или спать сразу?

— Сначала реванш! — сказал я. — Раз девочки остались, то начнём с них.

— Мы не хотим, вдруг проиграем, такой позор будет.

— Никакого позора, он широкий и бицухи накачанные! — поддержал меня Билл. — Главное, что в моих глазах вы не упадёте, и наплюйте на весь остальной мир с их предрассудками о слабеньких мужчинах!

Двух девчонок я сделал одной левой, заодно и правой. А вот с Клариссой пришлось повозиться. Может, она и девушка, но в таком виде спорта поддаться ей мне мешало мужское эго. О, Боже, как же она старалась победить! Но, несмотря на её пыхтение, забавную напряжённую рожицу и вспотевший от натуги лоб, я сделал её на обе руки и с чувством полного превосходства скомандовал всем отбой!

— Так, детки, ночевать будете в отдельных комнатах, девушки со мной, — подхватила мою инициативу Кларисса. — А ты, Билл, со своим новым другом зомби. Мозгов у тебя нет, есть там нечего!

— Почему ты нам не доверяешь, мы же столько лет вместе с ним?! — заканючили девушки.

— Но я его знаю меньше суток, вдруг он маньяк, ну, или не такой... ну, ты понимаешь, которые по мальчикам... — вторил им Билл.

— Рик, ответь им, — обратилась ко мне Кларисса, улыбаясь. — Какова твоя ориентация?

— Мне явно нравятся девушки! Можешь не беспокоиться за свою невинность, Билли-бой.

Девушки в шутку стали корчить мне рожи и показывать пальцами на себя.

— Мы тоже, значит, нравимся?!

— Нет, я люблю взрослых, совершеннолетних девушек, таких, как Кларисса. — отрезал я.

— Да при чём тут любовь? Что насчёт секса по дружбе? — девочки-подростки не унимались и продолжали дурачиться.

— Что, мне с вами ещё и дружить придётся?! — ответил я полунамёком.

Проржавшись, мы разошлись, я в комнату Билла, троица девочек к Клариссе. Меня мучили пара вопросов, почему вокруг одни женщины. Полиция — женщины, даже три сатанистки — и то. Ну и, главное, хотелось понять, почему у Билла две подружки — у них явно романтические отношения, почему они не ревнуют его и до сих пор не перецапались?

— Откуда ты такой? Не знаешь банальных истин. Всё очень просто, мужчин очень мало, поэтому ревновать бессмысленно. Они работают, служат, двигают науку и общество. А мужчины — так, придаток к ним. Давай спать!

Уже засыпая на расстеленном диване, я услышал голос Билла:

— Моя сестра — не красная помидорка!

— Хорошо, — ответил я, не понимая, о чём он.

— Она краснела сегодня больше, чем за несколько прошлых лет вместе взятых — из-за тебя! Пусть она и женщина, но она внутри очень хрупкая, и даже не думай… ты понимаешь, о чём я!

— Я вообще в этом ключе не думал… — я попытался успокоить его.

— То-то и оно, плохо, что не думал, а надо бы! Влюбишь походя в себя кого-то и, даже не поняв ничего, свалишь дальше своей дорогой!

— Так мне думать или не думать? И вообще, ей же блондины нравятся!

— Ничё, покрасишься!

Ага, сейчас, только шнурки поглажу — и вперёд.

______________________________________________________________________________

Мозги: 5/5. Второй уровень.

Сила: 1,1 Клариссы Кэмпбелл.

Боевые навыки:

Яд: 0,35 Тайпана, нейротоксичный.

Защитные навыки:

Снотворное-"яд". макс. уровень.

Навыки-таланты:

Темнозрение. макс. уровень.

Равняться на случайного человека — Клариссу, в определении собственной силы — это верх идиотизма, но что делать если [Система] отвечает, что у меня на десять процентов больше сил, чем у студентки?! Положа руку на сердце, какое-никакое, но квантифицированное измерение! Можно же ведь оперировать в будущем такими цифрами: я сильнее в два раза, чем мисс Кэмпбелл? Можно! Значит жизнь налаживается!

Темнозрение — способность сохранять зрение в абсолютной темноте, даже при полном отсутствии источников света.

______________________________________________________________________________

* * *

Сегодня я проспал до полудня. Ну и мастак же я дрыхнуть, как и жрать. Даже сны все о еде!

— Рик, просыпайся, скоро уже обедать будем! Который раз тебя пытаюсь разбудить.

— Кто такой Рик? И кто ты? — спросонья ответил я.

— Я — Кларисса, ты гостишь у нас. А Рик — это ты, вчера… был.

— Я? Не может быть…

Я осматривал красавицу, быстро вспоминая предшествующую ночи историю. Да, с памятью у меня не густо, я как бабочка однодневка, живу и помню второй день! Кларисса, что будила меня, сменила очки на модный аксессуар и выглядела намного лучше. Макияж — лёгкая помада, румянец и модная, сверху накинутая, подаренная мною вчера куртка. Преобразилась она явно в хорошую сторону, и я понимал, для кого она старается.

— Я оценил твою красоту и старания, но слишком жарко. Это куртка не для полуденного зноя!

Девушка не отреагировала и вышла, а я поплёлся за ней. Куртку, надо сказать, она сняла, всё-таки услышала! Съев на завтрак больше, чем остальные четверо вместе взятые, я узнал последние новости: троица опять свалила по делам, Кларисса готовилась, совсем скоро она пойдёт в университет, к осени.

— Почему вы с братом не спрашиваете, кто я и откуда?

— Ты не опасен, парень, что назвался вчера Риком. А не спрашиваем, чтобы не задеть, вдруг это тайна.

Я не стал ей отвечать, продолжая кушать, как будто бы сосредоточившись на еде. А сам думал, что мне делать?! Если Билл прав, и она ко мне неровно дышит, то, может, частично открыться ей? Или всё же лучше мальчишке? Мне явно нужна помощь.

— Допустим, я не помню своего имени, что тогда?

— Оставайся кем угодно, хоть Риком! Но вдруг тебя ищут родные?! Они волнуются, локти кусают, учитывая, что ты парень.

Это да, скорее всего, меня ищут, за убийство одной полицейской, за отравление снотворным другой. За сожранные мозги водителя — может, ещё и в его смерти обвинят?! Как-то я тупанул, сожрав мозги, но был ли у меня выбор?!

— Ты же местная! А есть возможность получить документы, натурализоваться, здесь в городе?

— Парню? Легко! Это женщинам трудно.

— Почему?

— По кочану! Не придуривайся, женишься на местной и сразу получишь гражданство. Пробьют только отпечатки и физиономию, что ты нигде не числишься, так сказать, не в угоне!

Голос в голове прежде мне не врал, с отпечатками у меня всё в порядке, я чист как новорожденный, а учитывая стёртую память, я — табула раса. И рожа у меня изменилась, то лицо блондина, что я мельком видел в зеркале машины, было иным, не тем, что сейчас! Да, какое-то сходство имелось, типа родственник — не близкий, но и не дальний.

— Тогда мне нужен фиктивный брак?!

— Почему фиктивный… — сразу погрустнела девушка. — А, ну ладно, понимаю!

— И что ты предлагаешь, сколько это будет стоить?! Где искать бабулю, которой нужны бабки в обмен на брак?

— Какая бабуля? Что за… ну ладно! Тебя устроят мои услуги? Всё бесплатно, фамилию свою новую ты уже знаешь.

— А как же ты? Тебе не помешает пометка о браке в будущем? Ну, типа найдёшь кого, влюбишься, дойдёт дело до предложения, а он такой: а ты чего, замужем была?

— Откуда ты свалился? Разводы такая редкость, что это практически не вариант! Лишь за чрезмерное насилие в семье, тяжкие преступления или при измене жены мужу.

— Тогда бабулька для фиктивного брака явно лучший вариант, — отшутился я. — Она рано или поздно помрёт, и я опять свободен!

— Придурок! — бросила девушка, схватила сумку и убежала почему-то на улицу из своего же дома.

Может, я и придурок, но это же она не всерьёз — замуж за человека, которого видит впервые?! Даже не обжималась и не обнималась! А, ну да, голым меня видела, но это была односторонняя процедура! Ладно, это же её дом, рано или поздно придёт обратно, объяснится. Минут за десять, достав ещё еды из холодильника, я наелся, даже начал мыть посуду от радости, что меня кормят и поят. Вдруг дверь скрипнула, и послышалось совсем неделикатное покашливание.

— Клар, ты вернулась? Ты же не обиделась? Ненавижу женские слёзы.

— Это не она, — ответил мне грубый, незнакомый женский голос.

Я резко обернулся. На меня смотрела широкая, но не жирная, а хорошо сбитая мышцами женщина, с меня ростом, с большими руками и ногами-колоннами. Я не любитель таких накачанных спортсменок. Но особенно меня раздражала повязка на её глазу — эдакий циклоп, это даже мужчин не красит, и уже тем более, дам! На фига она побрилась налысо, плешивая какая-то карга!

— Вы что-то хотели, мэм? — спросил я, вытерев руки. Не время домывать посуду. — Хозяев нет дома!

— Ага, хотела — тебя!

— Не понимаю…

— Чё придуриваешься?! За дурачка решил сойти?! Тут на дороге была авария, мы разыскиваем виновного. Кто-то вытащил мозги у водителя, возможно, убил или подстроил ДТП. Две полицейские отравлены. Ничего не хочешь сказать?

— А что мне сказать?! Ну, ищите дальше.

— Описаний особо нет. Смутный образ высокого, статного, широкоплечего, красивого блондина, даже без фоторобота. Но можно же вычислить по странностям? Например, каждую из нас отправить по посёлкам вокруг в поисках необычного. Надо же, вчера вечером сюда в посёлок пришёл блондин, а к утру сегодня он спешно постригся и, видимо, покрасился. Но ты всё равно остался высоким, статным, широкоплечим и красивым!

— М-может, договоримся?

— Почему бы и нет, я сначала тебя трахну, а потом уже сдам куда надо.

— Озабоченная дура!

Не обращая внимание на мои слова, она вмиг преодолела расстояние, разделяющее нас, даже не заметив стол и стул, которые сшибла по дороге. Добравшись до меня, схватила обеими руками — да она просто стальная! Несмотря на моё сопротивление, я даже на миллиметр не смог сдвинуться из её хватки. Какова же у неё силища! Что она там жрёт, анаболические стероиды ведрами?! Женщина схватила меня в охапку и, протащив в комнату, усадила на диван, нависнув надо мной.

— Хочешь меня? Ну скажи уже, кобелёк, — грозно рычала она на меня, — я ведь крутая, женственная! Что может сделать обычный пацан, только отдаться мне и скулить от страха, как жалкий кобель! Я для тебя — сильная доминантная альфа-сучка. Сейчас я тебя трахну, хочешь меня?!

— Прости, но не получится, — сказал я, пытаясь отпихнуть от себя женщину. — Ты какая-то мужеподобная и страшная бабенция! Меня такие не привлекают совсем!

— Что?! А ну-ка поглядим.

Меня приподняли и, несмотря на сопротивление, поцеловали, буквально насильно, проникая языком в рот. Какая гадость! Откусить ей, что ли, его? Но она может мне шею свернуть за такое!

— Ты уже дрожишь от страсти, а что будет, когда я к тебе в трусы полезу!

— Я дрожу, как осиновый лист, от страха и омерзения к тебе, дура! Запугала до смерти своим видом! Тебя ночью увидишь, до туалета не добежишь — обоссышься!

— Ты чего несёшь, мелкий придурок, я тебя сейчас взгрею и не посмотрю, что мальчик! Да меня из-за моей женственности все хотят, смотри, какие мышцы! Да у вас всех стояк на меня, такую сильную! Думаешь, я не знаю, как парням нравятся плохие, накачанные женщины? Потому что они вас могут побить, изнасиловать, а потом бросить, попользовавшись?!

— Что за ерунда?! Ты совсем одурела, жаба лысая, от недотраха?!

— Говори мне «вы», для тебя я Госпожа! Ты понял?

— Выкуси, уродина!

— Ты меня отвергаешь, потому что… — она удивленно открыла единственный глаз и подняла бровь. — Потому что я чёрная?!

Ох уж эта женская логика: «сама придумала, сама обиделась!» Видит бог, я этого не хотел, оскорблять женщину — не по-мужски это. Но лучше так, чем если меня обвинят и посадят за расизм, мало ли какие странные у них законы толерастии?!

— Нет, дура ты тупая! У тебя изо рта воняет, волосатые ноги торчат из-под короткой юбки, кривые и перекачанные, а должны быть изящными и стройными. Про небритые и остро пахнущие подмышки из-под короткой майки вообще молчу! Поломанные, грязные ногти, все лапы в шрамах и мозолях! В тебе есть хоть что-то красивое и женственное?!

— Да, и что? Это нравится большинству мужчин! Настоящая женщина должна быть могуча, вонюча и волосата! Тру-женщина не приводит ногти в порядок, а грызёт их. Скажи парфюму — нет, а запаху пота и перегара по утрам — да.

— У тебя повязка на глазу, конечно, можно было бы подумать, что мы на маскараде и ты играешь роль пиратки. Только здесь нет попугая и сокровищ!

— Окклюдер скрывает выбитый в битве с врагами на войне глаз! — кажется, она ещё витает в своих фантазиях, совсем ку-ку. — Это сексуально, показывает, что я опасная хищница, альфа-самка! Даже некоторые женщины не могут устоять против моей харизмы валькирии, не то что мальчики!

— Ты, вообще, нормальная? Морда в шрамах, из-под повязки на глазу вылезают жуткие лучи-порезы во все стороны твоей рожи в оспинах. Башка лысая, аж блестит, как будто после химиотерапии! Рожа страшная, злая и перекошенная. Ты, видимо, сидишь на анаболиках, перевитая мышцами, как мужик. Думаешь, это тебя красит?! Да лучше обезьяну трахнуть, чем тебя — уёбище ты пучеглазое.

— Ах ты, щенок! Думаешь, я буду терпеть оскорбления из-за того, что ты жалкий мужчинка, и таких, как ты, нельзя отпиздить? Нет, я сделаю хуже, намного хуже — то, чего вы больше всего в жизни боитесь.

Она завела руку за спину и начала снимать юбку. Господи, это нормально вообще, законно? Под юбкой были мужские длинные боксеры, что за «ёп твою мать»?

— А-а-а, помогите, спасите, ненормальная! — заорал я.

— Ага, понял, что со мной твои мужские истерики не пройдут? Здесь нет никого, мы наедине, тебе не спастись! Думал, тебя никто не тронет, раз ты парень? Так вот, я сейчас тебя отдеру, как последнего кобелька, — всё она это она сопровождала жестами жёсткого траха. — Отпущу не раньше, чем выдавлю из тебя всё говно, что в тебе есть!

«Господи, спаси! Кажется, я всё понял!» — взорвалось у меня в голове, она... нет — он трансвестит, переодетый, сейчас снимет с себя боксёры, а там будет… Прощай, моя анальная невинность. Он выдавит из меня всё дерьмо. Это не метафора, он будет драть, пока не порвёт мне жопу на британский флаг, выдавив из кишки всё наружу! Гребаная [Система], где ты? Срочно спасай!

«Впрысни ей яд в слизистую!» — наконец ответил мне голос внутри.

Блин, точно, а как же ещё отравить человека?! Так как она знает, кто я, выбирать не приходится, никакого снотворного, проснётся и сдаст меня своим легавым.

— Госпожа, поцелуй, один поцелуй перед этим ужас… страстным делом.

— Хорошо, ты наконец проникся моей женственностью и захотел меня.

Она самозабвенно целовалась, как это мерзко! Но я терпел, орал внутри себя, обращаясь к своей шизе, чтобы быстрее убила.

«Сделано уже всё, просто жди, минут пять займёт», — наконец ответил мне голос.

«Впрысни ему цианистого калия, чтобы мгновенно издохло. Или оно успеет меня трахнуть сзади!»

«Только те яды, которые безвредны тебе лично. А массаж простаты мужчинам не повредит — это полезно для здоровья!»

— Всё, хватит прелюдий! Теперь время основного действия.

Да, я слаб, пока не восстановился, но у него тоже должны быть слабые точки. Вырублю хоть на время и сбегу. Быстро извернувшись, врезал со всей дури подлому насильнику по яйцам, а вторым ударом попытался провести хук в лицо. Только ничего не произошло, негодяй лишь ухнул, когда я вмазал ему в пах. У него что, там всё из железа? Мою голень пронзила боль, а ему хоть бы хны. Второй удар в лицо не прошёл, кулак был схвачен словно в тиски и отведён в сторону.

Мужику это совсем не понравилось, окончательно рассвирепев от моих потуг на членовредительство и оскорблений, он мне влепил от всей души. Не знаю, сколь сильно я разрушил его маня-мирок иллюзий о «красоте», но он отреагировал, ударив во всю силу. От этого я пролетел метра три, задержала меня лишь стена, в которую я впечатался, отключившись. «Херасе тут трансы дерутся, это ж какие тут мужики тогда?!» — подумал я в полете за мгновенье до того, как меня вырубило.

Насильник, как ни в чём не бывало, снял с себя трусы и подошёл ко мне. Он деловито и оценивающе пощупал меня за задницу, угукая себе под нос, а после перехватил за пояс и потащил к дивану.