— Миленький, просыпайся, очнись.

Я пришёл в себя на коленях у Клариссы, которая вернулась и обнаружила меня лежащим на диване, а трансвестита на полу. Девушка спросила меня, что случилось, и кто это лежит? Я честно ответил, что меня пытался изнасиловать какой-то мужик, переодетый в бабу, но я сопротивлялся как мог.

— Почему «мужик», о чём ты? Видимо, тебя сильно приложило! Она, несомненно, женщина!

— Ой, не трогай лицо, болит-то как! — поморщился от боли я.

— Как можно попортить красивое личико парня, теперь у тебя синяк будет! — причитала Кларисса, поглаживая по другой части. — Убить эту сучку надо!

— Предположим, ты права, что он сука сутулая, но всё же — это лысый мужик-трансвестит! — сказал я. — Он хотел меня изнасиловать! Я просто не пришёл в норму после аварии, а то бы надавал ему тумаков.

— Ты прям боевой хомячок! Ты её мышцы видел? Она с десяток таких, как мы, перешибёт без проблем.

— Это он! Ты чего? Лысый, волосатый, страшный! У «неё» вместо женских трусов боксёры!

— Ходит, видимо, в спортивном, всегда готова к бою. Ну, а вид... Стиль у неё дурацкий такой, под милитари! Не беспокойся, я ношу симпатичные трусики и прическу с длинными волосами.

— Да при чём тут ты? — спросил я. — Она точно женщина? Ты её голой видела? Может, у неё там причиндалы, а ты не заметила? И накладные груди в виде огромных сисек?

— Хи-хи. Хочешь анекдот в тему? Лежат двое в постели. Она ему — «Не расстраивайся, маленький член — это не так уж плохо». Он ей, плача — «Я бы хотел, чтобы у тебя его вообще не было!»

— В свете событий — это не то, что я бы хотел услышать. — проворчал я, но всё же улыбнулся. — Неужели баба?! Какой-то уж слишком сильный у неё удар.

— Когда я пришла, вы оба валялись в отключке, трусы она свои сняла, так что, поверь, это женщина, а груди даже проверять не нужно! Они у неё и вправду огромные! Я комплексую, мне бы такие!

— У тебя всё нормально, это мой любимый размер, не стоит заморачиваться, — сказал я, недвусмысленно окинув взглядом её верхние округлости, нависшие надо мной.

— Если ты пришёл в себя, — девушка зарделась и выпустила мою голову из рук. — Давай я проверю и её, что-то она лежит как-то неестественно... И полицию вызовем — пусть заберёт преступницу-насильницу!

— Нет — на оба вопроса!

Я не хотел, чтобы она поняла, что насильник мёртв. Но поздно, будущая студентка медицинского, отпустив меня, подошла к покойнице. Я же, встав кое-как на колени — голова ещё кружилась после того мощного удара — всё-таки подошёл к голому ниже пояса мужику. Пока она проверяла пульс на руке, а потом и на шее, я без зазрения совести изучал широко раздвинутые ноги мёртвого существа. Там ничего не было!

— Если ты не против, Кларисса, я хочу убедиться, что это женщина! Мало ли — вдруг это мужик с микропенисом?! У меня просто психологическая травма, мне надо точно знать!

— Погоди, я выключу камеру, пусть это не будет снято!

— Какая ещё камера?!

Девушка отвела взгляд в сторону, по-видимому, засмущавшись, отошла и вытащила из угла скрытую камеру.

— И давно она тут снимает? Дай угадаю, ты поставила их во всех комнатах вчера, когда я пришёл, чтобы следить за мной?

— Но ты был очень странным и незнакомым человеком! Прости…

— Да ты просто умница! Так и надо делать, оставаясь наедине с мужиком, даже когда ты вдвоём с младшим братом. Да, и теперь — это не убийство, а самозащита! Переквалифицируют преступление запросто.

— Как убийство? У неё поэтому нет пульса? Я думала, неправильно щупаю или что-то не так делаю.

— Тащи ноут или с телеком соединяй, будем смотреть видос. Убедимся, что снято всё с нужно ракурса.

— Мертва?! — губы у девушки задрожали.

— Да твою ж мать, а! Не время нюни распускать, мне говорить трудно, может, челюсть вывихнута, опухает всё. И башка болит, шатает. Я один не справлюсь, нужна помощь!

Кое-как успокоив девушку, я отправил её за компом в комнату, а сам приступил к важному для меня действию. Ощупал жесткий волосатый пах покойницы — иначе за этой «райской кущей» не видно ничего — и нащупал вход в… женщину. Не доверяя тактильным ощущениям, я развёл кое-как заросли, чтобы убедиться в этом своими глазами. Сомнений не оставалось, это была вульва, обыкновенная и явно не мужская! Когда вернулась Кларисса, я объяснил, почему и чего боялся и — да, был не прав. Что теперь делать, решим, когда посмотрим видео. Если бы это был мужчина, то самозащита от насильника сработала бы, но это же женщина. Ладно, видео всё покажет.

Звука на видео не было — это просто прекрасно, никому не стоит слышать наш разговор! На мониторе разворачивалось действие. Зашла одноглазая женщина, окликнула меня, я обернулся, мы о чём-то недолго говорили. Вот я ей указываю рукой на дверь, мол, вали отсюда. Она вдруг свирепеет лицом, бросается на меня, хватает и тащит к дивану. Теперь меня не видно, я нахожусь за её мощной спиной и бёдрами. Вдруг она поднимает меня и целует в губы, я сопротивляюсь как могу, затем меня снова сажают на диван. Она снимает юбку и свой верх, оставаясь в жутких труселях и лифе, потом мы опять целуемся — это когда я ей впрыскивал яд.

— Господи, где я была, да что же она вытворяет! — запричитала Кларисса. — Это я виновата, не закрыла дверь, убегая!

— Она с лёгкостью бы сорвала её с петель, свернула бы тебе шею и всё равно бы меня изнасиловала! — жалел я девушку, гладя по спине. — Всё потом! Сейчас главное — понять, что делать с телом. Как будет квалифицировать преступление полиция?!

Затем на видео пошла фаза моего активного сопротивления: я поднимаюсь и ударяю её в пах, пытаюсь вмазать в нос, моё лицо мелькает, на нём виден неподдельный страх. Отлично, сыграть бы я так не смог, оно реально перекошено от ужаса! Затем ныне покойница врезает мне хук, от чего я улетаю и затихаю, ударившись о стену. Простояв так минуту, она наконец снимает трусы! Направляется ко мне, берёт за шкирку и снова переносит на диван, рвёт на мне рубашку, целует мою грудь, лезет в штаны. Чуть позже она резко встаёт с меня, её чуть пошатывает — и вдруг падает на пол!

— Так, по виду это не убийство! — констатировал я. — Не то что непреднамеренное, а просто несчастный случай. Сама упала и поскользнулась, я лишь рядом лежал без сознания!

— Именно так, Рик! Теперь вызовем полицию, пусть разбираются, может, у неё инфаркт был!

— Или ещё какая пиздецома! Погоди, есть нюансы. Вызовем легавых попозже. А сейчас зови брата и обязательно двух его подружек, пусть как можно быстрее бегут сюда!

— Но чего тебе бояться? Ты же не виноват, ты — жертва!

— У меня нет документов, даже фамилии своей я не знаю, как и прошлого, что я им отвечу?!

На самом деле меня волновала причина смерти. Я не знаю, какой яд использовал «голос в моей голове», но если у той, возможно, мёртвой полицейской обнаружат такой же токсин, как у этой… То убийства быстро свяжут, это произошло недалеко от того места, с разницей менее двух дней. И тут, и там фигурирует парень, только что появившийся в пригороде. Может, скрыть преступление, закопав труп во дворе? Но что делать с девушкой, зачем ей впрягаться за меня и покрывать?! За это присесть можно, как соучастнице.

— Я тебе признаюсь кое в чём — убил её я, но в целях самозащиты! И не хочу, чтобы это поняли во время судмедэкспертизы — по какой причине всё произошло!

Девушка смотрела на меня с сомнением. Я попросил, чтобы она включила фантазию, потом разберёмся с несуразицей.

— Если в целях чисто триллера и интриги... но сама я в таком участвовать не буду… Смотри: она упала, но её голову не видно на экране, да и вообще весь верх торса теперь за кадром, видно только ноги.

— И что? — спросил я, не понимая, к чему она ведёт.

— Скажу как медик — будущий, конечно, пересмотревшей много детективов и тому подобных сериалов. Насильница не просто поскользнулась, но и упала на что-то, рана, несовместимая с жизнью! Проверять и глубоко копать не будут, если на виду смертельные повреждения. Например, упала и проткнула своё сердце.

«Нам нужны мозги, усилиться и подлечить тебя. У тебя сотрясение мозга сейчас, а тут рядом лежит мозг — только руку протяни», — вдруг подал знак «голос в моей голове».

«Синяк только не убирай, пусть сам рассасывается!» — ответил я своей шизе.

— Нет, проткни она сердце, долго бы сучила ногами в агонии. Повреждение должно быть — раз и умерла! Она пробила чем-то свои извращенные мозги!

— Но я не буду в этом участвовать, это мерзко!

— Выходи из дома и звони школоте, их тоже сюда не пускай, а то перепугаем! Поговорим с ними, а потом в полицию. Но что делать с документами?!

— Я же тебе предложила вариант ещё утром! Но теперь и у меня есть условия. Никаких фиктивных старушек, только реальные чувства и настоящий брак!

— Напугали ежа голой жопой, — ответил я, привлекая девушку к себе.

Пока она опешила, я поспешил поцеловать её в губы. Она хрупкая и молодая — это было приятно, в отличие от той волосатой бой-бабы с лысой башкой возрастом далеко за сорок пять. Девушка нервно сглотнула и вырвалась. Для неё здесь была явно не романтическая обстановка, не все же отбитые на голову, как я — неадекватно воспринимающие реальность, и считающие многое вокруг себя игрой. Вообразил РеалРПГ и теперь соответствую этому.

— И ещё предупреди подростков, что мы давно знакомы, я уже целый месяц живу здесь с тобой, как жених, а не вчера только появился! Это очень важно!

После её ухода я стал искать нужное для постановки место действия. Орудие преступления долго искать не пришлось, взял статуэтку поострее, конечно же, в перчатках! Лучше лишний раз обезопаситься. С силой подняв голову женщины, я ударил её глазницей об острый верх статуэтки. Вошло хорошо. Вплоть до середины! Нужно ли есть её мозг? А вдруг заметят? Но в груди у меня поднялся голод, и я, как вампир, изголодавшийся по крови, захотел припасть к черепу и высосать всё до конца.

Погоди, есть же маленькая чайная ложечка, и соломинка для питья на всякий случай. Я кинулся искать в кухне нужные предметы и, найдя их, вытащил осторожно из глазницы статуэтку, начал вычерпывать вкусный и питательный деликатес. Еле остановился, когда уже было трудно высасывать и выскребать мозги со стенок черепа. Наверное, треть осталась, хватит для вскрытия. Кровь не сказать чтобы сильно бежала, но струилась. Надев женщину обратно на статуэтку, я оставил место преступления. Пришлось вымыть ложечку, перчатки и соломинку, как можно тщательнее. После чего всё улики я спрятал от греха подальше. А на улице все четверо стояли, ожидая меня. Что ж вы так странно смотрите на меня, я ведь жертва обстоятельств!

— Охренеть, вчера с тобой усирались от страха на кладбище, увидев зомби, — восторгался Билл. — Сегодня уже насильница и смерть по неосторожности. Я боюсь представить, что ты учудишь завтра-послезавтра! Динозавры? Инопланетяне? Сожжём всех жителей посёлка? Поставим на колени весь мир?!

— Рассказывайте, шельмы мелкие, кто на меня настучал этой одноглазой сволочи, — не обращая внимания на него, спросил я. — Она пришла сюда за мной по вашей наводке!

— Чего?

— Я не собираюсь вас наказывать, но это важно, признавайтесь. Кто из вас рассказал покойной, что вчера в посёлок пришёл блондин, и вы его первые увидели?

— Я… — подняла руку одна из девчушек Рика. — Она была из полиции, искала по описанию, а ты подошёл!

— Значит, говоришь так: ты сообщила полицейской, что таких не было, но… ляпнула, что у Кэмпбеллов живёт нелегал уже месяц, и его скрывают от властей!

— Этого мало, — встряла Кларисса. — Легавая тебе ответила: «Круто, такого парня можно изнасиловать, и никто об этом не узнает, а он не пожалуется!»

— Хорошо, а что мне за это будет?

— Шашлык из тебя будет! — огрызнулся я. — Меня чуть не убили из-за тебя!

— Да я немного прошу — только его, — ответила девчонка, указав на Билла.

— Никакого секса до свадьбы! — отрезала Кларисса. — Ждите совершеннолетия.

— Вызывайте уже полицию, какой-то балаган развели! — унял их Билл. — Тут ведь человек умер, а у вас только одно на уме.

— А чем я хуже?! — канючила девочка. — Подцепила себе красавца — и вон, замуж выходит на второй день.

Вот проблемы у «пятнадцатилетних капитанов», дурью маются… Сам я отозвал Клариссу в сторону, ей легче знать местную специфику, кто я, откуда, и что говорить о покойнице. Она отвергла мою изначальную версию, что насильник — мужчина. Надо мной будут ржать и сдадут в психушку на обследование. Как можно было не увидеть в этом тупом качке, тем более раздетом, женщину?! Буду говорить, как есть, преступница пыталась меня изнасиловать, я сопротивлялся, дрался, но она меня вырубила мощным ударом. А дальше только камера знает, что произошло. Я же попросил сделать как можно больше копий записи, скопировать их на флешки, и на облако в интернете. Всё-таки умерла своя легавая, вдруг захотят скрыть преступление, очернив меня. Плавали, знаем про их круговую поруку.