Глава 33

За годы наблюдений Элоди прекрасно научилась читать мысли Чезаре. Он наверняка считал, что уговорить одного ребенка — сущий пустяк.

— Элоди.

— Элоди?

На его лице ясно читалось, что он никогда не слышал такого имени. Разумеется, это неудивительно. Ведь известное миру имя Элоди было — Грация Рэтсон.

«Наверное, увидев уши и хвост, спросил на всякий случай».

Похоже, решил, что перед ним просто обычная мышь-зверочеловек, слоняющаяся возле дворцового павильона. Постепенно Чезаре стер с лица всякое выражение эмоций. Он крепче сжал в руке магический хлопок, боясь случайно его выпустить, и произнес:

— Не знаю, зачем ты ищешь, но вообще-то это мое.

— …

С каких пор? Он говорил так уверенно, что на мгновение у нее не нашлось слов.

— Я всего лишь хотел вернуть свою собственность. Ты ведь понимаешь меня?

— Но махиский хлопок — ахланяемый вид. (Но магический хлопок — охраняемый вид.)

— Для ребенка ты слишком много знаешь, — усмехнулся Чезаре. — Значит, все это время он специально сохранялся нетронутым, чтобы дождаться именно сегодняшнего дня, — продолжил он нести чушь, и без всяких колебаний сжал в кулаке магический хлопок.

Чтобы поглотить магический хлопок, нужно было с силой сжать его, полностью раздавив. Но… Как и следовало ожидать, ничего не произошло.

— Не может быть… Я же точно…

Элоди, наслаждаясь замешательством на лице принца, мысленно покачала головой.

«Если бы магический хлопок так легко поглощался, стала бы я его использовать, чтобы заманить тебя сюда?»

Сколько бы Чезаре ни напрягал руку, так что на тыльной стороне кисти проступали вены, магический хлопок не крошился. Он лишь слегка сплющивался, а затем, словно резиновый мячик, пружинисто возвращался к прежней форме. Принц несколько раз повторил бесполезные попытки, не скрывая своего изумления.

«А все потому, что он постоянно крутился возле меня, сколько бы я его ни отгоняла».

Говорили, что магический хлопок, напитавшись божественной энергией, легче сохраняет форму, но кто бы мог подумать, что он станет настолько прочным? Раньше казалось, что хлопок настолько хрупкий, что разорвется, стоит только потянуть. А сейчас он был настолько плотно спрессован в единый комок, что одной физической силы явно не хватало. Ну разве что проткнуть мечом — другое дело.

«Даже Иглс выглядел удивленным».

Кто бы мог подумать, что он еще и эволюционирует(?).

В этот момент один из магических хлопков наконец вырвался из руки Чезаре и звонко шлепнул его по щеке.

— …

Мальчик приложил тыльную сторону ладони к ударенной щеке и молча проследил взглядом за магическим хлопком, который спокойно полетел прочь. Белый комочек, быстро-быстро мелькая в воздухе, прилетел прямо к Элоди и прилип к ее щеке.

«Ой-ой, только посмотрите на этот взгляд».

Он явно готов был убить кого-нибудь. Его оскорбило до глубины души то, что принца ударило какое-то ничтожное существо, даже не обладающее сознанием. Встретившись с ним взглядом, Элоди изобразила на лице совершенно невинное выражение, в котором не было ни капли злого умысла. Точно так же, как недавно он сам — лицемерно и нагло.

— Твое говолишь? (Твое говоришь?) — Элоди слегка наклонила голову набок. — Па-моему, махиский хлопок так не думает. (По-моему, магический хлопок так не думает.)

От ее слов лицо мальчика слегка дрогнуло. Как только его пальцы разжались, все магические хлопки без исключения полетели в одну сторону — к Элоди. Они закружились вокруг нее. Лицо Чезаре, скрытое тенью, стало мрачным и жутким, как никогда раньше.

— Теперь уже просто переходит всякие границы…

Не колеблясь, Чезаре решительно направился прямо к Элоди.

— Вернешь мне?

Он говорил так уверенно, словно заранее отдал ей на хранение.

— Я ниче не атбилала. (Я ничего не отбирала.)

— Ха-ха… — Издав сухой смешок, совсем не выражающий веселья, он без колебаний протянул руку. — Не знаю, какие фокусы ты тут устроила, но сейчас же…

И именно тогда…

— Госпожа-малышка, вот вы где!

Внезапно, без предупреждения, появился командир Серебряного Ордена, Хаульф, и резко вмешался:

— Вы так внезапно исчезли, мы повсюду вас искали! Вы не ранены?

Следом за ним тут же набежали остальные рыцари, и вокруг мгновенно поднялась шумная суета.

— Госпожа-малышка!

— Ох, ну хоть бы предупредили, прежде чем уходить!

— Сердце чуть не остановилось от страха!

Рыцари-волки, шумно суетясь, подхватили девочку на руки, крепко обнимая ее и устраивая настоящую суматоху. Чезаре, вытесненный толпой, невольно отступил назад. Несмотря на то, что принц стоял прямо перед ними, они были полностью поглощены заботой о безопасности Элоди.

— …«Госпожа-малышка»?

Похоже, лишь сейчас до него дошло, что это обращение вовсе не подходит обычному ребенку-мышелюду. Чезаре осознал слишком поздно: девочка, которую он так пренебрежительно считал никем, оказалась единственной наследницей рода Рэтсонов. И «магический хлопок» окружал ее не потому, что она применила какой-то трюк, а просто потому, что она — Рэтсон. Власть Верховного Жреца часто упоминалась в одном ряду с властью императора. И хотя это был правитель с другого континента, Чезаре не мог не знать, что перед ним тот, кого он обязан уважать.

«Вот правда говорят: если противник не понимает слов, нужно говорить на его языке, чтобы удар пришелся точно в цель».

Выставлять напоказ свое высокое положение? Считать всех ниже себя даже не людьми? Это значит, что у такого человека нет ничего, кроме статуса. А также, что его можно подавить тем же самым статусом.

Хаульф повернулся к внезапно притихшему Чезаре и спросил:

— Ваше Высочество, позвольте узнать, что вы здесь делали с нашей госпожой-малышкой?

Выражение лица принца было достойно внимания. Он не мог ни внезапно начать притворяться невинным, ни продолжать вести себя высокомерно, поэтому лишь неловко улыбнулся уголками губ.

— Ты сейчас собираешься допрашивать меня?

— Я прошу вашего содействия, Ваше Высочество. Даже мельчайшие детали, касающиеся госпожи-малышки из рода Рэтсон, должны быть доложены наверх.

— …Ничего не произошло. Мы с юной леди Рэтсон просто столкнулись здесь случайно.

Формально он не соврал. Принц нагло заявил о намерении украсть, но не успел; попытался запугать ее, но и это не удалось. Но что будет, если она расскажет, что принц пытался поглотить магический хлопок? Одно можно сказать наверняка — простыми извинениями дело не закончится.

Слуга принца пытался украсть охраняемое сокровище? Такое еще могло бы сойти с рук. Но теперь и сам принц попытался совершить кражу? Это уже настолько серьезно, что королю пришлось бы лично вмешаться.

— Госпожа-малышка, это правда?

Хаульф осторожно поставил Элоди на землю и посмотрел на нее.

— …

Элоди молча взглянула на Чезаре снизу вверх. Она заметила, как уголки губ юноши, который до сих пор улыбался сдержанно, начали слегка дрожать. Но если бы ей хотелось раздуть дело, то с самого начала поступила бы иначе.

«В таком случае, я сразу позвала бы Эдмунда».

Но Элоди вызвала рыцарей-зверолюдов. Они были крупными и внушительными, создавали атмосферу давления, но при этом не представляли серьезной угрозы для принца. И тем не менее, полностью игнорировать их невозможно. Идеальный баланс.

Именно от поведения Чезаре зависело, как повернется ситуация. А значит, это могло стать его слабым местом. Элоди внимательно наблюдала за постоянно меняющимся выражением лица принца, затем улыбнулась самой невинной улыбкой и сказала:

— Кажется, он плосто хотел махиский хлопок! (Кажется, он просто хотел магический хлопок!)

— Что?

— Угу, это понятно! Патамусьто махичиский хлопок тякой мяхкий и пусистый! (Угу, это понятно! Потому что магический хлопок такой мягкий и пушистый!)

Элоди серьезно закивала, демонстрируя понимание:

— Паэтаму ты сказал, что он твой? (Поэтому ты сказал, что он твой?)

— …Сказал, что он твой?

Глаза рыцарей-волков одновременно сузились.

— Нет, нет! Конечно же нет! Похоже, леди Рэтсон неправильно поняла мои слова…

Оценив ситуацию, Чезаре наконец-то занервничал и, махая руками, начал оправдываться:

— Я спросил, твой ли это магический хлопок, потому что тогда еще не знал, кто ты такая. Просто удивился, что магический хлопок следует за человеком, вот и все.

«Как же жалко ты выглядишь сейчас, принц».