Глаза хозяина магазина округлились при виде пустого чека.

— Ко-конечно! Больше ничего не нужно?

— Виви, тебе больше ничего не нужно?

На вопрос папы я смущённо покачала головой.

Так дело могло дойти до того, что он разбросает несколько чеков.

— Больше ничего не нужно.

— Тогда заверни.

Хозяин магазина, словно в него вселился кореец, с невероятной скоростью упаковал ожерелье и протянул мне.

— Пойдём.

— Да, папа. Спасибо за подарок. Когда вырасту и буду много зарабатывать, подарю папе много-много подарков лучше этого.

На мою благодарность папа, который собирался выйти наружу, внезапно остановился.

А? Что-то ещё осталось купить?

Пока я недоумевала, папа вдруг пробормотал дрожащим от слёз голосом:

— ...Уже говорит такие замечательные слова. Совсем выросла. Моя дочка.

— А? Но папа всегда дарит мне только хорошие подарки, поэтому я тоже хочу дарить...

— Нет, Виви. Это не нужно. Мне достаточно того, что ты есть.

Лицо папы было серьёзным, как у рыцаря, произносящего клятву верности.

...Я не хотела, но, кажется, снова растрогала папу.

— Эм, может, пойдём поедим?

Когда я, смутившись, перевела разговор, папа, словно только этого и ждал, повёл меня за собой.

Немного спустя мы с папой сидели друг напротив друга в роскошном ресторане.

— Кстати, я забыла сказать. Наследный принц хочет увидеть меня ещё раз перед отъездом из империи.

— Да?

Папа недовольно нахмурился.

— Мало того что утомили приглашением приехать в империю, так теперь хотят снова беспокоить тебя.

— А, нет. Видимо, ему понравились грелки.

Я поспешно разъяснила папино недоразумение.

— Грелки ведь действительно революционное изобретение.

— Это так.

Папа кивнул.

— Не знаю, как Бардрик уговорил создателя и превратил это в товар, но это замечательная вещь. Способ продажи тоже впечатляющий.

Хотя папа говорил это, не зная, что я создала грелки, было приятно слышать похвалу.

Я с трудом скрыла появляющуюся улыбку и кивнула.

— Я тоже была впечатлена.

— Но Виви, на приёме ты не расстроилась из-за меня?

— Из-за папы?

— Ведь ты не танцевала.

А? Вдруг о танцах.

Слишком неожиданная тема, которую я не сразу поняла.

— Перед уходом с приёма, видя детей твоего возраста, которые танцевали, я подумал, не слишком ли я опекал тебя на приёме. Поэтому я даже думал пригласить тебя на танец, но...

Ох, хорошо, что этого не случилось.

Если бы я танцевала с папой, из-за разницы в росте это выглядело бы очень смешно.

Кроме того, помимо всего прочего, я не из тех, кто любит танцевать на публике. Только представив это, становилось неловко.

Конечно, с партнёром подходящего роста это выглядело бы довольно прилично, и, может быть, я смогла бы выдержать такой момент.

Например, среди знакомых мне людей с подходящим ростом был бы Эван, или Эван, или Эван...

Нет, почему я думаю только об Эване?

Неужели я в последнее время так мало встречалась с мальчиками своего возраста?

А, нет. Есть же Леон. И если подумать, есть Лизен.

С цундере-кузеном Леоном или с Лизеном, сыном сэра Валеты, танцевать было бы не странно.

— Виви?

На зов папы я, которая витала в облаках, поздно очнулась и подняла голову.

— А, да. Извините, папа. Я на минуту задумалась о том, что происходило на приёме.

— Ничего. В любом случае, если в следующий раз захочешь потанцевать, скажи мне.

Хотя такого не случится, я благодарно кивнула папе за его заботу.

— Хорошо, папа. А, кстати, я хотела спросить. Когда пойду встречаться с наследным принцем, поедете со мной во дворец?

— Во дворец?

— Да. Кажется, это из-за грелок, поэтому я позвала Бардрика, но как-то беспокойно идти во дворец вдвоём.

— Естественно, что несовершеннолетний ребёнок идёт в сопровождении опекуна.

Хм, зря спросила о чём-то само собой разумеющемся?

Пока я смущённо чесала щёку, папа добавил:

— ...Но всё равно спасибо, что предложила пойти вместе, Вмви.

— Это же естественно. Папа всегда обо мне беспокоится.

В глазах папы, смотрящего на меня, помимо любви всегда была лёгкая тревога.

В детстве я ничего не понимала, но теперь, проведя с папой долгое время и хорошо его узнав, я могла прочесть эти эмоции.

Папа всегда боялся потерять меня.

Это из-за того, что до трёх лет, чтобы отвезти меня в безопасное место, он ненадолго оставил меня в столице, но это наоборот подвергло меня опасности.

К тому же это случилось сразу после смерти мамы, поэтому не могло не оставить травму в душе папы.

Почему-то на душе стало тяжело.

Возможно, потому что скоро мне, может быть, придётся расстаться с папой.

Например.

— Папа, когда я поступлю в Академию континента Эланция?

Если возникнет вопрос с учёбой, придётся какое-то время быть отдельно.

— В академию?

— Да. Обычно поступив, заканчивают хотя бы один класс. Если поеду, хочу в средний или старший класс...

Младший класс — с восьми до одиннадцати лет, значит, через год придётся жить отдельно от папы.

Но пока я не хотела расставаться с папой.

— Что думает папа?

На мой вопрос папа грозно нахмурился.

— Виви, с каких пор ты хочешь учиться в академии? С тех пор, как встретилась с Адрианом и Леонардо?

А? Я думала, что папа захочет отправить меня в академию.

Вопреки моим ожиданиям, папа строго меня допрашивал.

— Это не совсем так.

Я поспешно покачала головой, защищая своих двоюродных братьев.

— Кажется, что все дворяне заканчивают хотя бы один класс, если нет особых обстоятельств.

— ...Но даже один класс означает четыре года разлуки.

— Будут каникулы, и папа будет приезжать ко мне.

Несмотря на мои позитивные слова, настроение папы, казалось, упало до предела.

Я думала, что ради чести дома Анданте естественно закончить хотя бы один класс Академии континента Эланция, но папа, видимо, изначально не собирался меня отправлять.

— Если папе не нравится, я тоже не особо хочу ехать. Мне намного лучше жить в герцогском замке.

— Конечно, намного лучше, когда ты в герцогском замке.

Хм, да неужели.

— ...Но если ты хочешь поехать в академию ради знаний, мне трудно тебя отговаривать.

Конечно, поскольку большинство дворян поступает в академию, было желание поехать.

Но одновременно была и жажда как следует изучить мир, в котором я живу.

— Знания важны. На самом деле, если я буду недостаточно хороша, и могу опозорить семью.

На мои слова папа покачал головой, словно это нонсенс.

— Такого не будет.

А затем с решительным лицом сказал:

— Наша семья ведь семья-обладатель Вивьен.

— А?

Серьёзно?

Я слышала шутки вроде "страна-обладатель Пак Чи Сона", "страна-обладатель Ким Ён А", но...

Семья-обладатель Вивьен?

К тому же лицо папы было совершенно серьёзным, без тени юмора.

К счастью, подали еду, поэтому я смогла избежать ответа на эту ошеломляющую шутку о семье-обладателе Вивьен.

Немного спустя мы с папой закончили основное блюдо и начали есть десерт.

Когда я с удовольствием наслаждалась мороженым из груши.

— Собственно, мне тоже есть что тебе рассказать, Виви.

— Что рассказать?

— Нужно было сказать давно, но я боялся, что ты расстроишься, и не находил подходящего момента.

О чём такая серьёзная беседа?

— ...Перед отъездом в империю Элиза сказала, что хочет уйти с работы.

Это было слишком внезапно.

Потрясённая, я отложила ложку, которой ела мороженое, и посмотрела на папу.

Конечно, в последнее время Элиза выглядела несколько подавленной.

И неудивительно, поскольку недавно я начала другие занятия, включая уроки у сэра Валеты, у нас с Элизой почти не было времени встречаться.

Но поскольку уроки с сэром Валетой закончились, вернувшись в герцогский замок, я могла бы проводить с Элизой достаточно времени.

Из-за слов при проводах у меня было неспокойно на душе, и я уже думала об этом...

— Виви, знаю, что ты удивилась. Ведь с тех пор, как ты приехала в герцогский замок, она ни разу не отходила от тебя.

— ...

— Когда она уйдёт на пенсию, я думаю дать ей титул младшего барона и оказать почести как вассалу. Это было обещанием и твоей маме.

Слова папы немного успокоили, но сердце всё ещё билось.

Я выросла настолько, что не нуждалась в няне, и это был неоспоримый факт.

Но то, что человек, который был рядом, покидает меня, не сразу принималось.

Элиза была, возможно, человеком, который показал мне "материнскую любовь" — то, чего я ни разу не смогла почувствовать от родной матери за три жизни.

Элиза была первой, кто дал мне понять, что я достойна любви.

— Виви.

— ...Да, поняла, папа. Буду морально готовиться.

Отвечая так, я так и не смогла встретиться глазами с папой.