Сакура и Кохей стояли, в позе напряжения, словно два гладиатора, готовых сразиться на арене судьбы. Их взгляды встретились в эпицентре этой битвы, и оба молча ожидали какого-то предательства, какой-то подлости, который мог бы прийти со стороны соперника.

— Мкха! — Наоми, которая несчастным образом оказалась в центре конфликта и попала под неожиданную атаку Сакуры, вдруг извергла кровавую фразу, плеваться кровью, словно фонтаном выдающим беду и страх, несущую вековую магию битвы.

— Ну и? Что дальше? — прошипел Кохей, его голос был наполнен яростью и решимостью. — Мы сюда пришли за одним – за тем, что обетовал Карнавал. Мы боремся за одну цель. Мы хотим уничтожить одно. Мы как единая сущность, созданная для того, чтобы добиться этой цели. Кровавый Карнавал и Ядовитые Королевы всегда искали одно и то же – власть и контроль над всем миром. В этой войне, в этой битве, мы стали одним целым.

— И что ты предлагаешь, Кохей? — Сакура отпустила дыхание, её слова звучали как лёгкое шипение змеи. — Разойтись и никому не дать то, за что мы сражаемся? Я готова пролить кровь, убивать ради того, что представляет Ядовитые Королевы. Это стоит моей жизни!

Слова Сакуры разорвали воздух, и Кохей замолк, его устремившийся взгляд угас перед предстоящей угрозой. Он начал вспоминать свои прошлые моменты, те мгновения, когда он чувствовал себя живым и значимым. Воспоминания, как мозаика счастья и печали, расстилались перед ним. Он почувствовал гордость за свои деяния и сожаление о потерянных возможностях.

— Люди всегда стремятся исправить свои ошибки прошлого, — проговорил Кохей медленно, его слова были проникнуты мудростью и размышлениями. — Но на что это нам всем идет? Мы живем здесь и сейчас, несмотря на прошлое. Мир изменился, и мы тоже. Технологии, электроника, память в цифровом виде – все это пришло в нашу жизнь. И зачем? Зачем нам это?

Кохей поднял правую руку, указательный палец указывал на его висок. Он продолжал свой монолог, словно раскрывая перед Сакурой тайны всего мира.

— Люди перешли грань между прошлым и будущим. Раньше всё хранилось в наших умах, в наших черепах. Совсем ли мы из ума сошли, Сакура? Люди создали новые способы жить и общаться, но суть осталась прежней – живи здесь и сейчас. Понятие "прошлое" придумано нами, и я больше не хочу быть связанным с этими оковами. Магия, сверхзвуковые волны!

С Сакурой произошла странная перемена. Кохей поднял свою руку, и из её глубины начали исходить сверхзвуковые волны. Он точно рассчитал их траекторию, чтобы они достигли Сакуры, несмотря на любые её уклонения. Коридор, где происходила эта схватка, был узким, и сверхзвуковые волны быстро приближались к Сакуре, словно несущие смертельное решение.

Сакура ошеломленно растерялась, её разум забил тревогу на полную катушку, пытаясь понять, что происходит и как ей действовать.

— Ааа! — внезапно пронзительный крик разорвал тишину. Сакура была снесена первой волной сверхзвука и ударилась о стену. Кохей не давал ей момента отдохнуть и продолжал испускать свои смертоносные волны, сокращая дистанцию между ними. Атаки становились всё более интенсивными, и Сакура еле удерживалась на ногах.

— Как теперь, Сакура? — Кохей насмешливо усмехнулся, но его глаза горели неистовой страстью. — Ты сдаешься? Нет, нет! Ты не уйдешь живой отсюда!

Сакура, едва дыша, медленно, но наверняка, приближалась к Кохею, словно огонь, который несёт с собой разрушение и решимость. Внутри Кохея таяла тревога, словно ледяной ужас, охватывающий его душу.

— Ты сказал мне, что все… прошлое ты не несешь за собой… а как же… то что ты сохранил жизнь только с помощью Харуки? — из ушей Сакуры лилась кровь. Капли ее жизни, столь безжалостно проливаемые в этом жутком пасмурном коридоре, падали на голые, холодные плиты пола, словно роскошные жемчужины, потерянные в бескрайней череде времени и страха. И как же было мучительно слушать этот бесконечный, жуткий стук, неся смерть на своих мягких, женских плечах.

Кохей встал в ступор. Он вспомнил и сразу понял о чем речь. В ту ночь, когда Кохея поймал Харуки, еще тогдашний член спецпатруля, он сохранил ему жизнь. Перед его глазами вспыхнули образы прошлого, словно вороны, пронесшиеся над его душой. Взор его угас, как звезда, увядающая в холодных, бездонных глубинах космоса.

— Тебе то откуда знать об этом всем? — продолжал он атаковать и даже усилил свои атаки сверхзвуковыми волнами. Его слова были как бури, разрывающие ночное небо на части. Они рвались к Сакуре, словно гладиаторы, готовые разорвать ее душу на клочья. — Ты вообще ничего не знаешь! Прошлое людей в большинстве своем плохое! Потому что люди постоянно думают негативно! А если позитивные момент в памяти есть проблема уже в голове! Мы так устроены! — Волны его гнева и страха заливали комнату, как морская вода, накатывающаяся на берег, унесшая в пучину все надежды и мечты.

Пока Кохей гневно усиливал атаки, Сакура не теряя времени придумала план по своему спасению. В ее мозгу звучали слова как ритмичные удары барабана, наполняя ее сознание невидимой магией. Она быстро закрыла уши руками, словно стражница своего последнего приюта, и вокруг неё появились те самые зеленые кристаллы, которыми она тяжело ранила Наоми, таинственно мерцающие, словно звезды в ночном небе. На этот раз они были ее последней надеждой, ее последним барьером между жизнью и смертью. Кохей увидел это и сначала не придал этому значению, а наоборот возрадовался, как охотник, увидевший раненую дичь.

“Видимо смерть наступает на тебя, Сакура! У тебя и шанса не было против моей магии со своими взрывными кристаллами! Слабачка а не маг!”, злорадствовал в своей голове он, словно демон, наслаждающийся страданиями своей жертвы.

— Ааааааа!!! — закричала Сакура, её крик был как последний шторм, взрывающийся в сердце бушующего океана, словно пылающая звезда, готовая угаснуть в бескрайних просторах космоса.

“У него преимущество! Мы в маленьком коридоре! Он контролирует силу своих волн и поэтому не рушит его! Но я кое что придумала.”, говорила у себя в голове Сакура, словно мудрец, разгадывающий тайны Вселенной.

Темно-зеленые кристаллы вокруг Сакуры начали двигаться, словно живые существа, пробуждающиеся от долгого сна. Их движение было плавным и грациозным, как танец природы, и в то же время оно было наполнено неописуемой силой и решимостью, словно боги, готовые вступить в схватку с миром.

“Чего? Как? Эти кристаллы тоже под воздействием звуковых волн! Что такое!?”, увидел это Кохей, его разум бушевал, словно море во время урагана, пытаясь понять таинственную магию Сакуры.

— Аааааааа! — продолжался крик Сакуры, словно молния, разрывающая небеса, словно огненный метеор, возвращающийся на Землю.

Эти зеленые кристаллы, источники магической энергии, буквально ворвались в соседнюю стену с разрушительной мощью. Кирпичи и бетон летели во все стороны, словно сгустки звезд, разлетающиеся по вселенной. Атаки Кохея, которые казалось бы, были неотвратимыми, внезапно остановились, прерванные этим невидимым штормом. Сакура с облегчением открыла уши, и в этот момент ощутила острую боль в них, словно иглы, пронзающие ее мозг.

Она прикрылась огромной стеной, как будто выброшенной из офисного помещения. Стена была смешанной с бетоном и стеклом, словно барьер между миром снаружи и кошмаром, который разворачивался внутри этого мрачного коридора. Сакура поняла, что ей нужно как можно быстрее удалиться от этого места, чтобы хоть немного сориентироваться и выиграть время.

— Слышишь меня!? Конец тебе когда достану! Конец! — Кохей вопил от злости, его голос был как рык грозы, готовой разразиться в самый неподходящий момент. Казалось бы, победа была уже рядом, но Сакура оказалась находчивее, словно хитрый лис, уверенно выбирающий путь в темном лесу. Кохей, недовольно бьющий ногами по полу, словно ребенок, лишенный игрушки, обернулся и наконец заметил Наоми. Он направился к ней с недовольным шагом, готовым оказать хоть какую-то помощь.

***

“Где? Где все остальные?”, вопросы Такуми метались в его разуме как листья на ветру. Он лежал на белоснежной больничной койке, словно моряк, выброшенный на безымянный остров после бури. Часами он обдумывал произошедшую ситуацию, словно философ, погруженный в размышления о смысле жизни. Как самолет падал, как он отключился, что было до, что после? Эти вопросы кружились в его уме, словно загадки Вселенной, ожидающие своего разгадывания.

Анализируя каждую деталь произошедшего, словно детектив, исследующий улики на месте преступления, он старался восстановить картину событий. Сквозь окно больничной палаты проникали лучи солнца, словно мост, ведущий к ответам, но они оставались недоступными.

А еще он ждал полицейских, которых ему пообещал врач, который зашел к нему тогда в палату. Но их все не было. Такуми чувствовал себя словно одинокий странник в пустыне, и его жажда ответов была неистовой, словно жажда выживания в мире безводья.

***

— Внимание! — пророкотало в наушниках бойцов спецназа спецпатруля, когда они приближались к таинственному зданию. Снайперы были уже на месте и передавали важную информацию. Двое людей были замечены внутри — молодая девушка и парень. Взгляды команды были напряжены, они ожидали указаний.

— Слушаю, — отозвался один из прибывших бойцов в рацию. Он продолжил, — Двое внутри, девушка и парень. Ждем указаний.

Бойцы наконец добрались до здания и увидели Кохея и Наоми.

— Спасибо, Кохей, — Наоми протянула руку к Кохею, который шел к ней с решимостью помочь. Ее голос был слегка дрожащим.

Кохей встал напротив Наоми, которая лежала на полу. Кровь стекала из ее рта и носа, создавая макабренский пейзаж. Он вытянул руку вперед, готовый взять на себя ответственность.

— Я сам разберусь с этой гадостью, Наоми. Ты просто отдохни. — Его голос был спокойным, но в его руках начали формироваться сверхзвуковые волны.

Наоми закрыла глаза и откинулась на спину. Крики боли вырывались из ее горла, пока, наконец, она потеряла сознание.

Кохей оставил ее лежать и подумал: "А теперь пришло время покончить с Сакурой и заняться спецпатрулем. Я не могу подвести Кровавый Карнавал." В его глазах отразилась ненависть и злость, накопленные за последние дни. Он всегда был импульсивным, готовым действовать на инстинктах.

Он медленно направился в обратную сторону, в том направлении, где убежала Сакура. В его голове витало множество вариантов планов, но Кохей был из тех, кто предпочитал действовать на ходу. Ему нужны были только действия, и он готов был их предпринять, несмотря на все неизвестности.

***

— Да уж, да уж! — Харуки повернулся, сидя на заднем сиденье черного седана, и вздохнул. Он поднял руки за голову и устроился более комфортно на мягких кожаных сиденьях.

— Харуки, — заговорил Юкио, смотря в зеркало заднего вида, где виднелся его спутник, — Скажи пожалуйста, что произойдет, если Сакура или Кровавый Карнавал захватят кубические тюрьмы?

Харуки взглянул на друга, заметив легкую иронию в его вопросе. Он задумался на мгновение, прежде чем ответить.

— Ну, я думаю, это будет концом всего живого и полным хаосом, — с усмешкой произнес Харуки. В его голосе звучала легкая игривость.

Юкио улыбнулся, соглашаясь с ответом.

— Такуми, конечно, в шоке от нашего поступка, но мы не можем позволить, чтобы кто-то другой захватил тюрьмы. Тем более, спецпатруль уже отправил силы, чтобы справиться с нежеланными гостями.

— Ты прав, Юкио, — согласился Харуки, — но я не думаю, что им удастся унести кубические тюрьмы. Слишком многое стоит на карту.

— От этой девушки и от организации можно ожидать чего угодно. Я предпочитаю не думать об этом слишком много, — добавил Юкио.

— Согласен. Давай двигаться, мир спасаем, в конце концов, — с улыбкой сказал Харуки.

***

"Где они? Где? Я снова остался один? Один?" — внутренний голос Такуми пронзил его мозги, он нервно вертелся на больничной койке с истерическим выражением на лице.

В палату Такуми вошел врач, за ним последовали двое полицейских в синей форме. Оба они были высокими и стройными, с серьезными выражениями на лицах, которые не отражали ни радости, ни сожаления.

— Мальчик... — начал один из полицейских, входя в палату, — ты можешь разговаривать?

Такуми, моментально обращая внимание на новых посетителей, кивнул.

— Да, могу, — ответил он с нескрываемым любопытством.

— Тогда мы начнем, — сказал полицейский, делая жест рукой перед врачом, чтобы тот не отвлекался.

— Желаю вам удачи, — прошептал врач и вышел из палаты, оставив Такуми наедине с полицейскими.

***

— Вперед! Вперед! — резко раздался приказ, звучавший в наушниках всех бойцов спецназа, которые были готовы к штурму здания с кубическими тюрьмами. В их голосах слышалась решимость и готовность выполнить задание.

Перед началом штурма командование передавало инструкции через рацию, чтобы обеспечить безопасное выполнение операции и избежать неожиданных ситуаций с заключенными. Здание, где хранились маленькие кубические тюрьмы, с голубыми линиями и белым внутренним пространством, было специально спроектировано для индивидуального заключения магических преступников. Это были особо опасные преступники, которые совершали убийства, грабежи, акты терроризма и другие тяжкие преступления. Здание само по себе было тюрьмой, тщательно охраняемой правительством Японии. Здесь находилось более пяти тысяч таких маленьких тюрем, где содержались заключенные с магическими способностями, начиная от слабых и заканчивая сильными.

— Заходим! — кричали бойцы спецназа спецпатруля, входя в здание со всех сторон, чтобы охватить его полностью.

Это здание было передано под контроль специального патруля, специализирующегося на преступниках с магией.

Спецназ оцепил все окрестности здания, проводя обход со всех сторон. Внутри здания не оставалось ни единого шанса для тех, кто находился внутри. Автоматы у бойцов спецназа не были обычными; они стреляли специальными пулями, разработанными для обезвреживания противников с магическими способностями.

— Ну что, ждем указаний?! — нервно спросил один из стоящих бойцов спецназа, стоявший рядом с дырой, которую создали Кохей и Наоми при входе в здание.

— Так точно! — ответили другие бойцы, готовые следовать инструкциям и действовать в унисон.