— Ну что, давай, обсудим с тобой несколько моментов, — предложил один из полицейских, подсев на табуретку и приблизившись к Такуми, который лежал на больничной койке, укрывшись белым одеялом. Он взглянул на полицейского, с удивлением осознавая, что эта встреча может привести к серьезным последствиям.

— Для начала, мы установили твою личность. Ты находишься в розыске. После смерти родителей… ты… начал скрываться, у тебя ведь больше нет родителей, — произнес полицейский, словно стараясь быть тактичным, но Такуми заметил некоторую настойчивость в его голосе.

Зрачки у Такуми расширились, дыхание стало быстрее. Он не ожидал подобного развития диалога. В его голове крутились мысли, пытаясь найти логическое объяснение всему происходящему.

— Нууу… да. Я не поеду в детский дом! Поняли? — нервно вскочил Такуми, но ощутив обратную боль, снова упал на постель. Он попытался справиться с физическим дискомфортом, который охватил его тело.

— Послушай, мы ведь не желаем тебе плохого. Хорошо, давай начнем с простого. Где ты все это время был? Пока тебя искали? — продолжил полицейский, сохраняя спокойный тон.

Такуми повернул голову на второго полицейского и смотрел на него, вместо того чтобы смотреть на того, который с ним разговаривал. В его голове возникли вопросы, которые он сам себе задавал: "А им вообще можно говорить о Комитете? О магии? Я ведь никогда и не задавался вопросом, знают ли обычные люди о магах, которые состоят в тайных правительственных организациях!" Такуми долго размышлял, внимательно взирая на полицейских.

— М?! — воскликнул один из полицейских, выражая свое недоумение перед молчанием Такуми.

— Ну… работал… не скажу! — с неохотой отвечал Такуми, ощущая, что вопросы становятся все более назойливыми и неприятными.

— Ладнооо… Проехали, а что насчет твоего нахождения в самолете? На частном самолете, который разбился. Ты его угнал? Как вообще попал в него? — полицейский задавал вопрос за вопросом, стремясь разобраться в сложившейся ситуации.

— Ну, я летел с парой людей. Я не знаю, где они! Вы уже их нашли! Они живы!? — повторно вскочил Такуми, испытывая мешающую ему боль и снова падая на постель.

— Нет. Значит, на самолете был квалифицированный пилот? И ты летел с парой людей? Тебя не похитили? То есть, ты летел сам, верно? По доброй воле, — уточнил полицейский, стараясь получить как можно больше информации.

— Верно, — промолвил Такуми, с неохотой отвечая на все эти вопросы, которых становилось все больше и больше, и которые казались ему чрезвычайно назойливыми.

***

Тем временем… Сакура, с ощущением полной спокойствия, могла свободно перемещаться по зданию. После мощных ударных волн и атаки со стороны Кохеи она встала и направилась к своей цели. Ее ум был полон мыслями о том, как она избавилась от Комитета, а теперь еще и от проклятого Карнавала, нужно было избавиться. Сакура шла по бездушным коридорам здания, в котором каждый охранник был убит либо ею самой, либо с помощью Кохеи и Наоми. "Неизвестно, где скрывается этот ублюдок, но у меня уже есть козырь в рукаве. Он проиграл, как и весь Карнавал", думала Сакура, продолжая свой путь.

— Заходим! — прозвучала команда группе спецназа, стоявшей возле выбитых окон и дверей здания. Бойцы спецназа быстро и решительно вошли в здание.

— Заходим! Заходим! — сказали они, шагая стремительным темпом вперед.

— Первый этаж чист! Поднимаемся выше! — объявили они, продвигаясь дальше.

Хироки сидел в своей серой бронированной машине с мигалкой, издававшей громкий звук прямо над ним, и направлялся к зданию хранилища кубических тюрем. Он ощущал облегчение.

— На первом этаже находится множество опасных преступников, которые содержатся в кубических тюрьмах. Отличная работа нашего спецназа! — радостно заявил Хироки.

Спецназ продолжал подниматься на второй этаж. Вдруг они услышали звуки чьих-то шагов и крикнули:

— Поднимите руки или мы начнем стрелять!

Бойцы медленно подошли к месту, откуда доносились шаги. Ничего не было видно, но...

— Пхааа! — один из бойцов спецназа внезапно упал, и стало ясно, что ему переломили шею.

Остальные бойцы остолбенели и не могли понять, что произошло, но вскоре та же участь постигла всю группу спецназа, которая поднялась на второй этаж. Кохей снова появился, перемещаясь со сверхзвуковой скоростью по второму этажу, и взглянул на безжизненные тела бойцов спецназа.

— С первой партией мяса покончено, — произнес Кохей сам себе под нос, наслаждаясь своим зловещим действием. Он продолжил свое блуждание по второму этажу, заранее зная, что еще пару тел нужно отправить на тот свет. В его глазах мерцали злорадство и безжалостность, а его шаги были наполнены уверенностью и силой.

С другой стороны, глава спецпатруля, Хироки, уже принял решение запустить разведывательные дроны для получения информации о происходящем в здании. Первые дроны уже проникли внутрь здания, осмотрев третий, четвертый и второй этажи. Они передавали обратно изображения, и на одном из них Кохей заметил летающего дрона с камерой. Он обернулся и взглянул на него с ухмылкой на лице, полной презрения.

— Вот суки завелись в последнее время, — прошептал Кохей, приблизившись к дрону. Люди, управляющие им, не успели среагировать. — Напридумывают железяк поганых! А мне теперь их ломать!

Он сжал дрон с яростью, которая бушевала внутри него, и уничтожил его. В это время две группы бойцов спецназа окружили Кохея.

— Вот же вы мрази. Сколько вам платят за то, чтобы штурмовать этот корпус? Сколько? Может быть тысячу? А может тридцать тысяч? — насмешливо спросил Кохей. — Ну давайте поговорим, вам осталось жить всего две минуты.

— Поднимите руки! В противном случае, мы откроем огонь на поражение! — командовал один из бойцов спецназа.

— Да понятно, понятно. Разговор не получится, я понял! — ответил Кохей, исчезнув в тени. Затем он мгновенно напал на одну из групп спецназа, мгновенно переламывая шеи каждому присутствующему там человеку. Смерть и ужас охватили бойцов.

После истребления первой группы, которая окружила его с левой стороны, Кохей повернулся к второй группе и снова попытался начать диалог.

— Ну давайте поговорим! Блин! Пожалуйста! Убивать вас просто так скучно, — сказал он, но бойцы стояли неподвижно, словно каменные статуи. В ответ на это они открыли огонь, видя трупы своих товарищей, лежащих в лужах собственной крови.

Кохей скрылся после открытия огня и повернул шеи всем оставшимся во второй группе спецназа. В его руках было огромное преимущество — способность двигаться со сверхзвуковой скоростью.

Сакура, весьма спокойной походкой, продвигалась по четвертому этажу здания. Даже дрон, который был здесь, не мог ускользнуть от ее внимания. Его сверкающие лампы фиксировали ее движение. Он следил за ней, как тень, но бойцы спецназа, находившиеся на нижних этажах, даже не могли вообразить, насколько невероятно далеко и быстро она продвигалась.

Сакура замедлила шаги и, поднимая взгляд, смотрела на дрон, который нависал перед ней. Ее слова прошли сквозь молчание:

— А вы, могучие спецпатруль, снова нашли меня. Прошу вас передать моему старому другу, Хироки, одну важную весть. Ваш родной Комитет был уничтожен мною. Не знаю, осведомлены ли вы о том, что самолет разбился в Казеноку, и что в нем находились члены Комитета, каждый до последнего. Но прошу вас, передайте это сообщение.

После ее слов, вокруг Сакуры начали появляться темно-зеленые кристаллы, сверкающие и излучающие магическое излучение. Она подняла указательный палец в сторону дрона, и один из кристаллов с огромной скоростью вырвался из ее руки, направляясь к дрону. В мгновение ока кристалл врезался в дрон, и металлическое существо разорвалось на куски, разбрызгивая искры.

Сакура улыбнулась и добавила:

— Пум! Вот и ваш дрон больше не проблема.

На нижних этажах здания, Кохей услышал взрыв. Он моментально понял, что именно там, на четвертом этаже, находится та, кого он искал — Сакура! Его реакция была мгновенной. С со сверхзвуковой скоростью он поднялся на четвертый этаж, мгновенно преодолевая расстояние.

Сакура, по-прежнему удерживая свою уверенность, услышала звук шагов, приближающихся сзади. Она обернулась, готовая к новой угрозе. И там, стоявший перед ней, был Кохей.

Кохей выглядел настороженным, но решительным. Он произнес:

— Хах! Да уж, Сакура. Было глупо использовать магию кристаллов, чтобы уничтожить дрон. Но что ты предлагаешь делать теперь? Спецназ вскоре доберется сюда, на последний этаж здания. Если они даже одной пулей заденут кого-то из нас, мы оба можем быть приговорены к смерти или пожизненному заключению в кубической тюрьме.

Сакура прикусила губу, ее взгляд остался непоколебимым. Она предвкушала то, что должно было случиться в этот момент.

***

Допрос в больничной палате продолжался настойчиво. Такуми, лежа на кровати, подвергался нажиму со стороны офицера, стоявшего перед ним. Все вокруг было напряжено, словно воздух был на грани нервного срыва.

— Ну? Такуми, вы не знаете где ваши товарищи? — офицер вел допрос, словно это был последний шанс на разгадку тайны.

— Да не знаю я! Не знаю! Понимаете? Не знаю я! — Такуми отчаянно повторял эти слова, словно это была его последняя зацепка в этом море неизвестности.

Офицер не унимался. Он был настойчив и целеустремлен, зная, что каждая деталь может быть ключом к разгадке.

— Вы можете нам подробно рассказать кто был на борту самолета? — его голос был спокойным, но настойчивым, словно он пытался выбить из Такуми каждый кусочек информации.

Такуми вздохнул. Его внутренний мир был как разбитое стекло, и он не мог собрать все кусочки воедино.

— Н-не могу… Да и к тому же, я не знаю что с ними произошло и где они! — его голос звучал слабо, словно он был готов сорваться на плач.

Офицер не отставал:

— Мы тоже не знаем где они. Поэтому и хотим понять, кто был на борту. Это ускорит поиски и мы найдем тех, кто был вместе с вами в этом самолете.

Такуми слегка опустил голову, закрывая глаза, как бы пытаясь отпрянуть от болезненных воспоминаний. Разные мысли кружились в его голове, словно невидимая битва велась внутри него. От самых мрачных и мучительных мыслей до светлых и радостных воспоминаний о друзьях, которых он потерял.

— Я правда! Правда! Очень хочу, чтобы они нашлись! Понимаете? Они моя вторая семья… уже. — Такуми говорил тихо, его слова несли сквозь мрачное помещение больничной палаты, словно он молил о помощи судьбы.

И внезапно, как вспышка света во мраке, в его голове раздался голос Юкио, словно прорываясь сквозь занавеску забытых воспоминаний.

— Такуми! — голос Юкио прозвучал ярко и отчетливо в его ушах, словно призывая к действию.

Такуми слегка шевельнулся на кровати, его глаза открылись шире, словно он вновь встречал старого друга.

— Такуми! Это… враги! Враги! Кровавый Карнавал!

Слова Юкио пронзили его сознание словно мечом. "Что?" — внутренний голос Такуми заставил его ухнуть от ужаса, который скрывался за этой страшной истиной.

***

Кохей, смертельно решительный, словно тень, исчез из поля зрения Сакуры. Снова он воспользовался сверхзвуковой скоростью, как призрак, мелькнувший перед глазами. И в следующий момент он уже стоял перед Сакурой, приготовившись нанести сокрушительный удар.

Сакура, с мгновенной реакцией, уклонилась от него, едва ощущая ветер, поднимаемый его движением. Ее тело казалось невесомым и легким, словно музыкальная нота, избегая смертоносного касания.

Однако Кохей не остановился. Он был как ураган, неукротимый и несущий с собой разрушение. Его нога, словно молния, стремительно целилась в живот Сакуры. Снова она реагировала, уступая, и та нога пролетела мимо нее, оставляя после себя лишь след воздушного потока.

Сакура была невероятно быстра и ловка, но Кохей не сдавался. Он атаковал снова и снова, как огонь, разгоревшийся во мраке. Но Сакура была готова. Вокруг нее начали появляться темно-зеленые кристаллы, словно живая броня, призванная защитить ее от этой опасности.

— Достал уже! Гребанный идиот! — ее слова были злобными, но решительными. Она готовилась к ответному удару, полагая, что Кохей не может уклониться от атаки.

И внезапно, момент напряжения достиг своего предела. Кохей, вопреки ожиданиям, оказался быстрее и умнее. С его сверхзвуковой скоростью, он снова оказался позади Сакуры.

— “Бах” — кристаллы врезались в конец коридора, не задев ни единой души. Кохей уклонился, словно танцуя с смертью, и избежал этой смертоносной атаки.

Сакура оборачивалась и уже увидела, что нога Кохея летит ей в лицо, сбоку, с правой стороны, со страшной скоростью. Все животные инстинкты внутри нее пробудились, но было слишком поздно. На мгновение время замедлилось, и она почувствовала, как ужасающая опасность приближается к ней, словно медленная смерть.