Резонансное "Бах" разрывает воздушное пространство, когда самолет, уносивший в своем скользком пути членов комитета и одного пилота, необратимо врезался с оглушительным треском в непосредственной близости от ВПП аэропорта города Казеноку. Необъятный взмах облаков поглотил страшную авиакатастрофу, настолько грандиозную, что даже самые острые взгляды не заметили этого мгновенного разрушения. Ведь людям, охваченным иной ситуацией, угрожающих террористических захватчиков, не хватало свободы взгляда и времени на оценку произошедшего. В каменных стенах аэровокзального здания жалкие пленники, смявшись, приняли позу неустойчивого положения, запрещенного жестким обхватом руками за спиной и угнетенными лицами, склонившимися к полу.

Знахари судьбы, объявившиеся преследователи, свыше трехсот человек, окружили жертву, маскировав свои лица, погруженные в темноту, и окутавшие себя как куклы в одежду, просийку черной мраморной темноты. Они — подлинные террористы. В то же мгновение захвачено было в плен тысяча человек.

— О, милостивые! Призываю вас! Не преграждайте детей своей жестокостью! — услышанная во мраке сведенных и замученных рук женщина, казалось, едва достигшая третьего десятилетия своей жизни, дрожащим голосом вымолвила, а слезы, словно ручейки, стекали по ее хрупким щекам, падая на холодный пол с звоном капель. Видно, что ее сердце горит тревогой за малышей, находившихся в центрифуге этого аэропорта, проникшего в повседневную жизнь бездумного мира прежний.

— Веди себя сдержанно, уродина! — выпалил один из террористов, не сжимая свою ногу на череп женщины с незаурядной силой, и кровь, пройдя из ее битого рта, с тягучей лентой текла все пышнее. — Еще одно ответное слово, и я посылаю пулю сквозь твою позвоночную колонку, где она вылетит через ребра! Что касается детишек, которых мы пока еще не тронули, пусть они остаются в безопасности, только если они не будут нас бесить своим раздражающим поведением!

Практически все, кто стал свидетелем этого кошмарного зрелища, несомненно убедились, что вступать в переговоры с бесчеловечными террористами не есть изысканный путь для обычных смертных. Те, кто жаждал и задирал головы с вопросом или мольбой, переубедить или убедить их в чем-то, мгновенно передумали. Никто из здравомыслящих не просто людей не имел намерения подвергнуться мучительному насилию, а уж тем более, быть застреленными, а затем пронзенными ужасающим смертельным молчанием.

В это самое время, горевший самолет поврежденный и раздробленный на тысячи осколков, начал полыхать ярким огнем. Пожар разгорался, охватывая его в объятия пылающего ада. Официально зарегистрированное событие превратило самолет в кучу обломков, но непроглядный дым не давал ясной картины о происходящем, о сложившихся обстоятельствах. С готовностью штурмовиков, возродившимися из пепла, пожарные службы внезапно выехали в направлении разразившегося капризного огня, но их попытки добиться связи с диспетчерами аэропорта оказались безуспешными, вызвав специальную пожарную тревогу внутри самих стен летной базы разрушенного транспортного узла. Это сделали, так как глухо было разобрать, горит ли какой-то конкретный самолет или под нависшим покровом иронического задних открытых взлетно-посадочных полос захоронения, таится вся аэропортовая инфраструктура.

— "Внимание, внимание! Пожарная тревога!" "МММММ - ММММ" "Внимание, внимание! Пожарная тревога! Срочно покиньте здание!" — резким и различимым голосом воспроизводилась запись, произнесенная женским голосом через динамики, расположенные по всему аэропорту.

***

Уже стягивался закат, когда огромный круглое тело солнца медленно опускалось за горизонт, оставляя за собой лишь слегка освещенное оранжевыми лучами небо. Перед серой и безликой стеной, с которой все окна были закрыты мощными железными решетками, стояли две фигуры. Кохей Ичимура и Наоми Танака, принадлежащие организации Кровавый Карнавал, с нетерпением ожидали сигнала по рации.

— Ну и когда же?! — нетерпеливо выпалила Наоми, не сдерживая своего гнева.

— Когда наши люди пройдут главный коридор, а стража займет свои позиции. Тогда и мы сможем двигаться вперед, — спокойно ответил Кохей, понимая нетерпение и возбуждение своей спутницы.

— Понятно, — кивнула Наоми.

Они продолжили слушаться указаний команды и отшлифовывать свой план в деталях. Рикуто и Сора, двое гениальных умов организации, смогли разработать идеальный план всего за один час. Их целью было достичь явного успеха, воспользовавшись хаосом, царящим в японской авиации.

***

— Кха-кха… — Такуми медленно выбирается из лабиринта дыма, окутавшего его после крушения самолета. Встречают его спасатели, кивающие друг другу и спешащие помочь ему.

Его лицо было искажено кровью, его руки и ноги покрыты грязью, а одежда истерзана и разорвана на куски.

— Господи, что с тобой случилось? Что произошло? — голос спасателя звучал в отчаянии, когда он приближался к Такуми.

Однако Такуми уже был на грани сознания и не смог устоять перед силовым воздействием, упав на землю неподалеку. На скорую руку его поместили на носилки, которые быстро унесли его в больницу. На месте происшествия прибыла полиция, начавшая расследование и исследование осколков разбросанных после крушения самолета. Однако, они не нашли никаких тел в самолете, и это вызвало вопросы у следователей: где были остальные пассажиры? Где был пилот? Или может быть, маленький мальчик смог украсть малую частную авиационную машину, воспользовавшись хаосом внутри страны. Однако на все эти вопросы еще предстояло найти ответы.

— "Такуми." "Такуми." "Такумиии!!!" — голоса раздавались в голове Такуми, пока он лежал в палате больницы. Он резко пришел в себя и немного приподнялся, оглядывая свое окружение. Он обнаружил себя завернутым в белое одеяло, на белье, которое было столь же непорочно белым, как и само его окружение в этой двухместной палате.

"Что за?" — первая мысль, пробежавшая через сознание Такуми. Однако вскоре за этой мыслью последовал внезапный наплыв воспоминаний о событиях, предшествующих этому моменту. Он вспомнил, как он стал свидетелем падения самолета, беспомощно наблюдая, как огромная машина падает на землю, не в состоянии предпринять никаких действий для предотвращения катастрофы. Он почувствовал леденящий страх, пронизывающий его тело и покидающий его через всюду — через его ноги. Он вдруг ощутил искривление реальности. Огромная паника охватила его. Он начал оглядываться вокруг, попытался встать, но мгновенно упал на пол.

— Ааааа! — из него выбился непроизвольный крик, сопровождаемый отчаянной болью после неудачной попытки встать.

Такуми заметил, что он полуобнажен, в одних лишь трусах. Он также обнаружил забинтованную правую ногу и сразу понял, отчего проистекает яростная боль, пронизывающая его каждый шаг.

"Как это случилось? Что произошло? Это невероятно!", не мог понять и вспомнить все детали, запутавшие Такуми.

***

— Вперед, герои! — пронеслась команда, и Кохей с Наоми оживленно двинулись вперед, к чему они уже давно готовились.

— Да, важно вперед, ни шагу назад! — Кохей готовился к бегу, занимая позу, и сказал: — Я призываю магию: Сверхзвуковой удар!

Со столь огромной скоростью, что человеческий глаз не успевал ее уловить, он подскочил и всего в одно мгновение разогнался до сверхзвуковых скоростей. И вот:

— “Бых!” — раздался звук, когда Кохей мощным ударом пробил стену здания, создавши самодельный проход.

***

В блицкабинете Хироки, начальника специального патруля, царит тишина и спокойствие. Полки, уставленные папками с важнейшими документами, словно временем покрылись пылью. На столе Хироки раскинулся целый арсенал канцелярских принадлежностей: чернила, ручки, карандаши, клей, печати и прочие неотъемлемые атрибуты.

— Что это значит? Каким образом Кровавый Карнавал и Сакура смогли проникнуть в нашу тюрьму? — внезапно раздается возмущенный окрик Хироки по телефону с управляющим зданием кубической тюрьмы. — Ладно, ладно! Пусть это неукоснительный прием вызвать расстройство у нас в разуме. Мы отправляем пять тысяч спецназовцев для атаки и обороны.

"Непременно нужно предотвратить захват хотя бы одной кубической тюрьмы. Ведь если это произойдет... Харуки никогда мне не простит", пронеслась мысль в голове Хироки.

***

— Стоять! — пронзительный крик прорезал воздух, когда толпа охранников, вооруженных до зубов, выстроилась перед Наоми и Кохеем, который посимвольно досконально провел переписывание моих дальнейших речей и добавил — жалкий мусор! — в ответ. Они исчезли сразу же, словно невидимая сила сделала их непостижимыми для глаз охранников.

Кохей ускорился до сверхзвуковой скорости, с легкостью отскакивая от одной стены к другой, создавая иллюзию неуловимости. В руке у него мелькнул пистолет, и он продолжил свое одиночное противостояние, перемещаясь между охранниками и выстреливая в каждого из них, словно оркестровка скрытого и беспощадного солдата. Его бесшумный танец смерти продлился целую минуту, во время которой Наоми лишь стояла неподвижно, взглядом следя за ритмом бедняг, оборачивающихся, пытаясь уловить каждое движение и спастись, будучи полностью беспомощными. Но все шло точно по плану, и каждый охранник недвижно легал на твердую холодную плитку, полуистертый своим поражением.

Шаг за шагом, Наоми и Кохей продолжали свой путь, встречая коллег по цеху.

— Мы движемся вперед! — воскликнул Кохей, не прекращая бега, и со своей вечной грацией и харизмой, Наоми приложила руку к уху, аккуратно нащупывая черную кнопку коммуникационного устройства, чтобы передать своим соратникам важную информацию. — Мы разделались с охраной, хотя, не исключено, что не со всей.

***

В покое и смирении палаты Такуми нежданно-негаданно появился мужчина в белом халате, закрывавший свое лицо защитной маской. Он взглянул на Такуми, который лежал на полу с шокированным выражением на лице, словно будучи потерянным в пространстве и времени. Врачу сразу же мелькнула неуверенность на его лице, и он подошел к Такуми, чтобы привести его в чувства.

— Ты уже долго так лежишь? — наперекор своему внутреннему возбуждению, произнес врач свой первый вопрос.

— Наверное, уже более часа… М-м… — пробормотал Такуми, испытывая смешанные чувства недоумения и растерянности, своеобразное ощущение потери во времени. Он заблудился в собственном сознании и не мог четко ориентироваться в происходящем.

— Понятно. В таком случае, ложись обратно! Тебе наступает постельный режим! — решительным тоном пригоршня, врач поддержал Такуми, поднимая его с пола и помещая обратно на кровать. — Я понимаю твою неудовлетворенность, но скорее всего, скоро к тебе придет полиция, и они расскажут тебе все, что произошло.

Глаза Такуми расширились еще больше, и в них зажглись слезы.

«Как так получилось?! Ну никто не знает, что сталось с Юкио? А Харуки где? Или Казуто? Рёма? И куда все они делись?!» — отчаянным голосом кричал внутренний демон в глубине души Такуми.

***

Неожиданно Кохей и Наоми были остановлены криком, который пронзил воздух. Их глаза наткнулись на группу своих людей, лежащих на полу, их тела покрытые кровью, словно жертвы беспощадной резни. Кохей и Наоми мгновенно узнали их по одежде и оружию. Чьи же руки пролили столько крови? Охрана, решили они. Но были ли они правы? Ведь их соратники справились с охраной безо всякого труда. Может быть, спецпатруль уже здесь?

— Кто сделал это?! Охрана? — задумчиво прошептал Кохей, проникая в глубину данной ситуации.

— Я не уверена. Наши должны были справиться с охраной. Возможно, враг уже рядом, — ответила Наоми, наблюдая за окружающими ужасными картинами, словно картины страдания и разрушения. Однако она не показывала своего испуга, придавая всему своей невозмутимой фигуре.

В следующий миг, безупречная тишина была разорвана резким звуком взрыва, который передался сквозь воздух. В этот момент неоспоримой силы, Наоми с грохотом улетела на несколько метров, визжа и падая лицом вниз к полу.

Кохей молниеносно обернулся и его глаза увидели Сакуру, которая вышла из темноты, омрачая воздух своим присутствием. Звук ее черных каблуков добавлял все больше страха в эту маленькую встречу. Кохей почувствовал, что его мышцы напряглись и ожидали предстоящего противостояния.

— Кажется, куколка, для такой девушки, как ты, вполне допустимо метаться кристаллами, способными взорваться. Но, несмотря на все, ты проиграешь! — решительное заявление Кохея звучало, но внутренний страх начал пробиваться через его артистическую маску. Он понимал, что испытает настоящую битву с достойным противником.

Сакура улыбнулась еще шире, когда вокруг нее засверкали зеленоватые кристаллы, создавая вокруг ее левой щеки узор, напоминающий фейерверк. Она оставалась спокойной, словно ветер на улице, который проникает сквозь душу.

Когда Кохей приблизился очень близко к ней, вдруг Сакура увернулась от его удара по лицу в последний момент. Ее грациозное движение привело к тому, что Кохей промахнулся, а на лице Сакуры расцвела противоречивая улыбка.

— Что это?! Как она смогла увернуться?! — тревога начала охватывать Кохея, ставя под вопрос его уверенность. Он остановился и встал в полный рост прямо напротив Сакуры.

— Да, я действительно неплоха. Но что касается твоих людей, они оказались никчемными. Ведь есть такая пословица: "Покажи мне своего друга, и я скажу, кто ты". — Сакура была полна непоколебимости и уверенности, она выглядела, как будто стала Богом положения, господствующим над всей этой ситуацией.