Самолет, в котором сидели все члены Комитета Расследований, уже достиг крейсерской высоты и плавно начал спускаться к своему пункту назначения. Пилот, изрядно нервничающий, открыл дверь кабины и сообщил о том, что не может установить связь с диспетчерами. На это Юкио всего лишь небрежно махнул рукой и заявил, что такая ситуация вполне нормальна, поскольку все коммуникации сейчас контролируются террористами. Пилот еще больше взволновался, но в то же время он был опытным человеком и понимал, что в любой сложной ситуации главное — не потерять самообладание, особенно когда находишься в воздухе. Все показатели на приборной панели перед пилотом показывали стабильную работу систем, а до момента посадки оставалось достаточно времени.

В это время члены Комитета Расследований продолжали наслаждаться своим мини—отдыхом на борту. Казуто уснул и положил руку под голову, Харуки все еще смотрел перед собой на стол, словно застыв, Юкио и Такуми обсуждали план действий на будущее, а Рёма наблюдал за Казуто, редко бросая взгляд в иллюминатор.

Внезапно раздался грохот, который потряс пассажиров. Казуто моментально очнулся, а самолет начал трястись. Рёма вскрикнул от неожиданности. Харуки тут же прервал свои размышления и схватился за ручки кресла. Оставшиеся пассажиры повторили его движение. Пилот сам не знал, что происходит. Юкио выглянул в иллюминатор и увидел нечто невообразимое — левый двигатель горел. Именно этот двигатель взорвался, и из—за этого самолет потерял устойчивость. Юкио немедленно обратился к пилоту, сообщив о произошедшем. Пилот уже и так находился в состоянии нервного напряжения, а теперь еще и двигатель взорвался.

"Без сомнения, это дело рук Сакуры. Я уверен на все сто процентов", подумал Юкио.

Горящий двигатель вызывал всевозможные трудности — самолет начал наклоняться с одной стороны на другую, и пилот пытался сохранить его устойчивость. Он знал, что перед ним неразрешимая задача, и только его профессиональные навыки могли помочь в такой критической ситуации.

Весьма существенные колебания начались в полете самолета, показывая, что он уверенно теряет высоту. Однако пилот осознавал, что еще рано приближаться к посадке, а потому не сбивался с полетного режима. Он знал, что даже при полной потере мощности двигателей, самолет все равно сможет поддерживать сколь—нибудь устойчивый полет, ведь он находится в воздухе, и этот принцип похож на плавание по воде. И учитывая, что понижение высоты уже имело место быть, важно было использовать максимальные возможности от правого рабочего двигателя, чтобы он функционировал на полную мощность и самолет достиг точки приземления на посадочной полосе аэропорта Казеноку. В то время как пилот разрабатывал свой план действий и припоминал весь свой путь обучения, включая справочник "Что делать в экстренной ситуации", все члены Комитета Расследований удивительным образом воздерживались от произнесения единого слова в связи с напряженностью ситуации. Они слабо осознавали происходящее и старались сохранить хладнокровие и ясность мышления.

***

В это время Сакура продолжала убивать охранников в аэропорту Казеноку. Она не была здесь одна, ведь ее сопровождали целые отряды вооруженных террористов, которые ожидали именно этого момента. Все люди в здании аэропорта стали ее заложниками. Сквозь тревожные мысли о том, что, если взрыв двигателя не сработает, у нее всегда есть более интересные карты в руках. Сакура уже предсказывала момент, когда самолет разобьется о землю и загорится, унося с собой ее врагов.

В эти мрачные минуты ее ожидания в поле зрения появились две военные машины — зенитно—ракетные комплексы. Все стало интуитивно понятно! Если план с двигателем подведет, Сакура намеревалась ударить по самолету с помощью ЗРК, которыми она, в свою очередь, руководила. Весь аэропорт Казеноку был уже захвачен.

***

Внутри самолета царил хаос.

— Юкио! Черт возьми! Что происходит? — пронзительно кричал Казуто, обращаясь к Юкио, который стиснулся в своем сиденье и лишь отрывался от мечтательных фантазий на немногочисленное время.

— Не имею понятия! Вероятно, все это дело рук Сакуры! — ответил Юкио на каждый набегающий крик Казуто.

Самолет продолжал терять скорость, и это стало заметно всем на борту, что лишь усугубило панику среди пассажиров.

“Черт побери! Не могу я себе представить такой смерти”, думал Такуми, его тело содрогалось от вибраций, вместе со всеми остальными. “А! У меня есть идея!”

— Эй! Слушайте все меня! У меня есть идея! — настойчиво обратил внимание Такуми. — Я могу превратиться во что угодно, не забывайте о моих магических способностях! Юкио, давай что—нибудь придумаем!

— Есть одна идея! Но очень рискованная! — уверенно произнес Юкио. Он заговорил о своем замысле с такой страстью и решимостью, что все присутствующие не могли не обратить на него внимания. Юкио предложил Такуми стать левым двигателем и присоединиться к самолету. Такой необычный план внушал смешанные чувства — ощущение страха перед реализацией такой безумной идеи смешивалось с надеждой на спасение. Но именно в этом коктейле из страха и надежды просыпалась смелость Такуми, его решимость пройти сквозь все трудности и риски ради спасения себя и остальных.

— Я готов! Готов! Даже если не получиться… Я все равно готов! — воскликнул Такуми, с гордой уверенностью в себе. Он словно выплеснул из себя всю свою решимость и отвагу, овладевшую им на мгновение.

Юкио немного нахмурился. Все остальные бросили свой взгляд на Такуми, словно говорили “вот дурак”. Но Такуми горел желанием спасти себя и остальных. Он подходил к каждой детали самолета, изучал их конструкцию и пытался представить, как можно реализовать свой план. Такуми не переставал фантазировать о каждом шаге своего пути к спасению. Ему было важно рассмотреть все возможности и предчувствовать каждую трудность, с которой придется столкнуться.

Такуми встал и подошел к иллюминатору, вглядываясь в счетные детали самолета. В его голове промелькнули сотни картин, представляющих возможные ходы событий. Он воображал себя в каждом из них, преодолевая препятствия и самостоятельно решая проблемы, с которыми сталкивался. Убежденный, что способен преодолеть все, Такуми разрабатывал план зацепа на крыле, представляя себе каждый шаг в деталях.

Он ощутил, как самолет начал наклоняться вниз, готовясь к предстоящему падению. Этот наклон добавился к постоянным потрясениям и наклонам, которые не позволяли Такуми устоять на одном месте. Несмотря на это, он подошел к двери и вцепился руками в ее ручки. Было ясно, что эта дверь — его путь к спасению. Он не знал, как ее открыть, но надеялся, что найдет способ. Дверь была красного цвета, словно предостерегающая о последствиях рискованного плана. На ней виднелась надпись на английском языке — “Exit” — как символ выхода из смертельной ловушки. Сердце Такуми колотилось особенно быстро, заполняя его ощущением неопределенности и волнения. Лишь одно он знал наверняка — это его последний шанс на спасение.

— Пацан! Давление сильное! Ты можешь и не открыть дверь! Сейчас опустимся на безопасную высоту и открывай! — крикнул пилот, перекрывая волнение и опасения, чтобы Такуми не потерял силу и решимость.

— Х—Хорошо… — немного вздохнул Такуми. Он почувствовал, что время сейчас было его лучшим другом, позволяющим приспособиться к ситуации и готовиться к решающему моменту.

— Можно! — крикнул из своей кабины пилот, его голос был очень нервным, ну это и неудивительно, его самолет падал.

Такуми закрыл глаза и напряг все лицо, это было видно. Он быстро повернул рычаг на двери и открыл её, его лицо, все тело Такуми получило огромный поток холодного воздуха. Все на борту начали медленно замерзать. Такуми не медля не секунды, вышел из самолета и схватился за обратную сторону двери, его было видно из иллюминатор. Он держался, его пальцы уже начали неметь от невыносимого холода и одновременно с этим болеть из за ветра который был за бортом. Он начал ползти держась за промежутки между иллюминаторов, он прыгнул на крыло и постарался быстро схватиться за него. Он быстро и сильно схватился за переднюю часть левого крыла самолета и начал упорно держаться на нем, ели как он мог двигаться из за напора воздуха. Такуми очень старательно полз к горящему левому двигателю. Он не мог открыть свои глаза из за ветра и поэтому делал все на ощупь. Каждый миллиметр крыла он цеплялся за него всеми силами, чтобы не сорваться вниз. Его пальцы уже онемели от холода, но он продолжал ползти вперед.

— Давай! Такуми! — кричал Юкио, стоя около открытой двери и немного выглядывая на Такуми. — Вниз, нужно как бы перевернуться!

Юкио видел что Такуми остался без глаз, поэтому он решил стать его глазами. Он кричал ему указания, пытаясь направить в нужную сторону.

— Вниз?! Что? Как? — от безысходности кричал Такуми. Он был в полной темноте и дезориентации от сильного ветра.

— Да... Такуми! Давай быстрее! Иначе твои конечности просто занемеют от холода и ветра, и будет... поздно. — торопил Юкио Такуми. Он видел, что Такуми медленно теряет контроль и ему нужно срочно что—то предпринять.

Такуми решительно начал ползти вперед и был готов уже использовать свою магию и стать левым двигателем. Он сделал кувырок, цепляясь последними силами за крыло, и пропал с поля зрения Юкио и всех кто был в самолете. Все затаили дыхание, не зная, удалось ли ему перевернуться и добраться до двигателя.

— Где он?! — громким голосом спросил Харуки который держался за столик перед собой и повернул голову смотря на Юкио. Он был в ужасе, не видя Такуми.

— Беспонятия. — Юкио не знал что ему сказать, он сам был в неизвестности где Такуми. Его сердце колотилось от волнения за друга.

— Оооо! Двигатель заработал! — был слышен голос пилота из его кабины. — Все в порядке! Ваш паренек герой!

Юкио выдохнул как и все остальные кто был внутри самолета, напряжение спало и теперь оставалось дело за малым — посадить самолет в Казеноку и остановить Сакуру. Все были безмерно благодарны Такуми за его героический поступок, без которого они все могли разбиться.

Юкио подошел к двери и выглянул наружу, пытаясь разглядеть Такуми. Но его нигде не было видно. "Надеюсь, с ним все в порядке", — подумал Юкио. Он знал, что Такуми рисковал жизнью, чтобы спасти всех на борту. И был готов на все, чтобы остановить Сакуру.

— Да. Вот уж не думал я, что однажды меня спасет маг способный превратиться в двигатель самолета, — немного усмехнулся Харуки, задумчиво глядя в иллюминатор. — Оживлененько получилось.

— Юкио, давай уже окончательно обсудим что будем делать в Казеноку! — вызвался Рёма, устремляясь переключить внимание всех на важный разговор.

— В Казеноку?! Ах да точно! Ну я даже не знаю... Правда... Не представляю что нам нужно делать. Каким то волшебным образом победить Сакуру, но как оказалась она не промах нифига! — словно ворчал Юкио уклоняясь от своих прямых обязанностей, нервно теребя подол своей рубашки.

— Нам наверняка потребуется в первую очередь восстановить связь с небом! — крикнул со своего сиденья Казуто, стуча кулаком по подлокотнику кресла.

— Восстановить связь?! Так просто, черт побери! Она уже наверняка сделала так чтобы мы этого никак не сделали, — отверг идею Казуто Рёма сидевший напротив него, хмуро глядя в пол.

— Да это правда. В ближайшие часы, мировая авиация может потерпеть самый крупный теракт в истории. И конечно же, только в наших руках сила чтобы остановить его! Как обычно! — Юкио поднял голову вверх смотря на лампу которая была над ним и словно жаловался что так происходит, его плечи опустились от безысходности.

— Ну не прекрасно ли... — заговорил Харуки, медленно потирая подбородок и глядя в потолок задумчиво. — Сакура устроила крупнейший теракт мира в авиации. Ну не прекрасно ли? Только Сакура могла же устроить такой масштабный теракт с самого начала? Только она могла бы убежать от преследования со стороны властей? И только она смогла бы одурачить нас всех?

— Ты... Это к чему вообще? — опустил голову Юкио и вытаращился на Харуки, который так спокойно, с улыбкой на лице все это говорил вслух, словно наслаждаясь происходящим.

— А ты догадайся, — повернул голову Харуки смотря на Юкио, его глаза сверкнули.

— Да ну нахер! Даже я уже понял! — проговорил Казуто, хлопнув себя по лбу от осознания.

***

Аэропорт Казеноку. Взлетно—посадочная полоса. На ней стояла Сакура в длинном черном платье, развевавшемся на ветру. Рядом с ней находились два зенитно—ракетных комплекса, нацеленные в небо. Ее алые губы растянулись в дьявольской усмешке.

— Сбить к черту этот самолет! Не дайте ему приземлиться естественным путем! Сбить! Сбить! Сбить! — прорычала в рацию Сакура, и после окончания дачи приказа, широко улыбнулась, обнажив белоснежные зубы. Ее глаза сверкнули безумием.