Несмотря на тяжелые потери, отряд Харуки не испугался и решил принять бой с Паладинами. Но с каждым мгновением все больше и больше бойцов погибало, лишая Харуки возможности противостоять врагу. Расстроенный и безысходный, Харуки отвел Руну в укромное место около коробок на складе, понимая, что единственным способом защитить ее от опасности - оставить ее на безопасном месте.

— Сиди здесь и не двигайся! — Харуки мягко поместил Руну рядом с коробками, проявляя свою заботу и преданность.

Руна согласно кивнула, полностью доверяя Харуки и зная, что он сделает все возможное, чтобы защитить их.

Харуки, не теряя времени, вышел наружу, направляясь к Паладинам. При виде тел своих павших бойцов из команды на земле он почувствовал пронзительную печаль. Но его добродушный характер исключал злость или желание мести.

— Ребята, расскажите мне, где вы научились так красиво убивать людей? — Харуки излучал некомбинированный интерес, надеясь пролить свет на ситуацию и достичь понимания.

Однако зловещая тишина была единственным ответом со стороны Паладинов. Они явно не желали вступать с Харуки в разговор и открыто обсуждать свои мотивы и действия.

— Ладно, ребята, не молчите! Так не по-человечески. Я, собственно, и подкрепление запросил. — Харуки, непоколебимо продолжая дружелюбный разговор, не найдя у Паладинов никакой реакции, развернулся и пошел в сторону склада.

Но неожиданно на всех сторонах склада раздался звук дрожащего стекла, и внутрь проникли вертолеты и машины спецназа. У Паладинов стало ясно, что их завели в ловушку, но внешне на их лицах не отражалось ни капли страха. Будто перед лицом угрозы ареста их абсолютно не беспокоил отсутствие пути к побегу или спасению.

— Руки вверх! — заходящие бойцы спецназа спецпатруля крикнули замешанным криком.

Харуки только улыбнулся, а затем вышел наружу, сознавая, что это может быть их последней битвой. Взглянув на обратный путь, он увидел истертые тела своих товарищей, разбросанные куда-то в стороне. Но он не ощущал гнева или жалости к врагам. Его ум и тело были нацелены на бой и оборону Руны.

Внезапно звук мечей и крови проник в воздух, и Харуки вспомнил о своем призвании защитить и положил глаз на Руну, чтобы убедиться, что она в безопасности.

— Руна, открой огонь по поражению! — Харуки крикнул своей возлюбленной, указывая ей на врага.

Руна без колебаний выполнила приказ, выстрелив из своего автомата. Звуки выстрелов “пиф-паф, пиф-пав” разлились по воздуху, смешиваясь с мощными звуками боя.

— Харуки, пшш, требуется поддержка — раздался голос из рации, прорываясь сквозь шум и крики.

— Я уже иду, Руна! — ответил Харуки, несмотря на опасность.

Харуки смычком проскользнул сквозь уже погибших бойцов, чьи тела лежали на земле от удара мечей Паладинов, и схватил автомат, чтобы самостоятельно вступить в бой.

Харуки стоял на переднем краю схватки, прикрывая Руну от атак Паладинов и стреляя изо всех сил. Однако, к своему удивлению, он заметил, что пули, которые попадали в Паладинов, быстро заживали, не оставляя следов ранений. Это признак регенерации, которую Харуки раньше не видел.

“Как они достигают такой регенерации? Что за сила или магия позволяет им так быстро восстановиться?” — Харуки задавал себе вопросы, на которые не было официального ответа. Сомнения и неизвестность заставляли его напряженно размышлять, искать истину в этой мистической способности.

Стремясь найти наиболее эффективный способ справиться с Паладинами, Харуки решил пойти в наступление. Он подошел к одному из Паладинов и направил выстрелы прямо в сердце и в голову врага. Однако Паладин даже не пошатнулся и не показал признаков смерти. Увидев это, Харуки быстро отошел из ближайшей опасности и продолжил размышлять о том, как противостоять такой силе и выиграть эту схватку.

Однако, внезапно разрезающий воздух крик Руны прервал его размышления. Он обернулся и увидел Руну, которая была поражена мечом одного из Паладинов. Глаза Харуки округлились от ужаса, когда он увидел меч, пронзивший живот Руны.

— Отступаем! — Харуки крикнул выжившим из своей команды, желая спасти Руну и ретироваться из этого кошмара битвы.

В сердце Харуки зародилась тревога и беспокойство, каких он еще никогда не испытывал в своей жизни. Руна была единственным человеком, который полностью понимал и поддерживал его всегда. Харуки боялся потерять ее.

Во главе малой группы выживших, Харуки с горечью в сердце быстро организовывал отступление. Он кричал на всех, кто мог слышать его, чтобы они немедленно доставили Руну в госпиталь.

— Быстрее! Быстрее! Везите ее в госпиталь! Живо, повторяю, живо! — Харуки кричал на всех вокруг, отдавая приказы без разбора.

Хироки, глава спецпатруля, попытался остановить Харуки, в осознании того, что его друг его окончательно потерял:

— Харуки... Может быть, нам стоит успокоиться и…

Однако эти слова прозвучали последними для Хироки, так как Харуки эмоционально отвернулся и с силой ударил его кулаком в лицо. Затем, продолжая двигаться вперед, Харуки повернулся к Руне и быстро подвел ее к госпиталю, не обращая внимания на то, что его действия стали непредсказуемыми и агрессивными.

— Впервые я вижу его таким... — прошептал Хироки, стоя недалеко, задумчиво смотря на удаляющегося Харуки.

Сердитый и одновременно наполненный беспокойством, Харуки нервно ехал, уловив за руку Руну. Когда они прибыли в госпиталь, врачи оперативно обследовали ее и сообщили, что рана серьезная, требует времени для адекватного лечения.

— Прошу вас не беспокоиться! — утешила Харуки медсестра, которая подготовила уколы и препараты для Руны.

Харуки сидел на неудобном стуле, который стоял напротив окна в коридоре больницы, противоположно палате, где лежала Руна. Он нервно играл пальцами и сжимал руки в кармане, ожидая хоть каких-то новостей от врачей о состоянии своей возлюбленной. Его сердце колотилось с такой силой, будто хотело выскочить из груди. Харуки смирно ждал, полагаясь на профессионализм медицинского персонала, но его душа была наполнена беспокойством.

Вдруг вдали он заметил Хироки, приближающегося к нему по коридору. Харуки ощутил смутное чувство облегчения при виде своего старого товарища. Он понимал, что должен извиниться перед Хироки за прошлый инцидент.

— Прошу прощения за то, что случилось, Хироки, — сказал Харуки, полагая, что жест искреннего раскаяния может помирить их.

— Ничего страшного, я понимаю. А как Руна? Что с ней? — Хироки поинтересовался, проявляя чуткость и заботу о состоянии Руны.

— Новостей пока нет. Врачи еще работают над ней, — ответил Харуки, и в его глазах промелькнул страх от неизвестности и тревога за Руну.

— Да, Руна, единственный человек, который понимает и поддерживает тебя. Страшно подумать о том, что можешь ее потерять, верно? — Хироки настойчиво хотел прощупать Харуки, проверить его эмоциональную стойкость.

— Да, представь себе, насколько страшно. Зачем ты пришел? — Харуки не совсем понимал причину, по которой Хироки явился сюда.

— Просто хотел поддержать своего лучшего сотрудника, — ответил Хироки, в его голосе прослеживалось искреннее сочувствие.

— Понятно, — согласился Харуки, и оба они приступили к проведению времени возле двери палаты, где находилась Руна.

Внезапно, к ним подошел врач и попросил их уйти.

— Больница закрывается для посещений, можете вернуться завтра? — сказала врач, улыбаясь утешительно.

— Как это? Что происходит? А Руна? — Харуки не мог понять, почему его выталкивают на улицу, когда его возлюбленная нуждается в медицинской помощи.

— Вы можете прийти завтра и навестить её снова. Сейчас нужно закрыть отделение для посетителей, — объяснила врач, пытаясь понять исключительную ситуацию Харуки.

— Пошли, Харуки! — сказал Хироки, понимая, что Харуки не хочет уходить, но необходимо повиноваться правилам.

— М-м-м... Ладно, пойдем, — согласился Харуки, неожиданно покорно подчинившись.

— Кстати, я дам тебе отпуск на время выздоровления Руны, — улыбнулся Хироки, пытаясь подбодрить Харуки хотя бы немного.

Харуки вернулся домой и начал готовить пищу. В его голове кружились мысли только о состоянии Руны, и он надеялся на положительные исходы из ситуации. Прошло несколько часов, и Харуки, заканчивая день, решил расслабиться и включить фильм.

Однако его занятия прервал телефонный звонок. Харуки, взяв трубку, услышал тихий, неуверенный голос:

— Это врач, к которому обращались по поводу Руны. С сожалением сообщаю вам, что Руна скончалась.

Харуки медленно положил телефон на тумбочку и пытался осознать сказанное. Он быстро оделся и поехал в больницу. В его голове маячили яркие воспоминания с Руной, наполняющие его грустью и скорбью.

“Нет! Нет! Это не может быть правдой!” — Харуки отчаянно надеялся, что все, что произошло, не было настоящим. Внутри его душа пронзила боль и отчаяние, он не мог принять мысль о потере Руны.

Харуки, полный отчаяния и горя, быстро проник внутрь больницы, не обращая внимания на спецназовцев и Хироки, которые попытались остановить его. Но все его попытки были тщетны – охрана держала его на месте, не позволяя ему проникнуть в палату Руны.

— Вы не можете мне помешать! Она живая! Я знаю это! — Харуки выпустил пистолет из кармана и держал его в руке, пытаясь найти способ пройти.

Хироки, понимая состояние Харуки, решил подойти к нему и успокоить его.

— Харуки, успокойся. Мы все понимаем твои чувства и беспокойство, но не можем допустить нарушения безопасности больницы, — сказал Хироки, приближаясь к Харуки с вытянутыми руками в знак мира и понимания.

— Это невозможно! — Харуки, свалившись на колени, начал плакать, открывая свои эмоции перед Хироки.

— Харуки, пожалуйста, пойдем отсюда, — сказал Хироки, пытаясь успокоить и увести Харуки от больницы.

— Нет! Я ухожу отсюда! — Харуки решительно поднялся и вышел из больницы, сидя в своей машине и уехав в неизвестном направлении.

Хироки наблюдал, как Харуки уезжает. Он понимал, что Харуки нуждается во времени и пространстве, чтобы справиться с потерей Руны. Харуки забрался в закрытый магазин и разбил дверь, пытаясь забыть свою боль и горе. Он насыпал алкоголь в сумку и уехал в свой дом. Путь был заполнен алкогольными напитками, которые он употреблял, не ведая меры.

*Прошло 3 дня.*

— Где Харуки? — Хироки обратился к своему секретарю, желая узнать о его местонахождении.

— Я не знаю. Он не отвечает на связь, — ответил секретарь, отражая такое же беспокойство.

— Хорошо, тогда я сам поеду к нему домой, — сказал Хироки, беря ключи от своей машины и направляясь в сторону дома Харуки.

Хироки вошел в дом Харуки и обнаружил записку на столе:

— Я увольняюсь, проклятые ублюдки! Пусть все идет к черту! Не ищите меня!

Хироки, медленно осознавая смысл записки, понял, что Харуки не желает его помощи. Он понял, что Харуки нуждается во времени и пространстве, чтобы оправиться от потери Руны. Хироки принял решение уволить Харуки из спецпатруля и позволить ему пройти через свое горе по своему пути.

*Прошел месяц.*

Харуки проводил дни и ночи в скрытом бункере на окраине города Юкисаку. Он сосредоточился на расследовании и поиске Паладинов Закона, чтобы взять каждого из них на мушку и отомстить лично за Руну. Но его усилия были напрасными, Паладины оставались недосягаемыми и неуловимыми. Тусклая лампа освещала Харуки в его бункере, где он изучал папки, досье, и собирал все возможные доказательства, чтобы добраться до истины. Но его сердце было полно тоски и горя от утраты Руны. Он сосредоточил все свои силы и энергию на миссии отомщения и восстановления справедливости.

Одним из дней Харуки случайно встретил Юкио, высокоположенного следователя Комитета Расследований. Он приблизился к Харуки, некоторая неуверенность сияла в его глазах.

— Ты Харуки, верно? — Юкио спросил с некоторым колебанием, хотя было очевидно, что представленный перед ним парень именно тот, кто он искал.

— Чем могу помочь? — Харуки наблюдал за Юкио, ожидая дальнейших объяснений.

— Я хотел предложить тебе работу в Комитете Расследований, — произнес Юкио, надеясь, что Харуки примет его предложение.

— Почему именно я? — Харуки выразил свое сомнение, желая четкого объяснения.

— Ну, спецпатруль дал о тебе положительную рекомендацию, — ответил Юкио, пытаясь убедить Харуки в правильности своего выбора.

— Что за комитет? — Харуки хотел больше узнать об этой организации, которую он никогда раньше не слышал.

— Мы занимаемся расследованиями дел, связанных с магическими силами, — объяснил Юкио, надеясь, что такое описание заинтересует Харуки и побудит его принять предложение.

— Понятно. Хорошо, но с одним условием. Вы должны помочь мне найти Паладинов Закона, — Харуки предъявил условие, чтобы убедиться в серьезности их сотрудничества.

— Я не знаю, кто это, но мы обязательно поможем! — Юкио согласился, надеясь, что собственная помощь в поиске Паладинов Закона приведет к более полноценному сотрудничеству с Харуки.

Так Харуки стал работать в Комитете Расследований. Он был впечатлен атмосферой нового коллектива и возможностью заниматься делами, связанными с магическими силами.