— Почему прошлой ночью ты вдруг появилась в том зале?

Убийственный взгляд Дэвида пронзил её, вызвав покалывание на щеках. Франческа чуть прищурилась и, не меняя выражения лица, ответила:

— В последний момент я всё-таки захотела пойти. Ведь Сияющий камень Мистреаля вернулся спустя пятьдесят лет.

— Ха. Единственная дочь семьи Кальвино, которая годами избегала высшего света, — и всё из-за этого?

— До недавнего времени Сияющий камень находился в стране, где родилась моя мама. Он проделал путь из соседней страны в эту, будто невеста, прибывшая в новый дом.

Она назвала ту же причину, что и Грациано с остальными, — одну из, несомненно, искренних.

— И почему-то мне показалось, что в этом он напоминает мне маму.

Дэвид прищурился, словно пытаясь разглядеть её истинные намерения.

«Он всё ещё насторожен… но убийственное намерение исчезло. Похоже, он готов поверить моим словам».

Франческа улыбнулась и спросила:

— А ты вчера был в том зале ради Софии?

— Сестра, пользуясь своими так называемыми полномочиями, велела мне незаметно присматривать за залом. Попробуй возрази — потом не отвяжется, вот я и согласился. Не ради неё, конечно.

Дуло пистолета в его руке по-прежнему было направлено на Франческу. Она заметила, как его большой палец слегка сместился с позиции, из которой можно в любой момент снять предохранитель.

— И обвинение в том, что Сияющий камень подменили, я тоже не могу оставить как есть…— будто убеждая самого себя, пробормотал Дэвид. — Дом Раньери — это и мой дом. Рано или поздно я должен его унаследовать.

И вновь в её сознании всплыл сценарий игры.

«Как и в сценарии третьей главы… Дэвид сомневается в себе, боится стать главой семьи? По роли в игре я должна подтвердить его право на наследование».

Она должна была сказать ему, что это правильная решимость для будущего главы. Она знала это и всё же не смогла. Вместо этого Франческа заговорила, следуя собственным чувствам:

— Тебе совсем не обязательно так загонять себя.

— Чего?

Дэвид резко нахмурился и посмотрел на неё сверху вниз.

— Я не выходила в свет, потому что хочу когда-нибудь жить в открытом мире — обычной, спокойной, самой заурядной жизнью.

— В открытом? Ты дочь семьи Кальвино?

— Да. Я прикрываюсь разными причинами — что у меня нет навыков, что я болезненная… но на самом деле причина именно в этом.

Она говорила с ним словами, которые не имели ничего общего с игрой.

— Я родилась дочерью Кальвино, но хочу пойти против судьбы. …Разве ты в глубине души не думаешь также, Дэвид?

— Э-это…

— Не говори, что «должен унаследовать», с таким измученным лицом.

Тем самым Франческа признавала не столько его способность быть главой семьи, сколько его чувства.

— Не нужно молча принимать судьбу, от которой одни страдания, — сказала она, улыбнувшись. — Мы оба хотим сбежать. Мы с тобой одинаковые.

Глаза Дэвида — того же цвета, что и у его сестры, — едва заметно дрогнули.

— Что ты вообще за человек…

Пистолет, направленный на неё, медленно опустился к полу.

— Мне ещё никто никогда такого не говорил…

— Дэвид…

Его голос стал заметно мягче, чем прежде.

— Ладно. Подозревать тебя уже даже глупо. …Похоже, ты и правда та ещё чудачка.

— Хи-хи, как обидно. Но спасибо.

Франческа с облегчением поднялась с ковра, на котором сидела.

— И ещё… я рада, что мы сегодня встретились.

— А?

Сев на зелёный стул у стены, она перешла к главному.

— Я немного поговорила с господином Лукой о том, что Сияющий камень подменили.

На самом деле это было известно благодаря навыку прослушивания Леонардо, но это нужно было держать в секрете. Однако Дэвид посмотрел на неё с изумлением.

— Эй. Ты что, называешь Его Величество господином Лукой?

— Я знаю, что это непочтительно, но он сам попросил, чтобы его так называли. И ещё… я подумала, что тоже могу помочь в поисках камня.

Изначально она собиралась помогать издалека, косвенно, не вмешиваясь напрямую. Но от этого плана пришлось отказаться. Теперь у Франчески была причина как можно скорее раскрыть это дело.

— Человек, подменивший камень, наверняка связан и с тем, что Леонардо стал ребёнком.

Если следовать сценарию игры, возвращение во взрослое тело происходило после того, как человек раскрывал свои истинные чувства. Но с Леонардо было что-то не так. Он уже однажды вернулся во взрослое состояние и тут же снова стал ребёнком.

«Если условия у него отличаются от моих, нужно как можно скорее найти владельца навыка и выяснить, как снять этот эффект…»

— Да, пожалуй, согласен. Тот, кто применил навык превращения в ребёнка к Альдини, наверняка знает, где камень. Не просто же так его превратили.

«И правда. Я не сомневалась в том, что Леонардо уменьшился, потому что в игре Франческа тоже становилась ребёнком, но, если менять внешность цели, то почему именно ребёнок?»

С насмешливой, почти злодейской ухмылкой Дэвид произнёс:

— Как раз кстати. В крайнем случае используем мелкого Альдини как приманку…

— Нельзя! — Голос, которым она его остановила, оказался неожиданно холодным даже для неё самой. — Даже если это эффективная стратегия, я не выберу способ, который подвергнет Леонардо опасности.

— Ты…

— Прости, Дэвид.

Дуло пистолета снова было направлено на Франческу — похоже, рефлекторно. Дэвид с горьким выражением лица медленно опустил оружие.

— Ты правда собираешься когда-нибудь жить обычной жизнью?

— Почему нет?! Конечно собираюсь!!

Чувствуя себя задетой, она всё же задала важный вопрос:

— Я не могу позволить подвергать Леонардо опасности, но хочу сотрудничать. Что скажешь?

— …

— И-и… Может, попробуем стать друзьями?

— Друзьями?

Дэвид пристально посмотрел на неё, затем через несколько секунд отвёл взгляд.

— Нет.

«Бах!!»

Отказ был настолько мгновенным, что ей показалось, будто на голову упал валун. Похоже, у Франчески действительно может быть только один друг — Леонардо.

«Но всё же хорошо, что мы сможем действовать вместе. В итоге всё идёт по сценарию, но нужно найти настоящий камень и вернуть Леонардо прежний облик…!»

* * *

Там, куда его привёл король Лука, лицо Леонардо невольно исказилось. Ему всегда легко удавалось скрывать свои чувства. Что бы он ни испытывал, он мог спрятать это за одной лишь улыбкой — если рядом не было Франчески.

— Это…

Но сейчас он даже не пытался улыбаться, глядя на «нечто», показанное ему Лукой.

— Ты понял, в чём заключается мой навык? Кроме меня об этом теперь знают лишь Эвальд и ты.

Отец Франчески, Эвальд, стоял чуть поодаль. И его лицо тоже было не обычной бесстрастной маской. В мраморном подземелье королевского замка он также мрачно смотрел вниз.

— Отец Франчески, как я погляжу, тоже не так прост. Значит, о том, в чём заключается навык Его Величества, вы знали уже довольно давно.

— Молчи…

— Ох, прошу прощения.

Он попытался отшутиться, но желания продолжать язвить не было. Заметив его состояние, король Лука заговорил:

— Я искренне считаю вас своими детьми и внуками. Вас… всех своих подданных… и, разумеется, Франческу тоже.

— Я никогда не сомневался в ваших словах.

— Рад это слышать. Тогда поверишь и в это чувство? Альдини — юноша, обручённый с Франческой…

Лука с лёгкой печальной улыбкой шагнул в центр слабо светящегося пола.

— Я обязан защищать её, что бы ни случилось, — произнёс он.

«Этот мир…» Леонардо прищурился и от всего сердца подумал: «Всё, кроме Франчески, в этом мире отвратительно до невозможности».

Том 3, часть 2 – конец.