Дрожа от дурного предчувствия, Франческа всё же вышла из здания школы.

«Чтобы не дать этому ощущению стать реальностью, нужно избежать того происшествия, не допустить его. Поэтому…»

Ветер принёс мягкий аромат опавших листьев, прогретых солнцем. Всё более отчётливое дыхание поздней осени невольно заставляло Франческу вспоминать третью главу игры.

«Наверное, «все» уже как раз подходят к школьным воротам».

Ученики Академии, расходясь по домам, махали друг другу руками и прощались: «До завтра!» Для человека без друзей это зрелище было мучительно завидным.

«У-у… Я тоже хочу вот так влиться в эти прощания…!! Но даже если набраться смелости и поздороваться, у меня почему-то выходит какая-то натянутая улыбка. Неужели я и правда такая страшная?»

Погружённая в свои мысли, Франческа не замечала, как по мере приближения к воротам выражения лиц вокруг постепенно меняются.

- Э-эй… там, у ворот, это ведь…

«А вдруг я, сама того не замечая, говорю или делаю что-то невежливое, что людям неприятно!? Даже если не получится подружиться, хотя бы не хочу доставлять неудобства».

Франческа шла, слегка понурив голову, но вдруг её лицо озарилось.

- А!

Перед школьными воротами стояли именно те, кого она так хотела увидеть.

- Э-эй, ребята-а!!

- !?

Франческа широко замахала рукой. Ученики вокруг вздрогнули и обернулись. А те, к кому она обращалась, наоборот, шагнули ей навстречу.

- Добрый день, миледи.

Грациано, стоявший у кареты, в последнее время привлекал всё больше внимания старшеклассниц. Поговаривали, что он заступился за третьекурсницу, к которой приставали, и жестоко избил обидчиков. История о его доблести быстро разошлась по всей Академии.

- Разве вы сегодня не дежурите на уборке? Или, может, вы сбежали от обязанностей?

- Я не сбегала! Просто очень быстро всё закончила. Я даже окна вымыла так, что они теперь блестят!

- Вот как. В своей комнате вы моментально устраиваете бардак, а тут — прямо молодец.

Грациано ехидно усмехнулся, и Франческа недовольно фыркнула:

- Ну вот ещё!

Тут стоявший рядом молодой человек, скрестив руки на груди, произнёс:

- Франческа.

- Ч-что такое, господин Рикардо?!

Она и сама не заметила, как перешла на вежливый тон — слишком уж явственно чувствовалось, что сейчас её будут отчитывать. Поспешно выпрямившись, Франческа увидела, как Рикардо, будущий глава дома Серанова, с нахмуренными бровями заговорил совершенно серьёзно:

- Неряшливость в одежде — признак распущенности нравов. Беспорядок в комнате — беспорядок в жизни. Не кажется ли тебе, что количество вещей превышает возможности хранения? Стоит хотя бы раз задуматься, действительно ли всё, что находится в твоей в комнате, физически можно упорядочить.

- Всё верно… возразить нечего…!

- Однако…

Рикардо, которого все побаивались и уважали как члена дисциплинарного комитета, вдруг смягчился и слегка улыбнулся.

- То, что ты способна так хорошо убирать общественные места, — поистине замечательно.

- …!

Вряд ли нашёлся бы человек, которому было бы неприятно услышать похвалу от Рикардо, всегда стремящегося быть безупречно правильным. Глаза Франчески засияли, и тогда вперёд шагнул тот, кто до этого молча наблюдал со стороны.

- Да что ты говоришь, Рикардо.

- Мм…

Леонардо, лукаво улыбаясь, взял Франческу за руку. Его прикосновение было таким, словно он собирался поцеловать тыльную сторону её ладони, но на самом деле они просто держались за руки. Он прищурил свои серебристо-лунные глаза и с нежностью посмотрел на неё.

- Франческа всегда чудесна. Она трудолюбивая, жизнерадостная и милая девушка.

- Что за внезапная похвала…! Что с тобой, Леонардо? Ты что, немного дуешься?

- Ха-ха-ха. Как и ожидалось от Франчески — ты сразу всё понимаешь.

Пока они переговаривались, Франческа ощутила перешёптывания учеников, возвращавшихся домой.

- Там ведь разговаривают Леонардо, Рикардо и Грациано, да?..

- Все такие красивые. Даже просто стоя вместе, они выглядят настолько внушительно, что к ним страшно подойти…

- А та девушка, которая так дружелюбно с ними разговаривает… кто она вообще такая?!

- ?

Франческа с недоумением обернулась — и взгляды тут же с пугающей поспешностью отвели в сторону.

«О, нет. Меня всё-таки почему-то избегают…!»

Она так и не осознала, что в этой необычной ситуации именно она была той самой «белой вороной», ведущей себя совершенно естественно.

Леонардо тихо усмехнулся и снова обратился к ней:

- Так что же, Франческа? Ты так спешила сюда — у тебя есть какое-то дело к отцу, который скоро приедет?

- Тише! В Академии я не „дочь Кальвино“, а „Тровато“. Даже если сюда приедет глава дома Кальвино, я буду притворяться, что это незнакомый человек!

- Если вы сделаете вид, что не знаете его, миледи, глава дома точно заплачет…

Грациано пробормотал это себе под нос, и Франческа не стала возражать. Она оглядела всех троих и задала вопрос:

- Леонардо, Рикардо — вы ведь сегодня идёте на публичный показ Сияющего камня Мистраэля, верно?

- ……

Рядом с Леонардо, продолжавшим улыбаться, Рикардо заметно собрался и посерьёзнел.

«Рикардо и правда есть из-за чего нервничать. Сияющий камень Мистраэля — сокровище всех союзных государств… Именно потому, что он очищает земли каждой страны, этот драгоценный камень совместно охраняют с тех времён, когда десять стран были единым великим государством».

Это сокровище, которое «путешествует» между странами. Сила сияющего камня жизненно важна для государств, и потому он считается символом их уз.

- Послушайте…

Франческа обратилась к Леонардо и остальным:

- Я тоже иду на приём, посвященной его демонстрации.

- Франческа?

Леонардо выглядел по-настоящему удивлённым.