~Следователь, стиснув зубы, озлобленно смотрел ему вслед. Так близок и одновременно так далек, все было словно на самом деле, но отчаянно приглядевшись, понял - Многогрешный не оставляет следов на свежем снегу. Свои подумали - он чужой. Чужие заподозрили, что он свой. Но вместе решили - Герман неуловим. А мертвый Гадюкин в кармане гниет, и теперь его никто никогда не найдет, ведь “Многогрешный” персонаж только литературный…~

* * *

Казалось, что Герман компенсирует многолетнее нахождение в тюремной робе каждый день меняя костюм на Мирославе Гадюкине - своем новом амплуа. То, подобно Валерьяну, напялит готический шарф, то словно Василий, на его тощих плечах воцарит темное пальто. Но одно известно наверняка, у этого человека чувство стиля было в крови, передавалось с молоком матери, ведь где бы не явился пан Многогрешный, все фонари светили только на него. Также и фонари маленькой приватной больницы, спонсируемой фондом “Золотых Гор”, подчеркивали немного женственные черты лица короля картельного бала.

-Хм, - протяжно замычал блондин, - кажется эта, - он указал пальцем на белоснежный дверной проем, - странное решение, Филя, закрывать их в одной палате, но не в праве тебя осуждать, - не смотря на то, что в коридоре больше никого и не было, это не мешало ему упоминать подельников вслух, - тук-тук, друзья!, - отперев дверь запел мужчина, - а вот и они! Сашка, Сеня и Глеб! Не разлей вода, правда?

-Хуле ты тут разорался, мужик?, - начал парень с крайней койки у окна. Худющий, как смерть, а ноги едва влезали в постель, выпадая за край, - нам тут постельный режим прописан.

-Сеня! Ты как всегда, радуешь своей злобной простотой, это же я!

-Это же ты?, - наиграно переспросил Арсен.

-Босс это, олух, - пробурчал парень с койки у двери. Повернувшись на левый бок, и перебросив свои прямые локоны на другой глаз, можно было заметить, что сетчатка правой зенки, была уничтожена, а вместо неё красовался шрам от ожога. На общей картине райской внешности Александра это увечье только придавало большей мужественности.

-Вас, вижу, потрепало, - придвинув стул к кроватям, начал Мирослав, - и как слышал, потрепали вы друг друга, парни.

-Если бы Архангел Уебанил выполнял ваши приказы, может меня и не продырявили в спину, - язвил в своем стиле Сеня.

-Если бы пан Арсений пошел на контакт, то может его и не продырявили в спину, - Голобородько перекидывался колкостями с другого угла врачебного ринга.

-Успокойтесь-успокойтесь, я все понимаю, но вы уже здесь, все конфликты в прошлом. Может обиды и прошли, но вы не перестали быть коллегами, соратниками, - возложив ногу на ногу продолжал Гадюкин, - я пришел не просто вас проведать, мальчики, а и разобраться - кто такие Надежда и Валерьян? И почему эти студенты так сильно взбудоражили организацию?

-Видите ль, товарищ, - Глеб, что раньше просто хрипел на фоне, неожиданно проснулся, - мой коллега Александр, оказался безнадежно влюблен в работницу Надежду, а когда гражданка начала маячить перед полицией, и просто создавать проблемы организации, мы с коллегой Арсением, решили устранить неполадку, - отчитавшись, парень свалился на подушку и продолжил сонливо сопеть.

-Ясно-ясно, значит, что выходит, по хорошему, нужно устранить Голобородька с поста смотрящего за районом, и передать эту должность Арсению, что показал большую верность картелю.

-Ну вообще-то, - начал Шура, - это будет…

-Но!, - перебив парня, продолжил главный, - я поступлю как мудрый владыка, и не буду назначать на такую важную должность человека, которому не доверяю полностью.

-Тц! Я и не просил, - сложив руки у груди, хмыкнул Сеня, - но слышать такое, душу греет, ёпта.

-Шура, - повернувшись в сторону подопечного, начал блондин, - все мы люди, и я тебя прекрасно понимаю, девочки, гормоны, третье, пятое, десятое… Но я лично теперь слежу за компанией Надежды, и знай, она сгорит в пламени своих же амбиций, - в комнате не осталось слов, полая коробка с напряжением внутри, даже спящего Глеба поймал ступор, что уж говорить о Шурике, - ну что ж, не хворайте, ребятки, и работайте упорно!, - игриво сказал он, поспешно удаляясь с палаты, - выздоравливайте, самое главное, больше не ссорьтесь!, - дверь закрылась.

-Пришел, нагнал суету, ушел. Повидался с боссом, называется, - бурчал Арсений, - ну и Бог с ним, хуле мне, - повернувшись к теплой батарее, он уснул подобно младенцу.

* * *

Мирослав Гадюкин - человек с пропащей долей, ведь его не только постоянно надменно унижала судьба. Мужчине не дали даже разобраться с собственными проблемами, просто украв личность и переписав все документы на некоего Германа Блохина. У блондина украли его самого. Незавидная доля, так ведь? Был он картельным сотрудником, ценным кадром, верным, умным, главное: давно знакомым с самим боссом. Гадюкина благополучно убили, поместив на его место крашенного Германа. Сама судьба играла в поддавки с пареньком, постоянно подкидывая ему пятый туз из колоды, ведь может же такое быть, чтобы у человека украли личность?

Появился буквально из ниоткуда, кто же этот Мирослав Гадюкин? Почему на него упал грозный взор Мирона Валентиновича? Но что самое главное, неужели следователь настолько погружен в свои раздумья, что ему буквально наплевать на здоровье? Неужто он считает, что как только наручники окажутся на запястьях картельщиков, его жизнь потеряет смысл? Можно ли считать это потерей всего себя?

-Ребята, я вернулся!, - выпорхнув, буквально без стука, в комнату Валерьяна, начал мастер, - Валя! Здесь только ты, наверное, так будет даже лучше!, - он сел рядом, на кровать парня, - как ты? Слыхал мать потерял недавно, мои соболезнования.

Он, я его где-то видел, видел, ВИДЕЛ! Этот человек знаком мне и более того, очень важен в деле! Но кто он такой? Очевидно же, никакой не Мирослав Гадюкин, это другой человек…

-Все нормально, парень?, - Гадюкин положил руку на колено парню, - извини, что упомянул маму, наверное разворошил старую рану.

-Я в порядке, - отдернув ногу ответил Видоплясов.

Спросить напрямую? Получится ли у меня разговорить его, вывести на чистую воду, или я опять буду влезать в неприятности?

-Слыхал я, Валя, что ты работаешь на господина Голденберга, -  переводил тему блондин, -  и как тебе там? Не обижает зажиточный продюсер?, - он лучезарно улыбнулся.

-Не особо. А можно вопрос?

-Конечно.

-Откуда вы так много знаете обо мне?

-Мне положено знать о кадрах, которых беру под опеку, - спокойно отвечал Мирослав, - тогда, у меня тоже есть вопрос, Валерьян.

-Давайте.

-Что ты знаешь о работе Надежды?

-Какой работе?, - прекрасно зная какой, студент переспросил.

-А то что она торгует своим телом, Валерьян, ты знал об этом?

-Вероятно, впервые слышу.

-Мгм, ясненько, а можешь ли ты прокомментировать избиение Федора Владимировича Выговского?, - он напирал, давил тембром, взглядом и даже сидя, нависал своей тощей фигурой над парнем.

-Слышал об этом, но ничегошеньки точного, - он не зря учится в театральном, ведь держать такую невозмутимость было довольно трудным занятием.

-Врешь, хорошо, изворотливо, но врешь, Валерьян. Представь себе ситуацию - приезжает молодой энтузиаст из села в Киев, вместе со своей подругой. Проходит время, и девушка разочаровывается в столичной жизни и с жадностью к легким деньгам ступает на криминальную дорожку, а её заботливый, но немного дурковатый, друг накидывается на одного из первых клиентов, желая избавить её от мрака и греховных мыслей. Складная история, главное правдивая, и лежит на поверхности.

-Очень много знаете, товарищ Мирослав, - фыркнул Валя, сложив руки в уверенной позе.

-А что насчет тебя? Ты доволен своей столичной жизнью?

-Вполне, - отмахнулся Видоплясов.

-Опять врешь, тебе мало, мало возможностей, твои таланты будто в клетке. Ты ограничен съемками бестолковой чуши для “ПРАВДЫ С ГОЛОВЫ ДО ПЯТ”. Вроде и деньги есть, и не беспокоит никто, а мало всего, шибко мало…

Откуда? Такого точно не узнаешь из личного дела, даже через общение, которого у нас и не было, не получилось бы узнать столько деталей, - студент заинтересовано взглянул в глаза собеседнику, проявил слабость, показал куда можно ударить.

-Вижу, я ведь прекрасно вижу твои безграничные амбиции, как из тебя хлещет фонтан энтузиазма, - Мирослав распознал слабость Валерьяна, понял, чего не хватает студенту, - этот город, как крест на спине, только утяжеляет твой путь.

Кто следил за мной еще с самого начала? Кто мог рассказать ему о моих похождениях? Под чей взор я попал с первых месяцев нахождения в Киеве? …Картель… Вот он, передо мной - Герман Блохин.

“Пан Многогрешный не даст им забрать меня”, - слова Шуры пронеслись эхом в голове. Сразу вспомнилась злосчастная страница поисковика, - Многогрешный - фамилия главного героя в романе “Тигроловы”, где по сюжету критикуется советская власть. Демьян Многогрешный - атаман Запорожской Сечи (1631 - 1701). Герман Блохин (Многогрешный) - преступник, что пытался выкрасть скифскую пектораль. Неужто он? Ведь похож, очень даже похож, но внешность еще не улика. Улика - это его чрезмерная осведомленность обо мне!

-Ха-ха-ха-ха-ха. Ты бы видел свое лицо сейчас, Валя, - рассмеялся Гадюкин, - извини, нагрузил я тебя. Мне пора идти, уж не обессудь, - оставив Видоплясова в мысленном вакууме, он ушел.

* * *

Вечерний Киев, тысячи огней, громадный городской муравейник воспылал новыми красками. Улицы были переполнены людьми, офисными клерками спешащими домой, озорными музыкантами в переходах, которые виртуозно исполняли джазовые композиции, молодежью, подростками, что сбивались в группы с целью приятно провести вечер.

-Надь, куда мы сегодня?, - девушка-анархистка, также именуемая Лизой, заинтересовано следовала за подругой, - или секрет?

-У меня нету секретов от тебя, Лиз, - она ярко улыбнулась, - я сегодня на деловой ужин иду, меня Голденберг, твой отец то бишь, пригласил.

-Воу, интересненько, а я даже не в курсе. Не то чтобы я была в курсе его дел вообще, - вечером, в фирменной черной майке не погуляешь, теперь на Елизавете висела кожаная куртка. Хитро однако, вроде и тепло, но и своей завидной фигурой похвастаться не забывает, - ты отдельно от компании на повышение идешь?

-Быть не может, - удивилась Надежда, - тот же Вася намного больше меня вкладывается в дело, он ведь там на главных ролях светит.

-Васек, он такой, - мечтательно отвечала Филипповна, - тогда интересно, что же там может быть?

-Знаю не больше тебя, Лиз, так-то не обессудь.

-А что с Шурой, кстати, он в передрягу какую-то попал, слышала, с ним все в порядке?

-Опять же, твой отец позаботился о его сохранности, образец благодетели, слушай.

-Уверена, у него были на то материальные мотивы, - сложив руки у груди, отвечала Лиза, - финансы там, финансы тут. Папаша всегда говорит - “Быть талантливым ничего не значит, уметь свой талант реализовать на заработке, добавляет тебе веса!”

-Веса это добавило ему сполна. Хи-хи-хи-хи, - кокетливо прикрывшись рукой, рассмеялась Надя, - а чем он не прав?

-Не знаю, - вероятно не оценив шутку подруги, дочь продюсера отвернулась, - неправильно все это, однако. Вот тот же Мирон Валентинович, я не помню его в роскошных автомобилях, не видела зажиточных поместий, но он же заслуживает всего этого, может даже больше, чем падкий на деньги папенька.

-Вот как ты запела, Лиза, - отозвалась Надежда, - у Мирона Валентиновича “справедливость”, у него “честь” и “правда”. На таких принципах ты далеко не взлетишь.

-А чего же плохого в правде?

-Плохо, что вся сила в этой “правде”, Лиза. Тот кто владеет правдой, владеет миром. Они боятся Мирона за то, что он может завладеть нежеланной истинной и лишить уйму людей грязного заработка.

-Оцениваешь ситуацию, вероятно, с внутренней кухни, так ведь?, - шутливо переводила тему подруга, - извини, конечно, за глупый вопрос, но меня приглашали на эту вашу "деловую встречу"?

-Нет, не приглашали, но никого с собой не приводить тоже сказано не было!, - ответила Надежда, - неудобно выйдет, если нужно было приходить одной. А вот и оно - “Взгляд с Экрана”, одно из моих любимых мест!, - она указала на кафе, что занимало, по ощущениям, пол улицы. Огромные крылья заведения распластались по домам, а неоновая вывеска, сверкала как елка в новогоднюю ночь, - заходим.

-Вот и она, перспективная и неотразимая, госпожа Надежда!, - Филипп, своей громоздок фигурой, едва отклеился от стула и навел шороху для других посетителей. В этот вечер продюсер был эпатажнее прежнего, ярко-красный смокинг обтягивал его от шеи к пяткам, пиджак раскрыт, чтобы не душить пузо мужчины. Руки расставлены по карманах, а на запястье, особняком закрепились элитарного вида часы, - ну что ты, Мирослав, давай, поприветствуй даму, - подгоняя коллегу, Бедросович кинулся к кисти Нади, по-джентельменски поцеловав руку, поспешил снять с нее пальто, - ее нельзя, - шепнул на ухо, указывая на Лизу, - категорически, - Голденберг нахмурился, - если не ты, то ее выведет охрана.

-Папа?, - отчаянно спросила Лиза, смотря на главный страх - Мирослава Гадюкина, перед глазами мелькала сцена чудесного преображения Блохина, - что происходит?, - в голове буквально не вязались факторы, почему Надя встречается с явно криминальными авторитетами? Может она в опасности? Тогда почему они так услужливо стелятся под неё? Но не успев собраться с мыслями, группа охранников выгнала девушку за двери. Спустя мгновение, Елизавета оказалась одна, в тени яркой вывески - “Взгляд с Экрана”, - и пошли вы все нахуй, - подытожила дочка, развернувшись в другуй сторону.

-Как думаешь, Лиз, кто среди них наш враг?, - а за спиной, тут как тут, стоял Мирон Валентинович, мужчина возвышался широкой фигурой над крохотной девочкой, - кто?, - он переспросил, уклонившись вниз и положив массивную руку ей на плечо. Они несколько секунд смотрели в окно ресторана. Там вели оживленную беседу Филипп Голденберг, Мирослав Гадюкин и Надежда, мужчины активно задобряли девушку, та то и дело, ухахатывалась от очередной шутки блондина, либо смущалась от комплимента Бедросовича, - сотрудничают, не по театральным делам, так ведь, Лиза?, - невозмутимо продолжал разговор Трубецкий, - давай продолжим слежку с машины, так будет безопаснее.

-Я же вижу, Надь, что тебе мало, вижу, что ты можешь больше!, - внутри здания уже вовсю плел интриги Мирослав, он активно жестикулировал перед Надеждой, а она только зорко всматривалась в локоны на голове Гадюкина.

-Мы что тебе предлагаем, - Филипп включился в разговор, - ты и так неплохо работаешь на моего друга Славу, - он указал на подельника вилкой, - но! Он скоро уходит от дел, и мы не хотим терять твой искрометный талант, подруга.

-Именно!, - перенимая инициативу, пел блондин, - ты перейдешь в отдел Фили, и будешь давать свои услуги в качестве шпиона! Приносить “ПРАВДЕ С ГОЛОВЫ ДО ПЯТ” сенсацию!

<=To=be=continued=<