Леонард вышел из комнаты, а оставшаяся Иллюшн безмолвно смотрела на лицо Рубетрии, пока, наконец, не подняла голову. На краю кровати Рубетрии сидело ещё одно лицо.

Леонард, разумеется, не знал — всё это время рядом с Рубетрией находился её дух-хранитель.

– Вишит-ним.

– …

Хотя он почему-то принял облик обычного человека, Иллюшн не могла его не узнать.

Вишит продолжал смотреть на страдающую Рубетрию, но вскоре их взгляды встретились.

– Как поживаешь? Что-то тебя давно не видно у Источника Духов.

– Меня уже одиннадцать лет почти круглосуточно держат в этом мире. Всё из-за того, что мой контрактник хочет постоянно видеть иллюзию своей жены…

– Понятно. Ты, видно, немало натерпелась.

– Хотя… в последние дни мне удалось немного отдохнуть. Кажется, мой контрактник стал проводить больше времени с этой малышкой.

Иллюшн, грациозно скользнув в воздухе, с сочувствием посмотрела на Рубетрию.

– Помоги мне.

– Хорошо.

Она нежно коснулась ладонями щёк Рубетрии и поцеловала её в лоб. Иллюзия вскоре проявится, словно сон.

Лицо Рубетрии, казалось, сразу стало спокойнее. Иллюшн, пристально глядя на неё, пробормотала:

– Хм… В этой части её души определённо есть нечто иное. Она уверенная, с высоким чувством собственного достоинства, а главное — добрая. Я так рада, что она заботится о здоровье моего контрактника.

Сказав это с улыбкой, Иллюшн вдруг перешла на беспокойный тон:

– Но… в таком душевно нестабильном состоянии… сможет ли она устоять и не разрушиться окончательно?

– …Кто знает.

– Надеюсь, в этот раз тебе удастся освободиться, Вишит-ним.

– …

– Я верю. Ведь она — единственный контрактник, которого ты ждал всё это время.

Иллюшн хихикнула и продолжила говорить загадочные слова, которые сложно было понять. Вишит лишь лениво махнул рукой:

– Перестань болтать чепуху и возвращайся.

– Да, мой король.

На эти слова Иллюшн слегка поклонилась и что-то прошептала.

Вишит резко нахмурился.

– …

Он молча поднял указательный палец и приложил его к губам — «тихо».

Иллюшн, хихикнув с озорным выражением лица, исчезла.

***

Комната госпожи Молги Диулус.

Выслушав болтовню близнецов, которых она не видела почти месяц, Молга серьёзно постучала пальцами по столу.

– Ты говоришь, она изменилась после того, как чуть не утонула в пруду?

– Угу, мама. Мне до сих пор больно… Накажи эту девчонку скорее. Она должна извиниться передо мной!

Рики, схватившись за щёку, которую ударила Рубетрия, чуть не плакал.

С того самого дня, когда произошёл инцидент — четыре дня назад — Рубетрия, по их словам, вела себя как ненормальная. Уже само то, что она ударила Рики — было шоком…

«Она сама пришла к отцу?»

Из-за постоянных издевательств Молги, между Рубетрией и Леонардом была огромная пропасть. Девочка была уверена, что отец её стыдится и ненавидит, а не любит.

На самом деле, он просто был равнодушным. Потеряв жену, он так и не оправился от горя и не мог заботиться о ребёнке.

«Это нехорошо. Очень нехорошо.»

Даже управляющий Роб был уволен и теперь отсутствовал в особняке.

Леонард вряд ли бы уволил такого надёжного слугу просто так. Единственным его проступком было то, что он закрывал глаза на жестокое обращение.

«Значит, она всё рассказала. Но почему? Что вдруг на неё нашло?»

Та, что была приучена безмолвно терпеть удары, внезапно начала действовать?

«Но всё равно… у неё нет доказательств.»

Все слуги в особняке давно были подкуплены, а младший герцог Виэго — доверял Молге безоговорочно. Даже если Рубетрия рассказала о побоях — Леонард не сможет обвинить её без улик.

Однако…

«Он начнёт подозревать…»

Не исключено, что Леонард, до сих пор совсем не интересовавшийся семейными делами, начнёт меняться.

«Нахальный ублюдок.»

Молга сжала зубы, вспоминая лицо Леонарда, с которым столкнулась по дороге. Его высокомерный взгляд — словно говорил, что он презирает даже сам факт их общения.

«Он прекрасно знает, что я воспитала его детей. Мог бы хотя бы притвориться благодарным.»

Молга взяла на себя роль матери для детей Леонарда после ранней смерти его жены. Разумеется, не из доброты душевной. Ей приходилось прятать когти и притворяться ласковой.

Леонард был безжалостен к тем, кто шёл против его воли. Старший сын Виэго — наследник герцогства, а второй сын Виктор — вспыльчив до безумия…

– Нахальный ублюдок…

Комплекс неполноценности, который Молга испытывала по отношению к Леонарду, был поистине чудовищным. Каждый раз, когда она смотрела на него и его детей — тех, кто занимал вершину герцогского рода, недоступную её собственным детям, её душило раздражение.

Когда же она обнаружила, что младшая дочь Рубетрия — робкая и застенчивая, она направила весь накопившийся комплекс, зависть и ревность, вымещая их на беззащитной девочке.

«Я была уверена, что хорошо её дрессировала, но теперь всё плохо. Если Леонард начнёт подозревать, что над ней издевались — начнутся проблемы…»

Грызущая ногти Молга резко повернулась к Рики:

– Слушай, с этого момента веди себя очень осторожно. С Рубетрией постарайся вообще не пересекаться, и не смей её больше дразнить. Даже перед прислугой будь на чеку.

– А?

– Я сама выясню, что с ней изменилось. Роба больше нет, так что мама будет занята.

– Что значит — «не пересекаться»? Она же меня пощёчиной ударила! Разве ты не собираешься её наказать?

– Тупица!

Молга яростно шикнула, и Рики вздрогнул.

– Сказано — слушай и отвечай: «Да, мама». Почему ты вечно пререкаешься?

– …

– Я сколько раз тебе говорила. Без меня вы бы давно тут не жили так, как живёте.

– П-прости…

– Мам, не сердись.

Дети притихли, а Молга внимательно оглядела их обоих.

Рики и Лилия унаследовали её красоту, но всякий раз, глядя на их лица, Молгу накрывала злость. Вся семья герцогов Диолус славилась своей красной шевелюрой… А близнецы, как назло, унаследовали именно её черты.

Словно само их существование — живое доказательство того, что они никогда не будут признаны полноправными членами рода Диолус.

– Рики, Лилия, хорошо запомните.

– Угу…

– Ага.

Молга опустилась на колени, взяв детей за руки, и её взгляд опасно блеснул.

– До вашего пятнадцатилетия осталось чуть больше года, верно?

– Ага. Осталось всего годик потерпеть — ты так говорила.

Лилия тут же ответила, и Молга с удовлетворённой улыбкой кивнула. Если всё пойдёт по плану — ей больше не придётся жить, затаив дыхание под взглядом Леонарда.

– Вы ведь не забыли, о чём договаривались с мамой?

– Н-нет, конечно…

Рики кивнул, хоть и с колебанием в глазах.

– Когда придёт время выбирать духа — ни в коем случае не отвлекайтесь. У Источника Духов вас будут окружать десятки притягательных духов, и каждый покажется желанным…

– …

– Но нельзя — «никогда» — поддаваться искушению. Вы должны заключить контракт только с тем духом, о котором я говорила. Только с ним. Поняли?

– Я его найду! Обязательно!

Лилия с алчным блеском в глазах воскликнула.

– Ху-ху… Да неважно, кто из вас найдёт. Главное, чтобы хоть один из вас справился.

Причина, по которой герцоги Диолусов пользовались привилегиями, не уступающими императорской семье, крылась в их крови духовных магов.

Когда им исполняется 15 лет, они получают право войти в «Источник Духов» при храме, которым управляет императорский двор, и заключить контракт с духом.

– Но, мам, а если… как с Рубетрией… дух нас не выберет?

Рики тревожно взглянул на мать.

– Та девчонка — дура. У вас нет причин волноваться. Пусть у вас и нет красных волос, но кровь Диолусов в вас точно течёт.

Золотые глаза близнецов — яркий символ принадлежности к роду Диолусов — это отрицать было невозможно.

– Верно. Рубетрия — отстой. Даже дух её не выбрал…

Молга пробормотала это и, наконец, успокоилась.

«Подумаешь, зашевелилась… Она всё равно просто червяк. Мне нет нужды волноваться.»

Рубетрия, как пятно на идеальном имени рода Диолусов — лишь удобный объект, в которого можно проецировать свою неполноценность.

До сих пор все члены семьи, кто входил в Источник Духов, заключали контракт с духом. «Без исключений». А Рубетрия… она была «единственной» за всю историю империи, кому дух отказал.

– И помни, Рики. Если ты найдёшь того духа, мама тебе что обещала?

– Что я смогу стать даже императором.

– Вот ты мой умничка.

Рики сжал кулаки с решимостью, и Молга, довольно улыбаясь, погладила его по голове.

– Но, мам, мы правда…

Дух, к которому Молга была так одержимо привязана, — это…

Существо, что появилось лишь однажды за последние столетия, а после смерти своего контрактника вернулось обратно к Источнику…

– …Мы действительно найдём духа желания?

Того самого… духа, о котором ходили легенды — духа желаний.

Команда — RoseFable.

Переводчик — TheWindRose.