— Лакей.

Едва выйдя из сокровищницы, Ёсихико услышал ясный голос.

— А. Э-э, Итикисимахимэ-но-ками?..

Обернувшись, он увидел в сени дерева одну из богинь Окиносимы. Её лицо было таким же каменным, как во время подъёма по каменной лестнице и во время прощания. Казалось, будто она затаила на Ёсихико какую-то обиду.

— Ты уже здесь?

После прощания с богинями Ёсихико очнулся на пароме незадолго до того, как судно прибыло в Симмодзи. После этого он добрался до Мунакаты, сменив кучу автобусов и электричек.

— Это святилище Хэцу, оно посвящено мне, — ответила Итикисимахимэ-но-ками, пронзая Ёсихико привычно холодным взглядом.

Если до сих пор парню казалось, что путешествие на Окиносиму могло ему присниться, то теперь сомнения развеялись окончательно.

— Удалось ли найти что-то связанное со жрицами?

— Нет, — Ёсихико кисло улыбнулся. — Я ищу как могу, но пока что…

После молитвы в главном павильоне Ёсихико облазил все закоулки храма и даже посетил сокровищницу, но хвастаться пока было нечем. Впрочем, иного и не следовало ожидать, ведь Тагорихимэ-но-ками предупредила, что у людей не осталось никаких записей о жрицах Окиносимы.

— Понятно… — выражение лица Итикисимахимэ-но-ками впервые немного смягчилось. — Я была озадачена, узнав про заказ. Возможно, тебя признали старшие боги, но ты всего лишь человек. Мне показалось, сестра просит от тебя невозможного.

Ёсихико не ожидал такое услышать и округлил глаза. Он полагал, что богиня относится к нему холодно, и не рассчитывал на заботу.

— Ничего, это у меня далеко не первый заковыристый заказ… — Ёсихико почесал затылок, чувствуя на себе укоризненный взгляд Когане.

Ему пока что ни разу не попадались простые прямолинейные заказы.

— Моей сестре прекрасно известно, что в мире людей нет никаких записей о жрицах. Если она несмотря на это всё-таки обратилась за помощью… возможно, она сама того не замечая поддалась отчаянию.

Итикисимахимэ-но-ками прикрыла рот рукавом одеяния и опустила взгляд. Сейчас её глаза стали почти такими же, как у Тагорихимэ-но-ками.

— С этим ничего не поделать. В том, что боги теряют силу, виноваты не они, а люди.

Когда-то люди поклонялись всем богам, но сейчас считают лишь немногих из них достойными почтения. Молитвы без уважения и благодарности постепенно лишают богов сил, и Ёсихико уже видел тому множество примеров. Скорее всего, Мунаката-сандзёсин тоже не были исключением.

— Но как ты уже сказала, я всего лишь человек, поэтому мне понадобится время, чтобы разобраться с заказом… — Ёсихико вновь виновато почесал голову.

Работай он в музее, как та женщина из сокровищницы, всё было бы иначе. Но теперь оставалось лишь проклинать собственную необразованность, а ещё больше — узость кругозора.

Итикисимахимэ-но-ками прищурила взгляд, видя грустную улыбку Ёсихико.

— Лакей. Не расстраивайся, если не найдёшь зацепок. Этот заказ невыполним. Если сдашься, я сама всё объясню сестре.

Богиня вдруг заговорила ласковым голосом, а вовсе не тем, которым пользовалась на Окиносиме. Хотя Ёсихико всегда выполнял сложные заказы, ещё ни один бог не говорил ему таких слов.

— Спасибо.

Растерявшись, Ёсихико не придумал ничего другого, кроме как поблагодарить богиню. Слова сестры заказчицы будто сняли с него часть тяжести заказа.

— Что же. Позови, если понадоблюсь, — сказала Итикисимахимэ-но-ками и растворилась в воздухе, оставив после себя лишь цветочное благоухание.

— Надо же, а Итикисимахимэ-но-ками, оказывается, хорошая богиня.

До сих пор она так сухо общалась как с ним, так и с Тагицухимэ-но-ками, что Ёсихико начал побаиваться её.

— Что-то она чересчур ласковая, — спросил Когане у лакея. — Прошло лишь несколько часов после начала заказа, а она уже предлагает тебе сдаться.

Лис повёл ушами и задумчиво покрутил мордой, глядя на то место, где стояла Итикисимахимэ-но-ками.

— По-моему, ты перегибаешь палку, — отмахнулся Ёсихико. Ему казалось, будто богиня пришла просто подбодрить его.

Он посмотрел в небо. Где же искать следы жриц, которые в глубокой древности поклонялись троице богинь?