Он впервые заметил её странность из-за сущего пустяка.

Хонока тогда только-только пошла в детский сад. Однажды она относила свою тарелку к раковине, но та выскользнула из маленьких рук и разбилась. Он ласково пожурил сестру за неуверенную хватку, но та вдруг посмотрела на него в слезах.

— Прости, — сказала она дрожащим, испуганным голосом.

У Рэйси кровь застыла в жилах.

Прости, что я плохая девочка.

Прости, я буду хорошей.

Прости. Прости. Прости…

Рэйси проснулся и увидел, что снаружи темно. Поняв, что не стоило ложиться подремать, он поморщился, перевернулся на другой бок, нащупал рукой часы возле изголовья и поднёс к лицу. Почти девять вечера. Сегодня он встал на редкость рано для субботы, поэтому к вечеру сон всё-таки одолел его. Но Рэйси всё равно не ожидал, что проспит так долго. Пожалуй, стоило установить будильник.

— Ещё и этот сон…

Рэйси сел и вытер со лба пот. Он до сих пор не привык к этим снам.

Когда он только поступил в старшую школу, с ним случился неприятный случай: его старые одноклассники рассказали новым о Хоноке, и те пристали к нему по дороге домой. Рэйси пропустил мимо ушей слова о том, что он влюблён в свою сестру, и посмеялся над рассказами о её ведьминской силе. Но как только парни предположили, что Хонока сумасшедшая, он не выдержал.

— Место я, конечно, выбрал неудачно… — пробормотал Рэйси, надевая оставленные на столике очки.

Первая в его жизни драка состоялась на тротуаре возле парковки супермаркета, который часто посещала его семья.

— И время тоже… — Рэйси почесал голову и тяжело вздохнул.

Откуда он мог знать, что Хонока находится с матерью в магазине, заметит брата через окно и выбежит к нему?

Она услышала почти весь разговор Рэйси с одноклассниками и увидела, как разъярённый брат набросился на них с кулаками. Она уже ходила в детский сад и начала понимать, что её глаза — особенные, поэтому это происшествие ранило девочку очень глубоко. Она внимательно прислушивалась к слухам, которые ходили среди соседей, смотрела на взрослых своими ясными глазами и о чём-то размышляла, несмотря на юный возраст.

Ей давно начало казаться, что над Рэйси издеваются из-за неё.

Но в тот день эти подозрения переросли в уверенность.

— Лучше бы её травмировало то, что я умею драться, — Рэйси вздохнул и снова лёг.

Вместо этого в сердце маленькой Хоноки поселился другой вывод: «Я плохая девочка, поэтому над братом издеваются». С каждым днём эта мысль становилась всё сильнее и наконец выплеснулась наружу, когда разбилось то блюдце.

С тех пор Хонока начала извиняться по любому поводу: когда у неё не получалось надеть обувь, когда она не могла съесть целиком подаренную конфету, когда засыпала во время совместного просмотра аниме. Она за всё обвиняла себя и рыдала до свекольной красноты.

Прости. Прости. Я буду хорошей девочкой…

Потому что тогда над тобой не будут издеваться, да, братик?

Рэйси в ответ мог лишь обнять плачущую сестру и погладить по спине. Он шептал ей, что она и без этого хорошая девочка, и уверял, что над ним ничуть не издеваются.

Но когда Хонока смотрела на брата, в её глазах всё равно было не только волнение, но и беспокойство.

Разумеется, родители замечали происходящее, но не понимали причин. Рэйси, тоже снедаемый чувством вины, не мог сказать им правды.

Он страдал от того, что его присутствие так влияет на сестру.

Поэтому вскоре он решил сбежать из дома, прикрывшись поступлением в университет.

— Хагивара… Ёсихико, — пробормотал Рэйси, глядя в потолок.

Он уже давно жил в меру захламлённой холостяцкой квартире. На столе у стены стояла фотография Хоноки — подарок Котаро. Именно из-за неё Рэйси никогда не приводил домой друзей. Не потому, что они могли бы разочароваться в человеке, который любуется фотографией сестры, а чтобы случайно не заинтересовались ей. Но как бы тщательно он ни охранял сестру, возле неё всё равно завелась назойливая муха. Вспомнив сегодняшнее утро, Рэйси цокнул языком.

Сестра на фотографии выглядела почти как кукла. Она не улыбалась, а её щёки были белы как снег, но Рэйси хватало и того, что её глаза не переполнял страх. Но в то же время он не исключал… нет, ни секунды не сомневался в том, что этот туповатый нит дурно повлияет на неё.

— Надеюсь, с тобой всё хорошо, Хонока.

Ответом ему был не голос, а звонок лежащего на столе смартфона.