— Ну, Котаро у меня всегда под боком, так что не стесняйся и заходи в гости в любое время.

Они спускались по склону с противоположной от храма Онуси стороны. Ёсихико провожал богиню к очередной стройке, которая прямо сейчас и была её главным местом работы.

— С Хонокой всегда можешь поговорить о женском. Если хочешь, я тебе даже своего нахлебника одолжу, — продолжил Ёсихико, ободряюще хлопая богиню по плечу.

— Что значит «нахлебника»?! Не смей так отзываться обо мне!

— С Хонокой я бы с радостью поговорила, а вот от Хоидзина откажусь. Больно он шумный.

— Что?!

По ходу разговора они завернули за угол и невольно остановились, когда впереди раздался зычный возглас:

— Всем построиться! Каски снять!

Закончивших на сегодня строителей гнал к себе мужчина в рубашке с короткими рукавами, в чёрных рабочих носках*, с загаром на мускулистых руках и короткими седыми волосами — судя по всему, прораб.

— Все на месте?

Молодые строители торопливо строились в шеренгу и стягивали с себя каски. Убедившись, что все в сборе, прораб повернулся к стройплощадке.

— Всех благодарю за очередную неделю без происшествий. Все молодцы.

Строители дружно поблагодарили прораба в ответ и поклонились. Ёсихико невольно засмотрелся на ритуал, который напомнил ему спортивные секции. Бейсболисты обязательно кланяются в начале и конце игры, наверняка и у строителей есть такая же традиция.

А может, это как-то связано с уважением к незримому?

— Завтра хорошенько отдохните, в понедельник продолжим.

После этих слов строители начали складывать инструменты. Когане, тоже наблюдавший за происходящим, удовлетворённо покачал хвостом.

— Надо же, если эти рабочие так заканчивают свой день, то они достойны уважения. Пока есть такие люди, можно надеяться на…

Слова лиса оборвались, когда он заметил застывшую с разинутым ртом богиню.

— Отоконуси-но-ками?.. — обратился Ёсихико к девочке, которая по-прежнему смотрела на прораба, смеявшегося над шутками строителей.

Что могло её так потрясти?

Наконец, Отоконуси-но-ками обронила на выдохе:

— ...вый.

— Гм? — переспросил, не расслышав, Ёсихико.

— Он такой красивый… — мечтательным, изнывающим от нетерпения голосом повторила богиня.

Если Ёсихико не ошибся, точно таким же тоном она рассказывала о Котаро.

— Слушайте… — неуверенно выговорила Хонока, вместе с Ёсихико наблюдая, как богиня мчится вперёд летящей походкой. — А за Отоконуси-но-ками никогда не замечали… излишней влюбчивости?..

С востока постепенно наступал покров ночи. Когане опустил голову, тяжело вздыхая.