ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА:

У-у-у, мне так лениво. Я собирался написать 2 главы за раз, поскольку дальше почти наверняка будет интерлюдия про Гринвальда и Лукрецию. Но мне не хватило терпения, поэтому вместо того, чтобы просто выдать следующую главу, я решил тщательнее поработать над билдами этих персонажей. К тому же, я изо всех сил пытаюсь не разрывать временную линию и показывать действия Г. и Л. правильно. А их «экранное время», увы, ограничено.

В любом случае, как обычно, надеюсь, что вам понравится о/

__________________________________________________________________

Розалин была окружена открытым пространством, в глазах у неё потемнело.

Всё горело. Даже с этим чудесным навыком сопротивления боли её тело яростно протестовало против ада, через который оно прошло. Её разум продолжал работать в режиме форсажа, отыскивая новых врагов, которых больше не было.

Масса слизистой плоти произвольно дёрнулась. Тем не менее, её тело отказывалось двигаться, как бы она ни желала этого.

[[ОЗ : 1/212 (+0.4/час)

Статус: сильная слабость, ожог, сниженная регенерация, переутомление, оглушение]]

Её мозг осознал, что лидер бандитов пал, но в то же время у неё возникли сложности с обработкой этой информации. Бесконечный закольцованный отрывок звучал снова и снова.

Не проиграть. Не проиграть. Не проиграть. Не проиграть.

Её чувства не могли сосредоточиться на чём-то одном, как в горячечном сне. Головокружение продолжалось ещё какое-то время, пока не замедлилось. Наконец, слух вернулся, и она сосредоточилась на звуке в нескольких метрах от себя.

Амалия свернулась в клубок, её спина ходила ходуном. Между Амалией и Розалин лежал ровно один покойник.

Было слишком сложно охватить разумом всю серию событий. В теле Розалин всё ещё бушевала боль. Она медленно осознавала, что произошло и насколько близко к краю она прошлась. Затем на периферии зрения мелькнуло что-то ещё.

[[Навык разблокирован! Благодаря эффектам титула 'защищённая-от-смерти' и выполнению дополнительных условий, Последнее дыхание ур.1 получено!

Последнее дыхание ур.1 (МАКС) - пассивный (редкий) Способность преодолевать физические пределы на одной лишь силе воли, откладывая смерть и предотвращая потерю сознания от ран. Статус пользователя продолжит ухудшаться с нарастающей скоростью. Не может продолжаться бесконечно. Злоупотребление может привести к фрагментации души.]]

Это было даже ближе, чем она полагала.

Проходили секунды, а женщина-слайм продолжала лежать в ступоре. Приложив великие усилия, она, наконец, смогла завершить одну складную мысль. Она эхом отразилась в её ядре.

«Нахер… ввсссёёё».

Воистину шедевр сообразительности и элегантности. Раздался булькающий звук – эквивалент кашля у слаймов. Затем она сфокусировала зрение на мертвеце рядом с собой.

«Нужно. Восстановиться…»

Маленький отросток дотянулся до руки мужчины и прикоснулся к ней. Кожа медленно растворилась, и кровь начала покидать открывшуюся рану. Эссенция жизни, уже не нужная прошлому владельцу, окрасила отросток в красный. Кровь и плоть медленно превращались в питательные вещества, способные помочь восстановлению.

Это будет долгий процесс.

В это же время Розалин смогла собрать мысли в кучу. Оставалась целая гора информации, ценностей и трупов, которые следовало обобрать. Впрочем, они могли подождать.

В конце концов, выживание сейчас было в приоритете.

Никогда раньше разговор с королевским гвардейцем по связи не был настолько утомительным. Боль почти свела на нет попытки Розалин. Но нужно было сделать ещё кое-что. Пусть даже эти люди были мертвы, Розалин чётко осознавала, в каком положении находится. Она сейчас могла умереть от того, что рогатый кролик косо на неё посмотрит.

Ещё одна мрачная мысль, которую можно будет обдумать потом. Можно лишь догадываться, что случится, если однажды она опять не проснётся там, где засыпала. Хуже, чем стать каплей слизи в тёмной, полной насекомых пещере, определённо уже не будет, верно?

- Амалия… Амалия, ты меня слышишь?

Нет ответа.

Розалин видела девочку невдалеке от себя. Разумом она понимала, что Амалия должна быть способна её слышать. Почему же та не отвечает? Розалин оглядела окружение в поисках ответов, а также приходящих себя врагов. С помощью навыка домена она смогла детально рассмотреть обстановку.

Кровь, налипшая на траву и землю, словно грибок. Во многих местах её натекли целые лужи. Среди багровых лезвий травы были разбросаны бесхозные конечности. Луг буквально завалило оружием и разлагающимся мясом. Несколько разбойников, которые ещё дышали, с тем же успехом могли быть мертвы – они всё равно были без сознания и изуродованы.

Кровь, моча, кал, блевотина, слёзы, мозговая ткань и прочие материалы, составляющие человека, были раскиданы беспорядочными грудами. Без сомнения, запах должен валить с ног.

«Ах. Так вот что произошло…»

Будь у Розалин рот, она бы максимально сильно скривилась. Она накосячила. Снова.

Она обследовала неглубокую яму, в которой оставила Амалию. В верхней части та оказалась разрыта. Очевидно, девочка смогла выбраться через дыру. Неудивительно. Яма не была ни глубокой, ни усиленной магией.

В результате столкновение обернулось кошмаром. Всё пошло не так. Будь у Розалин больше энергии, она бы проклинала и Рай, и Преисподнюю. Вместо этого она лежала и использовала руку покойника в качестве импровизированного пакета с донорской кровью.

Переживать было бессмысленно. Вместо этого Розалин сосредоточилась на восстановлении здоровья и маны. Учитывая все имеющиеся навыки, она уже скоро снова сможет двигаться. А если употребить ещё немного «доступных ресурсов», возможно, получится даже выдержать несложный бой.

Но пока что она мало что могла сделать, кроме как лежать и чувствовать, как внутри нарастает раздражающее чувство несоответствия.

«Будь я сильнее, этого бы не произошло. Мне нужно скорректировать свои планы. Лобовое столкновение прошло плохо. Он упоминал ещё один бандитский лагерь. Следует ли мне как-нибудь ночью прокрасться и убить их всех? Переездом мы теперь не отделаемся. Но со мной Амалия. Она всего лишь человек. Слишком хрупкая. Думай, думай…»

Идеи в разуме женщины сменяли одна другую, отбрасываемые и модифицируемые на лету. Она продолжала есть руку бывшего атамана. Силы возвращались.

«Я обещала, что защищу её. Не только физически, но и ментально. Мне нужно правильно её воспитать. Подготовить, сделать её полезной. Сработать лучше, чем мои…»

Следующее слово застряло в мозгу, и мысли заклинило. Розалин терпеть не могла сравнивать себя с другими, и осознание того, что она только что это сделала, испортило ей настроение. Но эта нежелательная тема была быстро отброшена.

Розалин достаточно восстановилась, чтобы продолжать двигаться. Она подползла к Амалии и положила мягкую «руку» на спину девочки, не переставая ворковать её имя. Амалия на долю секунды замерла.

- Ты в порядке?

Неконец, последовала реакция:

-…Р-роз?

Розалин отметила затруднённое дыхание девочки, лужу рвоты перед ней, окровавленные губы и трясущиеся руки. Мана, посланная в её тело, показала, что Амалия так и не смогла до конца излечить ущерб своему позвоночнику. Даже если она могла ходить прямо сейчас, это не было бы легко или безболезненно. Не говоря уже о внутренних травмах.

Розалин внезапно обнаружила в себе желание разорвать на части ещё несколько разбойников.

- Ложись. Теперь всё хорошо. Я займусь твоими ранами.

Амалия оглянулась и увидела неподвижное лицо Ральфа. Он всё ещё смотрел в небо, широко распахнув глаза.

- Н-нет. Нет, нет-нет-нет. Я больше не хочу на это смотреть. Совсем так, когда я нашла отца. Он – я, я не могу…

Грудь Амалии тяжело вздымалась, её дыхание участилось. Слишком участилось. Одна из «рук» Розалин дотянулась до подбородка девочки и отвернула её взгляд прочь от трупов.

- Не думай об этом. Смотри на меня. Теперь всё в порядке. Ты хорошо справилась. Глубоко вдохни и расслабься.

Розалин мурлыкала с девочкой, нежно отвлекая её взор от беспорядка вокруг. Уникальный, мягкий, душистый аромат Розалин заполнил нос Амалии, немного скрыв металлическое зловоние, разлитое в воздухе.

- Н-но, Роз, я-я убила этого человека. Я…

- Шхх. Прекрати винить себя, - прервала её Розалин. – Ты не сделала ничего неправильного. Они первыми на тебя напали. Они пытались тебя убить. Ты лишь ударила его, а не убила. Понимаешь? После этого он упал, затем попытался подняться и навредить тебе. Помнишь? Мне пришлось остановить его, пока ты не смотрела. Ты не сделала ничего неправильного, видишь? Это была его вина. Он сам сделал это с собой.

- Он… что? Когда? Я не понимаю…

- Ты не помнишь? Шум, который он издавал, когда поднимался?

Одышка у Амалии прекратилась. Её челюсть отвисла:

- Шум? Он был? Так оно и было?

- Да, так и было, - солгала Розалин. – Больше об этом не думай. Это была самозащита – или ты, или они. Я сказала им остановиться, и они отказались. Не смотри на их лица. Просто ложись, и я тебя подлатаю. Я не позволю им причинить тебе боль снова.

Трясущиеся руки девочки медленно успокоились. Длинный период напряжения миновал. Розалин всё ещё гладила Амалию по спине, твёрдо намеренная продолжать врать. В конце концов, она обещала. А обещание стоит бесчисленного количества лжи. Она не могла позволить Амалии сломаться. Не здесь, и определённо не сейчас.

Розалин верила вот во что. Иногда людям нужен комфорт. Если они желают правды, они могут искать её и самостоятельно, когда подготовятся. И сейчас был именно такой случай, словно из учебника.

Наконец, Амалия открыла рот. Вместо связи её мысли вылились в шёпот:

- Это… должно быть, так оно и было. Это верно. Они это начали, не так ли? Они попытались навредить Роз. Я не сделала ничего неправильного. Им следовало просто остановиться. Вот как это должно было быть. Вот как…

Слова были едва различимы, но Розалин сидела достаточно близко, чтобы их услышать. Девочка продолжила бормотать, её голова кругом пошла от боли, страха, тревоги и всевозможных мыслей.

- Амалия, сейчас всё в порядке. Ты меня слышишь? Я здесь. Больше ни о чём не волнуйся. Скоро мы вернёмся домой и долго, сладко отоспимся. Мы тебя почистим, плотно пообедаем, я приготовлю тебе лекарств, и больше никто не причинит тебе боль. Понимаешь?

Спустя секунду Амалия, наконец, кивнула.

Наконец-то обстановка разрядилась. Розалин почувствовала сильное облегчение. А ещё более сильное – из-за того, что её маленькая протеже так легко купилась на чужую версию событий. Забавно, как легко в голову женщине пришла «улучшенная» версия произошедшего.

Если повторять ложь достаточно часто, она станет правдой. Розалин хорошо знала эту пословицу.

А эта правда была значительно более удобной. Даже если настоящая правда всплывёт на поверхность позже, в этот момент нужды в ней не было. Ложь во благо сработала отлично. И, хотя Розалин страстно ненавидела лжецов, она лицемерно различала степень тяжести для разных случаев лжи и разных обещаний.

И это привело мягкую женщину к ещё одному умозаключению.

Хотя она и не нарушала обещания, она всё же убила больше дюжины человек, и не горела желанием говорить с Амалией на эту тему. Так что слайм решила спустить всё на тормозах. Последнее, чего она хотела от своего компаньона – чтобы та её бросила, оставив в одиночестве.

Верно. Она подумает об этом, если Амалия сама поднимет эту тему. Но пока ей больше хочется вернуться домой и восстановиться.

Время шло. Розалин убедила Амалию лечь. Косматый рыцарь носила с собой по одному крепко запечатанному зелью восстановления здоровья и маны. Они лежали в мешочке, висящем сзади. Одно из зелий исчезло, а зелье маны треснуло, и половина пролилась.

Розалин переварила оставшуюся микстуру и принялась за дело. Чинить человеческое тело было куда сложнее, чем её нынешнюю форму. Чтобы слайм почувствовала себя лучше, ей было достаточно поедать биомассу, направлять в себя ману и ждать. Тупая боль в ядре всё ещё сохранялась, но она её игнорировала. Запас маны мог и подождать.

Внутренние повреждения Амалии были исправлены настолько хорошо, насколько возможно. Тело Амалии было отлично знакомо Розалин, и работать с ним было легче, чем принимать «нового пациента». Микродозы яда использовались в качестве импровизированной анестезии. Кровь медленно откачивалась из лёгких. Повреждённые нервы тщательно выращивались заново. Девочка сообщила, что онемение и лёгкая боль ещё остались, но пока что этого должно было хватить.

Запах крови никуда не делся, но Розалин была уверена, что сможет отвлечь Амалию. В конце концов, во всём этом беспорядке была одна сочная приманка, которой Розалин могла поводить перед чувствительным носом Амалии. А именно – пленники, ожидающие внизу.

Раз уж они обе пострадали, им теперь оставалось лишь извлечь максимум из этой ситуации. Для Розалин это означало «перераспределение» всех ценностей, имеющихся у бандитов. А для Амалии – помощь людям. Розалин попытается сфокусироваться на их роли в спасении людей, а не на бойне, которая для этого потребовалась.

Амалия более-менее восстановилась. Розалин отрегенерировала всё здоровье, но не так уж много маны. К счастью, у неё была пара идей, что делать дальше.

Она сможет заполучить немного хорошей «кармы» у Амалии с минимальным риском. Никто из разбойников не сбежал. Если не появятся отставшие, всё будет в порядке. К тому же, местность будет более удобной, чем открытое поле.

Розалин указала на лагерь:

- Давай отправимся вниз. Внутри той пещеры есть зерно и кровати. Мы приведём пленников внутрь. Они могут забрать столько еды, сколько нужно, но в целом будут сами по себе.

- Тогда… - Амалия нахмурила брови, - следует ли нам замаскироваться?

- Не думаю, что в этом есть необходимость. Я опустошена. Скажи им: если они будут вызывать проблемы или мешать мне, я их съем. Мы абсолютно не будем ухаживать за пленниками, кроме как сегодня, понимаешь?

Монстров не любят. Слаймов обычно не боялись, но относительно крупный размер Розалин может сыграть злую шутку и вызвать тревожность. Впрочем, женщина поняла, что Амалия может просто за неё поручиться. Не говоря уж о том, что она не была уверена, как долго планирует оставаться в этом месте после всего, что произошло. Выполнив ещё несколько задач, она уберётся отсюда. Уж слишком много здесь хаоса.

Итак, двое спустились по травяному склону. Когда они приблизились к угасающему костру, свет от огня и луны позволили нескольким нервным пленникам разглядеть фигуру Амалии и катящуюся сзади Розалин. Они явно пришли в замешательство.

Ситуация осложнилась, и в их пустых глазах зажглась крохотная искорка надежды.

Розалин села у костра, поедая выброшенный фрукт, похожий на тыкву. Было неплохо изгнать вкус человечины изо «рта». Или, вернее, из разума.

Амалия беседовала с пленниками, объясняя им, что произошло. Несколько деталей пришлось смягчить или пропустить, но обрисовать картину в целом у неё получилось. Их поработители были мертвы. Теперь они могли сбежать.

Два ребёнка – молодой мальчик и девочка лет 10 – аж засветились от счастья. Их мать тоже была здесь, она обняла их обоих и заплакала.

Одна из женщин просто села на землю, издав ироничный смешок. На лице третьей причудливым образом смешались сомнение, паника и облегчение. Видимо, для этих двоих побег не был чем-то первоочередным.

Мальчик указал на Розалин, которая лениво разлеглась на скамейке из расколотого бревна, и теперь отдыхала у костра. Естественно, он спрашивал, что произошло. В конце концов, девочка-подросток просто пришла и сообщила, что от всех тех мужчин, как она выразилась, «избавились»? В этом было довольно мало смысла.

- Это Розалин. Это она вас спасла.

Издали Розалин мысленно фыркнула:

- «Спасла!» Поцелуйте мою мягкую, розовую задницу! Вы, пятеро, вообще меня не волнуете. Я почти померла вовсе не из-за вас!

Но озвучивать свои мысли она не стала.

В её сторону уставились несколько пар глаз. Амалия начала объяснения, но они едва ли успокоили нервы группы. В конце концов, исчезло 15 вооружённых мужчин. Не значило ли это, что эти двое оказались сильнее, чем 15 вооружённых мужчин? Такое возможно только во сне.

После долгих уговоров и нескольких глупых сцен пятеро пленников согласились с планом, предложенным Амалией. Они несколько часов отдохнут в бандитской пещере, а затем вместе приблизятся к городу, прежде чем навсегда разойтись.

Но Амалия всё же выдала небольшой совет от себя:

- Роз сказала мне, что спутываться с людьми – плохая идея. И я всё равно попросила её вам помочь. Так что, если кто-либо из вас попытается устроить проблемы Роз, я вас не прощу.

Молодая девушка сказала это с улыбкой на лице, но воздух вокруг неё замёрз. И, несмотря на весёлый тон, улыбка, блестящая под лунным светом, казалась ужасно неестественной.

Женщины и дети, всё ещё сидящие в клетке, могли только неверяще смотреть друг на друга, и их мысли более или менее сходились:

«Мы далеко от города, и вы убили этих людей. Вы серьёзно думаете, что мы хотим причинять вам неприятности?!»

Они быстро согласились с требованиями девушки. Если только их не посетит допросная команда, они не планировали выбалтывать ни единой детали про своих странных спасителей. В конце концов, хотя эти «герои» и обладали несколькими причудами, они всё же помогли больше, чем можно было мечтать в их положении. Даже несмотря на то, что одна из них была немного неуравновешенной, а вторая – монстром.

Группу быстро загнали в пещеру, где и в самом деле имелись кровати и еда. Им было велено остаться в первой комнате, рядом со входом, а главную дверь забаррикадировать изнутри. Розалин настояла на том, чтобы исследовать пещеру дальше, пока Амалия сторожит вход. Если впереди подстерегала ещё какая-то опасность, слайм была намерена съесть её до того, как возникнут неожиданные проблемы.

Розалин текла по грязному полу, медленно осматривая пещеру. Она была немного больше, чем ожидалось, но в остальном непримечательна. На перекрёстках изредка попадались волшебные факелы. Наконец, слайм добралась до конца коридора.

Вместо тупика там располагалась ещё одна дверь. А из-за двери раздавался приглушённый шум. А это кое-что означало.

Розалин кинула якорь домена, тихо исследуя комнату. Внутри кто-то был.

Нечёткое сканирование отобразило комнату с одной кроватью, столом, несколькими книжными полками и большим меховым ковром, сделанным из шкуры неизвестного зверя. На массивном столе была фигура, прикованная к нему цепями. Видимо, это была женщина или ребёнок.

Розалин мысленно вздохнула. Её не очень-то тянуло разбираться с кем-либо ещё. Заставлять Амалию всё объяснять было утомительно. Иметь дело с незнакомцами, которые медленно адаптируются к ситуации, было времязатратно.

Но скоро Амалию всё же пришлось позвать, и парочка обсудила, как подойти к последнему пленнику. Любопытно, что кого-то привязали к столу, а не к кровати. Это заставило сделать определённые предположения, так что Розалин, наконец, решила спросить об этом непосредственно у жертвы.

Дверь скрипнула, медленно отворившись. Амалия просунула голову внутрь:

- Здравствуйте~?

Шум исчез, а затем возобновился, но уже сильнее.

- Давай уже зайдём, - проворчала Розалин, протискиваясь внутрь, чтобы осмотреться получше.

- Здравствуйте? Вы в порядке? – раздался голос Амалии, которая наконец-то продвинулась дальше.

На столе был зажжён небольшой волшебный факел, освещавший комнату. Он светился за счёт магии, а не процесса горения. Причём светился тускло, словно его давно не заряжали. Без сомнения, это произошло из-за смерти его владельца.

И всё же света оказалось достаточно, чтобы увидеть всё происходящее.

На столе лежала изящная молодая женщина. Голая. Её тонкие руки и ноги удерживались на месте металлическими защёлками. Бюст был скромным, а вот волосы спускались до поясницы, и их кончики свешивались с края стола. Её кожа была светло-бронзового цвета со странными золотыми бликами. Но самой странной чертой был тёмный оттенок волос – цвета мха.

Впрочем, главной проблемой был тёмно-синий кинжал, пронзавший грудь стройной женщины. А рот был замотан кляпом.

Амалия моментально встревожилась. Реакцин Розялин была куда более умеренной. Она просто подумала: «О, так вот что это было такой странной формы».

Пока слайм обдумывала, как улучшить чёткость созерцания предметов внутри домена, Амалия тявкнула и побежала к девочке:

- Мисс! В-внутри вас кинжал!

Если бы Розалин могла управлять отростками более свободно, она бы шлёпнула себя по «лицу», услышав такое очевидное восклицание своего компаньона.

- Прекрати паниковать, Амалия. Если бы она собиралась умереть от этого кинжала, это бы уже случилось. В этой комнате никого не было, как минимум, час. Обратись к ней, изложи свою цель. Затем займись оковами…

Амалия что-то пролепетала по ментальной связи, прежде чем повернуться к пронзённой фигуре. А затем остановилась.

- П-погодите… эльф?

От слов, вылетевших изо рта Амалии, Розалин оживилась. А та продолжила:

- Т-тогда этот чёрный кинжал… Хладное железо? Почему бы… о, нет. Я-я должна вытащить его в первую очередь. Мисс, кивните, если понимаете меня.

Извивающаяся пленница прекратила дёргаться и единожды кивнула.

- Об этих людях уже позаботились. Я собираюсь разомкнуть ваши оковы. Нам нужно вас исцелить.

Амалия дотянулась до кляпа во рту женщины и вырвала его.

Оттуда раздался скрежещущий звук:

- Вах-хир.

Это был лепет, и акцент похоронил его возможный смысл ещё глубже, но намерение прояснилось. Амалия принесла ближайшую миску и создала немного воды. Затем она освободила запястья женщины, и та села, всё ещё с кинжалом в груди.

Трясущимися руками она взяла жидкость и присосалась к краю миски. Амалия неловко стояла сбоку, дав женщине немного простора. Розалин оставалась настороже, готовая разорвать незнакомку выстрелом слаймовика, если та окажется враждебной.

Амалия заговорила:

- В-вы в порядке, мисс?

Незнакомка тяжело дышала, прежде чем прийти в себя, хотя бы на вид.

- Ках, аллх.

Она указала внутрь своего рта. В этот момент дуэт кое-что осознал. Язык женщины был отрезан. И больших пальцев тоже не хватало.

- Роз! – запищала Амалия. – М-можем мы вылечить эту бедную девочку?

Громкие слова Амалии заставили всё ещё скованную женщину недоумённо оглядеть комнату. Розалин, тем временем, смотрела на неё снизу вверх из теней на полу.

- Амалия, почему бы эльфийка могла оказаться сованной в пещере без больших пальцев, без языка и с кинжалом в груди? – спросила она.

Розалин немногое знала об эльфах, но за несколько месяцев, прошедших со времён её попадания в этот мир, кое-что всё же разузнала. Эльфы обычно жили далеко на севере и были известны как жестокие, эффективные бойцы, которые могли жить веками. Они сильно отличались от людей, а также были куда крепче.

Амалия тихо задумалась над вопросом:

- Тогда… возможно, она маг какого-то вида? Я полагаю? В смысле, без языка и пальцев она не может нормально использовать заклинания. Возможно, они просто её пытали, но, похоже, они пытались извлечь её вересковое сердце.

Вересковое сердце? Это слово застряло в разуме Розалин. У неё появилось ещё больше вопросов.

Их новая знакомая не была посвящена в эту беседу, поэтому так посмотрела на Амалию, будто та была не в своём уме. Но при этом продолжала осушать миску с водой, не обращая внимания на торчащий кинжал. Её беспечность касательно колотой раны была почти возмутительной.

Амалия продолжила:

- Прости, я не так много знаю об эльфах. Нам нужно спросить её, но она вряд ли с нами заговорит из-за, эм… ты знаешь.

Ядро Розалин искрилось любопытством. На Земле эльфов не было, лишь бесчисленные и непохожие друг на друга рисунки. А сейчас перед ней, видимо, было живое существо. Так или иначе, получить больше информации об эльфах было бы неплохо. Возможно, они немного лучше относятся к слаймам? Сомнительно.

Последовала долгая, неловкая беседа. Если вкратце: зверолюд-полукровка пыталась объяснить немой эльфийке, как ей следует мысленно связаться с шариком слизи. Когда эльфийка заметила этот шар слизи, она неразборчиво зашипела на странном языке и попыталась отшатнуться. Но её ноги всё ещё оставались прикованы, поэтому ничего хорошего из этого не вышло.

Вывод: эльфы любят монстров ничуть не сильнее, чем люди.

Розалин продолжила изучать стройное создание перед собой, пока в мозгу что-то не щёлкнуло.

- Амалия, у меня есть идея.

Девочка повернулась к Розалин, и нервозность начала заполнять её грудь. Когда эти слова произносились раньше, это редко кончалось для волкодевочки чем-то хорошим. Можно было с высокой долей уверенности сказать, что это почти наверняка приведёт к катастрофе.

- Применяет магию, говоришь? – продолжила Розалин. – Интересно. Думаю, я, возможно, нашла решение одной из своих проблем.

Розалин села и заговорила с собой, радостно подёргиваясь и покачиваясь. Она начала бормотать о прочности, ножах, долгожительстве, магии, и что-то про заполнение позиций. Скоро она уже была в своём собственном мирке, радостно планируя то и сё.

Амалии оставалось лишь с жалостью в глазах повернуться к забытой эльфийской девочке. Эльфийка настороженно уставилась в ответ, смущённая странным поведением этих двоих и продолжительным молчанием. И тогда Амалия от всего сердца коротко помолилась.

За них обоих.