Огромный нетопырь шумно машет крыльями над ночной Широкоземельной Степью с рюкзаком в пасти. Сарефу больше не нужно подстраиваться под возможности команды, поэтому в летучем облике теперь может преодолевать большие расстояния всего за сутки. Этого оказывается достаточно, чтобы успеть залететь на территорию Манарии по одним делам, а после рвануть обратно в Степь, так как углубляться в Кларийские горы требуется в строго определенном месте.

Сверхъестественное зрение вампира различает на равнине табун диких лошадей, поэтому перестает взмахивать крыльями и почти бесшумно пикирует, выбрав отстающее животное. Нетопырь падает как снег на голову и легко валит жертву с ног. После выплевывает лямки рюкзака и впивается в шею несчастной лошади. Ничего не поделать, питаться сейчас нужно постоянно, чтобы фактор свертываемости крови в трансформированном облике не понижался. Голод в этом случае точно не тетка, иначе мышцы не смогут развить достаточно силы, чтобы набирать и держать высоту.

После кормежки летучая мышь размером куда больше коня с шумными хлопками устремляется в сторону гор. К рассвету удалось преодолеть всю степь на максимальной скорости, теперь обзор заслоняют исполинские горы с белыми шапками. Там, пожалуй, только гномы ориентируются хорошо, но низкорослому народу наверняка плевать на горные тропы. Их больше всего должны интересовать подгорные территории, где находится сердце Вар Мурадот, империи гномов.

Это, конечно, не единственное гномье государство в мире, но в Южных Землях других гномов больше нет. Нетопырь спускается к подножию гор, где раскинулся старый шахтерский городок Караманш. Сейчас здесь находится торговый пост гномьей империи. Орки и другие жители Широкоземельной Степи приходят сюда торговать, ведь гномы не собираются отказываться от вещей, которые можно найти только на поверхности, а другие народы не прочь получить удивительные изделия подгорного народа.

Вампир быстро одевается в глубоком овраге, а после направляется прямо в город. Караманш не принадлежит какому-либо королю или управителю. Гномы не отвечают за порядок наземной части города, этим заняты несколько больших семейств кочевников, получающих мзду от приходящих торговцев. Сареф явно не выглядит как купец, так что входит в город за просто так.

На первый взгляд тут проживает примерно тысяча человек. Торговля, как и во многих других случаях, стала ядром и движущей силой создания поселения. Если торговые обороты будут расти, то и город станет расширяться. Однотипные глиняные дома, повсеместная грязь и лай собак — обычная картина для многих городков Степи. Основным товаром тут является кожа, меха, злаки, вино, пряности и многое другое, что под землей не достать. А вошельские князья с восточной стороны хребта помимо прочего поставляют гномам древесину.

В обратную сторону едут вагонетки качественной руды, из рук в руки передаются алхимические минералы и драгоценные камни, кузнецы-гномы с невероятным уровнем качества по лекалам создают оружие, подходящее людям. Меч, выкованный гномами, вполне можно преподнести даже королю в качестве подарка. Хотя, разумеется, есть разница между штучным изготовлением известными мастерами и массовым производством.

Юноша идет мимо лавок и постоялых домов прямо на главную площадь, где сотни каменных ступеней ведут на подземный уровень. Именно там происходит торговля с гномами. Не сказать, что Сареф прибыл сюда для покупки или продажи чего-либо, но кое-что забрать действительно нужно. Во-первых, информацию от временного агента. А во-вторых, оружие, которым можно ранить высшего вампира.

Мимо столкнувшихся на спуске телег, галдящей толпы и различных запахов спускается Сареф в большой зал, освещенный сотнями факелов. Здесь шума еще больше, это место мало отличается от больших рынков Манарии или базаров Рейнмарка. Торговый зал условно поделен на две половины: в одной стоят лавки гномов, а в другой — наземных рас. Сареф замечает, что сюда приходят не только люди и орки, еще есть зверолюды и даже гоблины из племен, обладающих достаточным разумом для торговли.

Торговые представители всех рас ходят по залу и договариваются с потенциальными покупателями. Показ товаров, торги и расчет: ничего нового здесь не придумали. Разве что обычные деньги в сделках с гномами не используются. Подгорный народ не имеет денег поверхности, так как никак у себя не использует. То же относится к валюте империи Вар Мурадот. Вместо этого составляются бартерные расписки, и если сумма обмениваемых товаров не равна, то оставшийся в убытке потом по расписке сможет получить остаток бесплатно. Хотя, и гномы и наземные торговцы всегда привозят товары целыми караванами, в убытках редко кто оказывается.

А уж ценообразование вообще темная тема для неподготовленного человека. Сареф с трудом отыскивает нужных бородачей в окружении стендов с полированным до зеркального блеска оружием.

— Knomte, knomte quralartepudur, — выговаривает Сареф сообщение о предварительном заказе на языколомном гномьем наречии.

— А, — сразу откликается один из низкорослых продавцов с рыжей бородой и в сияющих латах. — Gufferlorud, maintratylim.

Гном смотрится очень комично, так как доспех на нем рассчитан на высоких людей, поэтому продавец вынужден стоять на табуретке. Взять с собой манекены то ли забыли, то ли считают, что так лучше. Сареф достает из кармана расписку на получение заказанного товара, оплата которого уже была предварительно произведена.

Вампира ведет за палатку другой гном, так как рыжебородый занят демонстрацией товара. Перед Сарефом ставят длинную шкатулку, внутри которой покоится одноручный обоюдоострый меч с мощной рукоятью и широким лезвием. По всему клинку идут ломаные линии глубокой гравировки. Сразу можно сказать, что руку приложил мастер. Сареф не очень-то умеет обращаться с мечами, но с удовлетворительным кивком признает красоту идеальной симметрии и приятной тяжести даже для руки вампира.

Покупатель, которого гномы называют «maintratylim», и продавец с довольными улыбками пожимают руки. Сделка завершена, а ножны, перевязь и шкатулку гномы отдают в качестве подарка. Теперь путь лежит в другую часть зала, где люди громко торгуются с гномами рядом с массивными весами, которые, кстати, тоже изготовили гномы для точного взвешивания мешков с пшеницей, мукой и прочим.

— Я ищу Фиша. Где он? — Спрашивает Сареф у мальчугана-помощника.

— А вы кто? — Налысо бритый мальчишка стряхивает муку с рук.

— От Бралика.

Помощник продавца остальное понимает без слов и сразу ведет куда-то вглубь тяжелогруженных телег, где купец с испачканном халате пересчитывает мешки.

— Дядь Фиш, тут от Бралика. — Произносит мальчуган и тут же возвращается к работе.

— А я вас уже заждался, Фодер. — Купец и информатор в одном лице поглаживает усы и знает Сарефа только по псевдониму.

— Я за информацией.

— Разумеется, разумеется. Одну минуту. Эй, остолопы, организуйте нам уединение. — Приказывает купец грузчикам.

Один из них запрыгивает на козлы и хватается за поводья. Лошади послушно проезжают чуть вперед таким образом, чтобы телега перегородила проход, через который вошел юноша. Таким образом со всех четырех сторон нависают телеги. Вампир также слышит, что сверху стоят люди Фиша и следят за тем, чтобы никто не вздумал подслушивать.

— Расклад такой, Фодер. — Начинает доклад информатор. — Попасть в Вар Мурадот сейчас еще труднее, чем было раньше. Ты и без меня знаешь, что гномы никогда не разрешали свободный вход в свои подземные чертоги, а сейчас еще хуже. Не всё спокойно в империи, говорят, что началась клановая борьба с применением силы. Если бы император гномов вовремя не вмешался, то могла бы начаться война.

— Причина конфликта?

— Какая-то ерунда. — Пожимает плечами Фиш. — Хрен этих бородачей разберешь. У них и язык что-то с чем-то, да и обычаи странные. Но вот что точно известно, так это потеря множества подземных троп. Империя почти что каждый день теряет один участок за другим.

— И кто же такой сильный их отбирает? Вряд ли Красноглазый Монстр Весткроуда позволит покуситься на свои владения. — Сареф не использует имя «Хейден», так как его знают далеко не все.

— Мертвецы, — спокойно отвечает купец. — Нежить поднимается с глубин подземного мира. С ней гномы не могут просто так сладить, а призывать кого-то на помощь тоже не будут.

— Странно, не думал, что там может обитать нежить.

— Согласен, удивительно. Своих-то бородачи после смерти замуровывают в гранит, это тебе не кладбище с мягкой землицей, где вырваться из могилы нетрудно. Но насчет нашествия нежити я уверен. Что касается всего остального, то довольно трудно проводить разведку места, в которое не можешь попасть.

— Спасибо, это тоже неплохо. А что насчет лаза? — Спрашивает Сареф.

— Нашли, но придется пройти по старым шахтам, а это опасно обвалами и чудовищами. Но если выгорит, то там будет незапертый навечно проход на подземные тропы, которые связаны с действующей freduploxec, без понятия, как это перевести на человеческий.

— Сеть туннелей. — Подсказывает юноша. — Хорошо, опиши мне, как туда пройти.

После полудня вампир покидает Караманш, чтобы пройти пять миль в сторону заброшенных рудников. Рудные жилы здесь давно истощены, так что шахты могли стать прибежищем опасных созданий, как и предупреждал Фиш. Именно через них вампир намерен попасть на подземные тропы империи гномов. Хейден выбрал хорошее место для того, чтобы укрыться от чужого внимания. Разыскать его в десятках тысяч миль всех ходов — трудная задача без поддержки Легиона, но последний еще не скоро выйдет из спячки.

Вся надежда на то, что и Хейден должен уйти в неё после наведения шороха на Путях вокруг Фрейяфлейма. Задачи на ближайшее время таковы: найти проход в государство гномов, подготовить оружие и найти Хейдена. Именно в таком порядке Сареф и намерен начать исполнение замысла, пока Рим, мэтры Иоганн и Маклаг вместе с командой «Мрачной Аннализы» проникнут на уединенный остров в водах Островной Федерации, где живет тот, кто умеет обращаться с мечом даже лучше магистров Оружейной Часовни.

«Хотя, среди четверых магистров нет ни одного, кто использует мечи. Аддлер Венселль — лучник, Фридрих Онгельс любит молоты, Клаус Видар — щитоносец, а Марта Рапон, говорят, орудует странным кистенем», — вспоминает Сареф рассказы Годарда во время археологической экспедиции в округ Шестиречья.