Зал для аудиенций.

Как наследница престола, я была удостоена чести использовать эту комнату в отсутствие матери с прошлого года.

Нет лучшего места для обсуждения конфиденциальных вопросов в большом кругу лиц.

Когда мы пришли, помещение уже было освобождено от посторонних, и все рыцари, включая новобранцев, стояли в ряд, с сыном командующего рыцарским орденом, стоящим в самом конце. Некоторые из новобранцев и даже тяжело раненые рыцари по-прежнему были забинтованы под форменной одеждой, а от кого-то исходил запах антисептика.

Когда все выпрямили спины, я медленно пошла по дорожке, которую они открыли, направляясь к трону. За мной шли Стейл и Тиара.

Когда я заняла место на троне, а затем последовали Стейл и Тиара, все рыцари преклонили колени.

— Поднимите головы, — скомандовала я.

По моему сигналу все обратили взор на меня.

— Посторонние уже ушли. Сейчас здесь только вы и… я с моими дорогими младшими братьями и сестрами.

Честно говоря, я бы оставила Тиару, но, как обычно, она была на грани слёз, так что это было невозможно.

— Если у вас есть что сказать, говорите сейчас. Я не стану наказывать вас за любые ошибки, произнесённые здесь.

В воздухе повисло напряжение, другое, чем раньше.

— Я слышала от Стейла, что вы сохранили в тайне мой визит на место событий. Благодарю вас.

Да, я попросила Стейла отправить оружие на место, предсказала обвал скалы и указала на необходимость эвакуации, и обо всем этом уже доложили матери и отцу, которые сейчас находятся в соседнем королевстве. Однако то, что я сама отправилась на место обвала и провела тридцать минут в одном помещении с командиром рыцарского ордена и врагом, осталось в тайне.

Как для меня, так и для рыцарей это стало бы серьёзным нарушением. Стейл и его заместитель договорились держать это в секрете.

Конечно, Стейл велел вчерашним стражам, слугам и учителю Карлу молчать. Особенно учителю Карлу, который был с нами с самого начала учений рыцарского ордена, и поскольку он не смог меня остановить, для него это стало бы вопросом личной ответственности.

— Нет, нам тоже так удобнее… — начал говорить командир рыцарей. — Прошу прощения за откровенность, но, Ваше Высочество, где вы научились владеть мечом, стрельбой и рукопашным боем?

Его слова были вескими и медленными, полными значимости и эмоций.

Он сразу попал в больное место.

— Меч и самооборону я немного освоила, когда Стейл учился у преподавателя. Стрельбу... я увидела на вчерашних учениях рыцарей.

В этот момент все рыцари оживились.

Это не ложь. На самом деле, большую часть времени я наблюдала за уроками по фехтованию и самообороне, и только один раз пробовала их на практике. Но я не могу сказать, что это была моя уловка, ведь я "главный босс".

Рыцари начали перешёптываться:

— Она шутит?

— Такой манёвр за столь короткое время?

— Неужели это был её первый раз?

— Невероятно.

Да, естественная реакция.

Но даже заместитель командира был в шоке, в то время как сам командир рыцарей сохранял хладнокровие и лишь коротко ответил:

— Понятно. — Затем он продолжил —  Тогда скажите, как вы узнали, что у того врага была особая способность?

— Я предвидела это. Я увидела, как он использовал свою способность, чтобы создать земляную стену и защититься от обвала.

Я тщательно продумала этот ответ. Я не могла сказать, что это часть игрового сюжета.

— Почему вы отправились на место в одиночку? — продолжил командир рыцарей.

Этот вопрос был страшен.

— На тот момент я была единственной, кто мог добраться до вас. Как вам известно, мой брат, Стейл, может перемещать только предметы до собственного веса.

— Почему бы тогда не передать сообщение через связь рыцарям или ближайшим отрядам новобранцев?

— Когда я увидела это предвидение, они уже были далеко. Я не знала, успеют ли они. К тому же я была единственной, кто знал врага в лицо...

— И всё же!! Лучше это, чем если бы вы вышли на поле боя!!

Гневный голос командира рыцарей разнёсся по комнате.

Мои уши и кожа буквально вибрировали от этого звука.

— Даже если бы не хватило времени в других местах, вы не должны были выходить! Достаточно было бы передать нам описание этого человека, а остальное мы бы взяли на себя!

Заместитель командира попытался успокоить его, говоря:

— Эй, успокойся… —  но разгорячённый командир не собирался останавливаться.

— Если бы вы вышли на поле боя, каждый рыцарь, не задумываясь о собственной жизни, ринулся бы действовать! В худшем случае и вы, и тот человек оказались бы погребены под обломками. Я был бы самым надёжным защитником… Это было бы гораздо лучше, чем ваша смерть! Если ради спасения одного члена королевской семьи должны погибнуть двое рыцарей, так тому и быть!

Я замолкаю, не зная, что ответить. Два рыцаря погибнут, чтобы спасти одного члена королевской семьи — это воспринимается как само собой разумеющееся. Даже если для этого потребуется гибель всех рыцарей, ради королевской семьи это будет считаться оправданным.

Но я...

— Поймите, какая огромная потеря ваша смерть! Подумайте о своём положении ещё раз!! Своими поспешными действиями вы могли бы погубить не только меня, но и всех подданных этого королевства!

Слова командира рыцарей словно вонзаются в меня. Он, наверное, хотел сказать это мне ещё вчера, много раз.

Но это правда. Я сделала то, за что заслуживаю упрёков. Мне нужно просто смиренно принять это.

— Мы — рыцари! Мы — щит и меч, предназначенные для защиты королевы, короля и вас, членов королевской семьи! А вы чуть не опорочили наше призвание как рыцарей!

Он абсолютно прав. Командир рыцарей был готов умереть как настоящий рыцарь. Одно неверное движение, и не только я бы погибла, но и его смерть была бы обесценена. Но...

Пока командир кричит на меня, я замечаю на краю своего зрения его сына, который поднял голову. Из-за его растрёпанных волос я не могу разглядеть его выражение. В этот момент передо мной всплывает вчерашняя картина.

Как он плакал и кричал, умоляя спасти своего отца.

— Ваши жизни и наша жизнь имеют разную ценность!

Нет... сейчас нужно терпеть...

— Мы готовы отдать свою жизнь ради вас и ради народа!

Держись...!

— Мы здесь, чтобы служить вам, членам королевской семьи, и народу! Вы никогда не должны рисковать собой ради нас!

Моя внутренняя гордость как королевы начинает взбунтовываться, заставляя меня высказаться. Но я не могу. Я должна слушать, как подобает члену королевской семьи...

— Оставьте это! Если вы рискуете собой, то даже моей жизни как командира рыцарей не должно быть жалко! Вы совершенно не понимаете свою ценность!

Щёлк.

Что-то внутри меня лопнуло.

— Замолчите.

Мой голос прозвучал гораздо сильнее и глубже, чем я ожидала.

Командир рыцарей, который только что кричал, мгновенно замолк.

Заместитель командира и остальные рыцари тоже замерли в тишине.

Достаточно. Даже если после этих слов меня назовут высокомерной и эгоистичной принцессой. Даже если меня перестанут уважать как члена королевской семьи и будущую королеву.

Если бы мне суждено было стать той королевой, которую я видела в своей прошлой жизни, королевой, которая улыбается и считает, что все должны жертвовать собой ради неё... Я бы предпочла быть другой.

В полной тишине я медленно встаю.

— Вы правы, командир рыцарей. Мои поспешные действия доставили много хлопот. Я пыталась помочь вам, но не так, как вы того хотели. Однако...

Я твёрдо стою на ногах, даже несмотря на боль в мышцах. Я должна выглядеть уверенно как первая принцесса.

— Я спасла не только вас! Вы и те рыцари, которых вы воспитываете, в будущем спасёте бесчисленное количество людей!

Я делаю глубокий вдох, глядя на рыцарей, которые стоят перед троном, не отвечая.

— Вы тоже не понимаете своей ценности, командир! Люди вокруг вас любят и уважают вас гораздо больше, чем вы думаете!

Командир рыцарей смотрит на меня с удивлением.

— Я — член королевской семьи! Я первая принцесса и наследница трона этого королевства! Я живу ради подданных этой страны! А вы — рыцари! Вы — наши свет и надежда, которые защищают народ! Смерть одного рыцаря может привести к гибели тех, кого он мог бы спасти!

Мои эмоции нарастают, и я продолжаю говорить, не останавливаясь. Да, мне тоже есть что сказать командиру.

— Даже если бы вы были не командиром, а обычным солдатом, я бы сделала то же самое! Если я могу спасти кого-то, я должна это сделать! Я не потерплю ненужных смертей!

Вместе с глубоким выдохом я выпустила все слова, которые копила внутри. Я изо всех сил старалась дышать ровно, чтобы не выглядеть жалко. Несколько секунд никто ничего не говорил. Когда дыхание выровнялось, я посмотрела на лица рыцарей по очереди — все они смотрели на меня с широко раскрытыми глазами, с одинаковым выражением лиц.

Даже Стейл и Тиара смотрят на меня с удивлением.

Возможно, я зашла слишком далеко. Хоть они и сказали, что не будут меня осуждать, я высказала всё, что у меня на душе. Похоже, я их шокировала или даже разочаровала.

Но, по крайней мере, я должна сказать это напоследок.

Я сделала паузу, чтобы сказать последние слова, и выпрямилась.

— В завершение…Я приношу искренние извинения за то, что вторглась на ваше священное поле боя, за свои самовольные действия, за то, что причинила вам, рыцарскому ордену, столько неудобств и использовала свою королевскую власть ради удовлетворения своего эго... От имени Первой принцессы Прайд Роял Айви, я прошу прощения.

С этими словами я медленно поклонилась. Рыцари, а также Стейл и Тиара, взволнованно переглянулись. Для королевской особы извинение перед подданными имеет огромное значение.

Стейл попытался остановить меня, воскликнув:

— Сестра, ты — Первая принцесса, не стоит… — но я жестом остановила его.

— Стейл, здесь никого, кроме нас, нет. На официальных мероприятиях я не смогу сделать это, поэтому прошу принять эти извинения как мои личные, от всего сердца.

Поклонившись ещё на несколько мгновений, я наконец подняла голову и увидела на лицах рыцарей смесь растерянности и удивления.

Молчание повисло в воздухе, и я уже начала думать о том, чтобы завершить встречу.

— Принцесса Прайд.

Тишину нарушил Кларк, заместитель командира. Он не произносил ни слова до этого момента, и я невольно напряглась.

— Раз уж здесь нет официальной обстановки и разрешены личные слова, можно мне тоже кое-что сказать?

Он выглядел спокойно. Получив моё разрешение, Кларк встал, прошел мимо командира и встал прямо передо мной.

— Мы благодарим вас за помощь принца Стейла и за то, что спасли наш рыцарский орден от беды.

С этими словами он опустился на одно колено передо мной.

Командир рыцарей, удивленный, попытался остановить его:

— Эй, Кларк…

Но его слова были прерваны громким возгласом заместителя командира:

— А также! Спасибо за то, что спасли моего друга, командира Родерика. Я глубоко вам признателен... Спасибо!

Он низко поклонился, преклонив голову.

Я была так поражена, что не могла найти слов.

Но больше всех был удивлен сам командир рыцарей.

— Как рыцарь, я никогда не должен был вовлекать королевскую особу в такие события. Мы не должны выражать благодарность за это. Но, как человек, я хочу выразить свою личную благодарность. Без ваших действий мы бы точно потеряли дорогого друга.

Каждое слово было произнесено с чувством и осознанием. Я понимала, насколько важен для Кларка командир.

Следом за ним один из новобранцев, перевязанный после ранения, опустился на колени и закричал:

— Первая принцесса, прошу простить нас за то, что наша незрелость едва не привела к потере командира! Спасибо, что спасли нас!

И как по цепочке, другие рыцари, которые были в зале для совещаний, солдаты передовых отрядов и новобранцы стали подходить ко мне, преклоняя колени и выражая благодарность за спасение командира.

Постепенно все рыцари, кроме командира и его сына, опустились передо мной. Командир стоял, ошеломленный, явно не веря происходящему..

Тихо встал сын командира, подошёл к остальным рыцарям и, хоть и неуверенно, тоже поклонился мне.

Командир рыцарей был так ошеломлён, что не мог закрыть рта от удивления. Я никогда не видела его таким.

— Тогда мы откланиваемся.

Кларк с лёгкой усмешкой на лице посмотрел на командира, поднялся и жестом дал знак рыцарям. Когда я кивнула в ответ, рыцари один за другим начали прощаться и уходить.

Наконец, Кларк подошел к командиру, чтобы тоже уйти, но вдруг...

— Э... простите!...

Решительный голос прервал тишину. Я посмотрела и увидела, что сын командира поднял голову и не сводил с меня пристального взгляда.

— Можно мне... тоже сказать несколько слов?...