Накануне отъезда Леона.

Меня пригласили в покои Леона. Он сказал, что хочет посмотреть звёзды и провести время со мной. Его слова были мягкими и теплыми.

— Заходи. Сегодня ночью звёзды особенно прекрасны.

Я вошла в комнату, и дверь за мной закрылась.  Раздался металлический звук защёлки. Не оборачиваясь, я поняла, что дверь заперта.

— Я так долго ждал момента, когда мы сможем остаться вдвоём.

Когда я обернулась, Леон смотрел на меня с мягкой улыбкой.

— Да, я тоже, — ответила я, улыбнувшись в ответ. Леон, уже подготовив всё заранее, взял в руки кофейник.

— Ты пьешь кофе?

Я кивнула головой, и он налил мне чашку. В комнате было мягкое ковровое покрытие, поглощавшее шаги, а мебель была роскошной — достойной покоев для приёмов высокопоставленных гостей. Окинув взглядом обстановку, я ненароком посмотрела в окно. Сквозь щель в занавесках мерцала крошечная звезда.

Звон фарфора прозвучал за моей спиной.

— Осторожно, горячо, — Леон мягко подал мне чашку.

Я поблагодарила и приняла её. Он указал на диван у окна, предлагая присесть. Стараясь не пролить кофе, я осторожно села на мягкий кожаный диван.

И в этот момент в комнате погас свет.

— Так звёзды видны лучше.

Леон сказал это, и его голос ласково отразился в ночной тишине. Я обернулась и увидела, как его силуэт в лунном свете постепенно приближается. Его утончённое лицо и гладкая улыбка блеснули в темноте. Это было настолько прекрасно, что я замерла, не в силах отвести взгляд. Леон, заметив мою реакцию, подошёл ко мне медленно и сел рядом. Наши плечи соприкоснулись, и я почувствовала тепло его тела.

— Прайд… при лунном свете ты ещё прекраснее.

Его голос был полон обольстительности, а прикосновения к моим волосам — осторожными. Леон, словно ступая по ступеням, постепенно приближался ко мне. Когда он поднёс мои волосы к губам и нежно их поцеловал, я ощутила, как лицо заливает жар. Темнота комнаты скрывала моё смущение, но я была уверена: его красота и обаяние многократно превосходят мои. От его внешности буквально пробегали мурашки.

Я поставила чашку на стол, и он, коснувшись моего плеча, начал мягко, но уверенно притягивать меня к себе. Его сильные руки обвили меня, и моё дыхание невольно сбилось. В этом объятии чувствовалась не только сила, но и особый мужской шарм.

— Если бы мы могли стать одним целым прямо сейчас, это было бы прекрасно, — прошептал он мне прямо в ухо. Его низкий голос и горячее дыхание вызвали новую волну дрожи. Я осторожно обняла его за плечи, проведя руками от спины к шее. Леон склонился ко мне, и диван тихо заскрипел под нашей тяжестью.

Я наклонилась к его уху и прошептала:

— Леон… если ты действительно желаешь этого, я не возражаю. Ведь мы помолвлены.

После моих слов он на мгновение замер, затем поднял руку к моим волосам, аккуратно отвёл их и прикоснулся к моей щеке. Его глаза блестели, а лицо приближалось всё ближе.

И в последний момент он остановился.

— Но это не то, чего ты на самом деле хочешь.

Мои слова повисли в воздухе. Леон медленно отступил, убирая свою руку. Его глаза, сверкавшие изумрудным блеском, наполнились замешательством.

— Что…? — тихо произнёс он, его голос дрогнул. Его руки ослабили хватку, и расстояние между нами увеличилось. Он откинулся назад, чуть отодвинувшись, и смотрел на меня с явным волнением. Я старалась успокоить его, мягко продолжая говорить.

— Всё хорошо, Леон. За эти три дня ты ни разу не совершил ошибку. Ты был добр и внимателен, поддерживал меня как истинный жених, и искренне стремился узнать нашу страну. Ты — великолепный жених.

Я говорила это, сохраняя спокойствие, избегая резких движений и удерживая его взгляд.

— Ты прекрасно сыграл свою роль. И я это видела. Мои родители, все во дворце — все признали твоё поведение безупречным.

Слова прозвучали не так, как нужно, и Леон окончательно откинулся назад, схватившись рукой за спинку дивана, чтобы ещё больше отдалиться от меня.

— Почему? — его голос звучал тихо и хрипло, как будто он не верил в происходящее.

— Всё в порядке. На первый взгляд кажется, что ты любишь меня, что ты даришь мне радость. Как истинный джентльмен… как принц.

— Тогда… почему? Почему ты…? — голос Леона дрожал, хотя его лицо оставалось спокойным. Но в интонации явно читалось неверие. Конечно, ведь до этого момента никто не замечал того, что скрывалось за его маской.

— Леон, наша помолвка — это всего лишь символ союза. Ничего больше. Более того, между нами нет нужды в любви, выходящей за рамки видимости. …Ты поймёшь это в ближайшем будущем.

Я осторожно коснулась его лица, чтобы успокоить. Провела рукой по его голубым, мягким как шелк, волосам.

— Тебе не нужно притворяться в моём присутствии. Тебе не нужно насиловать своё сердце, пытаясь любить. Всё хорошо, я всё понимаю.

Я заправила его волосы за ухо, наклонившись так близко, чтобы заглянуть прямо в его изумрудные глаза. Леон застыл, будто его мысли и тело внезапно отказались ему подчиняться. Его пальцы слегка дрожали, тело замерло, будто механизм дал сбой.

Теперь моя очередь была приблизиться. Наклонившись, я оказалась почти рядом с ним, смотря прямо в его лицо.

— Леон. Я должна сказать тебе нечто важное. Обещайте мне, что ты примешь мои слова. Взамен я сохраню всё, что произошло этой ночью, в тайне. Завтра мы снова будем вести себя так, будто ничего не случилось.

Я понимала, что мой тон звучал скорее как угроза, и из-за этого внутри чувствовала угрызения совести. Но это было необходимо. Именно ради этого я и пришла сюда этой ночью.

Леон попытался что-то сказать, но его губы лишь слегка шевельнулись, а лицо, некогда обольстительное, словно застыло в неподвижной маске.

— Кто ты…? Кто ты на самом деле? — наконец, едва слышно выдохнул он.

Ответ, который я не могла дать:

"Перерождённая душа из другого мира, знающая об этом мире из своей прошлой жизни."

Это была бы правда, но никому здесь этого не понять. Набрав воздуха, я уверенно произнесла:

— Я — Прайд Роял Айви, Первая Принцесса королевства Фризия, наследница трона и обладательница дара предвидения. Я уже видела правду в своих видениях, — произнесла я, внимательно глядя на его лицо.

Леон попытался приподняться, но не смог, словно его тело отказывалось повиноваться. Он замер, как будто робот, у которого произошёл сбой. Слабая улыбка тронула мои губы, и я мягко коснулась его лица, чтобы вернуть его из оцепенения.

— И я единственная в этом мире, кто знает твоё настоящее желание.

Его глаза расширились, дыхание сбилось.

— Леон. Когда ты вернёшься на родину, не спускайся в город, ни под каким предлогом. Особенно в последний день перед отъездом. Иначе ты потеряешь всё.

Я знала, каковы были последствия. Через неделю он отправится в город, где его подпаивают до беспамятства. Наутро его найдут в таверне, а весть о позоре принца облетит весь двор.

И это станет началом конца: он потеряет всё — репутацию, доверие короля и возможность вернуть своё наследие.

— Твоя жизнь изменится в худшую сторону, если ты ослушаешься. Ты потеряешь всё: доверие своего народа, уважение короля.

И хотя я видела этот исход в своих видениях, я не могу допустить, чтобы это произошло.

— Это всё ради твоей настоящей мечты… и твоего счастья.

Мои слова казались ему непостижимыми, но я крепко сжала его руки, надеясь, что он всё же услышит меня.

— Моё… счастье? — его голос был слабым, словно он говорил во сне.

— Да. Об этом мы поговорим в следующий раз.

Я встала, поправила одежду и, обернувшись к звёздному небу за окном, добавила:

— Звёзды сегодня действительно прекрасны. Спокойной ночи, Леон.

И, оставив его в полном замешательстве, я покинула комнату. Теперь мне оставалось лишь молиться, чтобы он прислушался к моим словам.

***

— Поэтому я и предостерегала Леона, — начала я, рассказывая о вчерашнем разговоре, стараясь не упоминать детали из своей прошлой жизни, связанных с игрой. — Однако даже когда я на прощание напомнила ему своё предупреждение, он всё ещё колебался, и я начала беспокоиться. Если он всё-таки…

— …Что?

Я остановилась на середине фразы. Стейл и Артур вели себя странно. Тиара тоже с удивлением наклонила голову, изучая их выражения.

— …Эм, ничего, ничего, — пробормотал Артур, прикрывая лицо рукой.

— То есть… прошлой ночью вы просто поговорили и сразу вернулись в свою комнату? — уточнил Стейл, но его голос звучал напряженно.

Почему-то оба были красными, как варёные раки. Они избегали моего взгляда, стараясь скрыть лицо руками.

Когда я начала рассказывать о том, что вчера вечером была в комнате Леона, Артур заметно побледнел, а Стейл нахмурился. Возможно, они злились на меня за то, что я скрывала этот визит. Они ведь действительно переживали за меня. Однако рассказывать о будущем скандале Леона и сеять лишние подозрения я не хотела.

…Тем более я решила не упоминать, как перед серьёзным разговором Леон прижимал меня к дивану. Если бы я об этом сказала, они точно бы не успокоились. Да и сам момент был таким странным, что я просто не знала, как реагировать.

Когда я утвердительно кивнула на вопрос Стейла, оба тяжело выдохнули, словно сбросив камень с души.

На самом деле ничего критического не произошло, кроме одного объятия. Хотя… даже в таком простом жесте Леон был настолько грациозен и обаятелен, что на миг у меня перехватило дыхание.

— В любом случае, что я хочу сказать о Леоне…

— Вы хотите ему помочь, верно? Мы это понимаем, — перебил меня Стейл, всё ещё немного краснея, но уже возвращаясь к более привычной уверенности.

— Вы хотите удостовериться, что Леон не спустится в город вопреки вашему предостережению, так? Это разумно. Он ведь ваш жених, и его поступки напрямую отражаются на вашем имени. Но лично посетить его в этот день — тоже плохая идея. Это будет выглядеть так, будто вы не доверяете ему. И, конечно, нельзя открыто заявить, что вы предвидели ту ситуацию таверне.

Стейл продолжал:

— Если же он всё-таки нарушит запрет, мы должны будем вмешаться. Действовать тайно, задержать его до того, как его обнаружат стражники Анемоне. Ведь для обеих сторон — как для нас, так и для их королевства — подобный инцидент станет лишь пятном на репутации.

— Что за план… — пробормотал Артур, закрывая лицо руками и приседая на корточки. — Я… ну… совсем неловко вышло…

Тиара осторожно положила руку ему на плечо, пытаясь успокоить.

— Простите за беспокойство, — я поклонилась им. — Но именно поэтому я хотела…

— Я выглядел таким дураком, правда? — перебил Артур, всё ещё пряча лицо в ладонях.

— Артур? — я вопросительно посмотрела на него.

— Я сам всё надумал, втянул в это Стейла… а потом вчера с этим давлением… я заставил вас беспокоиться. Извините.

— Нет, это я лишнего сказал, — отозвался Стейл.

— Сестра, кажется, они совсем не злятся. — с доброй улыбкой сказала Тиара, ободряя меня.

— Да, я это вижу, — кивнула я, чувствуя, как в груди разливается тепло.

Я действительно ценю их заботу. И я рада, что решила поделиться с ними этим.

Сначала я подошла к Артуру, который больше всех был подавлен. Я мягко провела рукой по его серебристым волосам. Почувствовав прикосновение моей руки, его плечи дрогнули от неожиданности.

— Спасибо, Артур. И прости меня. Ты совсем не выглядишь нелепо.

— Простите… — тихо пробормотал Артур в ответ.

Почему он извиняется? Ведь это я заставила их всех волноваться.

— Тебе не за что извиняться, правда. Ты заметил, что я надрываюсь, и переживал за меня, не так ли? Я так рада. Прости, что тогда не смогла ответить как следует.

Он молча покачал головой, словно всё ещё не мог найти слов.

— Артур, ты замечательный. Сильный, добрый… Ты сразу почувствовал, что мне тяжело, и сказал, что будешь рядом. Мне это очень важно.

И тут вдруг.

Артур резко поднял голову, его лицо стало ещё краснее. Его глаза расширились, он уставился на меня, а губы дрожали, как будто он пытался что-то сказать. Он покраснел до такой степени, что, казалось, с лица вот-вот пойдёт пар.

— Сестра.

Мой взгляд переключился на Стейла, который теперь стоял передо мной. Я хотела извиниться перед ним, но он опередил меня, начав говорить.

— Обещайте, что в следующий раз вы обязательно обратитесь за помощью. Что бы ни случилось — понадобится наша помощь или нет.

Его взгляд был серьёзным. В нём не было ни следа злости, которая мелькала ранее, но ощущалась лёгкая грусть.

— Прости…

Почувствовав себя виноватой, я непроизвольно кивнула и извинилась. Его выражение заставило меня осознать, что я действительно поступила неправильно.

Стейл слегка нахмурился, будто не знал, что ответить, но потом просто кивнул.

Тут ко мне подбежала Тиара, которая до этого стояла рядом с Артуром. Она бросилась ко мне в объятия, крепко обняв меня.

— Нельзя так, сестра. Вы не должны всё брать на себя. У вас есть я, есть брат, есть Артур, канцлер Гилберт, Валь, Кемет, Сефек… Мы все рядом. Если вы будете действовать в одиночку и решать всё самостоятельно, а потом одна страдать, нам всем будет больно.

Тиара крепко обняла меня, а я ответила ей тем же.

Я хотела решить всё сама, не рассказывая никому. Но в итоге поделилась. И, знаете, это было правильно. Если бы я продолжила молчать, всё могло закончиться так же, как в прошлой жизни, когда я не замечала доброты людей вокруг и была одна.

Пять дней спустя. Королевство Анемоне.

Мои опасения подтвердились.

Но всё оказалось куда хуже, чем я могла представить.